Их музыка

      Это был обычный вечер, совершенно не отличающийся от всех остальных. Лишь одно не так, как обычно: небо было совершенно чистым, не единого облачка, лишь свобода для последних лучей солнца, а после же для луны и её спутниц — звёзд. Ветер, а правильнее будет назвать его ветерок, ведь он был совсем лёгкий и воздушный, своими нежными лапами поднимал листья деревьев, волосы жителей города и многое другое, играясь и не желая приносить кому-то вред. У всей природы было чудное, великолепное и самое позитивное настроение, которое только могло бы быть. Да и люди на улицах, спешившие домой с работы, улыбались, смеялись и наслаждались сегодняшним вечером. Кажется, будто все были счастливы сегодня, но это не так, ведь исключения есть всегда. Кому-то в этом городке может быть сейчас очень грустно и плохо, кто-то ругается и злится, но всё это было прикрыто пеленой благодати и тёплого чувства, что мало кто об этом сейчас задумывался. Дом абсолютно такой же, как и остальные: невысокий, шестиэтажный и явно требующий ремонта, стоял не то, чтобы в центре города, но и не на самой окраине. Краска со стен давно уже начала осыпаться, а заниматься отделкой никто и не собирался, ведь кому нужно ремонтировать постройку ещё со времён Советского Союза. Несмотря на всё это, дом стоял крепко на своём уже таком родном и уютном месте, которое было ему присвоено около пятидесяти лет тому назад. Он сам не помнит точно, ведь это было так давно, а вокруг происходит столько всего интересного, что внимание акцентируется на новом, а старое медленно уползает из памяти. Единственное, что дом отчётливо хранит и не собирается забывать — все те, кто жили и живут в нём, ведь для него эта информация слишком ценна. И всё же речь пойдёт не о доме, а о тех, кто сейчас живёт в одной из стареньких квартирок.       Дверь была так же потрёпана временем: не новая, но и не очень старая, будто её уже когда-то меняли, но сейчас она выглядит не самой свежей. За ней скрывается небольшая, но уютная квартирка, где жила маленькая семья. Почему маленькая? Да потому, что она состояла только из женщины и её милейшей дочери. Они жили в мире, хотя иногда они и ругались, но разногласия бывают везде, не так ли? Отец девушки покинул их, когда ей было всего пять лет, хотя ни мать, ни сама девчушка не были против, ведь мужчина был не самым лучшим человеком. Эта маленькая семья не любит вспоминать данную историю, но сейчас придётся. Надо же как-то рассказать о них чуть больше.       Екатерина, а именно так звали женщину, по своей глупой юности вышла замуж за свою университетскую любовь, которого звали Александр, но для неё просто Саша. Сначала, как и всегда бывает, всё было просто чудесно, как говорится «букетно-конфетный период». Ох, уж эта коварная влюблённость, что закрывает глаза на все недостатки человека, которые в будущем раскрываются и сильно разочаровывают партнёра. Оказывается, что тот, кто был для тебя идеальным, раскрывается, какой ужасно гнилой человек на самом деле, но не все такие, естественно. Правда, в случае юной Катюши всё было именно так. У пары родилась чудная дочь, которую они назвали Алёной. Да, имя простое, но в будущем будет понятно, как сильно оно ей подходит. Со временем Саша начал открываться совершенно с другой стороны. Он поднимал руку не только на свою жену, но и на трёхлетнюю дочь, которая не понимала, почему её папа так себя ведёт. Катерина терпела и довольно долго, пока мужчина однажды не швырнул в неё стакан, который, естественно, разбился, и осколок оставил рану, а в последствии она превратилась в шрам, на теле. Молодые родители через время развелись.       В квартире находились две шестнадцатилетние девушки, которые явно были подругами. Одна будто вышла из американских фильмов про подростков 2000-ых годов. Её смело можно было бы приписать к Баунти из «Дрянных девчонок»: светлые волосы, серо-голубые глаза, пухлые розовые губки, что прям таки выделялись на её личике, а форма его была вроде слегка округлое, но не пухлое, нет, а очень милое. Носила она исключительно ту одежду, которая была сейчас модной, и ничего другого. На вид стереотипная королева школы всяких подростковых фильмов и сериалов.   — Ты можешь двигаться быстрее? Нас вообще-то ждут! Ты свои веснушки не замажешь, как не пытайся, так что смой свои мазки тональника на лице и пошли. Ты и так красавица, поняла? — светловолосая с некой злобой посмотрела на свою подругу, ведь они уже действительно сильно опаздывали. — Пошли уже! — Адель схватила Алёну за руку и потянула к выходу из квартиры. — И куда ты меня тащишь?! Я не собираюсь куда-то идти на ночь глядя! — рыжуля вырывает свою руку и смотрит на свою подругу. — Я не хочу никуда идти. — Твоя мама разрешила мне тебя забрать, поэтому идём! Давай, — светловолосая увела Алёну из квартиры, которую та вовсе не хотела покидать. — Нам не долго идти. Он живёт достаточно близко. — Он?! Что за он!? Адель! — девушка явно не была довольна таким поворотом событий: к кому так яро её тащит лучшая подруга, а главное зачем.       Похоже Адель вовсе не собиралась отвечать, а просто вела Алёну в направлении, которое было намечено в голове. Они проходили среди таких же домов, как и тот, в котором жила рыжуля: такие же потрёпанные, с такой же плохой отделкой и такие же шестиэтажные. Похоже этот «он» жил в том же районе, что и Аля, поэтому уже минут через пятнадцать они пришли к месту назначения. Погода радовала их всю дорогу своим ясным небом и тёплым ветерком ранней осенью. Адель набрала на домофоне «23», а после стала ждать, когда ей ответит «он».  Долго ждать не пришлось, и дверь с противным звуком из динамика домофона, открылась. Девушки вошли и поднялись на пятый этаж пешком, ведь лифта в нём не было. Да, и зачем в шестиэтажном строении это нужно, верно?       Пара подружек зашла в квартиру, где их встретил юноша с кудрявыми тёмными волосами и голубыми, как самое ясное небо глазами. Кажется, он был не очень доволен тем, что к нему домой привели какую-то рыжеволосую незнакомку. Взгляд сердитый был направлен прямо на Адель, которая с невинным лицом смотрела на друга, который готов был прибить её за подобные выходки. Его острые и вытянутые черты лица прям таки и подходили к тому недовольству, которые оно выражало. Юноша скрестил руки на груди посмотрел на незнакомую ему девушку, разглядывая её с явным осуждением: рыжие и вьющиеся волосы, зелёные, можно даже сказать изумрудные глаза, веснушки по всему лицу, невысокий рост и совершенное недоумение на лице. Спустя несколько секунд разглядывания девушки взгляд парня явно изменился на такое, будто он её узнал и где-то видел раньше. — И кого ты, позволь спросить, привела? Ты мне сказала, что придёшь одна — в гости, а сейчас я вижу это, — тон темноволосого был суровый, но всё же не такой грубый, как ожидалось. — Ну, помнишь ты говорил, что хотел бы петь с кем-то в дуэте и предлагал мне, а я отказалась… Ну, вот я тебе привела певицу, — Адель невинно улыбнулась и почесала затылок с той же непринуждённостью. — А меня спросить никто не хотел? — в разговор вмешалась Алёна, совершенно не понимающая происходящее вокруг неё. — Ты куда меня притащила? — То есть она даже не в курсе того, что ты мне её на подпевку притащила? — юноша кинул взгляд уже не на Алёну, а свою подругу, которая похоже сильно накосячила. — Ребят, ну, вы чего...? Я же хотела сюрприз устроить. Тебя обрадовать тем, что нашла тебе вокалистку, а… тебя тем, что теперь ты можешь использовать свой талант, а то сидишь с таким красивым голосом!!! Я хотела, как лучше, — девушка обиженно надула свои пухлые губки и, скрестив руки на груди, отвернулась. — Надо было просто предупредить и всё, — рыжуля положила руку на плечо своей подруги, и на лице расплылась мягкая улыбка, но Адель похоже вовсе не собиралась переставать обижаться. — К слову, меня Алёна зовут, — отстранившись от Адель, та протянула руку юноше. — Марк, — тот в ответ пожал её руку и тоже улыбнулся. — Такое чувство, что я тебя знаю, но вот откуда… Это другой вопрос. — Хм… Не знаю, я тебя впервые вижу, Марк, — Алёна гордо вздёрнула носик и с некой иронией показала парню язык. — Что ж, хорошо, я понял. Так ты у нас певчиха? — Марк будто специально исковеркал слово, чтобы позлить собеседницу. — Не певчиха я, просто люблю иногда помурлыкать песни под укулеле. Это Адель решила, что я великая звезда сцены, — лицо девушки изменилось на какое-то разочарованное и не очень-то радостное. — Сейчас мы и проверим твой талант, о котором так и твердит наша Адель. Да, Адель? — темноволосы с издёвкой смотрит на всё ещё обиженную подругу. — Да, Адель? Да, Адель? — девушка передразнивала Марка и закатила глаза. — Я хотела, как лучше, а вы теперь вдвоём надо мной издеваетесь… Друзья называется. Это буллинг! Фу! Я от вас такого предательства не ожидала. — Да, ладно тебе. Мы любя, — Алёна тихо посмеивается и треплет подругу по голове, а после обращается к пока что не очень известному ей юноше, — ну, давай попробуем дуэтом, раз она нас решила свести. Да, Адель? — с такой же издёвкой, что и Марк, проговаривает рыжуля, и получает самый недовольный взгляд от девушки, который только мог бы быть. — Да, ну, вас! Я пошла чай пить! Марк… Дорогой мой дружочек, у тебя же как обычно есть что-то вкусное, так ведь? Можешь не отвечать, я знаю, что твоя мама всегда покупает много сладенокого, — ничего больше не сказав, девушка с уже более довольным лицом, чем до этого, уходит из коридора, который герои до сих пор не покинули, на кухню, бубня что-то себе под нос. — Пойдём в комнату, пока она пьёт чай. Хоть немноготишины. Ты не подумай, я её очень ценю, но иногда Адель меня раздражает, — Марк говорил достаточно спокойно и весь гнев уже прошёл и похоже юноша уже был совсем не против пополнения в кругу своих знакомств. — Да, есть в неё что-то такое…       Комната Марка была мечтой каждого подростка: на стенах постеры, достаточно большой стол у стены возле окна, напротив стояла кровать с кучей разнообразный подушек, а так же шкаф, что помещался у другой стены и небольшая тумбочка у кровати, на стенах весели разного размера полки, заполненные книгами и в углу за дверью устроилась красная акустическая гитара. Юноша был очень чистоплотным и аккуратным, ведь было видно какой в комнате идеальный порядок. — Извини, не очень убрано. Я не ждал кого-то, кроме Адель, — темноволосый неловко чешет затылок. — Я надеюсь, что тебя это не очень побеспокоит. — Да, ты шутишь сейчас… У тебя тут идеальный порядок! Ты что свою комнату каждый час вылизываешь до идеала?! — рыжуля распахнула свои глаза, оглядываясь кругом, а после переводит взгляд на парнишу. — Не каждый час. Два раза в неделю. Люблю убираться и в чистой комнате гораздо приятнее, чем в свинарнике, — пока слова лились из его губ, он уже успел достать из-за двери гитару и устроиться с ней на кровати. — Ты присаживайся, не бойся. Ближайшие десять минут нас никто не побеспокоит. Адель там с удовольствием поедает наши запасы сладкого. — Хорошо, — Алёна приземлилась на самый край кровати, не желая слишком сильно раскрепощаться, чтобы не показаться наглой. — А зачем тебе певец в пару? — Я сам так себе вокалист, а вот на гитаре играю хорошо и песни пишу… Вот хотел с кем-то их исполнять. Адель притащила тебя. И всё таки… Смотрю на тебя и вот чувствую, что уже где-то тебя видел. — Думаю, что ты меня с кем-то путаешь. Вернёмся к твоему творчеству. Ты предлагаешь музыкальный дуэт, верно? — Алёна вопросительно и слегка наклонила голову, пока проговаривала свои слова. — Да, ты права. Попробуем? Может произойдёт коннект? — Марк слегка усмехнулся. — Попробуем, — с такой же усмешкой ответила девушка.