Вернуть долг

... В жизнях обоих произошло слишком много событий за такой короткий промежуток времени: новый Дилан, массовый геноцид автоматонов, побег из Хэнфорта, потеря Шерон и Дилана. Теперь они вдвоем против нового мира, выживание в котором еще надо распланировать. Денег на существование практически не осталось: аренда дома в одном из самых бедных районов города вышла в приличный процент от всех накоплений. — Стены тут будто картонные — Ну а что ты здесь ожидал увидеть? Золотую лепнину на потолке, мраморные полы и дворецкого на входе? Хотя, если бы мы выкрали Дилана у этой бабульки, то может дворецкий у нас мог бы быть. — Ехидно хихикнул своему же замечанию Ричард. Отыгрывается, пока Дилан не может его услышать, — Я нашел самое дешевое жилье, что можно было снять в этом городе. Потом может, если сделаем тебе документы и найдем работу нам обоим, переберемся во что-то побогаче. — Да, будем надеяться на это. — Сухо отрезал Ло. Его не покидает ощущение будто все это уже не впервой: вся эта беготня от какого-то туманного руководства, может даже правительства, все эти страхи и ожидание опасности, что вот вот поймают за руку и закроют на каком-нибудь новом острове, с новыми людьми... нет, автоматонами. Прокрадываются мысли, что на том острове было не так уж и плохо: одежда всегда была чистой, я никогда не испытывал чувства голода и... Нет, от этого мы и бежали. Бежали от неестественности того мира, от жизни, в которой тебе практически каждый будет улыбаться и предлагать помощь. Вспомнить того же Карла, Чеда... Дженну и... Солуса. Как они там? Мы больше никогда не узнаем. Но я благодарен всем им за хорошо проведенное вместе время. Я рад, что сейчас нахожусь с наиболее близкими мне людьми, пусть один из них и существует сейчас только в компьютере. Шерон... Даже вспоминать не хочется, сделаем вид, что ее и не существовало никогда. Но я благодарен и ей: какую-никакую, но помощь в побеге она оказала. Надеюсь она сбежала в мир, где ее не найдут охотники и Шерон сможет зажить спокойной, мирной жизнью. Видимо, я никогда ее не пойму и всю жизнь буду находиться в опасности. Пока что мне все нравится. Мысли табуном пронеслись в сознании, не давая мозгу отдохнуть. Последние размышления невольно вызвали улыбку. Еще будет время поразмышлять над произошедшими событиями, хочется отбросить все это куда-то подальше, чтобы оно еще долго не всплывало в голове. — О чем задумался? — прервал тишину Ричард, протягивая что-то на тарелке прямо в руки соседу. Ло настолько сильно погрузился в себя, что не заметил, как Ричард успел разобраться на кухне и приготовить из остатков горячие бутерброды. В нос ударил запах жареного хлеба с плавленым сыром, и тут понимаешь, что практически не ел последние три дня. — Спасибо большое! Да хочу вот постирать одежду. А то мне уже несколько прохожих сказали, что от меня разит ужасно. — Нуу, есть такое. Сходи в душ первым тогда. Одежду в раковине постирай, может получится отстирать мылом. ... Стоящий в одних трусах с носками, а также параллельно намыливающий куртку в малюсенькой раковине, Лололошка осознал, что сменной одежды у него больше нет. Волонтерская пропахла Гнездом и маслом, а несвежую летнюю толстовку надевать противно даже. Приняв душ и развесив постиранное белье на первой попавшейся перекладине, Ло как можно быстрее прошмыгнул под одеяло. Весь путь от двери ванной до их общей кровати его сопровождал чужой взгляд. Приглушенный свет нескольких тусклых лампочек не прячет тело Ло от любопытных глаз. Рельеф мышц становится виден еще лучше, когда каждый выступ отбрасывает собственную тень. Это первый раз, когда Ричарду предоставляется возможность увидеть тело однокурсника вживую. Он много думал над тем, как может выглядеть тело Ло, ведь он все еще помнит, какие были его ноги мускулистые наощупь. Жаль, что встречи, как в тот раз, больше не повторялись... Но вот чего парень не ожидал увидеть, так это шрамы на спине. — Тебя кто так подрал? — Что? А, ты про шрамы. Да, так... С медведями дрался. — ЧЕГО?! — Выпалил Ричи, тут же закрыв руками рот. Арендодатель говорил, что здесь соседям слышно каждый шорох, и если они будут жаловаться на шум, то обоих придется выселить. А этого хотелось бы избежать. Понизив голос, он продолжил. - С медведями? — Да знаю, что уродливые. Ну, с моим образом жизни по-другому не получается, всегда зарабатываю шрамы. — Они не уродливые. Наоборот даже, ниче такие. Ло впервые обернулся на соседа. Ричард смотрел на стену, избегая прямых взглядов с Ло, и пряча тот факт, что он все это время пялился на тело другого. В голове у Ричарда происходил полный пиздец: он не понимал, почему он так остро реагирует на чужое голое тело. Ему еще предстоит узнать, что ему жутко заходят накаченные мышцы, шрамы на них, и то как мужественно это выглядит. По всей видимости, Ло старается поддерживать свою физическую форму: недавно он купил тренажерный зал к себе в чердак. По рассказам его соседей он занимался там каждое утро. У Ричарда и до этого вызывало такое стремление к спорту у Ло глубокое уважение. Но сейчас... Видя плоды трудов в качалке... Очень трудно не пялиться на него... — Правда? Мне очень приятно, спасибо Ричард. Было очень непривычно слышать от соседа комплименты: мироходец считал, что он на такое не способен. Осознавая, что возможно он первый, кому Ричард польстил, на душе становится тепло. Лололошка медленно поднялся с кровати, уже совсем не стесняясь своего образа. Ричард, облокотившись на стол, не мог оторвать взгляд от стены. Он знал, что если он решится и посмотрит на соседа, то стояк обеспечен. — "Ох, блять. Он идет сюда" — Мне правда, очень приятно слышать от тебя такие слова. Ло подошел совсем вплотную, мягко обнимая Ричарда и максимально прислоняясь. От мироходца вкусно пахло мылом. Ричард, все еще отвернувшись, опустил руки на чужую талию, постепенно поднимая их по спине и проходясь подушечками пальцев по каждому рельефу мышц. — "Ох, блять. Ох, блять. Ох, блять." Чужие выпирающие тазобедренные кости впивались в собственные, а владельцу такого впалого живота приходится выпрямлять спину и прислоняться еще ближе, чтобы соседи смогли полностью друг с другом соприкоснуться. У него была небольшая жировая прослойка, поэтому были видны ребра. В сочетании с хорошей физической формой и выпирающими костями тело казалось неземным - таких не бывает. Все больше верится, что происходящее вокруг является каким-то самым сладким сном. Можно грудью почувствовать как работает чужое сердце. Но потихоньку приливающая кровь к низу живота возвращает к реальности: все-таки будет очень неловко тыкаться в соседа стояком, когда он тебя просто обнимает. "Нужно оттолкнуть его, но... Боже я не могу так... Я жалкий извращенец, но он сам напросился" Руки со спины резко сместились на чужие ягодицы, грубо схватившись за них. Ло явно не ожидал таких резких действий со стороны Ричарда, поэтому испуганно охнул. Он был уверен, что тот будет мяться и смущаться до последнего, пока его отвечающие за логику части мозга полностью не отключатся. Мироходец, довольно быстро отойдя от шока, понял, что даже будет лучше, если события начнут развиваться чуточку быстрее. На лице Ричарда расплылась самодовольная улыбка: он просек, что Лололошка пытался вывести его на смущение, поэтому взял ситуацию под свой контроль. Они оба уже знают, что простыми обниманиями тут все не закончится. — Знаешь, я хотел бы, чтобы ты прямо сейчас вернул тот долг. Ло наконец поднял взгляд на Ричарда. Не проронив ни слова, как по команде, он опустился на колени. Лицо было на уровне чужого вставшего члена. Мироходец не удержался не провести по штанам рукой, оценивая размер. Сосед уже еле держался от таких прикосновений через одежду, жмурясь и закатывая глаза от желания. Он старался не отводить взгляд от Ло, стараясь запечатлить каждый момент в своей памяти вместе с испытываевыми ощущениями. Ему приходилось дышать через рот, оттого грудная клетка ходила ходуном, а сверху доносились громкие выдохи. Руки не могли найти себе места и постоянно ерзали по столу, вжимаясь пальцами в поверхность. Выглядел он будто прямо сейчас взорвется, если Лололошка не перестанет ощупывать стояк через тесные штаны. — Пожалуйста, продолжай дальше. — Настойчиво прорычал Ричард. Это должно было прозвучать как просьба, мольба или прошение - Ло не думал услышать это с настолько требовательной, даже немного агрессивной интонацией. Но больше всего он не ожидал собственной реакции: все внутри переворачивалось от одной лишь фразы, заставляя терять равновесие. Мироходец встал в полный рост, и прильнув к уху соседа прошептал: — Тогда пойдем на кровать. Ричарда долго просить не надо: он, взявшись за чужую руку, дал привести себя к постели. Резко развернувшись, Лололошка притянул лицо соседа к своему, увлекая в их первый поцелуй. Он был наполнен всей накопившейся за это время страстью, не давая намека на нежность. Распаленные, они стремились съесть друг друга. Кажется, к концу этой ночи ни один не уйдет полностью цельным, ведь парни собираются слиться друг с другом, прижимаясь с каждой секундой все плотнее. Это был первый поцелуй Ричарда, но он уже знает, что этот будет лучшим в его жизни. Воздух у обоих потихоньку заканчивается. Они опускаются на кровать, давая Ричарду шанс на взятие роли доминирующего. Он толкает Ло на кровать, тем самым разрывая поцелуй. За губами тянется ниточка из слюны, не желая разделять парней ни на секунду. Но не все же им только обмениваться собственными жидкостями. Ричард нависает над разгоряченным телом, бесстыдно рассматривая каждый участок кожи. Он приближается к чистой шее, оставляя кровавые засосы на ключицах. Руки ощупывают недоступные взору мышцы: Ричард старательно пытается задействовать все органы чувств, чтобы запомнить каждый фрагмент этой ночи. Мироходцу лишь удается схватиться за плечи однокурсника и томно охать от накативших ощущений. У самого уже довольно долго все в полной боевой готовности, но желания прерывать прелюдию у него совсем нет. Ричард отрывается от шеи посмотреть на результат. Кроваво-красные пятна постепенно увеличивались: было в этом что-то прекрасное, напоминающее произведение искусства. Даже бесит, что мироходец постоянно носит свой шарф и никто не увидит как старался Ричи этой ночью. — Я хочу войти в тебя — Хорошо, - отрезал Лололошка, желая поскорее приступить к продолжению. — я готов. Больше ни задавая ни вопроса, верхний одним движением освобождает мироходца от трусов. Из стоящего члена сочился предэякулят. Ричард проводит двумя пальцами вокруг головки, собирая жидкость, и подносит их к проходу нижнего. Ричард пользовался родительской библиотекой и иногда ему попадались книжки недетсткого содержания. Увлекшись этой темой, он досконально изучил всю имеющуюся литературу на острове и нередко эксперементировал с собой. Сейчас же настал его звездный час применить собственные знания на практике. Ло закусывал нижнюю губу, старался полностью расслабиться, принимая всего лишь один палец, поджимая пальцы ног от неприятных ощущений. Теплые стенки пытались подстроиться под инородное тело, плотно сжимая. Не то, чтобы ему это было впервой. Просто одно дело когда ты делаешь это сам, а другое когда чувствуешь чужие длинные пальцы, с более грубыми и изучающими движениями. Тем временем Ричард добавил уже второй палец, добавляя дискомфорт. Заметив реакцию соседа, верхний легонько поцеловал головку члена. Такое нежное прикосновение на время выбило из легких весь кислород и на пару секунд заставило забыть о входящем третьем пальце. Мироходец тихонько хныкнул, стараясь удержать лицо перед соседом. Ощущения были неприятные и странными, стенки медленно и немного болезненно расстягивались. Но все плохое должно когда нибудь кончаться. Ло попытался спрятать лицо, уткнувшись в изгиб локтя, но Ричард ему не позволил и легонько перехватил руку своей свободной. В душе что-то щелкало, хотелось облегчить самочувствие партнера. Прилив нежности затопил его и он увлек Ло в их второй, уже нежный поцелуй. Здесь не было той страсти, которую стоило бы ожидать. Он успокаивал, обвивал напряженное тело мягкой поволокой, снимая дискомфорт где-то снизу. — Ну все хватит уже. — Смущенно прошептал мироходец, разрывая поцелуй. — Что такое? Не понравилось? — Понравилось... Но прямо сейчас я хочу, чтобы ты взял меня грубее. — ... Если бы можно было представить мозг щитком с тумблерами, то последний, отвечающий за сдержанность, со смачным хлопком опустился. Все тормоза полностью отказали, та самая капелька нежности испарилась от разгорающегося пламени желания. Перехватив ноги поудобнее, Ричард стал проникать в партнера, ловя первые стоны мокрыми поцелуями. С каждой секундой, он чувствовал как член обхватывают узкие стенки все больше и больше, поддрагивая от засосов. И это уже доставляло невероятное удовольствие, вводило в экстаз лишь стоит взглянуть на выражение лица однокурсника. Когда член полностью был внутри, Ло совсем прекратил поддерживать зрительный контакт, жмурясь и глядя в потолок от зашкаливающих ощущений. Рот был открыт, не давая и намека, что он собирается сдерживать свои стоны. Капельки пота со смуглой кожи скатывались с лба на горящие щеки, будто испаряясь под раскаленной кожей. Первое полноценное движение и со рта мироходца срывается громкий стон, стон наполненный похотью и развратом. Он сразу же попал по тому самому комку нервов. Это бьет по голове Ричарда, отрезвляя не хуже разряда током, доставляя больше удовольствия чем всё, что он пробовал до этого. Каждый толчок наполнен желанием выжать из этих ощущений больше, чем это вообще возможно. Бледные ноги обвивают чужую талию, покачивая бедрами в такт движения, насаживаясь глубже, пробуя разные углы. Мурашки волнами идут от низа живота до кончиков пальцев, каждый раз как Ричард касается простаты. Парни дышат воздухом друг друга, постоянно сливаясь в поцелуях. От нехватки кислорода и накативших эмоций начинает кружиться голова, но это не мешает снова и снова кайфовать друг от друга. Это казалось чем-то невозможным, кажется такой эффект только от наркотиков. Ну не может быть настолько хорошо, только лишь от грубого секса с однокурсником. Мышцы внутри покорно растягивались, скорость плавно возрастала с каждым совершаемым движением. От мироходца не услышишь ничего кроме хриплых и бессвязных стонов, иногда слышались восторженные выкрики чужого имени. Дыхание снова сбивается, заставляя рвано хватать воздух ртом, громко выдыхая. Чужой язык оставляет влажную дорожку на шее парня, ведущую вниз, до укуса на кадыке. Мироходец вздрагивает от выбивающейся боли в районе шеи на фоне постоянной долбежки в комок нервов. Рука соседа перемещается на член Лололошки, размазывая от головки до основания выступивший предьэякулят, в который раз выступающий смазкой, от чего вены набухают еще больше. Еще пара движений, и каждый достигает своего пика наслаждения, даруя друг другу долгожданную разрядку. В глазах стреляют звезды, оргазм медленно заполоняет каждую клеточку организма, постепенно заканчивая сегодняшнюю ночь. Ричард кончает прямо в соседа, заполняя его до краев. Еле вытащив из теплого нутра, верхний переносит Лололошку на его половину кровати, накидывая сверху одеяло. Оба уже находятся в паре мгновений от отключки, не находя сил сказать друг другу пару слов. Ричи следует примеру Ло лечь спать, прижимаясь к спящему другу. ... Ричард с утра в спешке свалил на собеседование, стараясь не смотреть мироходцу в глаза. Бросив на прощание пару добрых слов, дверь за ним захлопнулась. Лололошка и сам не горел желанием разговаривать о произошедшем вчера, когда нибудь все равно успеют обсудить. Открыв ноутбук, дабы поздравить Дилана с новым днем, мироходец увидел непрочитанное сообщение: — "Мне наверное стоило предупредить, что я без спроса подключился к динамикам и все это время подслушивал" — "Наверное не стоило этого говорить" — "Я счастлив, что пока что не могу видеть через камеру. Потом предупреждайте, если вдруг решите снова друг друга поизучать". Кружка с кофе мгновенно падает на пол.