Тайна погибшего звездолёта

Мощный прожектор пробил мутную воду. Вдруг что-то блеснуло в пучке ярких лучей, и Зденек повернул камеру. Это была энергопоглощающая эмаль - тёмно-зелёная, сверкающая крупинками Д-частиц. Над овальными глазами иллюминаторов показалась золотистая надпись "КЛЯЗЬМА-601". Багровый индикатор блока связи моргнул, и по тесной кабинке разнёсся звонкий голос Радмилы Миклашевской, начальницы экспедиции. - Это он! Переключи зонд на скан. Щёлкнул тумблер, и в голографическом кристалле начала вырисовываться модель. Уже появились хвостовые обтекатели, погнутые планетарные крылья, перекошенная от сильного удара кабина. *** Игорь осмотрелся. Люк среднего тамбура задраен, и просто так открыть его не получится - схема корабля наверняка обесточена. Включить кистевой дизассемблер? Пожалуй, иначе внутрь не попасть. Лимонный луч пробил тьму. Песок взметнулся, заволок окуляры видеокамер. Через миг мощный удар свалил робота с ног. Игорь погасил кристалл излучателя и попытался подняться. Прямоугольник проёма пылал тусклым аварийным светом. "Что за бред..." - подумал нейрооператор - "Или не бред? Мог же я активировать резервный пульт!" Старенький "Витязь-401" поплыл к звездолёту. Титановая кисть ухватилась за невысокий порожек, и робот ввалился в салон. Внезапно Игорь почувствовал волну, лёгкий скрежет - внешний гермозатвор плавно поехал. Щёлкнул запорный автомат. Вода уходила. Под полом тарахтел компрессор, заполняя тамбур стандартной атмосферой. Моргнул индикатор, и внутренний люк с тихим скрипом открылся. Под потолком узенького коридора горели защищённые светильники, тлели рыжие линии напольных указателей. Пискнул вмонтированный в стену терминал интеркома. - Приветствую вас! Игорь опешил. - Кто это!? - Я искин звездолёта "Клязьма-601". Вы спасатель? - Д-да... - Люди в криокамерах, в третьем отсеке. *** Тускло горели аварийные плафоны. Обшитые псевдошпоном двери были распахнуты, и везде Игоря встречали опустевшие, запылённые каюты. Казалось, что звездолёт лежит на дне уже не первый десяток лет. Третий отсек обнаружился в голове, через тридцать метров от реакторного блока. Просторная комната была уставлена воронёными цилиндрами криокамер. Впрочем, почти все они были пусты - "Клязьма" шла по "нулевому" маршруту. Пилоты нашлись в пятом ряду. Теперь можно возвращаться на сушу - больше никого на корабле не было. Внезапно что-то пробежало по титановой ступне робота. Игорь попытался дёрнуть ногой, но управление словно пропало. Вспыхнул сигнал тревоги, и восприятие будто бы раздвоилось. Прямо перед глазами мерцали разноцветные гирлянды индикаторов. Основное человеческое тело неподвижно лежало в амортизационнном кресле капсулы управления. В это же время старенький "Витязь-401" стоял на потёртом стеклометаллическом полу. Бронированный корпус окутывала странная, непонятная рыжая пелена. Сервоприводы судорожно дёргались - вычстанция посылала сотни команд на все узлы. Сознание металось между двумя оболочками, каждую секунду перескакивая то на мобильный пункт киберконтроля, то в затонувший космический корабль. *** Игорь поднялся. Андроид ощущался не как подключённая к мозгу машина, нет - сам информационный массив личности лежал на квазигенетических блоках памяти. Внезапно появился голос. Судя по работе датчиков, он возник прямо в тракте УНЧ блока камер. - Ты меня слышишь? - Это кто!? - Не беспокойся. Я искин звездолёта. Пойми, без тебя мне не обойтись - слишком уж критична ситуация. - Какая ситуация? - "Клязьма" везла колонию опытных ассемблерных наномашин. После удара о воду контейнер разбился, и... - синтетический голос запнулся - Словом, нужна помощь разумного существа. - Что именно я должен сделать? - спросил Игорь. - Сначала переложи криокамеры в жидкостные зонды, и отправь их как можно дальше от космолёта. - Дальше? - У тебя же есть кистевой дизассемблер? Подключи к нему кологовый усилитель и размонтируй корабль. Делай всё из кабины - так точно не останется даже нитки. - А почему ты не можешь сделать всё своими силами? - Три Закона. Они прописаны в микросхеме базовой памяти, и дополнительно защищены участками спецкода. Я не могу ввести ремонтных ботов даже в предбанник третьего отсека. *** Проём перегородил бесформенный, полупрозрачный сгусток материи. Он перетёк на стену, обволок терминал интеркома. Словно кусок сахара в горячем чае синтхитиновый корпус стал таять. Погас экран, алюминиевые клавиши посыпались с рамки. "Колония..." - подумал Игорь - "Она добывает сырьё для производства новых единиц!" Луч с воем вонзился в цель. Поднялаясь белоснежная, похожая на пепел пыль - это были разделённые атомы. Под потолком загудела вытяжка климат-контроля. Уже через минуту от угрозы не осталось и следа. Но кто знает, сколько ещё наномашин скрывается под панелями отделки, в кабель-каналах, за плинтусами? Робот перешагнул невысокий порожек. Жидкостные зонды походили на огромных бацилл - продолговатый корпус без единого окна, длинные тросы движителей. Как поместить в них криокамеры? - Клязьма! - выкрикнул Игорь - Как я могу доставить пилотов сюда? - Очень просто. За стеной станция линии пневмометро. Подключи захват, возьми капсулы и отправь их сюда. Панель контроля на стене, возле двери. "Витязь" в два прыжка пересёк комнату. Интерфейс ничем не отличался от системы любого транспортника - программное обеспечение на всех земных кораблях было унифицировано. Мощная клешня подхватила тяжёлые цилиндры. Уже через минуту прозрачная крышка закрылась, и где-то далеко басовито загудел насос. *** Зонды уплывали. Совсем скоро они состыкуются с пристанью... Но сейчас нужно действовать - с каждой секундой наномашин становится всё больше. Андроид выпрыгнул на главный коридор. Щёлкнули регуляторы силы двигателей, наконец машина подпрыгнула, и рванула вперёд. Над головой мелькали указатели - 4, 3, 2, 1... Дверь кабины оказалась заблокирована. Это уже не играло роли - из указательного пальца правого манипулятора вылетел лимонный луч. Похожий на раструб старинного граммофона усилитель осветился, вспыхнул, и... Игорь очнулся. Что это было? Причудливый сон, галлюцинация? Но контакт с роботом был потерян, потерян безвозвратно. Может, опять блок трансляции барахлит?