Постоянная связь

      Жара. Градус шкалил даже в тени. Наруто, отдав отчёт Шестому, находился дома и сверлил взглядом пакет молока. (Саске запретил пить прямо из упаковки, но за стаканом идти не хотелось.) — Я сейчас расплавлюсь, — пожаловался он.       Саске на это лишь устало вздохнул. — Сходи, искупайся, — предложил он. — Местные будут рады твоему присутствию.       Мысль Учихи была дельной, но Наруто не хотел оставлять Саске одного. — Мне и здесь неплохо, — ответил он, спрятав лицо в изгибе локтя.       После того случая взаимоотношения парней особо не изменились. Исключением были моменты, когда Узумаки возвращался домой с заданий или после встреч с друзьями. Тогда Саске становился похожим на хищника: запустив пальцы в светлые волосы, он притягивал парня к себе и словно обозначая свою территорию, оставлял на пухлых губах свой поцелуй.       Наруто, помня о предупреждении Курамы, отвечал сдержано, не позволяя эмоциям взять над собой верх. (И пожалуй это было самым сложным, потому что он страстно желал Учиху. Порой доходило до ломки. Однако оценив ситуацию, Узумаки лишь причмокивал обманчиво податливые губы и тут же удалялся в ванную или по внезапно появившимся делам.)

***

      С Сакурой о Саске Наруто так и не поговорил, хотя и приходил в госпиталь. — Вроде мирное время, а больных меньше не становится, — заметил он. — Люди болеют не только в военное время. Вон дядька Танака, — кивнула в сторону седовласого старика медик. — Он работает на стройке. Неделю назад его придавило брусом. А вон госпожа Такахаси. На неё напала собака…       Проходя вдоль светлых палат, Наруто видел десятки разных людей. Там были шиноби, пострадавшие на миссиях, гражданские, получившие травмы на рабочих местах, семьянины, попавшие в сложную ситуацию из-за бытовухи, дети, подцепившие простуду на улице. — Отдыхать тебе некогда, — выдохнул он, обратив внимание на руки подруги. — От всех замочек и прочих средств, кожа стала грубеть… — Заметил, да? — усмехнулась Харуно. — Такова плата за их здоровье.       На минуту повисло молчание — Узумаки думал о своём, а Сакура пыталась понять о чём думает Наруто. — Ты изменился, — наконец произнесла она. — Это из-за Саске?       Вопрос девушки неожиданным не был. Наруто знал, что рано или поздно та спросит о нём. — Дело стоит на месте, — ответил джинчурики. — Изюмины и Райкаге не идут на уступки, полагая, что и так дали ему послабление. Как раздражает… — Что именно? — уточнила Харуно. — Собственная слабость, — произнёс Узумаки. — Не могу смотреть на осунувшееся лицо Учихи. Эта техника из него все соки вытягивает. А я сделать ничего не могу.       Сакура на жалобу друга ничего не ответила. (Что она могла сказать герою войны? Его голос был весомее, чем её. Но даже его не слышали на собраниях пяти каге.) Вместо этого она вынула из шкафчика баночку с пилюлями. — Вот, — протянула девушка лекарство. — Укрепляющие. Объём чакры может и не вернут, но здоровье стабилизируют. Только пускай не увлекается. Передозировка вызовет побочный эффект.       От мысли, что пилюли улучшат состояние Саске, у Наруто заблестели глаза. — Спасибо, Сакура-чан, — выдохнул он, бережно спрятав лекарство в подсумок. — Берегите себя — улыбнулась Харуно в ответ.       Когда Наруто выходил из госпиталя, медик смотрела ему в след. Она видела изменения не только в лице Узумаки. Всё его естество поменялось.       «Словно женатиком стал», — подумала девушка, сжав кулаки.       Замечание Сакуры было резонным. Наруто больше не посещал шумных компаний, не отвечал девицам взаимностью, не шумел по напрасну, не участвовал в спаррингах, да и в целом как-то притих. Вокруг его фигуры появилась аура одомашненности, черты лица приобрели серьёзность. (Вот только если до Сакуры доходили мысли об отношениях между Учихой и Узумаки, то другие воспринимали это за этапы взросления, продолжая уделять джинчурики ещё больше внимания.)       «Идиотки», — морщилась Сакура в такие моменты. — «Не видно то ли: занят жених!»       Но в саму ситуацию не вмешивалась. Ей было сложно принять сам факт отношений Наруто и Саске. Но вставлять палки в колёса она не собиралась.       «Быть другом тоже неплохо», — думала девушка, глядя на ёжик светлых волос Узумаки. — «Хотя это похоже на утешительный приз…»

***

      Пилюли от Сакуры заняли своё почётное место в тумбочке Саске. И чувствовать себя он стал значительно лучше: исчезли синяки под глазами, дыхание стало ровнее, стабилизировался пульс, ушла бледность, сил стало хватать не только на то, чтоб доползти до ванной. — Ты теперь можешь сойти за обычного гражданского, — как-то улыбнулся Наруто. — Вот только меня напрягает твоя беспечность. — В смысле? — не понял Учиха, изучая свиток. — За твоими глазами охотятся. Но ты спокоен, — ответил джинчурики, убрав прядь тёмных волос со лба. — Привык уже, — хмыкнул Саске, не сводя взгляд с лица Узумаки. — Шаринган — особенная сила. Ещё до войны были претенденты, пытавшиеся забрать его. Сейчас ничего не изменилось… — Но тогда, как ты можешь так крепко спать? — изумился Наруто.       Саске не стал говорить, что сон к нему приходит лишь тогда, когда Узумаки рядом. Вместо этого он просто покачал головой и потянулся за пачкой томатного сока. — Знаешь, я счастлив, — растянув улыбку от уха до уха, произнёс блондин, разглядывая черты лица Саске.       Не ожидая подобного, Учиха едва не подавился. От души сюрпнув соком, он вытер рот рукавом.       — Придурок, — фыркнул парень, — нашёл время, чтоб сантиментами сыпать…