Blümchen

Ночь Клара провела просто ужасно. Она пыталась уснуть, старалась заглушить нахлынувшие эмоции, но получилось это сделать только под утро. Конечно же, времени выспаться у неё не осталось, и она, сидя напротив зеркала практически в полном обмундировании, вяло закрашивала ту часть лица, которую маской скрыть никак не получится – глаза. Она не щадила масляной краски, нанося её плотным слоем на кожу. Когда с "марафетом" было покончено, Клара ещё раз смотрит на себя в зеркало, затягивает ремешки и надевает на голову шлем. Руки немного тряслись – всё же, после ухода из «Ягеркорпсета» и прихода в частную военную компанию, она впервые выходила на подобного рода задание. До этого Риджбэк в одиночку отправлял её максимум на переговоры с террористами, даже запретил открывать огонь, и в случае острой необходимости ретироваться в ближайшее безопасное место. Снова стук в дверь. Грэхем ожидала увидеть по ту сторону полковника Кёнига, однако открыв её, увидела русского вояку – она запомнила, что именно он бубнил и шипел в то время, как она разговаривала с мужчиной. – Нас звать Никто, – безэмоционально и на ломаном английском произнёс новый знакомый. – Мы пришли забрать тебя, если ты готова, Блюм... Блять, – кажется, выругался, пытаясь произнести позывной Грэхем, который дал ей Кёниг. – Blümchen, – кивнула Клара, водружая сумку на плечи и выходя вслед за Никто. Было видно, что мужчина поспешил за ещё одним бойцом, потому как в коридоре были только они и полковник, который стоял около зеркала и закрашивал кожу вокруг глаз чёрной краской. – Не успели привести себя в порядок, полковник? – Клара наблюдает за тем, как мужчина сосредоточенно держит кисточку, боясь шелохнуться. – Ja, so ähnlich, – опустив голову, Кёниг тихонько выругался и принялся вновь аккуратно закрашивать глаза. – Может, вам помочь? – полковник кинул на неё грозный взгляд. От неожиданности Клара нахмурилась. – Нет, обойдусь, – он вновь повернул голову к зеркалу и сосредоточился на том, чтобы поскорее закончить "макияж". – Придурок, – не издавая звука, одним движением губ произнесла Клара. Наконец, Никто вышел из последней комнаты вместе с Хоранги, который шёл за мужчиной, чуть прихрамывая. – Он в порядке, – предугадывая вопрос Клары, за Хоранги ответил Никто. – Мы разбудили его своим методом, по дороге на миссию оклемается, – отмахнулся он, выходя из коридора в главный кабинет штаба, а оттуда на вертолётную площадку. – Точно? – оставив Кёнига и зеркало наедине, Грэхем ретируется к Хоранги, который, прихрамывая, потирал бедро. Видимо, Никто прописал ему отменный и болезненный лоу-кик, чтобы тот в следующий раз быстрее собирался. – Всё в порядке, Flower, – кивает парень, надеясь поскорее избавиться от ненужного ему сейчас внимания. – Blümchen, – за их спинами выплыл Кёниг, обоих подгоняя к выходу. – Она Blümchen. Клара всё ещё смущалась того момента, что полковник использовал уменьшительно-ласкательную форму слова для её позывного. Она недовольно взглянула на полковника, когда тот для ускорения схватил обоих подопечных под локоть и широкими шагами преодолел пространство штаба до их конечной точки. Грэхем толком не видела, но готова была поклясться, что Хоранги едва поспевал за Кёнигом и быстро-быстро перебирал ногами, чтобы не споткнуться. – Располагайтесь, – наконец, оказавшись на борту самолёта, полковник отпускает бойцов и приземляется рядом с Никто, который уже устроился на сидениях и безразличным взглядом встречал коллег. – Полёт предстоит долгий.

***

Едва Клара разместилась на сидениях позади Никто, она тут же прикрыла глаза, чтобы немного вздремнуть. Или хотя бы попытаться отбить часы сна, которые у неё нагло забрал Кёниг. – Старший лейтенант, – вкрадчивый и твёрдый голос полковника Клара ощутила где-то рядом со своей головой. И правда – стоило открыть глаза, как тряпка Кёнига тут же из-за турбулентности и качки самолёта прилетела ей в лицо. Она громко шикнула и зажмурилась. Полковник лишь ухмыльнулся. – Вы что, не выспались? – Отоспишься с вами, – буркнула Грэхем потирая глаза. Благо краска была качественная и хорошо легла на лицо, потому Клара не боялась ничего размазать. Мужчина сел рядом с её макушкой и, придерживая ткань, наклонился к ней. – Думаю, спать на твёрдом сидении и в шлеме – не лучшая идея, Blümchen, – тихонько произнёс полковник, аккуратно постукивая Грэхем пальцами по голове. – Снимай его и устраивайся поудобнее, – он похлопал по своему бедру, приглашая Клару вздремнуть на чём-то менее твёрдом, чем обивка сидения. Она аккуратно подняла на него взгляд, оценила возможность и, сняв шлем, со спокойным видом прилегла на бедро полковника. Конечно, из-за жуткого недосыпа она практически мгновенно провалилась в сон.

***

– Командир, – негромко, но чётко Никто обратил на себя внимание Кёнига, который сидел недалеко от него и придерживал Клару за плечи, чтобы та не упала на твёрдый пол самолёта, будучи в одной балаклаве. – Нынче нам дали тяжёлое задание. Может, не стоило брать девчонку с собой? Мешаться только будет, – брезгливый тон слышался и сквозь маску мужчины, и сквозь ужасный акцент, который при неправильном понимании пугал даже повидавшего многое Хоранги. – Мы бы не хотели, чтобы помимо нас, тебя и шулера пострадала... вот эта. – Если бы Риджбэк не был уверен в её силах, с нами бы Blümchen тогда бы не отправилась, – пожал плечами полковник, отмечая про себя неожиданное решение управления послать с ними до этого не участвовавшую в подобных операциях девушку. Иззи или Валерию Кёниг ещё примерно знал и даже когда-то видел на базе, но им никогда не давали совместных миссий. А тут... «Цветочек» вот такой вылез. – Вы что-нибудь знаете о ней, полковник? – недовольство от имения в их команде опытных бойцов новобранца всё ещё было слышно в интонации Никто. Кажется, он до последнего не будет воспринимать девушку всерьёз, пока та не покажет себя на задании. – Только то, что мне, как вашему командиру, было необходимо – она длительное время служила в «Ягеркорпсете» в Дании, поэтому её работа на монаршескую семью довольно полезна для репутации КорТака, – Кёниг безучастным взглядом наблюдает, как девушка поворачивает голову и утыкается лбом в его торс. Хмыкает и рукой чуть прижимает её к себе. Наверное, не приди он к ней перед самым сном и не устрой чёрте что, она бы сейчас так крепко не спала на нём, стараясь наверстать упущенный сон. – А, так девчонка королей обслуживала? – неприятно хихикает Никто. Подумать только – баба в спецназе. Он, конечно, многое повидал за свою относительно недолгую жизнь, а часть воспоминаний и вовсе бы из своей головы выкинул, однако чтобы девушка хорошо справлялась со своими задачами во время операции – Никто помнил об это буквально никогда. – Забыл, что мы не обсуждаем "коллег" и их прошлое место работы? – осадил бойца Кёниг, чувствуя, как этот разговор начинал всё больше его раздражать. Он частично мог понять Никто – мужчина мало кому доверяет, учитывая... особенности его появления в КорТаке. Он так же, как и Кёниг, редко снимал маску, нечасто разговаривал, а если начинал болтать, то очень быстро переходил к неудобным вопросам, на которые отвечать совсем не хотелось. А ещё его обращение к себе... Перед глазами полковника частенько при общении с Никто вставала страшная сцена его приступа, который появился единожды за все миссии, на которые они вылетали, но в память Кёнига врезалась на всю жизнь.

***

– МЫ НЕ БУДЕМ ЭТОГО ДЕЛАТЬ! – глаза Никто, мокрые и красные от слёз, испугали Кёнига. Он всего лишь попросил мужчину выпытать из террористов, которые до своей поимки обезглавили с десяток жертв, где находится их главарь. – Это наша прямая обязанность! – собравшись, выкрикивает в ответ Кёниг, подходя ближе к Никто. – Я твой командир и ты обязан слушаться и выполнять мои приказы. – КЁНИГ, ПРОШУ! – Никто рухнул на колени перед полковником и, буквально рыча, взмолился. – МЫ СДЕЛАЕМ ЧТО УГОДНО, НО НЕ ЭТО! Полковник, не снимая перчаток, дал Никто звонкую оплеуху. Не рассчитав силы, он тем самым опрокинул и так бьющегося в истерике подопечного. Мужчина, не ожидавший этого, мгновенно затих, однако судорожное шмыганье нарушало возникшую между ними тишину. – Хорошо, – твёрдо, будто секунду назад не искавший снисхождения полковника, произнёс Никто, мотнул головой и встал с пола. Глаза его помутнели от злобы так сильно, что радужка глаза едва различалась на фоне значков. – Собирать этих мудаков будете по частям. И Никто не соврал. Через полчаса, выйдя из "переговорной", он бросил к ногам Кёнига три пары ушей, сообщая местоположение, которое выпытал у террористов. Заглянув в комнату, полковник ужаснулся увиденному – отрубленные армейским ножом части тела валялись по всей крохотной комнатке, а пальцы рук убийц были аккуратно сложены в ряд на столе.

***

– Когда Хоранги пришёл в нашу команду, вы что-то не делали нам подобных замечаний, – едко прокомментировал Никто, косясь на Кима. Тот сидел поотдаль от команды и то ли уткнулся в одну точку, то ли в ожидании прилёта на место тоже решил вздремнуть – из-за маски и очков понять было сложно. – Если ты не забыл, то Хоранги сам с удовольствием рассказал, почему здесь оказался, – заметил Кёниг, кидая мимолётный взгляд на Клару. Та мирно посапывала, немного хмурясь во сне. – Предлагаю тебе закончить разговор и тоже немного отдохнуть – ещё успеешь ядом поплеваться. – Так точно, – кажется, и у Никто пропал запал допытываться до полковника. Наконец, в самолёте наступила долгожданная тишина, нарушаемая лишь звуками двигателя снаружи.