Espresso

Espresso — Sabrina Carpenter Feather — Sabrina Carpenter

Agora Hills — Doja Cat

— Еще полчаса! — в седьмой раз за этот вечер пообещал Хосок, оглядываясь по сторонам. Чимин закатил глаза, потому что его другу не обязательно было повторять это раз за разом. Пак знал, что, несмотря на его недовольную мину, Хоби не сдвинется с места, пока не заметит Юнги, ради которого, собственно, и притащил сюда свою и Чиминову задницу. Ну, ладно, блондин находился на весенней ярмарке не только из-за Чона. Он ещё и присматривал за своей сестрёнкой, которая прямо сейчас находилась в будке поцелуев прямо за его спиной. Вонён два часа крутилась возле зеркала и, по мнению Пака, выбрала слишком короткое платье, зная, что сегодня обменяется слюной со слишком большим количеством особей мужского пола. Чимина успокаивал лишь тот факт, что его сестра могла за себя постоять, а ещё и то, что билеты не продавались никому старше двадцати лет. — Я хочу бабл-ти, — спустя пару минут пробормотал Чимин, скучающе оглядевшись по сторонам. — Хочешь перекусить? — Ты никуда не пойдёшь! — возразил Хосок, тут же схватившись за плечо друга. — Мне нужна моральная поддержка, а ты собираешься сбежать. — Это буквально в паре метров отсюда, — закатил глаза Пак, всплеснув правой рукой в сторону маленького островка с напитками. — И зачем тебе моральная поддержка? Ты пялишься в пустоту! Хоби возмущенно надул губы. — Он обещал приехать со своими друзьями! На новенькой темно-зеленой пежо, — закончил друг, поиграв бровями. Честно говоря, Чимина это не впечатлило. Или ему просто надоело слушать каждый день восхищённые рассказы о Юнги. Мин гребаный Юнги. Первокурсник в местном колледже, родившийся с серебряной ложкой в заднице. Коллекционер новеньких машин из 90-х, подаренных ему его богатым папашей. И угораздило же Хосока влюбиться (как он говорил) в этого безэмоционального индюка. — Что из вышеперечисленного должно остановить меня от покупки бабл-ти и снеков? — вскинул правую бровь Пак. — Ты просто нашёл повод бросить меня, — скрестил руки на груди друг, но долго сверлить Чимина взглядом не смог, тут же вернув внимание на вход в парк. Блондин фыркнул, а затем встал с лавки, поправляя синие джинсы, удобно сидящие на его бедрах. Вонён заставила его надеть именно их, дополнив образ белой футболкой и белыми кедами. Сказала, что так его задница будет выглядеть куда аппетитней. Как будто Чимин собирался кого-то сегодня подцепить. Ну уж нет. Он всё еще был сыт перепихоном, который случился на прошлой неделе. Это было грязно и совершенно неприятно. Пак встряхнулся, пытаясь избавиться от воспоминаний. — В любом случае, далеко от тебя я не уйду. Я всё ещё присматриваю за Вонён. — Я даю тебе пять минут, — пригрозил старший, что Чимин бесстыдно проигнорировал, направляясь в сторону того самого островка с напитками и снеками. Не поймите Чимина неправильно. Он отличный друг! Но у каждого отличного друга начинают сдавать нервы, когда ему приходиться выслушивать любовные поэмы о людях, с которыми он даже лично ни разу не разговаривал. Он видел Юнги всего несколько раз, на приличном расстоянии, постоянно в окружении девушек, которые умоляли Мина сфоткаться с его машиной или прокатиться на ней. И после всего этого у Пака сложилось впечатление, что небольшие переписки с Хосоком — это всего лишь игра старшего. Чимин ни разу не видел Юнги с парнем, а тут... — Бабл-ти, пожалуйста, — обратился к молодому пареньку Пак, подойдя к островку. — С каким вкусом? — поинтересовался Субин. Кажется, так его зовут. По крайней мере Чимин не настолько стар, чтобы забыть имя одноклассника Вонён. — Кофе Мокко, пожалуйста, — мягко улыбнулся Пак, не желая портить пареньку настроение своей кислой миной. Он не хотел возвращаться к Хосоку, особенно теперь, когда, обернувшись, Пак заметил того самого Мин Юнги, подошедшего к его другу в сопровождении ещё двух парней. Чимин уже попадал в ситуацию, когда становился третьим лишним, и совершенно не хотел сталкиваться с этим снова. — Вот чёрт! — услышал блондин позади себя и прежде, чем обернуться, приготовился к тому, что его напиток будет разлит, испорчен или еще что-то, но... — В чём дело? — нахмурился Пак, взглянув на Субина. Тот держал готовый напиток, вытянутый над прилавком, но смотрел паренёк совсем в другую сторону. Проследовав за его взглядом, Чимин поднял вверх брови, выражая абсолютное неверие в сложившуюся перед глазами ситуацию. Сквозь толпу парней и девушек Ёнджун, парень Вонён, пробирался к своей девушке на небольшую сцену, чтобы, скорее всего, устроить скандал, ведь его девушка не удосужилась предупредить своего партнёра о том, что будет участвовать в благотворительном мероприятии, раздавая поцелуи направо и налево в течение часа. — Это будет весело, — фыркнул Пак, выуживая из переднего кармана джинс смятую купюру. — Сдачи не надо. Отмахнувшись от суматохи насчитывающего пенни Субина, Чимин схватил свой напиток и направился в сторону будки поцелуев, на ходу пробив трубочкой плёночную крышку стаканчика. Ёнджун за это время поднялся на сцену и подошел к Вонён, энергично размахивая руками в процессе своей эмоциональной речи. Чимин был спокоен, так как знал, что этот мелкий не обидит его сестру, однако уходить далеко не собирался, продолжая контролировать ситуацию из своего импровизированного укрытия за небольшим деревом. Спустя минуту препирательств и тяжёлых вздохов из очереди на долгожданный поцелуй Пак допил свой напиток и подошел к урне, чтобы выбросить пустой стакан. Достав из кармана масло для губ, блондин увлажнил губы и вдруг замер, заметив, как раскраснелось лицо его сестры. Нахмуренный лоб и сдвинутые на переносицу брови не предвещали ничего хорошего. Она собирается заплакать. Тут же засунув масло в карман, Чимин подошел к задней стороне будки поцелуев в тот самый момент, когда его сестра нырнула за ширму. — В чём дело? — спросил Чимин, поймав Вонён за плечи. — Оппа, — надув губы, заныла девушка, — это ты ему сказал, где я сегодня буду? — Ты, конечно, часто меня раздражаешь, — начал Пак, — но не настолько... — Тогда кто это сделал? — Смею предположить, что одна из твоих подружек. Ты знаешь, зависть... Чимина раздражал тот факт, что Вонён любит его перебивать, но в этот раз он не собирался устраивать из-за этого сцену, так как видел, насколько сильно взбесилась его сестра. — Я убью её! — отрезала девушка, выпутываясь из рук брата. Пак сделал шаг назад, скрестив руки на груди. — Я надеюсь, ты собираешься сделать это после того, как поцелуешь еще примерно, — блондин выглянул из-за ширмы и тихо присвистнул, прежде чем продолжить, — около тридцати человек? Я вижу, как некоторые девушки выглядят нетерпеливыми, и парни... — Оппа! — топнула ногой Вонён, привлекая внимание брата. — Я не могу продолжить! Ёнджун взбешен, а я собираюсь убить свою лучшую подругу. — Думаю, статус 'лучшей подруги' нужно пересмотреть, — хихикнул Чимин, засовывая руки в передние карманы. — Кого ты собираешься позвать вместо себя? Наён? Девушка качнула головой. — Наён не согласится, потому что она брезгливая. Чёрт! Эти деньги очень важны! Мы пообещали приюту, что... Сестра внезапно замолкла, и Чимин неожиданно обнаружил у себя способность читать её мысли. Или же просто очень хорошо понимал значение каждой отразившейся на её лице эмоции. — Даже не думай! — выставил указательный палец Пак. — Я пришел сюда присмотреть за тобой и понаблюдать за неуклюжим флиртом Хосока. В мои планы не входило облизывать чей-то рот! — Всего тридцать человек! — сокрушалась Вонён. — Нет, — качнул головой Чимин, пятясь назад. — Если ты этого не сделаешь, я расскажу родителям, что ты каждые выходные трахаешься с очередным незнакомцем в гостиной на диване! — пригрозила девушка. — Ты... Не каждые выходные! — Ты делаешь это не в своей комнате, так что мне плевать на количество... Пак, не веря своим ушам, фыркнул. Ладно, Вонён действительно очень часто прикрывала своего брата. Например, когда тот трахался в гостиной с каким-то парнем, потому что не хотел видеть чужого человека в своей постели. Да-да, Чимин был немного странным. Она прикрывала его ночные вылазки и дни, когда он был слишком пьян, чтобы вернуться домой при помощи своих двоих. Если всё это она расскажет родителям, то не видать ему карманных денег и новенькой машины, которую ему пообещал подарить отец в конце этого учебного года. А машина ему уж очень нужна, ведь впереди поступление в колледж и взрослая жизнь. — Меня стошнит, — заговорил Пак после недолгого мыслительного процесса. — У меня есть спрей, — Вонён выудила из маленькой сумочки, что висела у нее на плече, спрей для полости рта. — Открой рот. — Сам справлюсь, — закатил глаза Чимин, выхватив из рук сестры маленькую баночку. Вонён сцепила две руки в замок, наблюдая за тем, как ее брат отодвигает ширму, присаживаясь на стул. Встряхнув ими в воздухе, девушка прошептала тихое: Удачи! А затем исчезла. Пак не чувствовал волнения, а был чертовски раздражён. Радовал лишь тот факт, что на маленькой сцене, где стояли два стула, тот, на котором сидел Чимин, был закрыт высокой ширмой. Люди и не подозревали, что теперь за этой ширмой сидит парень. Пак задумался, как много парней взбунтуются и попросят вернуть деньги за купленный билет? — О, ладно, — услышал он женский голос и тут же оторвал взгляд от пола, взглянув на миловидной внешности девушку. Неуверенно присаживаясь на стул напротив Чимина, незнакомка нервно складывала билет в маленький квадратик, боясь поднять взгляд. Чимин не хотел медлить. — Ты готова? — заботливо спросил блондин, наклоняясь вперёд, на что в ответ получил робкий кивок. Что ж, похоже, он был у неё первый. Поцелуй был мокрый, с большим количеством зубов, и Пак невольно вспомнил тот грязный секс на прошлой неделе. Неужели он подцепил девственника? Следом за девушкой на сцену поднялся парень, тут же оторопев. Пак не был удивлен тому, что мальчишка передумал, с покрасневшими щеками спускаясь обратно. Так же Чимин не был удивлён поднявшемуся перешептыванию и нескольким отказам следом. Но, к его большому удивлению, парочка храбрецов все же была, и довольно неплохих, если сравнивать с поцеловавшими его девушками. Пак почувствовал себя немного самодовольным, когда одна из них попросила его номер, но тут же сдулся, стоило следом за ней на сцену подняться парню. Высокий и довольно... Симпатичный? С кривой усмешкой на губах и вальяжной походкой, из-за чего Чимина начало подташнивать. Он ненавидел фак-боев, а этот выглядел и вёл себя именно так. — Вот это сюрприз, — хмыкнул незнакомец, присаживаясь на стул напротив. — А говорили, что будет девчонка. — У тебя всё ещё есть возможность уйти, — ровно ответил Пак, инстинктивно отклоняясь назад, когда незнакомец подался вперёд. Парень фыркнул. — Меня всё устраивает. — Тогда приступим, — взяв себя в руки, пробормотал Чимин. Наклонившись вперёд, оказавшись впервые за последние десять минут непривычно ниже, чем партнер по поцелую, Пак взглянул на чужие губы и еле заметно нахмурился. И почему у этих симпатичных губ такой отталкивающий хозяин? — Не торопись, крошка. Иначе я подумаю, что тебе нетерп- Ладно, Пак не придумал ничего лучше, чем заткнуть незнакомца поцелуем. По крайней мере, чем раньше начнёт, тем быстрее закончит. Но блондин не ожидал двух вещей: 1. Несмотря на типичный вид фак-боя и встроенные в него настройки на грязные разговоры, поцелуй оказался очень медленным и нежным. 2. Хоть незнакомец и положил ладонь на его затылок, притягивая Пака ближе и углубляя поцелуй, — динамика не изменилась. Это все еще было ванильно-сладко. В какой-то момент по спине Чимина пробежали мурашки, когда пальцы незнакомца зашевелились в его волосах на затылке. В завершение, зацепив зубами нижнюю губу Пака, парень легонько пососал нежную плоть и отпустил, отодвигаясь. Ну, все было не так уж и плохо. — Ох, — тихо выдохнул тот, и взгляд его показался Паку расфокусированным. — Что? Я стал твоим гейским пробуждением? — весело фыркнул блондин, на что тут же в ответ последовала ухмылка и легкий прищур. Ладно, это выглядит довольно симпатично — решил Чимин. — Очень симпатично. Как будто Пак заинтриговал его. — Дашь мне свой номер? — попытался парень. — Нет, — тут же ответил Чимин, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. — Почему? — удивлённо приподняв брови, спросил незнакомец. — Я даю номер только тем, у кого большой член. Что ж, обычно это обижает многих, кто подкатывал к Чимину. Ну, не то чтобы многих. Можно сказать — всех. Но почему незнакомец улыбался? — Следующий! — нетерпеливо выкрикнул кто-то из-за спины симпатичного парня. К большому удивлению Чимина, парень не стал напирать. Словно смирившись с отказом, что было совсем не похоже на таких, как он, незнакомец поднялся со стула, поправляя джинсы на бёдрах. Это было сделано специально. Чимин, блядь, это знал! Именно поэтому Пак не опустил взгляд на движение чужих рук, предпочитая рассматривать это симпатичное личико. Его взгляд оторвался от парня лишь тогда, когда позади незнакомца нетерпеливо начали стучать по полу толстым каблуком босоножки из коллекции Братз.       Остальные двадцать минут тянулись куда медленнее, и радовал лишь тот факт, что продажа билетов закончилась, как только Вонён покинула свой трон. Кстати о ней. Нырнув за занавес, когда очередь подошла к концу, Чимин первым делом достал телефон из кармана и проверил мессенджер на возможные крики о помощи. К его большому удивлению, на дисплее было пусто, а это значит, что ссора с Ёнджуном разрешилась без поножовщины. Пак не был удивлён, не обнаружив Хосока на том месте, где он его оставил. Вместо него там стояли два парня, повернутые к нему спиной, и Чимин мог поклясться, что одним из них был незнакомец из будки поцелуев. Он хорошо запомнил эту обтянутую серыми джинсами задницу и волнистые волосы, касающиеся плеч. Прищелкнув языком, Пак взглянул на время на телефоне и заметил уведомление о новом сообщении от Хосока: Хо-би-би: 💪🏻😛🤤👌🏻🍆🔥🔞 — Очень информативно, — фыркнул блондин, блокируя экран. Засунув телефон обратно в карман, Пак огляделся по сторонам в поисках друга и пришел к выводу, что Чон достаточно хорошо проводит время и без него. Что ж, Чимину нужно было возвращаться домой.

***

Хосок объявился только на следующий день во второй половине суток, растянув пятиминутный звонок на все сорок минут, не забыв упомянуть, что помимо поцелуя с Мин Юнги, сидя у него на коленях, Хоби успел познакомиться с друзьями старшего — Чонгуком и Тэхёном. — Кстати говоря, — продолжая жевать листок салата, пробормотал Хосок, — Чонгук спрашивал твой номер. — Я надеюсь, что ты не дал чуваку, которого я даже в лицо не видел, мой номер телефона? — Он сказал, что был в будке поцелуев. Поцеловал очень симпатичного и очень вредного блондина. Звучало это правдоподобно, так что теперь мне нужно твоё подтверждение. — Ты хоть знаешь, сколько парней я вчера поцеловал? — скривился Чимин. — Будь конкретным. — Хм... Высокий, широкоплечий, с большими глазами и носом... Пак закатил глаза. — Всё ещё не помню... — Его губы... — Какого хрена ты пялился на его губы? — недоверчиво спросил Чимин. — Его губы, — раздражённо зашипел Чон, недовольный тем, что его мысль прервали, — в форме лука купидона. Дзинь! Симпатичные губы и их отталкивающий хозяин. — Фак-бой! — вспомнил Чимин, встряхнув свободной рукой, пальцы которой были собраны в кулак, в воздухе. — Фак-что? — Не веди себя, как неандерталец. Ты знаешь, кто такие фак-бои, — Пак перевернулся на спину, лежа на кровати и устремив взгляд в окно. — Я-то знаю, но Чонгук... Хм, странно, — задумался старший, но Чимин не придал этому значения. Блондин уже строил планы на оставшуюся часть дня, недовольно надув губы лишь от одной мысли, что завтра понедельник, а это значит, что нужно идти в школу. — Так или иначе, ты ему понравился. — Я за него рад, — надув пузырь розовой жвачки и тут же лопнув его, Пак продолжил: — Но я заинтересован только в больших членах. Ты же знаешь. — Слушай, — прокряхтел старший, явно соскребая свое тело с мягкой поверхности, чтобы встать во весь рост, — я бы посоветовал тебе поубавить количество запросов, но так как это касается твоей анатомической части... Пак нахмурился. — Мы должны закончить этот разговор прямо сейчас. В последний раз, когда Чимин обсуждал проблему того, что он не чувствует себя достаточно наполненным любым из членов и ищет тот, что будет побольше, — Хосок заинтересовался этим настолько, что готов был воткнуть свой собственный член в лучшего друга, только чтобы проверить сказанное. — Э-э, ладно, — неловко пробормотал Чон. Должно быть, прямо сейчас перед его глазами промелькнуло шокированное лицо Чимина из воспоминаний. — Увидимся завтра? — Конечно, — хмыкнул Пак. Как будто эта задница когда-нибудь оставит его в покое. Как только звонок был закончен, Пак потянулся на кровати, а затем взглянул на время. Пятый час вечера. Не теряя времени, блондин достал из комода чистое нижнее белье и полотенце, направляясь в ванную комнату. Его любимым занятием было наполнить полную ванну горячей воды, добавить пару бомбочек и включить музыку, под которую бы он удовлетворённо потрясывал ногой под водой. Вонён называла его 'Принцессой мыльных пузырей', потому что её братец ненормально много времени тратил на принятие горячих ванн. Однако, причиной этому было не только наслаждение теплотой, окутывающей его тело, но и моменты, в которые он хотел немного расслабиться. Именно поэтому рука Чимина блуждала по его собственному телу, а затем спустилась к полутвердому члену, нежно проводя большим пальцем по скользкой головке. — Ах, — выпустил вздох Пак, зажмурив глаза. За последние несколько секунд он тысячу раз пожалел о том, что не взял с собой дилдо, нуждаясь быть наполненным до краёв. Поэтому парню пришлось наслаждаться медленной дрочкой, неожиданно для самого себя представляя те самые губы купидона вокруг розовой головки его члена. Такие красивые и влажные. У Чимина явно был пунктик на губах. Кончив через пару минут с тихим вздохом, Пак недовольно скривился и понял, что сеанс расслабления окончен. Следующие двадцать минут парень провел за тем, что насухо вытер свое тело, не забыв про детский лосьон с нежно-медовым запахом, высушил волосы и надел серые домашние штаны с белой футболкой. Чувствуя себя налегке, Пак спустился вниз на кухню и налил себе стакан молока. Обернувшись лицом к гостиной, Чимин тут же замер. — Какого хре... — Оппа, мы тебя заждались, — поднялась с дивана Вонён, держа в руках чашку с чаем. Хах. Мама действительно научила сестрёнку хорошим манерам. Сидевший напротив неё парень тоже поднялся на ноги, и лицо Пака моментально приобрело красный оттенок. По крайней мере, он мог списать это на принятую горячую ванну, а не на то, что перед ним стоял тот, на чьи губы он дрочил буквально полчаса назад. — Чимин-ши, — кривая улыбка. — Ты друг Вонён, что ли? — недоуменно поинтересовался Пак, внутренне скукоживаясь от одной мысли, что он дрочил на друга его сестры. Фу, Чимин. — О, — раскрыла рот его сестра. — Оппа сказал, что он друг Хосока. — Оппа? — вскинул бровь Чимин, недоверчиво глядя на свою сестру. — Чонгук-ши, — исправилась сестра, скосив глаза в сторону. — В любом случае, э-э, мне нужно делать уроки. Без лишних слов Вонён покинула гостиную под взглядом собственного брата, который совершенно не обращал внимания на то, как на него пялится гость. Когда дверь в спальню его сестры захлопнулась, Чимин взглянул на Чонгука. — У меня так много вопросов прямо сейчас, — совсем не дружелюбно начал Пак, но паренёк перед ним был не из робкого десятка. — Не хочешь прокатиться? — предложили губки купидона, всё ещё держа в руках чертову чашку с чаем, которая своим винтажным видом торчала, как заноза в заднице, на фоне этого невероятного зрелища в виде парня напротив. Сегодня Чонгук выглядел иначе. Его менее волнистые, чем вчера, волосы были собраны в хвост, а челка обрамляла симпатичное лицо. Серые джинсы сменились черными. На загорелых руках болтались несколько браслетов. Под черной рубашкой, надетой на черную футболку, отчётливо выделялись грудные мышцы, и Чимин прикусил язык лишь потому, что чуть не попросил разрешения их сжать собственными пальцами. — Совершенно точно нет, — фыркнул Чимин. Конечно, он хотел. Но кто сказал, что он не может немножко поиграть с парнем? Брови Чонгука поползли вверх. — Я купил тебе эспрессо и упаковку пончиков. Чертов Чон Хосок! — Я могу понять упаковку пончиков, но откуда взялось эспрессо? Я фанат капучино. Чонгук казался смущённым, начав щёлкать пальцами. — Твои, э-э... Вчера на вкус ты был как эспрессо, и я подумал... Мило. — Это было масло для губ, — хмыкнул Чимин, переместив вес своего тела с одной ноги на другую. Ему было приятно знать, что парень запомнил вкус его губ. Двадцать баксов и пятнадцать минут в очереди были потрачены не напрасно. — Поцелуй был настолько хорош, что ты наведался ко мне домой? Это Хосок дал тебе мой адрес? Чонгук криво улыбнулся, склонив голову набок. — Да, и ещё раз да, — подтвердил Чонгук. Пак почувствовал себя храбрым, поэтому сделал два шага навстречу гостю и заглянул в почти черные глаза. — Ты ведь помнишь, что я тебе сказал вчера? Большой член и всё такое... Парень облизал свои симпатичные губы, прежде чем ответить: — Ты хочешь, чтобы я снял штаны прямо здесь? Или для приличия мы можем выпить немного кофе и перекусить пончиками, которые заждались тебя на заднем сиденье моей машины, — предложил Чонгук, цепляясь большими пальцами рук за край джинс. Очередной акцент, на который в этот раз Чимин согласился повестись. Именно поэтому парень скользнул взглядом по груди Чонгука, затем ниже к бедрам, останавливаясь на очевидной выпуклости между ног. Что ж, была не была. — Ладно, — хмыкнул блондин, направляясь в сторону стойки для обуви, чтобы надеть кроссовки. — Вот так просто? — удивился симпатяшка. — Я бы с удовольствием сократил наше времяпрепровождение до пяти минут, но ведь ты сказал, что мы должны быть приличными, — хмыкнул Пак, выпрямляясь после того, как завязал шнурки. — Передумал? — Нет, — качнул головой Чонгук, облизав губы. — Просто Хосок сказал, что ты будешь злиться. — Я злюсь на него, а не на тебя, — сняв ключи с крючка заявил Чимин. Парень надавил на ручку входной двери и вышел на улицу, дожидаясь, пока гость сделает то же самое. — А если все пройдёт гладко, ты всё ещё будешь на него злиться? — Если, — наигранно задумался Пак, но ответа так и не дал, уставившись на припаркованную возле его дома новенькую теслу. — Не может быть, — оглянулся на Чонгука Чимин, вскинув брови. — Ты тоже родился с серебряной ложкой в заднице? Парень вскинул бровь. — Я купил её сам. — За родительские деньги? — фыркнул Чимин, медленно подходя к машине. — За свои. — Подожди, — нахмурился Пак, остановившись возле пассажирской двери автомобиля. — Сколько тебе лет? На симпатичных губах Чонгука заиграла улыбка. — Двадцать два. Чимин оторопел и первым вопросом, который пришел в его белокурую головку, было: — Как ты купил билет в будку поцелуев? Боже, ты собирался поцеловать школьницу, которая младше тебя на пять лет? Облокотившись боком на пассажирскую дверь теслы, Чонгук прищелкнул языком. — Во-первых, я не покупал билет. Во-вторых, я встал в очередь, когда узнал, что там ты. Хосок рассказал, — разъяснил Чонгук, наблюдая за тем, как на миленьком лице блондина эмоции сменяются одна за другой. Пак скрестил руки на груди и прищурился. — Так ты соврал мне? Ты знал, что за ширмой парень. — Я знал, что за ширмой ты, но не хотел тебя пугать, — немного застенчиво признался Чонгук, что было не похоже на того фак-боя, которым он видел его вчера. Всё его поведение сегодня отличалось от вчерашнего. Чимин лишь наделся, что он не устраивает спектакль ради его аппетитной задницы. — Если бы не упоминание Хосока, то ты бы звучал как сталкер, — немного сдулся Пак, все ещё не способный поверить тому, что его обвели вокруг пальца. А ведь его лучший друг не умеет врать! Но в этой ситуации держался достойно. — Знай, что моё местоположение отображается на всех электронных устройствах в этом доме! Чонгук вскинул руки, выставив ладони. — Понял. Никакого похищения. Закатив глаза, словно ничуть не тронутый (ложь) улыбкой Чонгука, Пак открыл пассажирскую дверь электрокара и плюхнулся на переднее сиденье, удовлетворённо вздохнув. Запах в машине стоял потрясающий. — Так это значит, что я должен называть тебя хёном? — похлопал глазками Чимин, как только водитель сел за руль, одновременно вводя координаты места назначения. Чимин лишь надеялся, что это не местное кладбище или одинокая хижина в лесу. — Необязательно, — качнул головой Чонгук, загадочно улыбнувшись. — Но если ты хочешь, — последние слова были произнесены шепотом, за чем последовало облизывание нижней губы. Верно, они родились в Америке, далеко от места, где их родители использовали уважительные обращения. Их дети были далеки́ от этого. Но Чимина чертовски заводила мысль о том, чтобы называть Чонгука хёном и, похоже, парень напротив разделял с ним эти же ощущения. Когда машина мягко завелась и стала выезжать на дорогу, Пак широко раскрыл глаза, наблюдая, как руль крутится сам по себе. С одной стороны ему было тошно, ведь со стороны он, должно быть, выглядел, как пещерный человек, ну, а с другой — старшеклассник не хотел притворяться крутым ради того, чтобы понравиться Чонгуку. По крайней мере, если старший был здесь, значит Чимин его достаточно заинтересовал, несмотря на то что он все ещё учился в школе. Ну, ладно, ладно. Заканчивал старшую школу. — Так и... Кем же ты работаешь? Откуда столько денег? — Пак не любил спрашивать о чужом заработке, но уж очень ему было интересно, где двадцатидвухлетний парень взял столько денег на теслу. — Я работаю в эскорте, — пожал плечами Чонгук, а затем оглянулся на блондина, растянув губы в ехидной улыбке. Должно быть, на лице Пака было всё написано. — Ты шутишь? — решил уточнить Чимин. Ну, знаете, мало ли. С другой стороны, эскортники довольно опытные... — Да, — хмыкнул Чон, вернув взгляд на дорогу. — Я подрабатываю в ИТ-сфере. — Ах, — кивнул Пак, облизав губы и кивнув головой. — Теперь всё ясно. — Да? — хихикнул Чонгук, и прозвучало это невероятно мягко. — Да, — закатил глаза Чимин, сразу же улыбнувшись. Парень опустился на сиденье чуть ниже и вновь взглянул на водителя, что так же расслабленно посматривал то на дорогу, то на Чимина. Ох уж эта чудо-техника. Интересно, после производства теслы, стало ли отсасывание члена за рулем более безопасным... — Мне поменять позу? — раздался голос Чонгука, и Чимин озадаченно моргнул. — Вот уже несколько секунд ты пялишься на мою промежность. Удалось что-то рассмотреть? Мм? Пак сузил глаза, всматриваясь в это идеальное лицо. В идеально гармоничное лицо с этими большими глазами, мягкими губами и носом... Ох, черт! Его нос. Его чертовски большой нос, на который Чимин бы хорошенько присел, пока хозяин этого самого носа вылизывал его яйца и... Чонгук прищёлкнул языком. — Хосок не врал, когда сказал, что ты ненасытен. Чёртов Чон Хосок! — Хосок не умеет врать, — хмыкнул Пак, отворачиваясь к окну. Блондин не хотел чувствовать себя неловко, сидя в новенькой тесле со стояком из-за человека, которого он видел второй раз в жизни. — И я вижу, что ты довольно самонадеян после полученной информации. Тишина длилась недолго. — Детка, — раздался бархатный голос Чонгука, и по спине Чимина пробежался холодок. Хоть и нехотя, все же блондин повернул голову и взглянул на старшего, чьи глаза пожирали его, казалось, живьём. — Этот язык, — кончик Чонгукова языка высунулся наружу, скользнув по верхней губе, прежде чем вернуться обратно в рот, — доведёт тебя до Гонконга. Чимин сглотнул, впившись взглядом в чужой рот, и если бы не его напускная порядочность, то уже спустя секунду блондин пожирал бы эти симпатичные губки. — Теперь тебе придётся сдержать слово, — взглянув в глаза Чонгука, заявил Пак. — Я не бросаю слов на ветер, — кривая улыбка. С этого момента все стало довольно напряжённо, и в кои-то веки Чимин почувствовал себя не ведущим, а ведо́мым. Просто немного капризным и нахальным. Может быть, наконец-то, ему не придётся объяснять, под каким углом его лучше всего трахать, чтобы довести до дрожи в ногах. — Нам всё ещё стоит притворяться, что мы оба здесь ради эспрессо и пончиков? — протянув руку вперёд и зацепив длинными пальцами завязки Чиминовых штанов, спросил Чонгук. — Ты с самого начала был здесь не ради пончиков, — фыркнул Пак, чуть не подавившись собственной слюной, когда после сказанного, ловкие пальцы старшего развязали его завязки. — Я, по крайней мере, всё ещё не против проглотить парочку. — Пончиков? — вскинув идеальную бровь, уточнил Чонгук. Растянув пухлые губы в улыбке, Чимин решил промолчать, вместо этого опустив взгляд и наблюдая, как пальцы Чонгука пробираются к поясу его домашних штанов, цепляясь за серую ткань. Задержав дыхание, боясь поднять взгляд и быть поражённым двумя черными омутами, Пак облизал нижнюю губу и задрожал, когда большой палец Чонгука коснулся оголённой кожи возле его пупка. — Чувствительный, — прошептал старший, вынудив Чимина поднять глаза, встретив на себе чужой взгляд. Взгляд, в котором отчётливо читалось 'Можно?'. Блондин не стал отвечать. Только кивнул, а затем резко втянул воздух, когда две мужские руки вцепились в его бёдра, приподнимая их над сиденьем, чтобы удобней было стянуть штаны вместе с нижним бельём. Легкий стыд охватил Пака, как только его член выскользнул наружу, полутвёрдый и истекающий. Чёрт! — Такой красивый, — прохрипел Чонгук, нежно обхватывая правой рукой ствол Пака. Удовлетворённо вздохнув, наплевав на то, что они всё ещё в пути, Чимин откинул голову назад, ударившись затылком об окно. Плевать. Ему еще никогда не дрочили в машине... — Ох! — удивлённо вздохнул Пак, распахнув глаза. ... точнее, не отсасывали. — Можем мы... Можем мы хотя бы сначала доехать? — растерянно спросил блондин, хватаясь левой рукой за сиденье, а правой ныряя в волнистые волосы Чонгука. Подняв голову и бесстыдно облизав влажные губы, которые находились в паре сантиметров от головки Чиминового члена, Чонгук заявил: — Хочешь, чтобы я остановился? Да! Или... Нет, точно нет. Блять, точно не сейчас. Разочарованно заскулив, Чимин зажмурил глаза и почувствовал легкую вибрацию у головки. — Я так и думал. А теперь расслабься, — приказал Чонгук, вновь опуская голову, неприлично глубоко заглатывая член Пака. Твою мать! Никто не поверит Чимину, что чувак, который знает его меньше суток, решил отсосать ему на переднем сиденье своей теслы! Неужели он настолько хорош собой? Встряхнув головой, отбросив в сторону ненужные мысли, Пак схватился за волосы старшего и открыл глаза, завороженно наблюдая, как тот вылизывает ствол его члена. — Блять, — совсем тихое, под стать дыханию старшего, который тут же поднял взгляд на блондина, когда услышал нежный звук удовольствия. Пак не смог сдержаться и скользнул пальцами правой руки к лицу Чонгука, царапая короткими ногтями мягкую кожу. Проделав короткий путь к его губам, Чимин надавил на нижнюю, заставив того чуть шире приоткрыть рот, чтобы бесстыдно толкнуться бёдрами вперёд. Чонгук криво улыбнулся вокруг его члена. Так дерзко, как будто это не он отсасывал. Как будто это не он лежал поперёк центральной консоли, удерживаемый пальцами Пака, что вновь запутались в его вьющихся локонах. Несмотря на свою позицию, было очевидно, что Чонгук чувствует свое превосходство. И Чимину это нравилось. Ему хотелось, чтобы его сломали. Чтобы его погубили, заставили плакать и просить больше. И долго этого ждать не пришлось, когда Чонгук вошёл в ритм, медленно опуская голову до самого упора, задерживаясь, чтобы сглотнуть, заставив Пака громко дышать и тихо скулить. Чимин чувствовал себя на седьмом небе примерно до того момента, пока машина не выехала на пляж и не подскочила на кочке, из-за чего он больно ударился головой, зашипев. Радовал лишь тот факт, что он не остался без члена, так как Чонгук вовремя успел отстраниться. Немного запыхавшись, со слезящимися из-за боли глазами, Чимин оглянулся по сторонам, а затем скосил глаза на старшего. — Пляж? — Здесь нас никто не потревожит, — прохрипел Чонгук, вытирая влажные губы тыльной стороной ладони. — Пересаживайся. — Ч-что? — недоуменно спросил блондин, глядя на то, как тот открывает пассажирскую дверь. — Здесь ты не сядешь на мое лицо, — заметил Чон, заставив уши Пака воспламениться. Его собираются съесть? Приподняв задницу и неловко-быстро натянув штаны, Чимин открыл переднюю дверь и схватился за ручку задней, заметив пакет с пончиками и двумя эспрессо. На какую-то миллисекунду Чимин представил маленький порно-сценарий, как он размазывает глазурь с пончика по груди Чонгука, а затем слизывает её. Старшеклассник остановил ход своих мыслей и встряхнул головой именно в тот момент, когда в его воображении горячая жидкость из стакана из-под кофе начала стекать по шее Чонгука... Плюхнувшись на заднее сиденье, с которого мистер симпатичные губки успел убрать еду, Пак, задержав дыхание, наблюдал за тем, как аккуратно и в то же время поспешно тонкие пальцы Чонгука начали расстегивать ремень на собственных джинсах, а затем и пуговицу с ширинкой, освобождая то, что Чимину не терпелось почувствовать глубоко в себе. И какого хрена то, как он провел рукой по волосам, откидывая челку назад, показалось блондину очень горячим? [Agora Hills — Doja Cat] — Иди сюда, — похлопал по своему бедру старший, но дожидаться действий Чимина не стал, тут же потянув того за руку, усадив на собственные бедра, дразняще толкнувшись тазом навстречу мясистой заднице Пака, что отлично устроилась на ощутимо внушительных размеров члене. — Дразнишься? — фыркнул Чимин, наслаждаясь твердеющей длинной между его ягодиц. — Мм, — протянул Чонгук, закусив губу, как только Пак начал медленно толкаться вперёд. — Даю тебе время привыкнуть. — Ты настолько самоуверен? — бесстыдно заглянул в чужие глаза Чимин, как будто не он легко мог определить, что под его задницей находится, как бы назвал это Хосок, волына. — Ведешь себя так, как будто не ездишь на моих бёдрах, пуская слюни на собственную футболку, — хмыкнул Чонгук, а затем зацепился пальцами за край штанов блондина, спуская их чуть ниже, так, чтобы оголить задницу и разгоряченный член Пака. Чимин прерывисто вздохнул, вцепившись взглядом во влажную и потемневшую головку собственного члена, что теперь медленно терлась о черную футболку старшего, оставляя после себя мокрые следы. — Тебя это заводит? — прохрипел Чонгук. Пак вопросительно вскинул бровь, нехотя переводя взгляд на студента. — Тереться о мою одежду. Оставлять следы, — пояснил Чонгук, начав медленно скользить горячими ладонями по оголённым бокам Чимина, поднимаясь всё выше и выше, пока не наткнулся большими пальцами на затвердевшие соски. — Метить меня? Отнекиваться не было смысла, ведь по лицу Пака было видно, как сводит его с ума один лишь вид, как его член скользит по Чонгуковой одежде. Трение было восхитительным, а взгляд старшего, пожирающий всё его существо, — ещё лучше. — Да, — выдохнул Чимин, выгибаясь, как только чужие пальцы задели его соски. Ему нужно было это видеть! Именно поэтому блондин тут же схватился за край футболки, стянув ее через голову и бросив куда-то на пол машины. Взгляд Чонгука потемнел, а симпатичные губы приоткрылись в лёгком вздохе. Он был заворожён и совершенно обездвижен открывшимся перед ним зрелищем. Чон за свою недолгую жизнь повидал несколько мужчин в собственной постели, но Чимин был чем-то иным. С одной стороны, хрупким и нежным, с его молочной кожей и узкими плечами, а с другой — острым и сильным, с его точёными ключицами и заметным прессом. Как будто мужское и женское смешалось в одном теле, от одного вида которого у Чонгука текли слюни. Он хотел поцеловать, облизать, укусить и пометить. Хотел попробовать на вкус. — Будешь продолжать просто пялиться или приступишь к делу? — почти обвиняюще прошептал Пак. Чонгуку не нужно было повторять дважды. Его губы тут же вцепились в затвердевший сосок, а пальцы жадно сжали мясистую плоть Паковой задницы, упиваясь тихими вдохами, больше похожими на мяуканье, из этого дерзкого ротика, хозяин которого всего полчаса назад хотел показаться недоступным. Чонгуку такой поворот событий явно не понравился, так как у груди блондина послышалось тихое сопение, а затем на задницу Пака обрушился смачный шлепок, из-за которого Чимин подскочил на чужих бёдрах. — Детка, — оторвался от припухшего соска Чонгук, — ты собрался меня задушить? По крайней мере, можно я сначала тебя съем? Хоть Пак и хотел ответить студенту дерзостью, все же был охвачен похотью настолько, что, не став даже размышлять, перекинул правую ногу через старшего и пополз вдоль заднего сиденья, чуть ли не упираясь головой в пассажирскую дверь. Положив голову на кожаное сиденье и подняв задницу кверху, Чимин повернул голову влево и взглянул на Чонгука из-под ресниц. Завороженно наблюдая за выставленной перед ним напоказ мясистой задницей, Чонгук сбросил рубашку с плеч, а затем стянул футболку через голову, по окончанию действия вытерев с подбородка слюну. Чон не стал напрягать Чимина и смочил указательный и средний палец сам, намеренно медленно втягивая их в собственный рот, а затем обводя фаланги кончиком языка. — Расслабься, — дал указание старший, обхватывая обеими руками ягодицы Пака, чтобы медленно раздвинуть их и удовлетворённо вздохнуть, заметив, как нетерпеливо сжимается дырочка Чимина. — И наслаждайся. Чимин и слова вставить не успел, как горячий язык безжалостно атаковал его дырочку, вылизывая так интенсивно, что у блондина задрожали колени. Раздвинув ноги как можно шире, готовый закинуть колено на спинку заднего сиденья, Чимин выгнул спину и бесстыдно начал пускать слюни на кожаную обивку, что приятно пахла прямо у его носа. Что ж, мастерству Чонгука не было равных. Пак не знал, что именно на него так подействовало. То ли то, что студент был старше него, то ли то, что Чонгук был невероятно красив. Или же дело было в умении работать языком, и Чимин надеялся, что и членом... В любом случае, Пака размазало. Размазало настолько, что моментами он забывал, как правильно дышать, прижимаясь пылающей щекой к кожаной обивке сиденья, бесстыдно размазывая собственными коленями липкость предэякулята, который капал из его члена, раскрасневшегося и требующего внимания. Лучше не стало и после того, как к языку старшего присоединился первый, а затем и второй палец, медленно проникая в хлюпающую от слюны дырочку Пака. Когда Чонгук нащупал простату, Чимин и вовсе закатил глаза, начав постанывать чуть громче и поднимая задницу чуть выше в надежде, что так оргазм накроет его куда быстрее. Его собственные липкие руки схватились за первое, что попалось: ручку задней двери и левую ягодицу, в надежде раскрыть себя ещё больше. Чимин никогда не сталкивался с чем-то подобным, но его собственные стоны начали доводить его до ручки настолько, что, когда с губ Чонгука слетел комплимент о том, что он звучит невероятно сексуально, Пак и вовсе потерял контроль над голосовыми связками, звуча так развязно, как будто в него заталкивали действительно огромный член. — Такой хороший, — причмокнул Чонгук. — И такой ненасытный. Хотел бы я трахать тебя и лизать одновременно. Блять! На секунду Чимин попытался представить именно это, но всё, что Пак смог сделать, это испустить последний вздох и зажмурить глаза, когда оргазм накрыл его в полную силу. И этой был рай. Еще никогда в жизни он не испытывал настолько сильный и совершенно не изматывающий его тело оргазм. Никаких судорог и никакой мольбы о прекращении. Невероятный кайф, окутавший его с головы до ног, заполняющий грудную клетку для последующего вздоха. — Чонгук, — набрался сил заговорить Пак, возвращаясь, так сказать, на землю. Его левая нога съехала с сиденья, к которому был прижат таз, и блондин совершенно не помнил, как оказался в таком положении, тихо всхлипывающий, чье тело покрывали легкими поцелуями, а большая и теплая рука продолжала массировать его правую ягодицу. — Да, детка? — подобравшись поближе к лицу Чимина и прижавшись собственной грудью к спине Пака, просил Чонгук. — К-как... Как ты это сделал? Я еще никогда... — Тебе попадались действительно плохие любовники, Чимин-а? — больше риторический вопрос, чем искренняя заинтересованность. — Всё ещё хочешь принять меня? Чимин дураком не был. Конечно, он кивнул. — Тогда поменяемся местами? — предложил студент, оставляя легкий как перышко поцелуй на щеке блондина. Еще один кивок. Честно говоря, Пак и не помнил, как оказался на Чонгуке, уперевшись тому в грудь руками и медленно насаживающийся на его действительно (к облегчению Чимина) большой член. Пак был на седьмом небе, довольный и сытый, готовый встретить второй оргазм, а затем утонуть в поцелуе с Чонгуком, о котором мечтал (нуждался) последние несколько минут. — Двигаешься так красиво, — прошептал Чонгук, исследуя влажными от их общей смазки ладонями бёдра и пресс Пака. — Хочу трахать тебя сутками. Перегнуть через каждую горизонтальную поверхность и наполнить тебя до краёв, целуя эти милые щёчки, — закончил свою речь Чон, проведя большим пальцем по раскрасневшейся щеке Чимина. — Чонгук, — зажмурив глаза и откинув голову назад, прошептал блондин. Он начал сходить с ума от великолепной стимуляции простаты, терзания его левого соска и давления длинных пальцев на его взмокшую шею. — Ч-Чонгук, пожалуйста... — Хочешь, чтобы я тебе помог? — спросил студент, ныряя большим пальцем в рот Пака. Чимин кивнул. Не задумываясь ни секунды, готовый сорвать звёзды с неба для этого симпатичного мальчика, Чонгук уперся пятками в сиденье и подался тазом навстречу толчкам Пака. Один, два, три, четыре... — Блять! Блять, я... Чёрт! Чимин кончал красиво. Откинув голову назад и открыв рот, который Чонгуку хотелось наполнить собственной спермой и наблюдать, как тот с охотой проглатывает её. Старший не заставил себя долго ждать, наполнив Пака до краёв, когда тот был совсем вымотан, из последних сил прыгая на чужом члене. Бедра Чимина горели, когда он обессиленно упал на грудь Чонгука, уткнувшись своим носом-пуговкой куда-то в пространство между ключицей и шеей, не удержавшись и лизнув вспотевшую кожу, растянув губы в довольной и измученной улыбке, когда мужчина под ним задрожал. Блондин не знал, сколько прошло времени с тех пор, как он устроился на теле Чонгука, но его все устраивало, несмотря на то что в нем все еще была чужая сперма и член. Хороший член! — Чимин? — удивительно нежно позвал Чонгук, скользнув кончиками пальцев по спине блондина. От лопаток до поясницы. — Мг. Грудь старшего всколыхнулась от тихого смешка. — Ты пойдёшь со мной на свидание? О! И почему Пак почувствовал, как его сердце затрепетало от этого, казалось бы, обычного вопроса? — Как ты думаешь, ты его заслужил? — пробормотал блондин, скользя губами по Чонгуковой шее. — Ну, — задумался Чон, — я старался. Не на сто процентов, потому что здесь было довольно неудобно, и... — О, заткнись! — фыркнул Пак, приподнявшись на ослабленных руках, заглядывая в темные глаза напротив. Какого хрена я такой везучий ублюдок? Вы только посмотрите на этого мужчину! — подумал про себя Пак, закусив губу. — Так, и..? — нетерпеливо поинтересовался Чон. Губы блондина растянулись в усталой улыбке. — Да, — тихо, только для них двоих. Прервать такой нежнейший момент было настоящей грубостью, но Чимин не смог сдержаться, внезапно толкнувшись бедрами, словив собственными губами шипение на чужих. Это было вкусно и дерзко. Язык Чонгука был горячим и голодным, и Пак разделял этот голод, принимая сидячее положение и подтягивая за собой Чонгука, намереваясь кончить как минимум еще раз. — Ты будешь моей смертью, — задыхаясь в поцелуе и от возобновившейся стимуляции, прохрипел Чон. — По крайней мере, ты умрешь в наслаждении.