Cожгу весь мир ради тебя

      ВОЗВРАЩЕНИЕ

      Когда в самолёте объявляют о посадке, из груди Чимина вырывается вздох облегчения. Скоро он будет дома. Юнги говорил ему, что рано или поздно он всё равно вернётся в Корею. На самом деле Чимин планировал прилететь месяцем или двумя позже, когда уладит все дела в Париже, связанные с созданием своего бренда нижнего белья, однако жизнь иногда вносит свои коррективы. И под жизнью на этот раз подразумевается Ким Тэхён. Его лучший друг выходит замуж. Наконец-то Чонгук сделал ему предложение. И хотя его называют «лучшим во всём», Чимин бы с этим поспорил. Надо быть дураком, чтобы сделать предложение Тэхёну спустя три с половиной года отношений. Может, конечно, Чонгук действительно хорош во многом, но он определённо несколько… медлителен. Чимин мысленно сделал пометку отругать его при личной встрече за то, что так долго думал. Тэхёна он любил всей душой и готов был отдать за него жизнь, если потребуется.       Чимин планировал встретиться с Тэхёном через несколько дней после возвращения домой. Ему нужно было время, чтобы справиться с джет-лагом и побочными эффектами успокоительных лекарств — у него была аэрофобия, которая не поддавалась терапии у психотерапевта и различным методикам вроде НЛП и гипноза. О попытках успокоиться самостоятельно не шло и речи, в ход шли довольно сильные, но действенные препараты. Летел он с телохранителем, поэтому не стал говорить о дате прилёта Тэхёну — приедет ведь в аэропорт, чтобы встретить, не послушает просьбу не тратить время, а Чимин не хотел, чтобы их первая за девять лет встреча была омрачена его вялым состоянием и плохим самочувствием. Поэтому через пару дней в постели он наконец звонит Тэхёну и стоически выслушивает его заботливые упрёки о том, что: — Ты в Сеуле уже два дня, а мы до сих пор не увиделись? И после этого ты называешь себя моим лучшим другом? — Тэ, поверь, я был как овощ в эти два дня, зрелище то ещё, просто ноль из десяти, — смеётся Чимин. Тэхён не умеет быть по-настоящему строгим, как бы ни пытался. Сам Чимин эту школу прошёл ещё в детстве с Юнги — вот у кого нужно поучиться тому самому суровому тону, от которого мурашки по коже. Типичная фишка всех старших братьев. — Я был абсолютно бесполезен, спал по пятнадцать часов, представляешь? — Ну и что, Чимин-и, — возражает Тэхён, — я бы поспал или хотя бы полежал рядом с тобой в эти дни, ты ведь знаешь, какой у меня сейчас стресс с этой свадьбой. Да и Чонгук постоянно занят в последнее время… — Вот именно поэтому я и не говорил тебе ничего. Не хотел отнимать твоё время, которое ты можешь плодотворно провести с женихом, Тэ, — ласково говорит Чимин, с наслаждением потягивая свой утренний кофе на кокосовом молоке. Сервис в отеле что надо. — Давай встретимся через час за завтраком. Возле тебя есть какие-нибудь хорошие рестораны с вкусными корейскими блюдами? Я приеду. Так соскучился по нашей еде, что готов даже забыть о правильном питании на недельку. — Спрашиваешь. Кстати, а где ты сейчас остановился? — Пока что в отеле в Каннаме. — Он читает длинное название отеля с брошюры на тумбочке и слышит восторженный возглас. Значит, с отелем не прогадал, он в достаточной степени статусный и роскошный, чтобы не опозориться перед таким же статусным другом. Чимин знал, что Тэхён принял бы его, даже если бы он остановился в трущобах, однако всё равно не хотелось, чтобы Тэ стыдился его перед другими своими друзьями. — На днях подумаю о долговременной аренде какого-нибудь пентхауса или дома. Посмотрим, что будет поближе к работе. — Хм… — Чимин практически видит, как Тэ сосредоточенно хмурится, раздумывая, как бы поскорее найти жильё для друга. — А может, ты пока поживёшь у нас? Наш с Чонгуком дом всё равно пустует большую часть дня, а я соскучился.       Чимин улыбается предложению. Гостить у родственников или друзей он не любит, ему нужно личное пространство. Но всё равно получать такие тёплые предложения всегда приятно. — Ну уж нет, Тэ. Мне намного комфортнее в отеле, правда. Тем более, я ведь у себя на родине. Да и не люблю я вот это вот всё, ты же знаешь. Мне прекрасно живётся одному. В особенности после школьного общежития и совместной аренды квартиры в Штатах. Там было весело, конечно, но, как говорится, never again. — Чимин слышит высокий смех Тэхёна в трубке. Наверняка он тоже вспоминает те курьёзные истории, которыми Чимин делился через видеозвонки. — К тому же, все бытовые вопросы здесь закрыты, а номер всегда чистый. Я бы тут даже год-другой пожил, если бы не отсутствие приличной гардеробной для моих нарядов. Боже, даже как-то досадно, что мне пришлось оставить у Чонина и Тэмина приличную часть своих вещей. — О-о-о, про Чонина и Тэмина я у тебя подробнее расспрошу при встрече! А ещё мне не терпится изучить твой теперешний стиль одежды, — возбуждённо щебечет Тэхён. — Коммерческие фотографии в «Инстаграм» — это одно, а в реальной жизни твои образы наверняка ещё интереснее!       Чимин смеётся. Его эпатажные фотографии в социальных сетях всегда привлекали внимание модников по всему миру. Он даже создал пару интересных трендов среди своей японской аудитории. И всё же настоящей страстью Чимина было нижнее бельё для омег. Он пока не настолько осмелел, чтобы выкладывать совсем уж откровенные фотографии без одежды, однако готовится к запуску собственного бренда белья уже больше полугода. Пока что он планирует нанять знакомых моделей, но кто знает, может, он и сам станет лицом своей будущей компании? Он ведь уже рекламировал пару брендов чулок и колготок во Франции и Италии пару лет назад. — Тогда увидимся через час? — Жду с нетерпением! Не трать много времени на сборы, Чимин, я тоже не буду наряжаться и краситься. Хочу быть настоящим перед тобой. Да и в целом мне лень марафетиться, моя кожа уже замучилась из-за пробных свадебных макияжей. Так что надену очки, маску, кепку и всё. Сейчас сброшу тебе локацию.       Положив трубку, Чимин задумчиво оглядывает себя в зеркале. Спустя минуту ему приходит сообщение с ссылкой на заведение. От его отеля пять минут ходьбы. Какой же Тэ заботливый даже в таких мелочах. Чимин достаёт косметичку и принимается наносить макияж, несмотря на слова Тэ о долгих сборах. Чимин знает, что он довольно красив, однако всё равно чувствует себя блёклым без макияжа. Всё же его нежные мелкие черты отличаются от ярких черт лица Тэхёна. Одни его огромные глаза чего стоят. Выразительные, широко распахнутые, полные жажды жизни. И брови у него яркие, такие даже подкрашивать не надо. Чимин же в первую очередь научился оформлять брови ещё в подростковом возрасте, как только родители разрешили ему пользоваться декоративной косметикой. А потом и рисовать тонкие стрелки, подчёркивающие его кошачий взгляд. С одним ему по-настоящему повезло — его кожа всегда была очень светлой и чистой. А с помощью качественного домашнего ухода и грамотной косметологии она и вовсе стала похожа на фарфор. Ещё ему повезло с носом и губами. Носик у Чимина был маленьким, остреньким, как у куклы. Тэхён в шутку называл его маленькой миленькой кнопочкой, сравнивая со своим крупноватым, с высокой спинкой. Чимин, в отличие от него, искренне считал его нос идеальным, особенно в сочетании с большими глазами, пропорциональными губами и идеальной линией челюсти. Ведь это всё вкупе выглядит по-настоящему аристократично, подчёркивая его высокое происхождение. Они частенько делали друг другу комплименты, говоря, как завидуют той или иной части лица или тела. Тэхён завидовал пухлым губам Чимина, формой похожим на дольки сочного мандарина. Чимин же восхищался стройным телосложением друга, жалуясь на свой тяжёлый низ ещё тогда, в пятнадцатилетнем возрасте, когда у него случился скачок роста ввысь и немного вширь из-за пубертата.       Вот и сейчас он легко похлопывает лицо спонжем, нанося кушон, делая тон кожи ещё более идеальным. Затем делает лёгкую укладку и подчёркивает глаза тенями и тонкой линией подводки у верхнего ресничного края. После того, как он обводит губы нюдовым карандашом и наносит масло для губ от Dior в малиновом оттенке, настаёт очередь выбрать образ на день. Чимин останавливается на простой рубашке белого цвета без логотипов и обтягивающих бежевых брюках. Этим утром ему абсолютно не хочется напрягать мозг в попытке создать необычный образ. В Сеуле он сейчас никто и никому до его внешнего вида дела нет. И Чимин собирается пользоваться этим на всю катушку. Пожалуй, в этот «ноунейм-период» он позволит себе вольности не только в одежде, но ещё и в половой жизни… Как же давно у него никого не было. А с его половой конституцией долгие перерывы недопустимы, иначе из жизни исчезает весь драйв. Чимин подумывает обратиться к службе альф по вызову после того, как пройдёт свадьба Тэхёна. Хотя… может, получится выцепить какого-нибудь привлекательного стриптизёра на мальчишнике? Или кто-то из друзей Чонгука окажется ему по вкусу? У таких альф ведь всегда много привлекательных и успешных друзей. Чимин хитро улыбается, глядя на своё отражение, и чувствует лёгкий душевный подъём при одной только мысли о хорошем сексе. Конечно, встреча с Тэхёном тоже будоражит его разум, но несколько по-другому. — Так… аксессуары… — задумчиво говорит он сам себе. — А, надену то, что ближе всего лежит в чемодане.       Ближе всего оказывается набор украшений от «Tiffany» и солнцезащитные очки «Celine». Спустя пару минут Чимин надевает обувь, берёт с собой небольшую сумку-кроссбоди и покидает номер.       Тэхён написал, что немного опоздает, поэтому Чимин не торопится и вместо пяти минут пути до ресторана у него уходит десять — очень уж красивый район возле его отеля. Такой грех не сфотографировать на память и не выложить в «сторис». Пока никто из его подписчиков не знает, что он вернулся в Корею спустя девять лет отсутствия. Чимин планирует выложить фотографии со свадьбы, а потом снова улететь во Францию на пару месяцев, прежде чем окончательно вернуться на родину.       Чимин решает подождать Тэхёна в ресторане, который находится на сороковом этаже, и насладиться видами. Заведение действительно было, что называется, на уровне. Чимину захотелось заказать ещё один кофе — утренней порции хватило только на то, чтобы слегка взбодриться, — и посмотреть, какие здесь есть десерты. Если Тэхён, конечно, не на диете, ведь дразнить его лишний раз не хочется. С его генетикой, конечно, можно не беспокоиться о фигуре, но свадьба — это большое исключение из правил.       Подождав, пока бармен отпустит клиента, заказавшего кофе с собой, Чимин подходит к стойке следом и вдруг ощущает явный аромат яблочного кальвадоса.       Он не может поверить своим рецепторам.       Пахнет точь-в-точь как в том баре в Нормандии, когда он впервые попробовал этот дивный напиток в первом совместном отпуске с Чонином. Это было одно из самых счастливых воспоминаний в его жизни. С тех пор кальвадос стал его любимым алкогольным напитком, он даже привёз несколько бутылок в свою крошечную, но уютную квартиру в Париже, чтобы вспоминать тот отпуск с теплотой в груди в прямом и переносном смыслах. Сейчас Чимин ощущает то же самое. В груди его расцветает предчувствие чего-то прекрасного. Надо же, кальвадос. Если его подают здесь при условии, что он достаточно выдержанный, он позволит себе рюмочку этим утром. Однако когда он спрашивает об этом у бармена, тот смотрит на него с недоумением. — Мы не подаём кальвадос, господин, — и перечисляет основные алкогольные напитки, доступные к заказу. Никакого кальвадоса или чего-то похожего среди них не было. — Правда? — с лёгкой грустью в голосе переспрашивает Чимин. — Жаль… Тогда сделайте кофе, пожалуйста. Капучино. На кокосовом.       Вернувшись за столик, до которого его любезно сопроводил официант, Чимин всё ещё думает об аромате яблочного кальвадоса, теперь словно застрявшего в его лёгких. Казалось, что он везде. Его поражает внезапная догадка. Если в ресторане не подают кальвадос, стало быть, им пахнет тот альфа, что ушёл прямо перед ним. Он даже лица его не разглядел, хотя с таким природным запахом внешность абсолютно не важна, подумалось омеге. И если бы ресторан не находился на сороковом этаже, Чимин бы выбежал на улицу и попытался найти этого мужчину. А там как карта легла бы. Для начала это мог бы быть просто секс. Да, это слишком эмансипированно, по-западному, однако почему бы и нет? Чимин не был ханжой и уж тем более не играл в игру "завоюй меня, если сможешь". Но обстоятельства уже сложились по-другому, так что Чимину ничего не остаётся, кроме как вздохнуть и ждать Тэ. Не будет же он просить записи с камер или спрашивать у бармена, знает ли он того альфу в стильном костюме с восхитительным ароматом выдержанного яблочного бренди.       Тэхён на самом деле не заставляет себя долго ждать, опоздал всего на пять минут. Завидев его издали, Чимин сразу же вскакивает с места и бежит обниматься. Уткнувшись носом в шею лучшего друга, в голову наконец приходит осознание: он дома. — Господи, как же я скучал! — восклицает Тэхён и слегка отстраняется от Чимина, продолжая держать его за предплечья, чтобы разглядеть получше. — Ты стал ещё красивее! — Это ты стал ещё красивее, — не соглашается с ним Чимин, тоже глядя на друга во все глаза. — Хотя куда ещё красивее, ты даже девять лет назад выглядел как модель. А я… я просто слегка похудел и всё. — Чимин, мы сейчас поссоримся, — строго говорит Тэхён. — Как ты умудряешься покорять подиумы и сердца своих фанатов, будучи настолько неуверенным в себе? — Это всё деньги отца, — шутит Чимин. — Ты же знаешь, сейчас наступила эра непобейби и всё такое. Я не мог не воспользоваться такой возможностью.       Они разражаются смехом. — Да ну тебя, — отмахивается Тэхён и подзывает к себе официанта.       Они делают заказ. Как и ожидалось, Тэхён уже месяц был на диете, чтобы влезть в свадебный костюм, пошитый на заказ. Он хочет поразить всех своей феноменально тонкой талией в корсете. Так что Чимин тоже заказывает себе простой омлет с овощами. — Сколько у тебя есть времени? — проницательно интересуется Чимин.       Тэхён виновато вздыхает. — По мне видно, что я тороплюсь, да? — Ну… ты как будто немного в мыле, да, — усмехается Чимин. — Прости. У меня есть всего сорок минут на завтрак, а потом я снова поеду на примерку костюма. Кажется, я снова похудел, — говорит он так, будто это не было его целью. — Не извиняйся, Тэ, я ведь всё понимаю, — мягко отвечает Чимин. — После твоей свадьбы мы обо всём поболтаем. Я ценю то, что ты нашёл для меня эти полчаса. Кстати, — внезапно оживляется он, — ты так и не рассказал, как Чонгук сделал тебе предложение.       Тэхён сияет, стоит ему вспомнить тот волшебный вечер. — Ну… нельзя сказать, что я этого не ожидал… я знал, что Чонгук сделает мне предложение руки и сердца. У меня было время подготовиться, чтобы всё прошло идеально. Ну, знаешь, стрижка, маникюр, идеальный образ на свидание, когда ты вроде как и не старался особо, а выглядишь идеально. — Постой, а откуда ты мог знать, что он наконец-то созреет? — непонимающе переспрашивает Чимин. — Или у вас настолько высокий уровень взаимопонимания, что ты такие вещи чувствуешь на расстоянии?       Тэхён заговорщически улыбается. — Чимин-и, иногда в отношениях надо немного хитрить. Мне папа Чонгука подсказал, как можно подтолкнуть его к такому важному шагу. — То есть как это, подтолкнуть? — Чимин смеётся над своей наивностью. — Альф можно подтолкнуть к этому? Они разве не сами принимают решение жениться в ближайшее время?       Чимину, в отличие от его друга, ни разу не делали предложение руки и сердца. Он почему-то не вызывал желания жениться на нём, выбирая заведомо недоступных мужчин. Да и длительные отношения у него были только с Чонином и Тэмином. Правда, он встречался с ними всего по три месяца. Может, этого слишком мало? Но четыре года отношений с ними Чимин вряд ли бы выдержал. — Ну… если есть любовь, то можно, — отвечает Тэхён всё с той же улыбкой. — Ей-богу, Чимин, ты вроде опытнее меня в отношениях, а не знаешь таких вещей.       Чимин спокойно переносит дружескую «шпильку» о своей опытности. У него и вправду было довольно много альф — да и не только альф — в отличие от Тэхёна. У Тэхёна всегда был только Чонгук. — Наверное, я просто не общался с папами моих бывших. Или общался, но мало и только по видеосвязи. — Чимин невольно вспоминает папу Чонина, который души в нём не чаял и очень расстроился, когда узнал, что они расстались. — Ну… и это тоже. Чимин, если ты хочешь выйти замуж, тебе нужно быть немного хитрее, использовать манипуляции хотя бы иногда, — сочувствующе говорит Тэхён. — Ты слишком быстро открываешься альфам и не даёшь им на себя «поохотиться».       Чимин мягко улыбается. Тэхён всегда был таким. Всегда хотел создать семью. Такую же блестящую и любящую, в которой рос сам. — Тэхён-и, — ласково говорит Чимин, — ты ведь знаешь, что замужество интересует меня в самую последнюю очередь. — И меня всегда это удивляло, — признаётся Тэхён, делая вид, что ест. — Лично я всегда мечтал рано выйти замуж за первого мужчину в моей жизни. — Что ж, мечты сбываются. И насколько я помню, ты мечтал выйти замуж за Чонгука с какого возраста? С шестнадцати лет? После вашего первого вальса на том жутком приёме? — уточняет Чимин. — Ты помнишь мою одержимость им, да? Боже, мне так неловко это вспоминать, — Тэхён на мгновение прикрывает лицо руками. — Хорошо, что прошло много времени перед тем, как мы снова пересеклись с Чонгуком. Я вырос, да и он… скажем, у него поменялись вкусы. — Омега закатывает глаза. — Это как? — Чимин слушает друга и как будто не узнаёт его. — Ну… раньше Чонгук очень любил доступных омег. И не самых красивых. Я думаю, раньше ему просто было всё равно, ведь у многих альф более высокое либидо в юности. А когда мы с ним снова встретились, он будто успокоился. И мозги на место встали. — Надо же, некоторые альфы так меняются, когда взрослеют, — молвит Чимин, чувствуя себя немного неловко, когда Тэ упоминает легкодоступность омег в осуждающем ключе. Он решает сменить тему и указывает на еле тронутый омлет. — Тебе не нравится еда? — Если честно, с этой подготовкой у меня нет аппетита, — Тэхён опускает глаза в тарелку. — Тем более сегодня будет финальная дегустация торта, мне придётся съесть что-то сладкое. — Переживаешь за калории? Ты? Серьёзно? — Я так замечательно выгляжу не только потому, что у меня хорошая генетика, — немного нервозно отвечает Тэхён. — Учитывая статус моего будущего мужа, я должен выглядеть идеально. Меня всегда будут обсуждать и клепать свои статьи при каждом удобном случае. — Верно… Я думаю, у тебя прекрасно получается быть партнёром такому альфе, как Чонгук, — пытается поддержать друга Чимин. — Ты самый красивый омега из всех, кого я знаю.       И это чистая правда. Чимин смотрит на Тэхёна и не понимает, как можно быть настолько совершенным. Но он не совсем согласен с тем, что нужно изнурять себя диетами ради «статуса» или одобрения со стороны окружения. Сам Чимин прошёл через это ещё семь лет назад, когда ему было всего семнадцать. Он практически довёл себя до анорексии своим неприятием собственного тела. Точнее, типа фигуры. А потом к нему в Штаты прилетел Юнги и вправил мозг, заставляя есть и заниматься спортом. Он даже отложил рабочие дела с отцом ради того, чтобы восстановить здоровье младшего брата. Таким образом, Чимин вдруг обнаружил, что не набирает лишний вес, когда ведёт активный образ жизни и не ест после девяти часов вечера. И понял, что не сможет изменить тип фигуры — тонкую талию, переходящую в довольно широкие округлые бёдра и такую же сочную задницу.       Однако своими мыслями Чимин не делится. В конце концов, они ведь уже взрослые люди. Да и в случае Тэхёна вряд ли всё так драматично. Перед свадьбой все сидят на диете. — Спасибо, правда, я так ценю твою поддержку, — искренне благодарит Тэхён.       Наконец-то в его жизни снова есть человек, поддерживающий его во всём. Он смотрит на часы и чувствует вину за то, что первая за девять лет встреча получилась довольно смазанной. — Тебе уже пора, — догадывается Чимин. — Прости. — Всё нормально. Я как раз хотел заказать себе десерт.       Тэхён чувствует признательность и вскоре убегает по делам, взяв с Чимина обещание, что он обязательно придёт на мальчишник завтра.       Чимину же ничего не остаётся, кроме как действительно насладиться десертом и вновь окунуться в воспоминания о Нормандии и яблочном кальвадосе… Он уже принял решение, что вернётся в этот ресторан завтра в это же время. Вдруг этот альфа постоянный клиент здесь и завтра ему повезёт? Это ведь не может быть простой случайностью?.. Чимину никогда не нравились другие запахи, кроме этого, особенно когда речь шла об альфах. Переехав в Штаты, он был неприятно удивлён фактом, что там никто не скрывал свой естественный аромат, как это всегда было в Корее. На родине демонстрировать свой естественный запах считалось неприличным. Конечно, со временем он привык к западным порядкам. А когда ему самому исполнилось семнадцать и его аромат молодых зелёных яблок полностью раскрылся, то он и сам перестал подавлять его с помощью специальных лосьонов и спреев. Может, этот альфа иностранец или тоже, как он сам, много лет прожил за границей?

ЧОНГУК

      Чимин не знает, на что надеется, когда снова приходит в тот ресторан на следующее утро. Он сидит за барной стойкой уже два часа и легко вздрагивает всем телом всякий раз, когда кто-то заходит внутрь. Бармен сжаливается над ним и спрашивает: — Вы кого-то ждёте? — С чего вы взяли? — кокетливо спрашивает Чимин. Может, симпатичный бармен подскажет, где искать того незнакомца?       Молодой альфа понимающе улыбается. За год работы здесь он стал неплохо разбираться в людях и их намерениях. Да и омега ему сразу понравился. Красивый. И видно, что приехал из-за границы. От него веет свободой. А ещё он не скрывает свой естественный аромат зелёных яблок, что тоже говорит в пользу теории о жизни за границей. — Вы уже четвёртую чашку кофе заказываете. У нас он особенно крепкий, поэтому осторожнее, сердце у вас одно. Может, я могу вам чем-то помочь? Подсказать что-то?       Чимин колеблется несколько секунд, прежде чем признаётся: — Я вчера кое-кого здесь увидел… Точнее, не увидел, а почувствовал его запах. Альфа ушёл прямо перед тем, как я подошёл сделать заказ. Видел я только его спину. Он был одет в строгий костюм. И пах яблочным бренди. Кальвадосом, если быть точнее.       Бармен задумывается на пару минут, пытаясь вспомнить вчерашних утренних гостей. — Здесь было несколько иностранцев, но они ушли до вашего прихода. К тому же, одеты они были в повседневную одежду. А те, что были в строгих костюмах, слишком стары для вас, да и пахли все иначе, — с улыбкой говорит бармен, не скрывая своего восхищения красотой Чимина. — При всём уважении.       Чимин правильно понимает сигналы и окидывает бармена изучающим взглядом. Симпатичный широкоплечий кореец со смуглой кожей и крупными руками. Уверенный в себе. Молодой, энергичный. Может, и в штанах у него порядок? Чимин усмехается. Как бы то ни было, выходит, бармен решил просто трахнуть его, делая вид, что хочет помочь. Как самонадеянно. — Что ж, спасибо за помощь, красавчик, — Чимин оставляет юноше щедрые чаевые и только собирается покинуть ресторан, как бармен спрашивает: — А можно… можно пригласить вас на свидание? — и краснеет щеками. Чимин находит это милым. Может, он наведается сюда ещё раз… — Прости, сегодня я принадлежу сердцем тому красавчику с запахом кальвадоса. Но не прощаемся, я вполне могу прийти сюда завтра и отдать своё сердце тебе, — Чимин подмигивает смущённому альфе, ни капли не стыдясь того, что солгал. Он никогда не делил постель с теми, кто ниже его по статусу — не из-за высокомерия, а ради своей же безопасности. — На пару ночей, конечно же. Не скучай!       Потерпев неудачу, он грациозно спрыгивает с высокого стула и покидает ресторан. И не догадывается, что всё это время за ним наблюдает владелец заведения — Чон Чонгук собственной персоной. Признаться, он обратил внимание на омегу сразу, отмечая, что он на сто процентов в его вкусе. Выглядел он смутно знакомым — с такой внешностью вполне возможно, что омега мелькал где-то на билбордах или в рекламах. А может, он блогер, правда, Чонгук не сидел в социальных сетях, чтобы знать их всех в лицо. Для этого на него работал целый пиар-отдел. Впрочем, омега мог оказаться и актёром. Слишком холёный, идеальный. Точёное лицо, острые черты, фарфоровая кожа, сочные пухлые губы, идеальный медовый блонд и такой же идеальный андеркат, который даже отрастать будет красиво. А светлая блузка с рюшечками подчёркивала его аккуратные плечи и миниатюрные руки. В сочетании с восхитительно обтягивающими идеальные бёдра брюками и ботинками челси на небольшом каблучке весь образ выглядел гармонично.       Чонгук разбирается в омегах. И искренне любит и уважает их. Особенно знаменитых и конвенционально красивых — они способны увеличить продажи одним десятисекундным появлением в рекламе. Это настоящий талант. Впрочем, этого омегу конвенционально красивым не назовёшь, однако он притягивает взгляды. И Чонгук уверен — он превосходно смотрится в кадре в этом своём сладострастном образе. Может, стоило подойти к нему и предложить поучаствовать в съёмках? Как бы то ни было, возможность уже упущена. Но почему-то Чонгука немного уколола сцена флирта омеги с барменом. Не идёт ему такое поведение…       Чонгук возвращается к проверке отчётности и получает очередное СМС от Тэхёна. Тот снова сомневается в оттенке роз в свадебном букете и просит выбрать между розовым и… другим розовым. Чонгук выбирает вариант слева — как делал всегда. Кажется, Тэхён всё ещё не понял этого. Диалог привычно заканчивается тем, что мнение Чонгука не учитывается и Тэхён уже выбрал вариант справа за ту минуту, которую альфа взял на раздумья. Свадьба уже через три дня и, кажется, его омега понемногу сходит с ума. Он всегда был таким инициативным и дотошным, когда дело касалось каких-то бытовых мелочей. Но свадьба — далеко не мелочь, так что Чонгук относится с пониманием. И морально готовится к тому, что начнётся после торжества, — Тэхён переехал в особняк к Чонгуку несколько недель назад и уже задумал грандиозный ремонт. На всякий случай Чонгук дал указание подыскать для них другой съёмный дом неподалёку, когда начнутся работы по реконструкции. Он не против изменений, однако… Тэхён порой увлекается.       Позже за обедом в офисе Чонгук невольно сравнивает Тэхёна с омегой, которого увидел сегодня утром. Он и сам не знает, почему в голову приходят эти мысли. Ни разу за четыре года отношений он не увлекался никем другим, даже долгим взглядом чужих омег не удостаивал, — и никто не мог увлечь его, как бы ни пытался. Но омега, за которым он наблюдал утром, какой-то… другой. Если бы Чонгук был тем двадцатилетним безбашенным альфой, каким был до отношений с Тэхёном, всё закончилось бы спонтанным сексом в туалете заведения. Даже как-то странно. Чонгук хмурится, думая, что таких мыслей у него не должно быть. Особенно если он собирается жениться на ком-то вроде Тэхёна. Губы его трогает нежная улыбка. Тэхён ведь такой идеальный. Словно создан для Чонгука, для их семьи и положения. К тому же, папа его обожает с момента их первой встречи. Тэхён — его судьба. Такой терпеливый и понимающий. Принимающий Чонгука со всеми его недостатками. К тому же, Тэхён конвенционально красивый, что уже само по себе является подарком. Правда, не для Чонгука, а для их окружения, судящего по обложке. Сам он никогда не судил по одному лишь внешнему виду...       Чонгук одёргивает себя. Нельзя. Нельзя сомневаться в своём выборе избранника. Нельзя. Чонгук ведь не омега. Это омегам можно вести себя неразумно и ветрено, а единственный наследник семьи Чон должен быть твёрд в своих решениях.       Вот только почему-то Чонгук колеблется и не знает, почему. В глубине души ему хочется отменить свадьбу и сбежать куда-нибудь... И истинную причину своих сомнений он понимает только поздним вечером, когда выходит из душа и внезапно сталкивается нос к носу с омегой, которого заприметил утром.

ФАСОЛИНКА

      Мальчишник проходит весело. По крайней мере, для Тэхёна, что уже хорошо. Чимин знакомится с его друзьями — такими же блистательными омегами, словно сошедшими с обложек модных журналов. Впрочем, зная окружение Тэ, скорее всего, так и было. Феликс, один из самых красивых омег, каких только видел Чимин, даже узнал его. Чимин одновременно любил и не любил такие моменты, когда знакомился с новыми людьми. — Ты ведь тот самый Чимин-и, верно? — задаёт Феликс дежурный вопрос. Надо ведь с чего-то начинать. — Ты снимаешься для разных брендов.       Тэхён легко шлёпает Чимина по плечу и заговорщически говорит: — Видишь, у тебя и в Сеуле есть фанаты. А ты боялся, что этот город тебя не примет. — Ну, меня фанатом, конечно, не назвать, — жеманно поправляет Тэхёна Феликс, — однако я подписан на тебя уже около года. У тебя интересный вкус в одежде. Хотя в жизни ты выглядишь куда… спокойнее.       Чимин мысленно закатывает глаза. Этот Феликс уже несколько раз изучающе оглядел его с головы до ног с самого появления на мальчишнике. Его скромное короткое платье в сине-красную клетку от Balmain было дополнено комплектом Juste un clou от Cartier. Весьма обычно, но он здесь не для того, чтобы кого-то впечатлять. Если бы можно было делать ставки, Чимин бы всё своё состояние, унаследованное от родителей, поставил на то, что этот платиновый блондин наверняка попытался оценить его образ (без украшений Чимин уложился в семьсот долларов) и даже провёл миниэкспертизу, чтобы определить, настоящие ли его украшения от Cartier или хорошая реплика. Чимин так и представляет, как Феликс запирается в кабинке туалета и вводит в поисковик "Как отличить настоящее колье Cartier от подделки". От этой картинки в голове становится смешно. Даже настроение улучшается. Чимин улыбается и отвечает тем же притворно-радушным тоном: — Если я буду носить в обычной жизни то же, что надеваю на съёмки, то буду привлекать слишком много ненужного внимания. А главная звезда здесь Тэхён-и, — он с нежностью смотрит на лучшего друга, свою родственную душу. Тот отвечает ему таким же тёплым взглядом. — Пока не пройдёт свадьба века, мой стиль будет не просто спокойным, а совсем незаметным. Как и подобает лучшим друзьям, я хочу сделать всё, чтобы на свадьбе главной звездой был только Тэхён.        Бам. Чимин своими словами забил гвоздь в крышку гроба под названием "Мечты примитивных омег из высшего общества". Каждый, абсолютно каждый омега мечтал выйти замуж за кого-то вроде Чон Чонгука — молодого, невероятно красивого, нереально богатого, влиятельного и сексуального альфу. Высокий статус, который обретает муж Чонгука, это не просто слова. Это обретение практически такого же уровня влияния. А люди, имеющие всё в этой жизни, как правило, гонятся за статусом и властью. Омеги не исключение. Омеги тоже бывают амбициозными. Но таких Чон Чонгуков много не бывает. А в Корее он и вовсе один. И его супругом станет счастливчик Ким Тэхён — такой же красивый и блистательный под стать своему альфе. Такую свадьбу не повторить никому в этом столетии, разве что их будущим детям, если решат породниться с кем-то их уровня. Это Чимин знал наверняка и испытывал торжество. Как же прекрасно, что супругом Чонгука не станет ни один из этих напыщенных пустышек! Неужели в мире есть справедливость?       Лица омег слегка вытянулись от недовольства. Они тоже прекрасно знали, что не смогут превзойти Тэхёна, как бы ни старались. А они старались… Несколько лет назад Тэхён даже звонил несколько раз Чимину в истерике, мол, его "друзья" пытаются соблазнить Чонгука и выложить это всё в прессу, чтобы испортить репутацию его омеги. У Чимина тогда была глубокая ночь и он просто сказал, что если Чонгук изменит ему с одним из этих жалких омег, вешающихся на него, то он и мизинца Тэхёна недостоин. Но альфа не разочаровал. После десятка смехотворных попыток соблазнить его он что-то такое сказал тем омегам, что они с тех пор боялись даже на пушечный выстрел к нему подойти. Эта ситуация как-то замялась и они помирились с Тэхёном, принеся ему свои извинения. Как бы то ни было, им не о чем переживать. Поскольку эти омеги тоже являются частью этого общества, то у них всё ещё есть шанс удачно выйти замуж. По крайней мере, они будут жить куда лучше остальных.        Субин решает сменить тему, чтобы отвлечься от грустных мыслей. — Чимин, а у тебя ведь около миллиона подписчиков? — Ага, около того, — отвечает Чимин, уже зная, что ему сейчас предложат. — Не хочешь замутить коллаб или сняться для одного из наших брендов? У Хёнджина есть свой бренд одежды, например.       Хёнджин, омега с тонкими чертами, удивлённо смотрит на Субина. Но потом улыбается.  — Я… это, конечно, было бы прекрасно, но вряд ли Чимин согласится быть моделью для моего бренда, я ведь ещё не достиг уровня Версаче или Диор, для которых ты уже снимался, — он мягко пожимает плечами и опускает взгляд. — У меня, конечно, большие планы, мы идём шаг за шагом к новым целям и вершинам, но пока ещё рано говорить о каком-то головокружительном успехе.       Похоже, Хёнджин здесь самый славный, если не брать в расчёт Тэхёна. Чимин дружелюбно улыбается ему. — Ты можешь прислать оффер моему менеджеру и мы свяжемся с тобой, чтобы обо всём договориться, — говорит он.  — Правда? Это… это прекрасно! — Хёнджин сияет.  — Может, мы обменяемся аудиторией тогда все вместе? — хитро предлагает Феликс, стреляя глазками в Чимина.        Этот нигде своей выгоды не упустит. Но Чимин не может его осуждать. Среди волков нельзя быть кроликом. — Мы можем сделать это на свадьбе века, — отвечает Чимин. — Дело в том, что я ещё не объявлял в своём "Инстаграме", что вернулся в Корею. Хочу сделать это, закинув фотки со свадьбы Тэ.       Замяв тему с взаимным пиаром, омеги просят официанта принести им ещё один сет алкогольных коктейлей и текилы на выбор. Оторваться хотят все. Чимин же замечает, что Тэхён совсем не пьёт, а скорее притворяется, что потягивает "Маргариту". Они наконец-то остаются одни, когда Феликс утягивает всю компанию на танцпол.  — Ты даже сегодня на диете? — вкрадчиво спрашивает Чимин, придвигаясь ближе к другу.       Тэхён виновато пожимает плечами.  — У меня ведь скоро свадьба века, как ты выразился, — смеётся он. — Должен же я был хоть как-то ответить Феликсу на его грубость, — отвечает Чимин. Его губы растягиваются в самодовольной улыбке. — Да ладно тебе, он же ничего такого не сказал, — Тэхён, как всегда, слишком добр к людям. — Он назвал меня серой мышью, Тэ, просто не говорил этого прямо, — упрямо говорит Чимин. — Ты же знаешь, я не люблю эти игры. — А по-моему, ты прекрасно впишешься в нашу компанию, — вдруг возражает Тэхён. — Ты умеешь вести себя с людьми так, чтобы они начали тебя уважать. Ты был одновременно твёрд и в меру доброжелателен. И Феликса осадил. Твоя сильная черта в том, что ты знаешь свои границы и умеешь за себя постоять. Вон как подмял под себя Субина и Хёнджина. Спорим, Феликс скоро тоже захочет стать твоим другом? — Тэ, дорогой, я никогда не впишусь в это общество. Да и никогда не хотел этого. Слава богу, Юнги всегда был далёк от подобного и меня держал подальше… — Как он, кстати? — Внезапно спрашивает Тэхён. — Всё такой же? Ну… неразговорчивый, но… — Но?  — Но... какой-то конкретный. Чёткий. Знающий, чего хочет и не хочет. Строгий. — Тэхён почему-то смущается, когда описывает старшего брата лучшего друга. — О да, он такой же зануда, который подгибает под себя любого, кто ему неугоден. Один он прав, остальные ошибаются. — Чимин усмехается и допивает остатки своей “Маргариты”. Официант неподалёку тут же несёт ему новую. — Да, Тэ, он такой же. Правда, чем ближе он к тридцати пяти, тем зануднее он становится. Раньше хоть омег постоянно водил, сейчас же, видимо, успокоился. Всё больше времени проводит в одиночестве да на работе. Родители всё хотят его женить, но никак не получается. — Надо же… — задумчиво говорит Тэ, словно вспоминает что-то. — Раньше он действительно был ловеласом. Прямо как Чонгук. Кажется, в альфах что-то меняется, когда они… ну… когда они… нагулялись. Юнги-хён, наверное, тоже ищет по-настоящему достойного омегу для себя.  — О да, а таких ведь единицы, — иронично говорит Чимин. Ему порядком надоели эти стереотипы о том, что достойный омега должен быть чуть ли не монахом. Но в Корее такое мнение было всегда и за девять лет ничего особенно не изменилось. — Думаю, в Пусане не творится такой же разврат, как здесь, поэтому найти ему мужа будет проще, — обнадёживающе говорит Тэхён. — А ты... — Чимину немного неловко задавать такие вопросы. — А ты приглашал Юнги на свадьбу? — Да, конечно! — горячо восклицает Тэхён. — Мы всю твою семью пригласили, но приехать смогут только твои родители. Юнги передал через твоего папу, что у него очень много работы и, скорее всего, у него не получится быть на свадьбе. А твои родители разве не сказали тебе это? — А, да, точно, — Чимин натягивает на лицо дежурную улыбку. — Из головы вылетело. На этот раз джет-лаг сильно ударил по мне, — лжёт он.       Он почему-то не хотел рассказывать Тэ о своей семейной драме и сложных отношениях с родителями. И сразу попросил посадить его за столик с друзьями молодожёнов, чтобы иметь возможность познакомиться с привлекательным альфой. Тэхён, конечно же, был всеми руками "за" и сразу выделил лучшее место для Чимина рядом с самыми завидными женихами страны. Он так хотел счастья своему дорогому другу... — В любом случае... передавай как-нибудь привет от меня, как увидишь, — смущённо просит Тэхён. — Если он вспомнит того невзрачного омегу, каким я был в пятнадцать.       Чимин закатывает глаза. — Господи, Тэхён, ты всю жизнь был красавчиком. Это я тогда выглядел как картошка, а ты был эталоном красоты, — слегка заплетающимся языком говорит он. В состоянии алкогольного опьянения Чимин всегда становится особенно добрым по отношению к близким. — Был, есть и будешь красавчиком. У которого скоро свадьба века! Должно быть, ты в прошлой жизни спас страну или даже мир. — Прекрати меня смущать, — говорит Тэ, но довольно улыбается. Он всегда любил комплименты. Всегда любил, когда его любят. И он в своём праве. Такие действительно рождаются раз в десять тысяч лет. — А вот и не прекращу, — Чимин озорно показывает язык. — Может, тебе что-нибудь безалкогольное заказать? Ты совсем ничего не пьёшь.       У Тэхёна прямо сейчас такой вид, будто он что-то хочет сказать, но сдерживается изо всех сил. И Чимин, несмотря на долгую разлуку, видит это.  — Говори уже. — Откуда ты знаешь, что я хочу что-то сказать? — Тэхён смешно округляет глаза. — Господи, я знаю тебя как облупленного, — Чимин закатывает глаза. — Даже разлука это не изменила. Рассказывай, какой тайной ты хочешь поделиться.       Тэхён тихо вздыхает. А затем поднимает на Чимина свой мечтательный взгляд и шепчет ему на ухо: — Я сегодня был в больнице, — на этих словах Чимин заметно напрягается, но Тэ спешит его успокоить. — Я жду ребёнка.       Лицо Чимина удивлённо вытягивается, губы складываются в идеальную букву "О", а глаза расширяются. Когда первая реакция стихает, на смену ей приходит восторг. Чимин на автомате опускает глаза на живот Тэ и крепко обнимает его. — Боже, это так прекрасно! — восклицает он и звонко целует Тэ в щёку. — Сколько недель? Ты случайно узнал или думал об этом? Планировал? — Ты меня сейчас задушишь, — смеётся Тэхён и когда Чимин отстраняется и берёт его за руки, отвечает по порядку: — Срок шесть недель. Узнал сегодня, но подозревал несколько дней, что что-то во мне изменилось. Не скажу, что планировал, но мы с Чонгуком во время последней течки решили не предохраняться, а там будь что будет. Так вот, мне сделали УЗИ... Уже есть сердцебиение, представляешь? Я слышал сегодня, как бьётся сердечко моего малыша. Он крошечный, как фасолинка, но у него уже есть сердце.       Таким счастливым Тэхёна Чимин никогда не видел. Он ведь всегда мечтал о полной крепкой семье и совсем скоро эта мечта исполнится. — Поздравляю! — Чимин снова обнимает Тэ, но уже осторожнее. — А Чонгуку уже рассказал? — Планирую уже после свадьбы рассказать, чтобы он не волновался за меня. Хорошо, что она уже через пару дней! Иначе не выдержал бы и рассказал уже сегодня! Чимин, я так счастлив! Я так счастлив, что смог так быстро забеременеть от любимого мужчины! Некоторые ведь годами не могут…  — Ты поистине идеальный омега, Тэхён-и, — заключает Чимин. — Идеальный омега с идеальной жизнью. И пусть так будет всегда.

ВСТРЕЧА ИСТИННЫХ

      Через некоторое время омеги начали разъезжаться по домам. Чонгук, как заботливый жених, отправил за Тэхёном водителя, и предупредил, что приедет домой позже. В конце концов, у него ведь тоже мальчишник. Последний день свободы, мысленно окрестил он этот вечер. Тэхён знал, чем обычно заканчиваются посиделки Чонгука с друзьями — до утра его можно не ждать. Такое случалось примерно три-четыре раза в год, поэтому особого волнения или недовольства не вызывало. Папа Чонгука всегда говорил, что альфам нужны такие вечера и что они способствуют укреплению брачного союза.  — Это как день в СПА для нас, понимаешь? Только у них там выпивка и шумная компания, — сказал он несколько лет назад, когда Тэхён встречался с Чонгуком всего год и поделился, что немного (на самом деле очень) ревнует своего альфу в такие вечера.  — Но мне всё равно это не нравится, папа… Я беспокоюсь, что Чонгук может поддаться влиянию алкоголя и вкусить другого омегу, — признался как-то раз младший омега. — А я отдал ему всё, что было, и… я так его люблю. — Для этого тоже есть свои хитрости, — снисходительно улыбнувшись, открыл тайну будущий свёкр. — Ты просто не оставляй его “голодным” перед подобными посиделками и у него будет меньше соблазнов.        Тэхён тогда не знал, что если альфу нужно удерживать, то его не нужно удерживать. Правда, сегодня он не смог “утолить голод” Чонгука — из-за беременности ему сильно нездоровилось. Он и на свой мальчишник еле собрался, но не стал ничего отменять, чтобы не обидеть друзей. Да и был ли смысл теперь беспокоиться о верности Чонгука, если тот уже сделал ему предложение? К тому же, юристы семьи Ким составили жёсткий брачный контракт, согласно которому пресекается даже малейшая вероятность не то что серьёзной любовной связи на стороне, но даже одноразовой ничего не значащей интрижки. Тэхён поначалу боялся, что Чонгук ни за что не подпишет документ и будет пытаться поменять самые “невыгодные” пункты, но ознакомившись, он с лёгкостью согласился на все эти условия.  — В перечисленном ничего невыполнимого нет.       Изначально по контракту Тэхёну полагалось подарить отдельный особняк на случай бракоразводного процесса, однако омега сам отказался от этой идеи, поскольку он не был намерен ни разводиться, ни жить отдельно от своей первой любви. Более того, именно в тот день — а это было месяц назад — он и поставил Чонгука перед фактом о том, что отныне они будут жить вместе в одном доме. Тот уступил простому желанию омеги. Это ведь более чем выполнимо.       Так что истинным было суждено встретиться именно в доме альфы, куда Тэхён и привёл лучшего друга, а тот не посмел отказать. — Чонгука всё равно не будет до утра, давай устроим ночёвку? — Как в старые добрые времена? — спрашивает Чимин с тёплой улыбкой. — Как в старые добрые времена. Я закажу нам что-нибудь лёгкое и полезное, мы поедим, а потом ты будешь обнимать меня всю ночь, — мечтательно произносит Тэхён. — А как же твоя диета? — Ну… если честно, я сегодня почти ничего не ел, — признаётся Тэхён. — Весь день мутило, отпустило только к ночи, а у нас уже мальчишник подошёл к концу к этому времени.       Тэхён не успел поесть — он уснул на коленях Чимина, пока они ждали доставку из ближайшего ресторана на диване в гостиной. Когда прислуга встретила курьера, Чимин сделал им знак не накрывать на стол и попросил положить еду в холодильник. Он чувствует лёгкое головокружение после нескольких алкогольных коктейлей и откидывается на спинку дивана. Пальцы его с нежностью перебирают шелковистые волосы Тэхёна, делая его сон глубже. В подростковом возрасте они часто засыпали вместе, обмениваясь даже слабыми сладкими омежьими ароматами. Тэхён ещё тогда пах розами. Чимину было интересно, как он пахнет сейчас. Наверняка аромат стал ещё насыщеннее, слаще, желаннее. Даже жаль, что в Корее люди обычно маскируют свои природные запахи специальными спреями — достаточно распылить его на крошечные запаховые железы, находящиеся на шее по бокам, и запах исчезает так, словно его никогда не было. Работало это только с феромонами. К сожалению, с запахом пота в спортзалах и общественном транспорте не справлялось ничего, кроме хорошей системы вентиляции.       Чимин вдруг задумывается: а чем же пахнет Чонгук? Сочетается ли его аромат с ароматом Тэхёна? Он уже поставил метку омеге? Ведь его аромат в таком случае надолго поменяется, пока Чонгук не обновит метку. Чимин думает и о том, когда же и в его жизни появится кто-то настолько особенный. И появится ли? Может, ему суждено остаться одному? Может, он не почувствует и толики тех чувств, что ежедневно испытывает Тэ вот уже на протяжении четырёх лет? Если так подумать, то у него не жизнь, а мечта. И хотя Чимин не склонен завидовать другим людям — у каждого своя борьба, свои проблемы — он не может отрицать факт, что Тэхён настоящий счастливчик. Семья у него всегда была идеальной — отец настолько сильно любит его папу, что в своё время отказался даже от истинного омеги. Папа Тэхёна, узнав об этом, вначале хотел расстаться, чтобы не мешать истинным, но ему не позволили. Отец Тэхёна по сей день держит за руку своего любимого супруга. И Чимин желает другу того же самого.        Когда Тэхён ёжится от холода во сне, Чимин мягко перекладывает его голову на диван, подставив подушку. Легко размяв затёкшие ноги, он идёт за одеялами для себя и Тэ. Ищет спальню он интуитивно — обычно они находятся на втором либо третьем этаже. Спустя несколько минут поисков нужная комната находится в начале коридора на третьем этаже. Спальня будущей четы Чон была оформлена роскошно, в королевском стиле. Чимину подобное было не по душе, однако многие в его окружении любили всё помпезное, буквально кричащее о богатстве, когда речь заходила об интерьере их резиденций. Захватив лёгкие, но тёплые одеяла, Чимин собирался покинуть спальню, однако его взгляд зацепился за фотографии, развешанные на стене так, будто это была комната подростка. Они просто висели на веревочках, прикреплённые к ним прищепками и выбивались из общей атмосферы роскошности. И именно в этом было очарование безликой комнаты. Чимин невольно зависает, разглядывая каждую фотокарточку. Он видел Чонгука ранее, когда Тэхён присылал их общие селки или публиковал их в “сторис”. Но этих фотографий не было нигде и они выглядели настолько личными… На них запечатлено счастье. Счастье Тэхёна.       Спустившись вниз и накрыв Тэ одеялом, Чимин решает принять душ. Прислуга уже спит, поэтому ванную комнату для гостей он находит так же интуитивно на втором этаже. Конечно, вначале он оказывается в гостевой спальне и уже оттуда намеревается зайти в душ, как дверь, ведущая туда, резко открывается и он сталкивается с альфой… Точнее, не сталкивается, а больно ударяется щекой о его твёрдую мускулистую грудь. — О господи! — Чимин поднимает взгляд на лицо альфы. Сердце его пропускает удар. Вживую он ещё красивее, чем на фотографиях. — Вы Чонгук, верно? — задаёт он риторический вопрос.  — В-в-вы? — Чонгук не может поверить своим глазам. Это же тот омега из ресторана, которого он видел утром и не мог выбросить из головы целый день! Даже мальчишник не помог ему отвлечься — образ эффектного омеги, заигрывающего с барменом, словно отпечатался на внутренней стороне век.       Чимин делает глубокий вдох, чтобы успокоиться — от такого неожиданного столкновения он слегка запаниковал. Первой мыслью было: “А что, если это грабитель или кто похуже? Что, если этот некто навредит Тэхёну и его неродившемуся малышу?”. Увидев же, что всё в порядке, у него отлегло от сердца. И его внезапно накрывает.       Накрывает тем самым дивным ароматом яблочного кальвадоса. Вспоминаются самые счастливые дни в его жизни… Он на мгновение прикрывает глаза и чувствует, что его начинает шатать. Он почти падает, когда чужие руки крепко хватают его за плечи и удерживают на месте. Аромат истинного забивает его лёгкие и ему мгновенно становится так хорошо… И одновременно плохо.       Чимин теряет сознание.       Чонгук, по-прежнему удерживающий омегу в своих руках, действует оперативно — быстро относит его на кровать, стоящую в нескольких метрах от них, проверяет дыхание, пульс и только после этого расстёгивает маленькие пуговки обтягивающего платья одну за другой. Чёрт бы побрал эту дурацкую омежью одежду крошечных размеров с абсолютно вульгарным фасоном, в которую они так отчаянно пытаются втиснуться, жертвуя здоровьем и собственным комфортом! Омега наверняка потерял сознание из-за этого. Расстегнув пуговицы до самого низа живота, Чонгук понимает, что под платьем там ничего нет. Он громко сглатывает, глядя на сочную упругую грудь омеги, которая не деформировалась даже в лежачем положении. Чонгук отчего-то уверен: грудь настоящая, не оперированная. Об этом говорит и отсутствие характерных шрамов. Надо же, как повезло омеге с формой и размером груди. Чонгук подрывается с места и открывает окно, чтобы в комнату проник свежий воздух. А потом накрывает омегу покрывалом, чтобы эта чудесная грудь больше не притягивала его взгляд.        “Не время думать об этом. Да и ты больше не в том положении, чтобы позволять себе подобное”.       Так говорит себе Чонгук, а потом наконец ощущает. Запах свежих зелёных яблок. Запах счастья. Запах, идеально сочетающийся с запахом самого Чонгука. Не сливающийся, но выгодно подчеркивающий его собственный. Однако дело даже не в этом. Чонгук вдруг ощущает невероятное спокойствие, умиротворение и вместе с тем желание обладать этим омегой. Обладать и… защищать. Дать этому омеге всё, в чём бы он ни нуждался, быть для него всем, чего бы он ни захотел, — братом, другом, любовником. Будто это то, что он всегда искал в омегах…        Тем временем Чимин возвращается в сознание. На деле не прошло и пяти минут. Первое, что он видит, это поражённый взгляд Чонгука. Чимин уверен, что и у него самого такое же выражение лица.       Как же природа жестока. Из всех людей на земле сделать истинными тех, кто не сможет быть вместе по этическим причинам? Пожалуй, хуже этого могут быть ситуации, где истинными оказываются кровные родственники или люди со слишком большой разницей в возрасте. Однако жених лучшего друга? Или лучший друг твоего жениха? И это всё, когда свадьба уже через два дня?        Чимин пытается сесть, и когда у него это получается, покрывало соскальзывает с его груди и перед взором Чонгука снова предстаёт это совершенство, на которое он заворожённо смотрит. Он стыдливо отводит взгляд, а потом и вовсе отворачивается, давая омеге привести себя в порядок. — Извините, я расстегнул пуговицы, потому что думал, что причина потери сознания в слишком тесной одежде. Я не трогал вас, — зачем-то уточняет Чонгук, будто это не является чем-то очевидным. — Я так и понял, — отвечает Чимин и спокойно застёгивает пуговицы одну за другой. Он давно перестал испытывать стыд или неловкость перед альфами, когда те видели его обнажённое тело. Однако снова взглянув на Чонгука, он резко покраснел. Тот всё ещё был голым, если не считать сбившегося в кучу полотенца на его бёдрах. — Может, вы оденетесь и мы поговорим?        “Поговорим о том, что мы оказались истинными”, — мысленно заканчивает за него предложение Чонгук и молча кивает, соглашаясь. И говорит уже вслух: — Подождите меня здесь, я быстро оденусь и принесу вам воды. — Всё в порядке,  не нужно. Я Чимин, кстати. Пак Чимин.        Чонгук оборачивается и пристально смотрит омеге в глаза. На лице его застывает абсолютно несчастное выражение. Он всё прекрасно понимает. Даже и разговоров не нужно, чтобы понять, что они не смогут быть вместе, даже если сильно полюбят друг друга… — Тот… — он прочищает горло. Голос резко охрип. — Тот самый Пак Чимин? Из Пусана? Из… из прошлой жизни Тэхёна? Тот самый лучший друг, которого он любит больше жизни?  — Да, Чонгук, — почти шёпотом. — Тот самый Пак Чимин.

РАЗГОВОР

      Внезапный шум внизу привлекает внимание Чимина, пока он ждёт Чонгука для серьёзного разговора в надежде расставить все точки над i. Да и что там расставлять? Даже если бы они и хотели и внезапно воспылали чувствами, им не суждено быть вместе. Более того, Чонгук уже очень любит Тэ. В его сердце никогда не будет места для другого человека. Надо быть идиотом, чтобы променять Тэхёна на кого-то ещё.  — Чимин? Ты где? — голос Тэхёна раздаётся довольно близко. Значит, он на втором этаже.       Чимин резко вскакивает с постели и бросает покрывало на пол рядом с окном. Подлетает к туалетному столику и быстро приводит макияж в порядок, убирая излишки косметики и жирного блеска пальцами. Заходит в ванную комнату, моет руки и слегка приглаживает волосы, чтобы выглядело так, будто он принимал лёгкий душ. — Тэ, я здесь! — громко говорит он и наконец выходит из гостевой комнаты. Надевает на лицо широкую улыбку, когда видит Тэхёна. — Решил зайти в душ и освежиться. Весь вечер ведь танцевал как сумасшедший с твоими друзьями. А ты, я вижу, проснулся и испугался, не увидев меня рядом?        Тэхён смотрит на него по-хулигански. — На самом деле я просто проголодался, а одному есть не хотелось.       Чимин смеётся. И понимает, что не сможет сказать Тэ, что только что встретил своего истинного. И что этот истинный — чужой жених. Его, Тэхёна, жених. Чимин уже принял правильное в своих глазах решение. Осталось только найти способ донести его до Чонгука и закрыть эту тему навсегда.       Тэхён “знакомит” его с Чонгуком на кухне, когда они снова сталкиваются, только на этот раз уже втроём. И Чимин, и Чонгук оказываются солидарны в решении не говорить о том, что уже познакомились. В конце концов, говорить своему лучшему другу, что познакомился с его женихом, когда тот был почти голым, — не самая лучшая затея. Поэтому они и разыгрывают этот спектакль: — Пак Чимин, приятно с вами познакомиться, — протягивая руки друг другу и делая вид, что не заметили, как обоих словно током прошивает. Если бы Чонгук не нанёс маскирующий запахи спрей, то Тэхён бы без труда распознал в его ауре зарождающееся сексуальное возбуждение. Чимин сексуальный. Очень сексуальный. — Чон Чонгук, спасибо, это взаимно. Давайте перейдём на “ты”?       Они решают перекусить все вместе. Чимин садится с одной стороны стола, а за противоположную усаживаются Тэ и его жених. Аппетита нет, но он всё равно ковыряется в контейнере со своим заказом из ресторана. Чонгук ограничивается комбучей. Тэхён же за обе щеки уплетает салат с курицей и о чём-то возбуждённо щебечет, пока Чимин разглядывает идеальную пару напротив себя. Лучшего сочетания и придумать невозможно. Два красивых человека из одного социального класса с блестящим будущим. К тому же, влюблённые друг в друга без памяти. Тэ, светящийся от счастья. И Чонгук… совершенный альфа, от которого за километр веет спокойствием и надёжностью. Сейчас он отводит глаза и отмалчивается, но в свете событий часовой давности такую реакцию можно понять. Наверняка он гадает, что скажет ему Чимин, когда они выкроят время для разговора.       Тэхён довольно быстро чувствует усталость. Неудивительно, ведь уже четыре часа утра.  — Ты же останешься на ночь, Чимин? — с надеждой спрашивает он. — Утром бы мы позавтракали вместе и ещё поболтали.       Чимин бросает мимолётный взгляд на Чонгука и понимает, что это плохая  идея. Альфа всем своим видом показывает, что против. — Я… если честно, я хочу домой, Тэ, если ты не обидишься. Точнее, хочу вернуться в отель. Ведь твой жених уже приехал и тебе не будет страшно или одиноко…  — В отель? Ты в отеле сейчас живёшь? — Ни с того ни с сего интересуется Чонгук.  — Да, я ведь недавно прилетел. Пока не успел присмотреть себе дом или квартиру, — невозмутимо отвечает Чимин. — А… а откуда ты прилетел? — Чонгук смущается, когда задаёт этот вопрос, но ему и правда становится интересно, почему он встретил своего истинного только сейчас. Может, у них был шанс встретиться раньше?.. — Любимый, я ведь столько рассказывал тебе о Чимине, неужели ты не запомнил? — мягко журит своего жениха Тэхён. — Я помню, что Чимин только-только уехал в Америку, когда мы с тобой встретились впервые, — Чонгук попеременно смотрит на омег, — и что именно по этой причине он и не смог присутствовать на том приёме в Пусане. Мне было восемнадцать тогда…        Чонгук запинается и понимает, что он мог встретить Чимина ещё девять лет назад. Глядя на своего истинного, он замечает, как тот опустил глаза в свою кружку с чаем и сжался. Что он сейчас чувствует? Этого не понять, если не закрепить связь известным путём и не поставить метку. Метка… Чонгук интуитивно не ставил её Тэхёну, словно чувствовал что-то… Он вздыхает и продолжает перечислять факты, один за другим всплывающие в его памяти. Тэхён часто рассказывал ему о приключениях некоего Чимина, однако никогда это не казалось таким важным, как сейчас.  — Чимин, ты ведь прожил в нескольких городах Америки около семи лет, а потом, два года назад, переехал в Европу? Во Францию, если быть точным, верно? — Эм… д-да, если в общих чертах, — подтверждает удивлённый Чимин. Неужели Тэ так много рассказывал о нём жениху? Но зачем? Неужели история его жизни настолько интересная? — Вначале после того, как я покинул Штаты, я провёл несколько месяцев в путешествии по городам Европы, но затем решил обосноваться в Париже. Этот город покорил моё сердце. — Да? И чем же? — спрашивает Чонгук. Он бывал в Париже несколько раз по работе, но это было давно. Значит, не было ни малейшего шанса встретить Чимина и там.        Чимин тушуется перед тем, как ответить, и не понимает, почему. Ведь у него с Чонгуком ничего не может быть, отчего же ему неловко раскрывать настоящую причину переезда в Париж? — Эм… по правде говоря, я там вступил в отношения с одним альфой… поэтому и остался. А потом мне понравился и ритм жизни в Париже, и эстетика…       Говоря это, Чимину очень хотелось зажмуриться и исчезнуть. И видя первую реакцию Чонгука — нахмуренные брови и сжатые челюсти — он понимал, почему. Природе истинных трудно сопротивляться — об этом знают даже школьники. Тэхён же не замечает того, что происходит между этими двумя.  — О-о-о, ты же про Чонина говоришь, верно? Тот самый танцор, укравший твоё сердце?        Чимин сглатывает и снова смотрит на Чонгука. Тот теперь не смотрит на него. — Да, я Чонина имел в виду.  — Жаль, что у вас не получилось построить крепкий союз, — искренне сочувствует Тэхён. — Он делал тебя таким счастливым…  — Мои родители бы не одобрили его, — отрезает Чимин. И в какой-то степени это правда. — Да и мы с ним слишком разные…  — Слишком разные вы были с Тэмином, — качает головой Тэхён и Чимин давится чаем, слыша это. Перед альфой теперь стало не только неловко, но ещё и стыдно.  — Думаю, разговор ушёл немного не в то русло, — тактично замечает Чонгук. — Мне кажется, обсуждать бывших немного… неловко и иногда грустно, не правда ли?       Тэхён пожимает плечами. — Не знаю, у меня не было бывших, поэтому я далёк от этих душевных метаний. Да и Чимин давно уже этим отболел, верно?       Чимин неуверенно кивает и делает ещё один большой глоток чая, чтобы не отвечать. А Чонгук улыбается своим мыслям. Его будущий супруг такой непосредственный иногда и совершенно не боится обидеть людей. Но кто знает, может, он всё себе напридумывал и Чимина эта тема действительно не задевает? — Как бы то ни было, я предлагаю тебе, ТэТэ, готовиться ко сну, а Чимина я бы хотел подвезти до отеля. Как вы оба на это смотрите? — Я думаю, это прекрасная идея, — говорит Тэхён. — Как раз хотел предложить то же самое.       Чимина же по сути никто и не спрашивает. Да и он сам не сопротивляется, увидев в этом возможность откровенно поговорить с Чонгуком о том, чтобы сохранить факт их истинности в секрете.       Первые пять минут они едут молча. Чимин сидит на пассажирском сидении и не знает, куда деть руки. Шея его словно парализована — он не может повернуть голову влево и посмотреть на Чонгука и от этого становится не по себе. Это молчание между ними приносит один лишь дискомфорт. Разве между истинными должно быть так?       Чонгук же абсолютно не стесняется бросать взгляды на омегу и, когда загорается красный свет, внимательно изучает его красивый стан, изгиб длинной шеи, стройные ноги, не прикрытые коротким платьем, покрытые почти прозрачными пушковыми волосами. Хочется прикоснуться к этим манящим бёдрам. Наверняка они мягкие на ощупь. А если шлёпнуть по ним, то можно будет увидеть, как пружинит кожа. Фигура у Чимина сочная. Чонгуку всегда такие нравились.  — Так и не скажешь ничего? — наконец прерывает молчание альфа и внезапно выруливает на парковку неизвестного высотного здания, предварительно нажав кнопку на пульте, чтобы открыть шлагбаум. — Здесь находится мой офис. Можем подняться туда или поговорить прямо тут. Камер в этом уголке нет.       Чимин наконец поворачивается к нему всем корпусом и отстёгивает ремень безопасности. К чему он упомянул камеры? Думает, они будут миловаться или что? Он вздыхает и чувствует, как на его лбу выступила испарина. Кажется, у него началась паранойя. С чего бы Чонгуку пытаться сделать что-то подобное? Это невозможно. Осталось лишь убедиться, что они солидарны в этом вопросе.  — Давай останемся здесь.       Камер, может, в этом углу нет, но они точно есть в остальных местах. В холле, лифтах, коридорах и, быть может, в самом офисе. Нельзя попадаться. Давно Чимин так себя не чувствовал. Давно не испытывал потребности скрываться, чтобы его никто не увидел, не смог в чём-то заподозрить и уж тем более не смог донести об этом Тэхёну. Неужели история повторяется?..  — Ты нервничаешь, — не спрашивает, но констатирует Чонгук. — Почему? — Это неправильно. — Что именно? — Ты шутишь? Не говори мне, что не почувствовал… — Не почувствовал, что мы истинные? — спокойно уточняет Чонгук. — Ты из-за этого так нервничаешь? — А ты нет? — удивляется Чимин. — Нет ничего, что нельзя было бы решить, — Чонгук пожимает плечами и продолжает неотрывно смотреть на Чимина.        До чего же красивый. Словно вышел со страниц манхв, которые так любил в детстве Чонгук. Впрочем, он сам тоже выглядел как главный герой любимых произведений. — Чонгук, я… — Чимин наконец решается расставить все точки над i. — Думаю, нам не стоит говорить Тэ, что мы оказались истинными. Я не хочу, чтобы он волновался. К тому же, мы ведь забудем об этом не столь важном факте? Особенно в свете вашей скорой свадьбы. — Что? — Альфа непонимающе хмурится. — Забудем? Ты серьёзно? — Чонгук, ты внимательно меня слушаешь? — Чимин начинает злиться. — Конечно, мы забудем об этом! — Дело только в свадьбе? — Спрашивает вдруг Чонгук. — Что? — Я спрашиваю, дело только в свадьбе? Её можно отменить или перенести и попробовать узнать друг друга получше…       Чимин не может поверить своим ушам. Конечно, по всему миру распространены случаи расторжения прежних отношений, когда один или оба партнёра встречали своих истинных и влюбились, однако… не меньше случаев, когда люди решали придерживаться своего выбора, а не того, что заготовила природа. Или вселенная. Или бог. Каждый верил в разное, но феномен истинности всегда вызывал неоднозначные эмоции и жаркие дискуссии в обществе. — Только не говори мне, что ты веришь во всю эту ересь об идеальной совместимости истинных, — качает головой Чимин. — Ты же знаешь, что мы сможем легко прожить с другими, непредначертанными судьбой партнёрами и быть даже счастливее, чем были бы друг с другом. — Но истинность не появляется на пустом месте, Чимин, — возражает Чонгук. — Я вдруг подумал, что наша с тобой встреча — это знак. — Знак чего? — Знак… знак подумать, правильно ли мы с Тэхёном поступаем. Можно было бы рассказать всем правду и отменить свадьбу. Мы с тобой могли бы узнать друг друга получше и… кто знает, что будет дальше?        У Чимина спирает дыхание. Ему очень хочется выйти из машины и громко закричать. Но нельзя привлекать лишнее внимание… — Поверить не могу, что такой альфа, как ты, говорит сейчас подобное, — тон его голоса разочарованный, что словно кинжалом пронзает сердце Чонгука. — Это омеги обычно сомневаются перед свадьбой. Нам это свойственно.  — Я знаю, — Чонгук чувствует горечь, оседающую на языке. —  Я знаю, что не должен сомневаться в своём выборе. Но увидев тебя, Чимин… я будто чувствую, что упускаю что-то. Что-то очень важное. У меня такое впервые. Поэтому я и говорю, что истинность не берётся на пустом месте. Я знаю, ты думаешь, что можешь сбежать от судьбы, но я в этом сомневаюсь.       Чимин больше не может выносить этого. Ему не хочется чувствовать то же, что чувствует Чонгук. Но в его душе тоже поселилось ощущение, что он упускает своё счастье… И всё же он не может поступить так с Тэхёном. Что скажут люди? Что самый завидный жених во всей Корее внезапно отменил свадьбу за два дня до церемонии? Что Тэхён оказался недостаточно хорош? А ребёнок?        И здесь Чимина прошивает болью. Он протягивает свою ладонь к щеке Чонгука и поглаживает, слегка спускаясь пальчиками на сильную шею. Чтобы ощутить лёгкое покалывание щетины, шёлк его тёмных волос, чтобы запомнить этот решительный взгляд, его яркие черты, следы улыбки в уголках глаз, крупноватый прямой нос, слегка капризный изгиб приоткрытых губ, тепло его кожи… Чтобы точно понимать, от чего отказываешься по своей воле. И чтобы это совершенное лицо снилось по ночам…        Чонгук перехватывает мягкую ладонь Чимина своей и прижимает её к щеке, прикрыв глаза. Вдыхает запах зелёных яблок поглубже, словно пытаясь запечатлеть его в себе навсегда. Только он хочет прижать к себе Чимина, как тот наконец подаёт голос и меняет их жизнь навсегда. — Тэхён ждёт ребёнка, Чонгук. Мы не можем так поступить с ним. С ними.       Остаток пути они проводят в полной тишине, думая об одном.        Им нужно забыть не только об истинности, но и о существовании друг друга.