Blümchen

Душ и подготовка к собранию пошли Кларе на пользу – она немного успокоилась и настроилась на работу. В конце концов правило "работа – отдельно, личная жизнь – отдельно" легко ставило её на место, позволяя хотя бы на время откинуть чувства и эмоции, которые когда-то давно, будучи рядовой, она пообещала себе больше не испытывать. Переодевшись в более комфортные штаны и футболку, девушка взяла с тумбочки балаклаву и натянула её на голову – она всё ещё желала, чтобы её лицо знал только один человек. Первым в комнату заглянул Хоранги, который не изменял себе в конспирации: скрывать лицо и ходить в маске. – Привет, – ободряющим голосом поздоровался парень, заходя в комнату. Равно как и Кёниг, он оглядел помещение и слегка присвистнул. – Ну и ну, повезло тебе! – Жить одной? Это да, – усмехнулась Клара, заправляя низ балаклавы под футболку. – Как вы втроём ютитесь в одной комнатушке... – Полковник сразу забил себе место на одноместной кровати, я и Никто спим на двухярусной, – пожаловался парень, присаживаясь за стол. – Угадай, кто спит на верхнем ярусе? – Очевидно, ты, – сомнений не было. Из всей команды Хоранги был самый низкий, даже чуть ниже Грэхем. Её это нисколько не смущало, а даже наоборот воодушевляло. Наверняка парень очень ловкий и может позволить себе проникать куда угодно. Скромную беседу прервало постукивание в дверь. Девушка была готова поклясться, что это скоро станет её новым триггером. Без вопросов она открывает дверь, и в комнату входит Никто – в полном обмундировании. – Тебе не будет жарко? – Хоранги почёсывает затылок, оглядывая сослуживца. Тот в ответ цыкает и тяжело вздыхает. – Мы, в отличие от вас, сегодня назначены на ночное дежурство. Кто-то же должен бдить, чтобы ваш сладкий сон не закончился смертью, – иронично подметил Никто, располагаясь напротив Хоранги и запрокидывая на седушку соседнего стула ноги. – А вы чего все прикрылись? Харам? Неловкая тишина была быстро прервана еще одним стуком в дверь, благо на пороге уже стоял Кёниг с кипой бумаг и карт, которые принесла им разведка. Размашистым шагом он входит в комнату вываливает макулатуру на стол. Клара про себя отметила, что полковник тоже, кажется, решил снять напряжение, потому как лёгкий аромат одеколона щекотал её нос. Но тряпку на своё лицо он всё же накинул. – Предстоит много работы, – Кёниг обернулся на девушку, жестом указал ей закрыть дверь и подойти к столу, чтобы рассказать все-все подробности предстоящей миссии.

***

– Ну, кажется, всё, – Кёниг откинулся на спинку стула и звучно выдохнул. Они не считали часов, которые провели на анализ, сопоставление фактов и составление плана действий. Решили, что первую фазу начнут сегодня вечером – время давно перевалило за полночь, а обессиленные бойцы на задании хуже пленённых там же. На первую вылазку пойдут полковник и Хоранги, Никто после дежурства будет никакой, а Кларе было поручено дособирать информацию от разведчиков и приложить к уже имеющимся документам. – Наконец-то, – потянувшись, Никто первым выскочил из комнаты. Дозорного, что стоял на посту, пора было сменить. Хоранги от усталости нагнулся вперёд, снял очки, положил их на стол и принялся потирать лицо. Так долго над планом по ликвидации цели они ещё никогда не сидели. Закончив, он быстро забрал очки и с недовольным бурчанием проследовал в соседнюю от Клары комнату. – Du bist klug, Blümchen, – тихо произнёс Кёниг, наклоняя голову в сторону. Глаза покрасневшие от усталости, но взгляд довольный. Если бы сейчас с этим не разобрались, то на завтра бы сил точно не хватило, равно как и ума. – Это было сложно, но ты – умница. Клара смущённо и устало улыбнулась. И правда – она обладала хорошими данными логического и стратегического мышления, так даже в «Ягеркорпсете» ей говорили. Наверное поэтому Риджбэк и направил её с этой командой – возможно, они бы и без Грэхем справились хорошо, однако её предложения и догадки сыграли в их работе не последнюю роль. – Приятно слышать это от вас, полковник, – она поднимается со стула и идёт к кровати, попутно стягивая балаклаву. Проведя по волосам пятернёй, она откинулась на стенку всё ещё находясь в некой прострации от работы. Взгляд сам собой устремился в сторону Кёнига, пока тот собирал вещи и сворачивал карты. Наблюдать за этим человеком можно было вечно – высокий рост, плотная фигура и отличная мускулатура. Футболка, скрывавшая самое интересное, была так некстати – неволько заставляла Клару пялиться на бицепс мужчины, пока тот на карте обозначал и расчерчивал приблизительный маршрут движения кортежа наркобарона. Будь они знакомы раньше... – Кёниг. Мужчина обернулся. Мотнул головой, будто вопрошая. – Можно... я кое-что сделаю? – прозвучало максимально неловко. Это была личная слабость Грэхем – объятия. Она могла подарить их лишь тому, кому доверяет. Последний, кто этого удостоился, был брат. Точнее, его окровавленное тело.

***

– Я ещё раз спрашиваю! – хлёстким ударом бандит уводит 17-летнюю Клару в пол. Она тихонько скулит от боли, но взгляда от обидчика не отводит. Наоборот – старается запомнить нападавшего в лицо. – Где твой брат?! – Да даже если убить захотите, всё равно не скажу! – кричит девушка, за что тут же получает звонкую оплеуху. Мужчина перехватывает её лицо и сжимает рот до боли в щёках. – Сука... раз хочешь, можем и убить, как сделали это с твоей никчёмной мамашей, – злоба, с которой он шипит в лицо Клары, заставляет её зажмуриться. – Она так истошно орала, когда мы резали её... я бы ещё раз с удовольствием исполосовал бы её... Девушка с ненавистью и слезами на глазах смотрит на бандита. Если бы не ноющая боль и его мёртвая хватка, то она бы вломила этому мудаку в челюсть. Девушка злобно плюёт в лицо мужчине, обрекая себя на ещё один удар, который отправляет её в нокаут.

***

Кёниг опешил. Фраза прозвучала немного двусмысленно, учитывая их с Кларой отношения. – Смотря что ты хочешь сделать, – отложив карты в сторону, он подошёл к девушке и сел рядом с ней. Кровать под напором его веса пружинила, укачивая и без того сонную Клару. – Nichts besonderes, – прошептала девушка, обнимая полковника. Голова её оказалась на груди мужчины, и она прекрасно услышала, как быстро и сильно билось его сердце. Так успокаивает и убаюкивает. – Blümchen, mein Blümchen, – рука Кёнига сама собой легла на спину девушки, и он аккуратно прижал её к себе. Большим пальцем он осторожно поглаживал её, будто бы боялся спугнуть, боялся испортить момент. Так же осторожно наклонил голову и невесомо поцеловал в макушку. – Zeit zum Schlafen, die Sonne, – прошептал он, чувствуя, как девушка уже начала сопеть. – Bleiben Sie bei mir, – бурчит она, утыкаясь лбом в грудь полковника. Не хотелось его отпускать. Такой тёплый и приятный он был в моменте, когда заканчивалась работа и можно было хоть немного расслабиться. Мысленно она понимала, что если он останется, им обоим придётся ютиться на небольшой односпальной кровати. Но она панически боялась остаться одна. На протяжении нескольких лет со смерти брата, она засыпала и просыпалась одна, и щемящее чувство в груди съедало её изнутри. – Okay. Только... Пообещай не открывать глаза, – странная просьба не заставила девушку сделать обратное. Она уже была слишком сонная, чтобы открывать глаза. Ощутила лишь то, как полковник аккуратно стягивает с себя тряпку и маску, кладёт их на тумбу, а затем так же аккуратно укладывает девушку на постель. Ещё немного шуршит и ложится с ней рядом, накрывая их одеялом. Впервые за годы службы она чувствует тепло, о котором мечтала много и много лет.

***

Клара просыпается в постели одна. Полковника нет, а одна из его вещей осталась – со спинки стула свисала футболка мужчины. Видимо, когда уходил к себе, забыл её забрать. – Так вот чем он шуршал, – бубнит Клара, оглядываясь по сторонам. Солнце отчаянно пыталось пробиться сквозь плотные шторы, разбудить девушку раньше, но полоска света едва достигла конца кровати. Собравшись, Грэхем вновь натягивает на голову балаклаву и отправляется в штаб – предстояла долгая и муторная работа по сбору информации о Диего Сомеро – "неуловимом наркобароне". Насколько он неуловим, это ещё только предстояло выяснить, однако Клара надеялась, что вскоре они его ликвидируют и прекратят существование одной из многих проблем Мексики. Часы тянулись долго, в штаб иногда заглядывали разведчики, принося новую информацию по диллерам и контрабандистам, состоявшим в шайке Сомеро, а после отсыпа с ночного дежурства к ней присоединился Никто. – Много удалось накопать? – кажется, Грэхем впервые увидела сослуживца не в полном обмундировании – пришёл в маске и бронежилете, за лямки которого держался. – Не особо, – честно признаётся девушка. Приходилось фильтровать приходящие к ней сведения – либо поставщики оказывались из других группировок, менее опасных, чем сомеровская, либо контрабандой оказывались какие-то безделушки. – Местоположение до сих пор не выяснили, но точно можно сказать, в каких квадратах располагаются его "шестёрки". – Так прихлопнем их, делов-то, – беззаботно рассуждает Никто, присаживаясь за стол напротив Клары. – Если бы всё ограничивалось только их смертью, – закатила глаза Грэхем. Рассуждения Никто казались ей до ужаса наивными, но зерно логики в его словах частично присутствовало. Для уничтожения одной мафиозной ячейки нужно прихлопнуть всех, кто к ней принадлежит. Но это они сделают позже, обязательно. – Хоранги прислал инфу, – расслабленный до этого Никто подскочил к планшету и прочитал рапорт сослуживца. Быстро пробежавшись глазами по посланию, он недовольно протянул гаджет Кларе. – В засаду попали, оба. Негнущимися руками Грэхем взяла у мужчины планшет и заглянула в него. «Во время выслеживания цели наша группа была подвергнута нападению. Подопечные Диего Сомеро настигли нас около дома одного из его заместителей. Получили несерьёзные ранения, все выстрелы прошли по касательным траекториям.» – Едут обратно на базу, хвост вроде сбросили, – достав из кармана сигареты, Никто задрал маску и с невозмутимым видом закурил сигарету. Клара обратил внимание на шрамы, которыми был усеян низ лица Никто, а сам он вопросительно глядел на Грэхем, протягивая ей пачку. – Успокойся, всё в порядке. Они и не в такое дерьмо попадали, просто ты попала не в лучшее развитие событий на задании, – девушка выудила из пачки сигарету и прикурила от зажигалки, которую держал сослуживец. – Если он "в таком состоянии" написал рапорт, то всё в порядке. – Хотелось бы верить, – судорожно выдохнула дым Грэхем, прикрыв глаза. Насколько серьёзно пострадал Кёниг? Почему от него нет рапорта? Скоро ли они доберутся до базы? Переживания захватили мысли девушки. Не хотелось вот так рано проститься с теми, к кому только начала привязываться.