Happiness

— Минни, ты уверен? Всё точно в порядке? — в который раз спрашивал Ликс, взволнованно осматривая друга. Ким только тяжело вздыхает и снова кивает, не в силах сказать хоть что-то. Он и не может. Не имеет права что-либо сейчас говорить Феликсу. Слишком неправильно. И стыдно. Однако Сынмин до конца стоит на своём и спустя пару минут всё таки покидает их совместную квартиру, которую парни снимали вместе вот уже третий год. Сынмин закрывает за собой дверь, после быстро выбегая из подъезда. Оказавшись на прохладной улице, тот, наконец, даёт волю своим эмоциям. Медленно опускает голову и вдыхает щемящий грудь воздух после дождя. Глаза и нос тут же начинает неприятно щипать от одного лишь воспоминания всего сегодняшнего дня. Голова гудит и парень, совсем не различая пути перед собой, позволяет себе тихо всхлипнуть. Сынмин быстро уходит прочь, просто не в силах держать свою боль при себе. На сердце тяжело и впервые за последний год хочется пластом слечь на холодную дорогу. Вряд-ли ему это как-то поможет избежать собственных мыслей и чувств, но было бы неплохо, если бы это хоть как-то помогло. Сынмин не разбирает, куда идёт. В сознание приходит только тогда, когда ноги сами привели его в давно знакомое место. Перед глазами сразу мелькает множество воспоминаний. Парень остановился напротив тихого бара, где раньше часто проводил свои вечера. Когда клубные вечеринки надоедали, а выпить хотелось вне дома, Ким всегда приходил сюда. В этом баре тихая и уютная атмосфера, даже расслабляющая, что позволяло каждый раз с приятной улыбкой вспоминать это место. Грустно улыбнувшись, Сынмин вытирает солёные дорожки слёз со своих щёк и заходит внутрь. Как и обычно, как и раньше, его встречает тихая музыка на фоне и тёплый приглушённый свет. Людей практически нет, лишь иногда можно заметить посетителей, сидящих в самых укромных уголках заведения. Большинство проводят свой вечер в одиночестве, и всё же несколько влюблённых пар или дружеских компаний Ким успел заприметить. Юноша подходит к барной стойке. Возле неё никто не сидит, что позволяет парню расслабиться окончательно. Тут же к нему приближается бармен и Сынмин узнаёт в нём своего друга. Минхо по-кошачьи улыбается и приветствует младшего, которого не видел так давно. Парни познакомились ещё в старшей школе. Минхо был старше Сынмина на год с лишним, и когда в школе объявили о конкурсе рефератов среди двух самых старших классов, им повезло вместе работать по воле рандома. Каждый желающий ученик, подходящий по возрасту и классу, оставлял своё имя в списке участвующих, а после рандомным образом определялись команды, которые и будут работать сообща над своими рефератами. В их группе было четыре человека. Минхо, Сынмин и, по иронии судьбы, их лучшие друзья - Феликс и Хёнджин. За всё время четверо парней сдружились и даже обменялись номерами, переписывались и иногда гуляли вместе. Тот конкурс сильно повлиял на жизнь Сынмина. Ведь именно тогда он познакомился с главной проблемой своей жизни и причиной сегодняшних слёз. — Как бы я хотел сказать, что рад тебя видеть, однако, если ты в этом месте, то причина не радостная, верно? — Минхо как всегда чутко подмечает мелкие детали. Он всегда был таким. Всегда видел Сынмина насквозь, чтобы тот не пытался скрыть. Младший лишь тяжело вздыхает и кивает головой, поднося к губам уже налитый бокал вина. Любой другой вид алкоголя вызывал у него отвращение. И Минхо это всегда знал, поэтому по привычке подавал необходимый напиток. Медленно бокал опустошается и Сынмин, наконец, не сдерживается. Вновь слезы подступают к краешкам глаз, наровясь в любой момент упасть на тёплые щёчки. Ли видит это и замирает. Давно ему не приходилось встречаться с рыдающим Сынмином. От одного только вида такого побитого и подавленного младшего хочется выть. Потому что Ким недостоин этого. Потому что Минхо каждый раз больно за Сынмина больше, чем за себя. Потому что сердце Минхо всегда трепетно к Киму. Потому что оно любит. Невольно Сынмин опускает взгляд и не знает, что говорить. Он всегда помнил, как ещё тогда, в старшей школе, Минхо поддерживал его и был рядом. Старшему можно доверять и рассказывать всё, что угодно. Потому что, по сути, ему и болтать-то некому. Да и не станет он так поступать. Слишком воспитан и слишком уважает Сынмина. — Я так больше не могу, — единственное, что сказал парень, перед тем, как зарыться лицом в собственные руки, сложенные на столе. Он что-то тихо бормочет и всхлипывает. Постоянно шепчет какой-то несвязанный бред и только потом, когда Минхо обеспокоенно поглаживает его по плечу, тот поднимает свой печальный щенячий взгляд на вверх. Его глаза полны боли и отчаяния. Минхо так скоро на стены полезет. — Что случилось, маленький? — Ли зовёт его как обычно. Всё тем же милым прозвищем, которое ему дал так много лет назад. И сколько бы раз Сынмин не просил его так не называть, Минхо не мог себе отказать в удовольствии видеть, как от этого прозвища глаза напротив горят россыпью ярких звёзд. Минхо быстро выходит из-за барной стойки и присаживается рядом на соседний стул, чтобы после опустить большую и тёплую ладонь на хрупкую спину младшего. Тот не может смотреть в кошачьи глаза друга, от его обеспокоенного взгляда хочется реветь ещё больше. Сынмин не спешит что-то рассказывать, как и Минхо не торопит его. Ждёт, пока Ким расслабится и придёт в себя. Когда ему станет легче. И это действительно слушается спустя практически полчаса. Сынмин поднимает голову и неловко стирает дорожки слёз. Весь лёгкий утренний макияж потёк и испортил милое личико. Минхо не сдержался и подал Киму салфетку, чтобы тот ещё и из-за этого не нервничал. Сынмин крепко сжимает в своих крошечных ладонях салфетку и долго вытирает оттёки туши под глазами. Делает всё молча. Как только юноша более менее пребывает в нормальном состоянии, он смотрит на Минхо. И старший поражается тому, как печально выглядит его любимый человек. — Хёнджин случился. Мои тупые чувства случились. Всё это случилось. Я дошёл до последней стадии, и мне так стыдно. Я больше не могу терпеть всё это. Я не могу находиться в обществе Феликса, думая о его парне. Мне и наедине с самим Хёнджином стыдно. Так больше не может продолжаться, я просто.. должен хоть что-то сделать, чтобы мои ёбаные чувства исчезли, — младший говорит серьёзно. Его глаза полны отчаянной решительности, хотя весь он дрожит, как осиновый лист. Минхо поражается и в груди неприятно колит. Конечно, он знал, что Сынмин влюблён. И ладно, если бы просто в незнакомца для Минхо. Ли бы выдержал это, склеил ноющее сердце. Но не тогда, когда это Хёнджин, не тогда, когда это его лучший друг с детства. Чувство совести грызёт Кима каждый день так долго, что и не вспомнить, когда всё это началось. И невозможно припомнить, когда сердце Минхо из-за этой влюблённости стало страдать. Минхо глотает тихий разочарованный выдох. Он, как и сам Сынмин, в мгновение становится отчаянным. Ли давно не лелеял надежды на ответные чувства. Он видел, с каким детским восторгом и наивной любовью младший смотрел на Хвана. Видел, что Хёнджин действительно очень нравился Сынмину. И единственное, что он мог - лишь обуздать свою ревность и боль. И терпеть. Ради самого Сынмина, который каждый раз приходит в ужасном истерическом состоянии. Эта любовь давно привела его на самое дно. В ту самую глубокую темноту, откуда выхода совсем нет. И это пугает. Минхо иногда аккуратно касается этой тьмы и замирает. Поверить не может, что упустил момент, когда Ким упал так глубоко и далеко. И как бы старший не старался помочь, вытащить Сынмина уже вряд-ли получится. Ли невесомо поглаживает плечи друга, пытается его успокоить и расслабить зная, что впереди будет ждать тяжёлый разговор. Но он не жалуется. Как никогда это не делал со старшей школы. Сынмин же, еле сдерживая нарастающую панику, в мельчайших подробностях рассказывает, как тяжело ему давался сегодняшний день, прошлая неделя, последние месяца и в принципе весь этот год. Время за монологом летит совершенно незаметно и Хо пропускает момент, когда все посетители уже давно ушли, а бар нужно закрыть как можно скорее. Перед ним сидел уже довольно опьяневший Сынмин, тянувшийся за тёплыми объятиями хёна. Минхо никогда не отказывал Сынмину в пьяных объятиях, тем более, когда это один из единственных способов безопасно доставить младшего домой. Минхо не пишет Феликсу и не отвозит Сынмина на съёмную квартиру. Лишь укладывает его аккуратно на переднее сиденье и укрывает лёгким пледом, что успел найти на заднем сидении. Ли везёт младшего к себе, ведь точно знает, что сможет позаботиться о пьяном друге. Тем более, ему бы не хотелось, чтобы Сынмин на утро чувствовал себя ещё хуже, когда увидит обеспокоенного Феликса. Сынмин и сам говорил, что устал приносить Ликсу неприятности. Минхо более чем понял его. Автомобиль, проехавший перед этим полгорода, остановился напротив высокого многоэтажного здания благоприятного района. Минхо паркуется и выходит из машины, после аккуратно, будто неся огромную драгоценность (что, в принципе, для него так и было), вместе с Сынмином на руках заходит в лифт. Благо, его квартира не так высоко. Спустя пару минут парни оказываются в квартире Ли. Здесь как всегда холодная и одинокая атмосфера, что царит в жизни Минхо вечность. Лишь иногда, с приходом Сынмина, квартира обретает какое-никакое уютное представление. Кажется, что всё оживает, как только Ким оказывается здесь. И в сердце Минхо тоже всё воскресает. Ли относит младшего в гостевую комнату, не желая будить драгоценного возлюбленного. Лишь невесомо стягивает его джинсы и меняет неудобную толстовку на собственную оверсайз футболку, отложенную специально на случай, если Сынмин останется у него. Честно признаться, у Ли дома целая полка, выделенная специально для того, чтобы хранить всё необходимое Киму. Вдруг, он будет здесь и что-то всё же пригодится.. Сынмин ни разу не просыпается и даже глаза не открывает, но будто весь его вид сам за себя просит Минхо остаться рядом ещё хотя бы на минутку. И Ли не может противиться этому желанию. Никогда бы не уходил, если бы была возможность. Минхо засматривается на мягкие черты лица. Ещё будто совсем детские. Для него Сынмин будто мягкий воздушный мальчик, ещё совсем ребенок. Такой же нежный и жаждущий любви. И Ли готов отдать всю свою любовь, что тайно хранится в его сердце. Жаль, Сынмину она не нужна. Ли отворачивается и прикрывает глаза. Всего на минутку, чтобы хотя бы на мгновение задержаться и послушать спокойное дыхание Сынмина. Он удивляется, когда чужая совсем слабая хватка оказывается на его запястье и тянет на себя. Не в силах силах сопротивляться, Минхо падает напротив спящего Мина. Смотрит на его лицо и улыбается. Сынмина всегда хочется защищать, обнимать, хочется быть рядом, чтобы в любой момент стать поддержкой и опорой. И Сынмин ценит это. И, конечно же, не видит, какой смысл за этим прячется. Минхо впервые себе позволяет пустить слезу по этому поводу. Сейчас, находясь так близко к Сынмину, он не может сдержать своих чувств. Не может поверить, что этот малыш не его, что он его не любит и что всем его мечтам не сбыться. Именно в этот момент Минхо осознаёт, как отчаянно все эти годы желал любить взаимно. Как мечтал о том, что всегда будет рядом с Сынмином. Как каждый день думал, а что бы было, если бы его чувства оказались ответны. И на душе становится в разы больнее. Он не может позволить себе думать об этом. На первом месте стоит счастье Сынмина. И если он не видит себя счастливым вместе с Минхо, то, чтож, он примет это. И будет любить как и всегда. Пока Сынмин не поймёт, что Ли всегда на его стороне. Минхо нежно касается чужой теплой щёки. Ким морщится во сне, но ладонь Минхо не убирает со своего лица, будто точно знает, кто это его гладит. Старший успокаивается, когда на лице Сынмина расцветает нежная улыбка. Не важно, сколько всего ему предстоит пройти из-за своей любви. Он готов страдать вечность, если это поможет Сынмину быть счастливым.