Эффект йо-йо

      Кьяра оказалась права. Вскоре объявили посадку на самолет до Санкт-Петербурга. — Я позвоню, чтобы за нами в аэропорт приехала машина, — сказал Арсений, сидя в салоне самолета. Они ужинали. — Я могу взять такси, — Антон отломил кусочек дыни. — Зачем? Ты поедешь домой вместе с нами, — он произнес это как само собой разумеющееся. — Я нанял тебя. Ты приступаешь к работе сегодня же вечером. — Я не думал, что придется начинать работу так скоро, — омега тряхнул головой. — Отправиться домой посреди ночи с незнакомцем… — Мы друг друга знаем, Антон, и у нас дома ты будешь в безопасности, — он вытер кетчуп с подбородка Кьяры. — Я прав, зайка? Кьяра, жуя, кивнула. Девчушка была просто прелесть! Антон похлопал по ее руке и подмигнул. — Но меня ждет моя родня. — Позвони им. — Ночью? — Ну, разбудишь их, и что? Похоже, этот человек может найти выход из любой ситуации. — Теперь я понимаю, почему ты стал так успешен еще в молодости, — сказал омега. Арсений улыбнулся. Антон лукавил. Родня его вовсе не ждала. После того как его отец снова женился, их отношения окончательно испортились. Ему было наплевать на своего сына. И все же Антону стало не по себе от мысли о предстоящей поездке в чужой дом. Но это был единственный выход из создавшегося положения. Дома альфа повел себя так, будто привозил сюда незнакомцев каждую ночь. Держа спящую Кьяру на руках, он указал Антону на лестницу: — Вторая дверь направо. Антон, идя впереди него, включил в комнате свет, откинул покрывало на кровати, чтобы уложить ребенка. Арсений благодарно улыбнулся и уложил дочь в постель. — Мне раздеть ее? — спросил омега и принялся раздевать девочку, не дожидаясь ответа. Пока он развязывал шнурки на ее ботинках, мужчина снимал с дочери пальто. — А теперь пусть спит, — произнес он. Накрыв девочку одеялом, он поцеловал ее в лоб, на мгновение вдыхая запах ребенка. Она что-то пробормотала и зарылась в подушку. Альфа какое-то время стоял, с нежностью глядя на дочь. Антон едва не потерял рассудок от нахлынувших на него эмоций: Арсений обожает Кьяру. Неужели для него семья значит больше, чем бизнес? Или дело только в инстинктах защитить потомство? Антон подумал о матери Кьяры. Какой она была? Любит ли ее Попов до сих пор? Оправилась ли девочка после смерти матери? Арсений выключил лампу на прикроватном столике. Он и Антон направились к двери, у которой он пропустил омегу вперед. И вновь Антон почувствовал то же восхитительное напряжение, что и в аэропорту, когда они держались за руки. — Твоя комната здесь, — он указал ему на дверь слева. — Я принесу твои вещи. — Я сам. Арсений повернулся и сурово посмотрел на него: — Тебе нельзя таскать чемоданы вверх по лестнице. Беременным запрещено поднимать даже сумки с продуктами. Пока ты у меня работаешь, не будешь поднимать ничего тяжелого, понял? Удивленный, Антон даже отступил на шаг. Но и сейчас, не сдержавшись, выпалил: — Только бестолковый может ослушаться своего работодателя, тем более если он не в настроении! Мужчина промолчал. Спальня Антон оказалась очень красивой. Однако он ощутил себя очень одиноким в такой роскоши. Скоро родится ребенок, и у них не будет собственного дома. Его давно уже мучили мечты о том, как он станет украшать детскую комнату, покупать мебель… Единственное, что он мог сейчас подарить своему ребенку, так это любовь. Альфа коснулся его плеча: — Ты очень устал. Отправляйся спать. Не привыкший к подобной заботе Антон едва не расплакался. Чертовы гормоны: — Я приму душ и сразу лягу. — Надеюсь, тебе будет хорошо здесь. Сглотнув, он попытался улыбнуться. — Конечно, в такой-то красоте… — Если тебе сегодня что-нибудь понадобится… — Не понадобится. Иди спать. Ты тоже устал. — Устал, но я ведь не беременный, — он произнес это так, будто уже сожалел о том, что нанял его. — Беременность — это не болезнь. Альфа молча отреагировал на эту словесную пощечину и ретировался.

***

— Антон, проснись! Антон очнулся ото сна и увидел, что находится в незнакомой комнате. Рядом на кровати, подогнув по-турецки ноги, сидела Кьяра. Вокруг девочки веером были разложены книги. Наконец Антон вспомнил, что находится в доме Попова. Девочка коснулась его колена пальчиками: — Доброе утро. Ты уже проснулся? — Доброе утро, — пробормотал и откашлявшись. Потянувшись, посмотрел на часы и простонал. Он проспал всего пять часов. — Отец внизу, — девочка встала на колени. — Если мы хотим его увидеть, то должны поторопиться. Он очень занятой человек. Сердце Антон сжалось. Он совсем забыл о своих обязанностях! Судя по всему, Арсений искупал ребенка и переодел в красную пижаму. Все еще влажные кудри девочки были перетянуты красной лентой. Юноша погладил ее по коленке: — Я сомневаюсь, что он уедет, не обсудив со мной условия контракта. Кьяра хихикнула и закрыла ладошками рот: — Я внесу эту фразу в свой лексикон. Боже правый! Шестилетний ребенок рассуждает о лексиконе. — Мне выйти, чтобы ты переоделся? Или ты начнешь учить меня прямо сейчас? Я принесла книги. — Я думал, ты хочешь увидеться с отцом. — Хочу, но он всегда говорит, что нужно уметь расставлять приоритеты. Работа и учеба должны быть на первом месте. — Встреча с отцом тоже важна, — омега отбросил простыни и спустил ноги с кровати. — Иди, я скоро спущусь. Девочка соскочила с кровати и побежала к двери. Потом внезапно остановилась и повернулась к Антону: — Я уверена, что ты справишься с работой, — она улыбнулась и выбежала в дверь. Антон подумал, что детский оптимизм и ему бы не помешал. К тому моменту, когда он оделся и спустился вниз, Арсений и Кьяра сидели за столом и читали что-то на экране компьютера. Лучи неяркого зимнего солнца, пробиваясь сквозь стеклянные двери, освещали две темноволосые головы, склонившиеся над столом. Почувствовав присутствие Антона, альфа поднял голову и улыбнулся ему. Он улыбнулся в ответ. — Доброе утро, — он с улыбкой смотрел. — Есть только что сваренный кофе. Тряхнув головой, Антон коснулся ладонью своего живота: — Мне сейчас нельзя кофе. — Тогда присоединяйся к нам, — он отодвинул стул. — Нужно быстро все уладить, и я поеду в офис. — Ты сегодня поедешь на работу? — Антон ожидал, что он останется дома и понаблюдает за тем, как он справляется с обязанностями. — Отец всегда ценит свое время, — торжественно объявила Кьяра. — Я уже проверил твои рекомендации. Они отличные. Мы с Кьярой составили перечень твоих обязанностей. Я оставлю его, потом посмотришь. Если что-то понадобится, позвони мне в офис. Только никому не давай номер моего сотового. А вот расписание для Кьяры. — Расписание? — Прошлая няня составила расписание занятий, чтобы она занималась максимальное количество времени. У Антона закралось подозрение, что ему явно не понравился бы стиль преподавания прошлой женщины. — Ей всего шесть лет. Может, нам поиграть несколько дней, а потом уже приступить к занятиям? — Я хочу, чтобы моя дочь была образованной. — Хорошо, — согласился, — в конце концов, тебе решать, как ее обучать. — Здесь также вся информация об охране дома. Домработница приходит ежедневно. Она готовит обед, убирает дом, потом готовит ужин. Ее зовут Анабель. Ты знаешь английский? — Почти нет. — Анабель немного понимает по-русски. Кьяра уже достаточно сносно говорит на английском и поможет тебе. — Отец купил мне программы для изучения. Ведь сейчас, в век глобализации, знание языков особенно важно. На лице Арсения появилось уже знакомое Антону выражение беспомощности. Сообразительность дочери явно радовала, но и пугала его. — Ты права, зайка. Он посмотрел на омегу и указал ему на один из документов: — Этой зарплаты тебе будет достаточно? Увидев цифру, он ахнул: — Арс, с такой зарплатой мне удастся выплатить один из моих… Он просиял: — Если тебе нужны деньги, только скажи. Финансовый вопрос для меня не проблема. Я хочу, чтобы ты думал только об образовании Кьяры. Все остальные заботы я возьму на себя. — Ты очень добр, но мне не нужно больше денег. — Ты уверен? — Он казался искренне обеспокоенным. — У меня остались кое-какие старые долги, но я все держу под контролем. — В любом случае, если что-то понадобится, только скажи.

***

Три дня спустя, проверив расписание занятий Кьяры, Антон задался вопросом, уж не ошибся ли он, подумав о Попове как о хорошем отце. Было уже шесть часов вечера, но он и не думал возвращаться домой. Девочка по-прежнему занималась, будто завтра ей предстояло держать экзамен. — Хочешь поиграть перед сном? — В шахматы? — спросила она. Антон подумал, что если снова проиграет девочке партию в шахматы, то сгорит от стыда. — Моим мозгам нужен отдых. Давай поиграем… — В лото! Я хорошо в него играю. Антон рассмеялся: — Я и не сомневаюсь в этом. Все эти дни девочка почти не видела отца. Когда он возвращался домой с работы, то чаще всего перекидывался с ней парой фраз, спрашивал у Антона, не нужно ли чего, потом уходил в свой кабинет. Сейчас же, играя в лото, Кьяра постоянно прислушивалась, ожидая услышать стук парадной двери. — Отец приедет, чтобы уложить меня спать? — Он, наверное, не успеет. Тебе пора купаться. — А как же игра? — Поиграем в другой раз. Кьяра посмотрела на него с сомнением: — Мне никогда не позволяли оставлять дела незаконченными. Прошлая няня говорила, что я должна сама заботиться о своих вещах, хотя мой папа и богатый. — Ты примешь ванну, а я уберу лото. Потом ты ляжешь в кровать, и мы почитаем на ночь, договорились? — Договорились! — Кьяра помчалась в ванную. Прибравшись в детской комнате, омега переоделся в пижаму и присоединился к девочке, которая только что искупалась. Кьяра уже лежала в кровати, держа в руках выбранную ею книгу со смешными рассказами. Следующие полчаса они хихикали над забавными историями, обнимали друг друга, болтали. Когда Кьяра начала зевать и закрывать глаза, Антон еще раз крепко обнял ее и произнес: — Пора спать, солнышко. Кьяра посмотрела на дверь: — Я думаю, отца снова задержали дела. Он очень занятой человек. — Хочешь позвонить ему и пожелать спокойной ночи? Арсений ответил после третьего звонка: — Что-нибудь произошло? — Кьяра хочет пожелать тебе спокойной ночи. — Конечно. Передай ей трубку, — он казался рассеянным. Отец и дочь поговорили около двух минут. Девочка с удовольствием слушала отца, смеялась, потом сказала: — Я люблю тебя. Вернув трубку Антону, она улыбнулась, закрыла глаза и улеглась удобнее: — Он у меня такой милый. Юноша подумал, что его душа разорвется на части. У Кьяры не было второго родителя, а отец был постоянно занят, друзей и родственников рядом тоже не наблюдалось. Единственная наследница была обыкновенной несчастной маленькой девочкой. И, что самое ужасное, ее отец даже не замечал, как она одинока.