Часть 1
9 июля 2024 г., 12:00
Она никогда не жаловалась на память. И потому больше всего на свете не хотела оказаться на Пенаконии одна, вдали от верных друзей. Возможно, что даже осталась бы на Звёздном Экспрессе вместе с Пом Пом и Дань Хеном. Только весь план полетел к чертям после получения именного приглашения. Её желал видеть на Фестивале Гармонии лично глава клана Дубов.
Все бы ничего, да вот только София была свято уверена в том, что о ней на Пенаконии ничего толком и неизвестно. В отличие от своих друзей, она не отличалась талантами в боевом искусстве. Разве что стреляла хорошо и умела лечить отряд, чему в свое время искренне удивилась. Родом девушка была из совершенно иного мира, в котором экипаж Звёздного экспресса был игровыми персонажами.
София не помнила, как вообще докатилась до жизни такой. Не помнила, как очутилась на Экспрессе. В тот день она очнулась в главном вагоне поезда от того, что Дань Хэн и Вельт Янг обсуждали между собой возможность переместиться на Экспресс не-пассажиру. Как потом ей рассказала Химеко, София появилась в вагоне из какой-то дымки и мгновенно потеряла сознание.
— Будет невежливо не пойти, — навигатор Звёздного экспресса лукаво улыбнулась в ответ на недоуменное выражение лица девушки. Пускай никто из присутствующих не имел понятия о том, зачем главе клана Дубов понадобилось пригласить лично Софию, но в то же время было действительно любопытно узнать причину.
— Что-то мне страшновато, Химеко. Все же из всей нашей компании я самая тихая, — Софии идти не хотелось. Слишком хорошо помнила она сам сюжет и то, что на самом деле задумал Воскресенье. Но и говорить об этом остальным права не имела, чтобы потом все не пошло наперекосяк, как на Лофу Сяньчжоу. Пожалуй, если бы не помощь Химеко и увесистый молоток, который София тогда прихватила на всякий случай, то Фантилия могла бы и прикончить генерала Цзинь Юаня.
— Не переживай. Если что, то моя бита всегда к твоим услугам, — Стелла воинственно улыбнулась, явно пытаясь подражать кому-то из персонажей аниме. Как раз они все вместе во главе с Вельтом смотрели что-то новенькое про приключения космонавтов.
— Идемте уже скорее! Мне нетерпится увидеть, что же там такое! — Март 7 на это только махнула рукой и, подхватив свой неизменный фотоаппарат, поспешила к выходу на платформу. Их приключения на Пенаконии начинались.
***
Авантюрин задумчиво просматривал полученное сообщение. Он совсем не ожидал, что глава клана Дубов позовет его для личной встречи в реальности, а не в Мире Грез. Но и отказываться от подобного было крайней глупостью. К тому же, после встречи с экипажем Звёздного экспресса, он был мыслями далеко от миссии. Бывший раб с Сигонии оказался в полном восторге от данного знакомства, ведь не каждый день встретишь человека, что носит внутри себя Опухоль всех миров, Стелларон. Даже имя у девушки было, словно нарочно, созвучно с названием этой опасной игрушки. Им определенно стоит пообщаться поближе и как можно скорее. Как раз после того, как господин Воскресенье объяснит причину личной встречи.***
В Резиденции утренней росы было достаточно тихо и спокойно, что не могло не радовать. Порой шум Мира Грёз мог утомить даже такого спокойного и терпеливого человека, как Воскресенье. К тому же, отсутствие персонала сейчас было ему только на руку, поскольку не хотелось видеть лишних свидетелей. В конце концов, он не зря заплатил приличную сумму тому человеку из Сада воспоминаний, чтобы узнать как можно больше о ней. И знания эти приводили мужчину в восторг. О, да. Он учел свои будущие ошибки и исправит их одну за другой. А уж подтолкнуть ненавязчиво этого парнишку из КММ к Стелле со Звёздного экспресса оказалось ещё проще. У него тогда будет не так много времени на то, чтобы отвлекаться на еще что-то кроме своего задания и той девушки. Все же Воскресенье никогда не любил, чтобы ему мешали. — Господин Воскресенье, ваша гостья уже здесь, — один из сотрудников заглянул в кабинет и поклонился, ожидая дальнейших приказаний. — Впустите ее. И, надеюсь, в реальности уже всё готово, — глава клана Дубов с трудом подавил в себе улыбку и слегка шевельнул крыльями. Ему слишком сильно хотелось сейчас ускорить ход времени. — Все готово и прошло так, как вы говорили, господин Воскресенье, — слуга вновь поклонился, при этом все же нервничая. Зря. Работа выполнена идеально, а потому сердиться на него никто не будет. — Тогда впустите ее и свободны. Все. Остальным я займусь лично, — уголки губ Воскресенья дрогнули, обозначая улыбку. Этот сюжет пройдет только по его сценарию, и да воцарится Порядок.***
В Резиденции утренней росы было на удивление тихо, отчего самой Софии было на редкость неуютно. В игре такое запустение объяснялось тем, что следовало проходить сюжет, а ещё тем, что здесь зачем-то находились мемы Зоны воспоминаний. К ее счастью, местных тварей нигде видно не было, но вот тишина неприятно давила. Создавалось ощущение, что каждый шаг и вздох не остаются без чьего-то невидимого внимания. София зябко повела плечами и прикрыла глаза, пытаясь успокоиться. Не съест же ее Воскресенье, ну правда! Здесь не надо было разгадывать загадки и бегать по потолкам, что значительно облегчало задачу. И все же девушка чувствовала, что что-то здесь не так. Людей словно ветром сдуло. — Проходите. Я давно жду встречи с вами, София, — раздался голос из-за двери, едва девушка постучалась. Воскресенье стоял к ней спиной и неторопливо рассматривал один из книжных стеллажей. Он выглядел так расслабленно и в то же время привычно, как в игре, что и сама девушка решила пока не паниковать. Во всяком случае, убивать ее точно никто не собирается. «Наверняка обычных книжек тут нет. Если учесть, что это его кабинет, то и литература наверняка только по делу,» — рассеянно подумала София, не заметив, как хозяин кабинета усмехнулся. — Для меня честь лично встретиться с вами, господин Воскресенье, — голос девушки прозвучал непривычно звонко посреди столь давящей тишины. Сама София против воли даже вздрогнула, поскольку нервничать не переставала. — Я тоже искренне рад вас видеть. Все же лично встретиться с одной из Безымянных — это весьма редкое событие, — Воскресенье медленно развернулся к ней лицом, но пока что не шевелился. Создавалось впечатление, словно он чего-то ждёт. — Признаюсь честно, я была удивлена. Из всей нашей команды я самая незаметная. Куда как более известны Стелла или же господин Янг, — ее щеки тронул едва заметный румянец. Необычно было оставаться наедине с знакомым незнакомцем, который готов поменять устоявшийся Порядок в Мире Грёз. — Напротив. Именно вас я хотел и хочу видеть здесь. И вам очень идёт румянец, — губы Воскресенья дрогнули в намеке на улыбку, а крылья непроизвольно развернулись чуть больше, тут же приковывая к себе взгляд. — И почему же? Откроете секрет? — София честно старалась не пялиться на галовианца, но это было весьма сложно. Два белоснежных небольших крыла у лица притягивали к себе взгляд, а ещё, насколько она помнила фанатские теории, у представителей его расы далеко не два крыла. — Конечно. Но для начала присядьте. Вы наверняка устали с дороги, — доброжелательно произнес он, краем глаза следя за закрывшейся дверью. — Да, спасибо… И все же. Чем же я сумела привлечь ваше внимание, господин Воскресенье? — заговорила София, присаживаясь на стул. — Тем, что вы весьма необычны, София. Например тем, что родом не из нашего мира, — доброжелательно произнес Воскресенье и положил руку девушке на плечо, помешав тем самым вскочить на ноги и убежать. — Вы вообще о чём? Из какого ещё мира? — слова ее прозвучали слишком поспешно, и фальшь слышалась сразу. Только София и предположить не могла, что Воскресенью зачем-то понадобится она сама. — Вижу, что вы ещё хотите упорствовать. Тогда… — Воскресенье возвышался над ней, словно возмездие. И от испытываемой паники девушка не сразу сообразила, что тот читает заклинание. А когда поняла, то было уже поздно. Голова начинала кружиться, а вокруг чудилась розоватая дымка. — Зачем вы…? Что вы делаете? — сдавленно прошептала она и схватилась за голову, пытаясь немного прийти в себя. — Ответь на мой вопрос, София. Ты знаешь о моем плане все, не так ли? — вкрадчиво спросил между тем Воскресенье, словно и не обращал внимание на то, что девушка не совсем в порядке. — О каком ещё плане? Я ничего не знаю! — она честно попыталась уйти от вопроса, когда неожиданно вспомнила не совсем приятный факт о галовианцах, о котором им ещё на Экспрессе рассказывал Вельт Янг. Они умеют читать мысли. — София, не расстраивай меня своей ложью. Иначе Гармония останется недовольна тобой, — мужчина аккуратно взял ее двумя пальцами за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. — Я все расскажу остальным, если вы не прекратите! — София попыталась встать, но ноги от чего-то не желали ее слушаться сейчас. — Не расскажешь. Ты можешь попробовать, но, уверяю тебя, они не поверят, — Воскресенье не сводил с нее изучающего взгляда, от которого самой девушке становилось жутко. Хотелось закричать, сбежать, спрятаться где-нибудь, где ещё можно. И, что самое главное, оказаться подальше от проклятой Пенаконии. — Во сне — возможно. Но точно не в реальности! — девушка и сама не знала, каких усилий ей стоило сейчас вскочить на ноги и оттолкнуть от себя явно не ожидавшего подобного Воскресенья и броситься прочь. Сейчас важно было добраться до своей комнаты в отеле в Грёзах и сбежать на Экспресс. Оттуда она предупредит остальных, а затем пускай они губят план этого психа на корню. С нее хватит этих приключений, а заодно и давления Гармонии! А Воскресенье между тем смотрел ей в след с довольной улыбкой. Все шло именно так, как он и хотел. А что до ее спутников… Пускай забирают наследие Часовщика и уходят. В Мире Грёз воцарится Порядок, и тогда уже все будет так, как когда-то давно мечтали они с сестрой.***
Стелла проводила озадаченным взглядом явно напуганную чем-то Софию, но не решилась ее позвать. Все же, если помощь была нужна, то девушка всегда звала кого-нибудь из членов экипажа с собой. — Что случилось, мисс Стелларон? Ты вечно куда-то исчезаешь, — Авантюрин приобнял девушку-первовроходца за плечи и по-лисьи улыбнулся. — Ещё раз так назовешь меня, и тогда точно получишь по лбу битой, — Стелла в ответ привычно поморщилась и мысленно обрадовалась тому, что этот выскочка из КММ не знает, что как раз София любит называть ее «Крошка-енот». — Я бы и рад, но ты так мило возмущаешься. Сложно устоять, Стелла-чан, — Авантюрин лишь дразняще посмотрел на нее и повел за собой. У него ещё были большие планы на этот вечер, и мисс Стелларон была в главной роли. — Как думаешь, мы можем отпустить Стеллу с ним? — тихо спросила Химеко, наблюдая за молодыми людьми издалека. — Он не причинит ей вреда. А если попробует… Думаю, он понимает, что последствия будут неприятными для него, — ответил ей на это Вельт Янг и отпил немного Услады. Фирменный напиток Пенаконии был на удивление приятным и не раздражающим, как он ожидал изначально.***
София с трудом открыла глаза и медленно села в ванной. И кто придумал именно такой способ погружения в Мир Грёз? Очень уж неуютно находиться в странной жидкости, которая необычно воздействует на организм. «Нашла время рассуждать! Бежать отсюда надо!» — мрачно подумала девушка и, выбравшись из ванны, решительно направилась к выходу из номера… который оказался заперт. — Что за черт?! Почему мой ключ не подходит?! — София ещё раз проверила пластиковую карточку с собственным именем. Нет, все точно. Ее ей на ресепшене в холле отеля выдали. — Все просто, мой птенчик. Это не твой номер, — раздался у нее за спиной знакомый голос, от которого по спине пробежал табун мурашек. — Воскресенье?! — София резко развернулась лицом к главе клана Дубов и против воли сглотнула. Она совсем не ожидала ещё и в реальности столкнуться с ним. — Это я, София. Я забыл тебе сказать. С этого дня ты будешь жить здесь. Это для твоего же блага. Ты можешь путешествовать по Миру Грёз, но вот общаться с друзьями — нет, — доброжелательно произнес мужчина, постепенно загоняя Софию в угол. — Это ещё почему?! Вы права не имеете так поступать! Господин Воскресенье, немедленно…! — закончить гневную тираду ей не дал сам мужчина, приложив палец к ее губам. — Тшш! Просто Воскресенье, мой птенчик. Господином назовешь меня позже, когда будешь к этому готова, — от его ласкового тона Софии в миг стало нехорошо. — В-воскресенье, мне все равно надо уйти. Меня будут искать друзья! — она тщетно искала пути к побегу, но пока что не могла придумать ничего путного. Мобильника в кармане не было, а это значило, что средств связи ее лишили. — Не будут. София, тебе это не нужно. Зачем тебе лететь навстречу собственной гибели, когда ты здесь в полной безопасности? Ты ведь не любишь эти драки и опасности. Ты всегда мечтала о тихой спокойной жизни, — тоном змея-искусителя заговорил Воскресенье, склоняясь к ее ушку и прижимая ее к себе за талию. — Откуда знаешь? — девушка резко выдохнула и прикрыла глаза, стараясь ни о чем не думать сейчас, чтобы не сглазить. — Сад Воспоминаний способен продавать информацию. А я очень давно хочу встретиться с тобой. С того дня, как в Интернете было опубликовано твое фото вместе с остальными членами Экспресса после нападения Легиона Антиматерии на космическую станцию Герта, — мужчина смотрел ей в глаза, с жадностью ловя каждую эмоцию и каждый вздох. Подобное здорово начинало нервировать. — Зашибись! — София резко выдохнула, а затем ударила Воскресенье по ушам, на некоторое время лишив ориентации в пространстве. Пока тот лежал на полу, она сумела чудом достать нужный пропуск и уже почти была у двери, когда ее достаточно грубо схватили и потащили в противоположную сторону. — Я не хотел так поступать с тобой, мой птенчик. Но ты не оставила мне выбора, прости, — Воскресенье тяжело вздохнул, не обращая внимания на отчаянные попытки девушки вырваться из его рук. — Отпусти! Отпусти! Отпусти сейчас же! — София пыталась брыкаться, кусаться и царапаться, однако галовианец каким-то невообразимым образом умудрялся избегать всех ее атак. — Так будет лучше. Это для твоего же блага, мой птенчик, — произнес он, прижав ее собой к стене, а затем ловко надевая на руки наручники и отпуская. — Ты что творишь?! Я из тебя сейчас цыпленка табака сделаю, паразит! — София взбешенно посмотрела на наручники, а затем действительно сделала попытку придушить своего похитителя. — Всего лишь делаю так, как будет лучше для тебя, София. Отдохни. Я приду позже, — Воскресенье едва заметно улыбнулся и покинул комнату, не забыв запереть. План оказалось осуществить проще, чем он предполагал.***
Стелле было неспокойно. Создавалось впечатление, словно она что-то забыла. Что-то очень важное и нужное. Но вот что именно? При попытке вспомнить голова начинала болеть так, что хотелось закричать, едва не срывая голос. — Стелла-чан, что с тобой? — Авантюрин заботливо прижал девушку к себе и едва заметно нахмурился. Ему совсем не нравилось состояние, в котором пребывала мисс Стелларон. И самым отвратительным было то, что сам помочь никак не мог. — Я что-то забыла. А что — не помню. Но это что-то очень важное, — девушка тяжело вздохнула и поспешила спрятаться в его объятиях. Рядом с Авантюрином было спокойно и надёжно, как за каменной стеной. И что бы не говорила Март 7, а на него действительно можно было положиться. — Давай подумаем об этом завтра. Отдохни, неугомонная моя. Обещаю, я придумаю что-нибудь, — ласково прошептал он, пускай сам этой уверенности не ощущал. Ведь он сам тоже явно что-то забыл. Что-то, что касалось числа членов Звёздного экспресса. Их же было всего четверо, если не брать в расчет того парня, что остался с проводником на поезде?***
Каждый поворот дверной ручки был сравним с жутким грохотом. София привычно попыталась забиться в самый дальний угол, чтобы Воскресенье не смел трогать ее. Чтобы не заметил и просто ушел, оставляя ее наедине с собственными кошмарами. Сколько тут ее держат? Неделю? Месяц? А, может, вообще год? И почему друзья не ищут ее? Почему не подняли на уши не только весь отель, но и КММ, Космическую станцию и вдобавок флот Лофу Сяньчжоу? — Доброе утро, мой птенчик! Как отдохнула? Я принес тебе кое-что, — Воскресенье не сводил с нее полного нежности взгляда. Только вот самой девушке от этого становилось не легче от слова «совсем». — Жалею, что проснулась, — она демонстративно повернулась к нему спиной, хотя прекрасно знала, что это не поможет. А проклятые наручники привычно звякнули, напоминая о том, что сама девушка здесь живёт, как в золотой клетке. — Не следует так говорить, София. Давай. Пора заснуть и очнуться в Мире Грёз, — Воскресенье едва заметно шевельнул крыльями и достал из кармана шприц с голубоватой жидкостью. — Не смей! Я не хочу опять! — София мгновенно вскочила на ноги и сделала попытку отбежать, но не успела. Воскресенье держал крепко, хотя сильным со стороны не выглядел. В следующую секунду игла проколола кожу на сгибе локтя, а раствор проник в кровь, разносясь по всему телу. — Это для твоего же блага, мой птенчик, — шепнул ей на ушко Воскресенье, а затем коснулся губами шеи, ощущая, как замедляется пульс. — Пожалуйста… Отпусти меня… — сорвался с ее губ полу-всхлип, а в следующее мгновение девушка уснула, уткнувшись лбом ему в плечо. — Не отпущу, мой птенчик. Мы созданы друг для друга, и ты это скоро поймёшь. Обещаю тебе, — ласково прошептал мужчина и уложил ее в ванну, что была также подключена к Миру Грёз. Только вот перемещала исключительно в нужные главе клана Дубов места.***
София с ненавистью смотрела на босоножки и голубое лёгкое платье, что идеально сидели на ней. Как же иначе, если это Мир Грёз? Проклятая Пенакония, которая душит ее своей чрезмерной заботой и опекой. Мир, который стал ее персональной тюрьмой. — Вот. И не надо всякий раз кричать на меня. Тебе очень идёт оно, мой птенчик, — Воскресенье надел на ее шею кулон в виде птицы и едва заметно улыбнулся. — Не кричала бы, если бы ты сам меня не одевал. Сколько раз повторять, что ты мне противен и что я ненавижу такое самоуправство?! — София резко развернулась к нему, желая как следует ударить, но сдержалась. Она успела запомнить, что ее тюремщик гораздо сильнее и опытнее во всем. — Нет, мой птенчик. Я не откажусь от этого, как бы ты не сопротивлялась. Я делаю это для твоего же блага. И потом, признай, тебе же приятно, когда я касаюсь тебя, — шепнул он и прижал девушку к себе, словно она была величайшей драгоценностью. — Мне противно! — поспешно воскликнула София и попыталась вырваться, но тщетно. Она успела запомнить также, в какой восторг приходил Воскресенье, когда контролировал каждый ее шаг и вздох. — Врушка. И не стыдно тебе меня обманывать? — Воскресенье едва слышно рассмеялся, спускаясь ладонями ниже. — А тебе не стыдно меня насильно удерживать? — в голосе Софии звучит настоящая усталость. Каждое погружение в Мир Грёз становится ее личным испытанием. И одно за другим она проваливает их, поскольку сама не в силах сопротивляться тому, что сумел призвать Порядок в эти земли. — Разве тебе не по душе моя забота? Ведь я все делаю для тебя. Чтобы ты была счастлива, мой птенчик, — Воскресенье вновь ласково улыбнулся и прижался губами к ее щеке. Одно из крыльев тут же задело нос Софии, из-за чего та не выдержала и звонко чихнула. — Прекрати щекотаться! — раздраженно воскликнула она и зажмурилась, душа в себе истерику. Из этой ловушки было просто не вырваться.***
Если бы ей вчера сказали, что сегодня она будет сидеть на коленях этого человека по своему желанию, то сказавший это получил бы по морде. Но ведь это было вчера. Ну, или не совсем вчера, тут как посмотреть. Ведь София уже давно потеряла счёт времени. В объятиях Воскресенья было спокойно. Во всяком случае, хотелось верить в это. Он не пытался сделать больно, если только сама девушка не лезла в драку. Однако подобное случалось все реже и реже. София не видела смысла бороться дальше. — Почему ты опять грустишь, мой птенчик? — Воскресенье коснулся губами ее губ и внимательно посмотрел в глаза, пытаясь понять, что на этот раз сделал не так. — Я просто устала, Воскресенье. От всего устала, — прошептала София и положила голову ему на плечо, признавая свое поражение. И не видела потому, каким восторгом загорелись глаза галовианца. — Не расстраивайся, мой птенчик. Все будет хорошо, — шепнул мужчина и прикрыл глаза. Звездный экспресс давно покинул Пенаконию и исследует новые просторы. И никто из них никогда не вспомнит о том, что на Экспрессе была ещё одна пассажирка. Определенно, Воскресенье не зря заплатил кругленькую сумму за то, чтобы Сад Воспоминаний стёр из остальных источников информацию о Софии. Ведь его птенчику куда безопаснее будет вдали от приключений и жутких врагов.***
Поцелуи Воскресенья всегда нежные и отдающие привкусом корицы и дорогого парфюма. Его руки могут обнимать так бережно и нежно, что порой захватывает дыхание. София едва заметно улыбается и сама прижимает к себе неугомонного галовианца, который столь нагло запер ее в своем собственном мире и не отпускает никуда. В реальности на Пенаконию по-прежнему стекаются люди. То и дело в новостях говорят о новых открытиях Звёздного экспресса и о его участниках. Только вот эти новости заставляют саму девушку искренне грустить, поскольку связаться с друзьями ей больше не дано. Где-то пару месяцев назад Воскресенье рассказал ей о том, что сделал, и почему ее не искали. Тогда она сдалась окончательно, понимая, что в этом мире для нее нигде не будет места. Нигде, кроме как на злополучной Пенаконии с ее вечным праздником и темными тайнами. — Тебя что-то беспокоит, Софи? — Воскресенье склонился над ней, обеспокоенно смотря в глаза. — Просто ностальгия по прошлому. Ничего страшного, — София покачала головой и устало прикрыла глаза, мгновенно засыпая и не зная о том, что больше не вспомнит о многом.***
У Воскресенья действительно есть и вторая пара крыльев, которые начинаются от лопаток и на самом деле больше тех, что находятся на голове. Софии искренне нравится гладить их и бережно перебирать каждое пёрышко, полностью расслабляясь в объятиях мужа и не думая ни о чем плохом. Сам Воскресенье с искренним восторгом наблюдает за своим птенчиком, чувствуя себя до неприличия счастливым. Его девочку больше не гложет тоска, поскольку воспоминания удалось заглушить новыми. Она не узнает об этом никогда, потому что некому, кроме него, рассказать ей об этом. Между тем ее ладони скользят чуть выше, касаясь лопаток и слегка прицарапывая кожу на спине. София прекрасно знает, как ему больше нравится ощущать ее прикосновения. И он в ответ бережно укрывает ее своими крыльями, вновь пряча от внешнего опасного мира и ласково улыбаясь. — Знаешь… Иногда мне кажется, что я столько всего забыла. Но когда ты рядом, меня это совсем не беспокоит, — неожиданно произнесла София и прижалась губами к его шее, с удовольствием слушая рваный вздох. — Значит, если забыла, то это неважно и не нужно, мой птенчик. Иди ко мне поближе. Обещаю, весь мир будет у твоих ног, — Воскресенье с нежностью смотрит на нее, а затем целует, вкладывая все свои чувства к жене. Каждый ее нежный взгляд, каждый поцелуй, каждое слово приводят Воскресенье в восторг. И он точно знает, что никому и никогда не отдаст СВОЮ Софи. И никто никогда ее не получит. Иначе этого наглеца просто никто не найдет. В их идеальном мире нет места насилию и бедам. И он сделает все, чтобы его птенчик улыбалась как можно чаще. Жаль, что он раньше не знал о таком способе. Ведь тогда можно было бы избежать стольких проблем и недопонимания между ними.
