You still don't get it, honey?

Прозвенел звонок, означавший окончание последнего для седьмого класса урока. Ученики радостно кинулись к дубовой двери, дабы покинуть кабинет и провести остаток дня гуляя со своей второй половинкой в парке, либо укутаться в плен тёплого одеяла и досмотреть сериал, но некоторые решили всё же уделить внимание заданному сегодня проекту. В ряды таких трудяг входил и Дипер, и это не потому что он любил учиться, даже наоборот. Все его мысли занимали не уроки, а милая кошечка из богатой семьи, к которой он так хотел подойти, но страх сковывал его ещё на простом привет. Брюнету не повезло, ведь он еденствмй остался без пары на работу, поэтому сейчас ему предстоит делает её с учителем, пока все его друзья развлекаются на свежем воздухе. Кабинет, где Диперу придёться провести дастачно немало времени, был небольшим, ноуютным. Свет четырёх полумрётвых ламп едва освещал и первое половину класса с пустыми партами, от чего лицо мужчины, сидящего за учительским столом, было почти незаметно, как и его тело. Но вот человек, смащивающий на тёмный силуэт, встал со стула и направился к другой части помещения, где находится выключатель, — Это нам не понадобится, — щелчок и теперь все пространство было в непрогочдом мраке, из-за задёрнутый толстых штор. — А как же мы будем писать проект? — голос парнишки дрожал, ему явно было дискомфортно, но страха он не чувствовал. И хоть брюнет всегда был смышлёным, но правда о чувствах учителя никогда не возникала в его подростковой голове, либо мозг отрицал эту мысль, не желая её принять ни в каком плане. — Мой милый мальчик, ты всё ещё не понял? — темная высокая фигура подходила к подрусику всё ближе и ближе, пока расстояние между ними не достигала вытянутой руки. Кисть учителя лёгким жестом проскользила вдоль щеки, от чего тело Дипера покрылось роем мурашек, — мы здесь не для проекта, — это звучало как приговор. Теперь ребёнок лишь загнаная в угол мышь, в лапах большой кошки. Не понятно откуда, но сразу после последних сказанных учителем слов в его руке появился скотч, который уже был наклеен в несколько слоёв на сухие губы брюнета. Далее Какаши переместил свою рука за шиворот мальчика и с легкостью поднял его за синию безрукавку. Пальцы младшего сгибались, образовывая кулак, но он ничего не мог поделать с ситуацией, а его глаза просто наблюдали за действиями другого, не подовая никаких спасетельниз сигналов мозгу. Его тело как-будто стало состоять из сладкой ваты, и ещё одна капля и он растает, расплывается, разрыдавшись. Но увы, как бы ему не хотеть стать каким-нибудь неживым объектом, чувство оголённой до талии нижней части тела и холодного лакированного стало возвращало его к действительности. Следующим пришло ощущение чужих рук на своём члене, а далее они стали двигаться туда-сюда, надрачивая мальчику, пока этот жмурил глаза, то ли от удовольствия, то ли от стыда свой стояк и уже стекающую по рукам Какаши сперму. Рука учителя, как и торс Дипера, была почти вся в белой липкой семянной жидкости, что смогла хорошо смазать пальцы, которые мужчина запустил в анус лежавшего на столе парня. Тот был ещё девственником, да и некогда не мог сеье представить секс с парнем, от чего его анальное отверстие сильно смыжимало два пальца, даставлявшие боль первому. Подросток был уде достаточно разогрет и внушал доверие своим отсутствием кого-либо сопротивление, что весьма удивляли Какаши, так как он ожидал хоть какой-то борьбы, но мозг ученика просто отказывался давать сигналы действия другим частям тела, от чего член мужчины уже погружался в задний проход. Чувство резкой боли, ведь входил в промежность на сухую, вывозвало волну слёз, они текли сами по себе, прожигая лица ребёнка, ему было больнее от осознание того, как возбуждающе его тело реагировало на половую близость, а именно тому, что тот кончил уже третий раз. Когда учитель начал набирать скорость мыслей в юной голове уже совсем не оставалось, не хотелось ни смыть с себя эту грязь, ни сбежать, он бы всё равно не смог, просто упал бы посреди коридора. Далее сперма учителя оказалась внутри его, а конад тот вытащил своей член, стала стекать из ануса парня, но его уде не волновало это, главное всё кончилось. Он может пойти домой, пойти в душ и рыдать, попутно разговария с самим собой, как последняя девчонка, винить себя во всём случившемся или, если ему хватить духа и смелости, жить как обычно, молчать всю свою жизнь и забыть этот день навсегда. — Поздравляю с успешной задачей проекта, Дипер, — раздалось где-то во мраке кабинета.