Демонические обычаи

— Руки! — Грх…       Надо сказать, что Мобэй-цзюнь рычал, как настоящий зверь.       А вот Шан Цинхуа паниковал как никогда прежде!       Всё началось с того, что этот прекрасный король буквально запер его в собственных покоях без каких-либо объяснений, перед этим поцеловав до дрожи в коленках и стояка ясно где. Потом вернулся. Дал попить и поесть. Ещё раз поцеловал. Искусал. Обнял и лёг спать. Потом ушёл. Потом снова вернулся. Дал…       Ну, кажется вы поняли, не так ли?       Цинхуа абсолютно не понимал, что происходит. Если раньше он мог отбросить любые мысли о возможной симпатии его короля к нему, которая хоть как-то выходила из модели раб-хозяин, то сейчас пытаться принижать себя и в глаза не видеть очевидного было практически нереально.       Вы не подумайте, он правда пытался!!! Не получилось!       Остается лишь подстраиваться и адаптироваться.       К счастью, именно этим Цинхуа и занимался всю жизнь, так что привык быстро. — Ты! — прикрикнул он на Мобэй-цзюня, стараясь выглядеть как можно более строгим и злобным. — Разве можно так вот трогать невесту до свадьбы?!       У его, как выяснилось, жениха, было неимоверно сложное выражение лица. И злость, и раздражение, и детская обида, и даже некая… Покорность? Какого черта?! — Ты не слушаешься! — Потому что мы ещё не женаты!       Хмурый Король Севера всем видом напоминал мальчика, которому мама не дала поесть сладости перед ужином. И заодно того, кто никак не желал принимать очень уж жестокую правду. — Скоро Цинхуа станет моим! — Вот тогда-то и дотронешься до меня! И вообще!       С невероятно оскорбленным видом заклинатель уселся на кровати поудобнее, сложив руки на груди и задрав голову повыше. В мыслях же господин пика Аньдин вспоминал все самые-самые полезные традиции и обычаи Царства Демонов, которые могли ему помочь.       К счастью, вспомнил. — Как ты вообще можешь заявлять о свадьбе, когда даже не преподнес мне предсвадебные дары?! Неужели я для тебя настолько ничего не значу?!       Теперь же демон выглядел озадаченным и даже сконфуженным.       Естественно, он не слишком часто менял выражения своего прекрасного, холодного и неимоверно ахуенного лица, но Шан Цинхуа провел с ним настолько много времени, что приучился различать каждую эмоцию. — Это не так, — почти обиженно, словно маленький ребенок, буркнул демон (демоненок?). — Раз это не так, — строго сказал Цинхуа, чувствуя себя истеричной женой и злой мамашей в одном лице. — То имей совесть хотя бы исполнить предсвадебное желание невесты.       Мобэй-цзюнь едва заметно вытянулся и навострил уши.       «Ага…» — подумал заклинатель. — «Слушает…»       Так-так-так, и что же ему придумать?! — Я…       Что ему нужно?! — Я…       Так, так, Мобэй уже хмурится, надо думать быстрее! — Я хочу лапши!       …       В комнате повисла звенящая тишина, прежде чем Король Севера с блестящими синими глазами не произнес: — Будет!       Цинхуа тяжело сглотнул. Что же, раз сделал глупость, то возьми из неё максимум. — И что бы ты сам ее приготовил! — Будет!       «Хм…» — вдруг задумался мастер Шан. — «Наверное быть Королевой Севера не так уж и плохо…»