HEADCANNONS, THE STORY OF KNY WITH Y/N

— Господин Те Тин!! Вы в порядке, господин Те Тин!? – Любовный столп отбросила в сторону свой витиеватый клинок, падая на колени, дабы словить отплевывающегося кровью старейшину, – Держитесь! Господин Те Тин, вы меня слышите? – Мицури слезно вскрикивала, крепко держа старичка на руках. — Меня обнимает юная милая девушка…Я счастлив… – пробормотал величайший из кузнецов, судорожно выдыхая. Остальные раненые люди подали голоса, желая также искупаться в лучах внимания Канроджи, однако тут же были обруганы старостой, который, казалось бы, о чем-то вспомнил. — Милая барышня, прежде чем вы уйдете…Наша первостепенная задача в подобных случаях – спасти катаны столпов и их цугуко, а также особо сложные в изготовлении клинки. Такие как ваш и…кхе-кхе..клинок Т/ф, – Те Тин прокашлялся, но продолжил, – Пожалуйста, заберите катану Т/ф. Посылать кого-то из кузнецов на поле боя мне не позволит совесть, но я уверен, что вы с ней обязательно пересечетесь там. Т/и, как и вы, девушка боевая, но без оружия ей будет худо…Выполните последнюю просьбу старика, прошу вас, – дрожащими руками старейшина передал Мицури катану для Т/ф. Она яро закивала, рассыпаясь в обещаниях отдать её сию же секундно. — *Осталось только саму Т/и найти…* – не без воодушевления думала Канроджи, на всех парах мча в сторону леса, откуда доносился невыносимый грохот, и на ходу рубила порожденных молодой луной монстров. — Всё-таки умер наконец-то… – подойдя к развалившемуся на татами телу истребителя, выдохнул Айзецу, но тут же осекся. — Кайсы..Дайаракан…Сюсё..Тиси..Китё…Росяину.. – темноволосый парень в выбритыми висками поднялся на локти, сипло проговаривая сутру Будды и приподнимаясь с пола. — Так он до сих пор жив…Почему? – демон застыл в оцепенении, – Что же ты вообще такое? — Любопытно? – услышав напуганный голос, Шинадзугава хрипло рассмеялся, – Меня зовут Генья Шинадзугава…Запомни как следует… – опираясь на дуло ружья, он встал на ноги, – Так зовут того, кто тебя прикончит! Со стороны глухого леса послышались крики и хлопанье громадных крыльев. Стена за твоей спиной с грохотом разлетелась на куски, в здание ввалился Танджиро верхом на Уроги. Ты едва успела перекатиться в противоположный угол, прикрывая голову рукой. — Незуко! Генья! – парень окинул комнату взглядом: из шеи его сестры торчал искрящийся молниями хакхару, Шинадзугава стоял, вскинув орудия, – Где Т/и!? – ответом ему послужил сдавленный кашель из ещё не разрушенного угла. — Сначала Караку, а теперь и Уроги! Что они себе позволяют!? – Секидо обернулся на отчаянный крик. Красноглазый истребитель бросился на демона с клеймом ярости, отражая атаку новым посохом с помощью отсеченной ноги Уроги. – *Неплохо…Он предотвратил удар током. Интересно, – мысленно подметила Т/и, вставая на ноги и оценивая обстановку, – Нас снова четверо. Пора прекращать жевать сопли.* Поругав себя за беспомощность, киното снова кинулась в бой. Вновь целясь в Секидо, она пнула его ногой в спину и вонзила кинжал, насильно насаживая на занесенную катану Камадо. Он, разрубив голову вместе с языком вертикально снизу вверх, бросился к обездвиженной Незуко и вырвал из её горла напряженный посох. Залечивший рану демон почти сбил парнишку с ног, но ему помешали четыре женских руки. Пока Незуко удерживала хакхару, чтобы Секидо не пробил её брату затылок, ты со свирепым оскалом напала со спины, прижимая окровавленное лезвие под его подбородком и с силой дергая танто вверх, к языку с кандзи. Пока демон не имел возможности сдвинуться с места, младшая Камадо обуяла его языками пламени, которые, благо, не задевали тебя. — Ка-ак вам здесь весело! Давайте я тоже с вами поиграю! – Т/и нервно сглотнула, услышав громкий вопль и обернувшись в сторону разрушенной стены. Караку в прыжке махнул веером, запуская чудовищно сильный поток ветра прямо в истребителей. Ругнувшись себе под нос, девушка развернула слегка обмякшее тело Секидо, прикрываясь им, и отклонилась в сторону, прячась за его спиной и обломком дома. Танджиро и Незуко прижало к полу, их кости трещали по швам от неимоверного давления и шума в ушах. Проламив пол, они упали на этаж ниже, теряя сознание от слишком большой нагрузки. Пришедший в себя Секидо схватил мечницу позади за шкирку, когтями терзая кожу. Ты со всей дури врезала ему ногой промеж глаз, раскроив череп, и повалилась на пол. Разъяренный демон, в момент залечивший увечье, яростно пнул девушку в живот, да так, что она отлетела в другой конец комнаты и врезалась в потрескавшуюся стену. Больно ударившись головой, она притихла, следя за движениями молодой луны. — Ну что ж…Пора заканчивать! – зеленоглазый демон, рассмеявшись, занёс учиву. – *Твою мать… – глядя на свои истерзанные ноги и вывихнутую лодыжку, Т/и тяжело задышала, быстро размышляя, как спасать себя и ребят, – Нет…Где Генья!?* – *Где ты… – судорожно оглядываясь, Т/ф осознала, что нигде не видит не то что тела, даже края конечности своего друга. Из других комнат не было слышно ни звона лезвий, ни грохота, ни прочей возни, – Сейчас же током шибанет…* Участив дыхание, ты стала перенаправлять столь важное для тела тепло в ноги, дабы остановить кровотечение и упростить задачу в скоростном беге. Сейчас этим бедным коленям придется несладко. — Да хватит уже вечно сбегать! – свирепо заорал Секидо, громко ударяя хакхару по полу. Пылкая ярость, казалось бы, даже прибавила ему сил – молнии забили с такой неистовой частотой и скоростью, что у тебя в глазах зарябило. Незуко, взвалившая тело бессознательного брата на своё плечо, бежала по коридору под вами, петляя и отскакивая в разные стороны, дабы не попасть под «шальную пулю». Однако удар током всё же настиг её, заставляя только пришедшую в себя демоницу в розовом кимоно вновь упасть на татами. Т/и, дабы не повторить судьбу Камадо, сорвалась с места и заметалась по комнате, уворачиваясь от разрядов молнии. Вслед за ребятней, надрываясь от гортанного смеха, помчался Уроги. — Вот же…Сколько же с ними мороки..! Караку, вытащи их оттуда! – и без того красные глаза демона с кандзи гнева налились кровью. Его собрат с веером следом за крылатым сиганул в дыру необычайной формы, – А с тобой я сам разберусь… – Много чести, уродище, – огрызнулась ты в ответ, уходя в сторону от очередного искрящегося удара и чувствуя, как жалобно трещат доски под ней. – *Он со своей драной учивой скоро снесет здание…ТВОЮ Ж..! – пол ушел из под ног в мгновение ока. Все несколько этажей гостевого дома разнесло вихрем, что был создан молодой луной. Чудовищный грохот эхом разнёсся на весь лес, – ДА ГДЕ МОЙ ГЕНЬЯ, ТВАРИ!?* – *Мне конец…– мысленно подытожила мечница, прикрывая глаза ладонью от летящих в лицо щепок. Ей не выжить, слишком сильный поток, её разорвет на куски и разнесет ошметки по всей деревне, а особая кровь зальет сухую рыхлую землю, – Даже малышню не защитила. Жалкая смерть.* Зажмурившись, она инстинктивно раскинула руки в стороны, будто она лист кленовый лист, а хаори – её парашют. Быть может получится распределить давление и спланировать на безопасную зону? А где эту безопасную зону найти? Стараниями Караку здесь остались лишь руины да острые верхушки деревьев, напоминающие точеные пики. Спустя несколько метров полета девушка ощутила, как её тело ловят на лету. Кто-то её поймал. – А..? – Т/и приподняла веки, глядя на своего спасителя под призмой пушистых ресниц: её к своей груди крепко прижимал темноволосый юноша с выбритыми висками, рассекая воздух и пикируя наземь. Однако узнать его оказалось той ещё задачей: что-то с её милым дурачком было не так. — Он прогнал меня… – выдохнул Генья, скрещивая руки на груди и глядя на чистый, без единой соринки, пол под своими ногами. Опираясь на стену, парень тихо сполз по ней вниз. Ещё несколько часов назад эти пустые глаза горели надеждой и верой в лучшее. – Быть не может… – девчушка упала на колени перед своим опустошенным другом, кладя руку ему на плечо, – И даже не выслушал? Что сказал-то? — Сказал… – казалось, что истребитель сейчас расплачется. Суровые глаза стремительно краснели, – Сказал, что у него нет брата. Нервно передернув плечами, младший Шинадзугава закрыл лицо рукой, пытаясь скрыть шрам и красные щеки. – Вот же… – ты запнулась, едва ли не выплевывая ругательство в сторону Ветряного столпа, но одернула себя, подбирая более цензурное выражение, – Идиот… – худая женская рука сползла к широкой ладони. — Он видеть меня не хочет. Единственный шанс снова пересечься – стать столпом. Стать равным ему, – почти что всхлипнул парень, запрокидывая голову, – Но даже так он никогда меня не простит. – Значит он чудак на букву М! – вспыхнула Т/и, выкручиваясь из ситуации, – Нашёлся великий обиженный. Любой бы в том возрасте забеспокоился за убитую мать. Будь он на твоем месте, то кинулся бы на шею родному брату, если бы узнал, что он убил их маму, а? – подруга эмоционально разглагольствовала, пытаясь взбодрить ученика Каменного столпа и заставляя его опустить взгляд и посмотреть ей в глаза. Генья промолчал в ответ на риторический вопрос, – Вот и я так считаю. — Из всей семьи выжили только мы вдвоём. Но он…ненавидит меня, – пробормотал Шинадзугава, тяжело выдыхая. Сдерживаемые слезы стекали через горло в грудь, обливая сердце солеными струйками вперемешку с кровавым водопадом, – У меня нет брата… – Нет брата, нет брата…Заладили вы оба. Всем нужна семья. Хочешь, стану тебе названной сестрой? – девушка сжала мужскую ладонь, после чего сплела пальцы, приподнимая руки в воздух, – Ты согласен стать моим названным братом, Генья Шинадзугава? – после секундного молчания она дополнила, – Клянись. Парень удивленно шмыгнул носом, однако руку не убрал, наоборот сжал даже крепче. — Я, Генья Шинадзугава, клянусь, что хочу быть твоим названным…братом– выпалил он, глядя на всё это со смесью отчаяния и удивления. – Я, Т/и Т/ф, согласна стать твоей названной сестрой и клянусь оставаться ею до конца своих дней, – громко и уверенно сказала ты и подозвала ворона, – Разбей! Питомец послушно взмыл в воздух и лапой ударил по вашим запястьям, завершая клятву. Шинадзугава, вскинув брови, оглядывал свою ладонь, размышляя о случившемся. Вроде бы ничего и не поменялось толком, однако в груди вместо пустоты и таза слез разлилось столь долгожданное тепло. – Вот и всё, – истребительница подскочила на ноги, утягивая вслед за собой и «братца», – Теперь мы – названные брат и сестра. И если Санеми снова учудит что-то подобное, то ты уже будешь не один. Как старшая сестра, я всегда буду рядом и защищу. Помни об этом. – Генья..? – ты пошире открыла глаза, вглядываясь в профиль младшего Шинадзугавы. Буйный ветер и звон в ушах мешали сохранить четкость зрения и сосредоточить взгляд на чем-то одном. Однако спаситель молчал, преодолевая бурю и крепко сжимая хрупкое женское тело. Будто бы от этого молчания зависит жизнь девушки на его руках, – Живой… – с плеч будто с обрыва скатился здоровенный валун, облегчая тревогу на душе. Хотя бы один из злополучной четверки, которую надо было защитить, выжил. Насчет семьи Камадо и Токито ты уверена не была, – *Так вот каково было Узую защищать нас четверых в бою…Тяжело* Спикировав на усыпанную щепками землю, Генья ногой смел ошметки стен, очищая от них небольшой участок, и посадил туда тебя, бросив что-то вроде: «Скоро вернусь». Провожая взглядом высокий силуэт, Т/и поняла, что он бросился на демона с кандзи печали. Невероятно быстро Шинадзугава уворачивался от любых, даже самых подлых и неожиданных, ударов яри, буквально оттесняя Айзецу к кромке деревьев, подальше от приходящей в себя мечницы. Киното обернулась, вглядываясь в густой туман пыли, и попыталась различить фигуры демонов, но не вышло. Только негромкие голоса где-то вдали создавали хоть какое-то подобие ориентира. – *Далеко ж нас унесло, – мысленно прикинула ты, поворачивая голову назад и удивленно распахивая глаза. Наконец удалось более ясно разглядеть своего названного братца в полный рост. Все раны на нем затянулись, будто их и не было вовсе. Только рваная и окровавленная одежда намекала об их исчезновении. Края темных волос посветлели, окрасившись в ярко-желтый оттенок, – Что за черт…? Вяло приподнимаясь с пыльной земли, дабы помочь Генье, ты тут же вскрикнула от боли. Во время бури в твоё второе колено вонзился острый обрубок доски, а ты и не заметила. Парень тут же обернулся на жалобный рваный вскрик, отвлекаясь от битвы и уворачиваясь от удара копьем. Тебе открылся вид на его лицо: белки в широко распахнутых глазах почернели, зрачки сузились, а радужка стала янтарно-желтой; тонкие вены вздулись в разных местах, выдавая разъяренное состояние истребителя, клыки во рту увеличились до размеров львиных, создавая подобие самого что ни на есть звериного оскала. – Демон…? – выпалила Т/ф, тут же опуская покрасневшее лицо вниз и уводя взгляд к раненой ноге. Внизу живота заныло, а органы там будто завязались в тугой узел, – *Какого хрена!? – внешний вид друга странным образом засел в мозгу: широкая спина и раздраженное выражение лица с сузившимися зрачками стояли перед глазами и никак не рассеивались. Сердце в груди чуднó затрепетало, будто окруженное стаей взволнованных бабочек. Такой образ Геньи заставлял тебя хотеть его…его внимания, – Чушь собачья…* Где-то вдалеке сверкнули искры огня. Пламенный вихрь, напоминающий силуэт дракона, заметался по руинам, рассекая шеи трех из четырех демонов. Сердце пропустило удар. Когда-то покойный Ренгоку использовал похожее като. Пламя буйствовало вокруг его клинка, а враги содрогались от страха при его виде. Неужто… – *Камадо… – догадалась мечница и подорвалась на ноги, вышвыривая из головы наивные мысли о том, что это Кеджуро явился им на подмогу. Бред. Столп Пламени давным давно в могиле, на которую ты даже не можешь найти времени прийти. Утирая слезы рукавом, Т/и уже кинулась на помощь Шинадзугаве, однако осеклась, завидев, что он уже прибил тело Айзецу к дереву и со злобой что-то пережевывал, – Да что происходит…?!*