Родственная тень

      Представьте себе обычный день. Опаздывая на работу, вы пропускаете завтрак и бежите в сторону ближайшего кафе за кружкой кофе. Вы уже тянетесь к ручке двери, как вдруг без вашего ведома это делает и другой человек, отчего ваши руки неожиданно соприкасаются.       Казалось бы, ничего сверх необычного, но вдруг — Бах! — и вас словно пронзает: все ваши чувства обостряются, заполняя вас необъяснимыми, всеобъемлющими ощущениями, в то время как все вокруг вас на пару мгновений словно замедляется или застывает вовсе. И уже после этих мучительных пары секунд всё приходит в норму, оставляя вас полностью ошеломлёнными и дезориентированными.

Поздравляю, вы нашли своего соулмейта.

      Всё просто: есть два или более человека, чьи души полностью совместимы, и если эти люди коснутся друг друга открытыми участками кожи, вселенские или ещё какие-то магические силы придут в действие, посылая сигнал через подобный «всплеск» и связывая этих счастливчиков.       Это может быть незнакомец, с которым вы случайно пересеклись на улице, официант, подавший вам ваш чай, или новый коллега по работе, которому вы пожали руку. Как и почему это происходит, по каким критериям выбирается соулмейт — никто не знает. Известно лишь одно — вашей родственной душой может быть кто угодно, и если вы соулмейты, то ничто — ничто — не сможет это изменить.       Найти свою родственную душу — величайшая удача. Человек, который всегда будет тебя любить, которому ты можешь доверять и кто будет доверять тебе в ответ — это ли не повод для счастья?

Тогда почему МК не чувствовал себя счастливым?

***

      Не считая историй о Царе Обезьян, рассказы о соулмейтах были самыми любимыми историями МК. Он всё ещё помнил, как, будучи ребенком, мог часами слушать о родственных душах, каждый раз упрашивая мистера Тэнга рассказать ещё. Хоть внешне он и кичился, мол, все эти любовные штучки не для него, и каждый раз корчил рожи при любом намёке на романтику, всё же это не мешало ему думать и даже мечтать об этом. В конце концов, соулмейты не всегда должны быть парой.       Ему нравилась сама мысль о том, что где-то там, средь миллионов людей есть тот, кто примет тебя таким, какой ты есть, никогда не уйдет и не бросит — звучало как мечта наяву. Ему хотелось узнать, каков он, тот, кто сужден ему судьбой: кто это, как он или она выглядит, и какие у него увлечения? Иногда он мог лежать перед сном, представляя себе, как он встретит своего соулмейта, и где это произойдет.       Вот только была проблема: далеко не все находили своего соулмейта. Как уже говорилось, найти свою родственную душу — большая удача, и не без причины. У кого-то их не было, или они не встретились, так как жили на разных частях планеты, а может, один вообще умер ещё до того, как другой родился. Могло быть даже так, что они жили или работали в паре шагов друг от друга и даже не подозревали об этом. И у них даже нет никакой возможности узнать об этом, просто потому что связь слишком нелогична и непоследовательна, чтобы можно было хотя бы предложить, кто с кем совместим.       И, честно говоря, порой из-за этого МК боялся, что тоже не найдет своего. Кто-то спросил бы, с чего вдруг, ведь он ещё довольно юн, времени на поиски соулмейта ещё предостаточно. Волноваться не о чем, ведь так? Но время шло, и юноша постепенно терял надежду. Некоторые люди находили своего соулмейта ещё в студенческом или школьном возрасте, кто-то даже раньше. МК им завидовал. У них была опора, уверенность, поддержка в лице друг друга, и им не нужно было бояться чего-то большого и ужасного. Что если?       Бывало, на улицах и других общественных местах некоторые отчаявшиеся просили прикоснуться к ним, чтобы найти свою половинку. Срабатывало редко. И тем не менее МК всегда соглашался, с постепенно угасающей надеждой скрещивая руку с чужой.       Порой, находясь в аркадной, он мог рассматривать находящихся рядом с ним людей, подмечая кого-то, кто ему понравился или мог понравиться, и иногда, если ему нужно было пройти к нужной игре, он как бы случайно, мимоходом, невзначай касался их руки своей, лелея тихую надежду. И всегда безуспешно. То же касалось и остальных его попыток, что, впрочем, не мешало ему пытаться снова.       Его не покидала мысль о том, что среди всей этой толпы незнакомцев может оказаться тот самый, один единственный, что является его половинкой, а он даже не узнает об этом, просто потому что сдался и перестал искать. Возможно, в глубине души он всё же действительно был романтиком.       И поэтому он из раза в раз пытался, прикасаясь к незнакомцам, каждый раз терпя неудачу и разочаровываясь всё больше и больше. Это даже стало чем-то вроде привычки, и никто, даже сам МК, уже не обращал на это внимания, просто считая это ещё одной причудой доставщика лапши.       После того как ему исполнилось 20, он уже не так рьяно искал своего соулмейта, перестав гнаться за, похоже, несбыточными иллюзиями о том, кого, возможно, даже не существует. А с возвращением ЦДБ и прочим он и вовсе забыл об этом, полностью отдавшись рутине, доставляя лапшу, веселясь с друзьями, сражаясь с демонами и посещая тренировки Царя Обезьян. До определенного времени.

***

      Когда он впервые встретил Макака, МК был в восторге. А как иначе? Он же потрясающий! Конечно, сначала он решил, что это Царь Обезьян (вдали их действительно тяжело отличить), но когда Манки Кид понял, что это не он, это повергло юнца в еще больший восторг. Всё же , будем честны, не все могут тягаться в крутости с самим Царем Обезьян. А как он прогнал то жуткое фиолетовое чудище! Последнее, ко всему прочему, тут же присвоило ему в глазах МК статус хорошего парня. Мысль о том, что он может таковым не быть, даже не пришла юноше в голову: в конце концов, не может же парень, спасший город, быть плохим, верно?       В любом случае, через довольно короткий промежуток времени после знакомства (буквально пары секунд), МК тут же решил, что он хочет, чтобы Макак его обучал. И каково же было его удивление, когда Макак согласился! Он чувствовал себя на седьмом небе от счастья. Хотя, возможно, совсем чуть-чуть, этому слегка способствовали улыбка нового учителя и рука, лежавшая на плече парня.       Макак оказался действительно хорошим учителем. По сравнению с уроками ЦО, которые в последнее время больше походили на строительные работы и уборку, на тренировках другой обезьяны МК чувствовал, что действительно учится чему-то. Он усердно изучал приемы и техники боя, порой даже с другим оружием. Он наконец-то начал ощущать прогресс.       Конечно, с интенсивностью тренировок возросла и их тяжесть, но кто сказал, что будет легко? Макак не отличался особой снисходительностью. Его удары были метки и точны, всегда отличаясь особой силой и жестокостью. Порой после его уроков парень не чувствовал конечностей от боли и усталости. Но, честно говоря, МК это не особо волновало.       Макак стал для него кумиром. Даже большим, чем Царь Обезьян. Хоть иногда некоторые слова наставника вызывали у него сомнения, использование странного оружия из учительского арсенала отзывалось неприятным чувством тяжести после, а порой он краем глаза замечал странные силуэты из, казалось бы, пустующих темных углов додзё, это всё было просто неважно.

Даже если на его теле не останется живого места от синяков и ушибов, а сам он будет валиться от изнеможения, если так он сможет получить ободряющую улыбку и похвалу от своего нового учителя, то это того стоило.

***

      В тот день, во время одной из уже обыденных тренировок, МК только закончил оттачивать свой новый приём. Кид устало упал на колени, пот градом стекал по его лицу. В этот момент Макак подошёл к Киду сзади, кладя руку на его плечо: — Ты готов.       МК, слишком уставший, чтобы чётко мыслить, не сразу смог понять слова учителя, и лишь через пару секунд после отдышки смог спросить: — Готов к чему?       И вот теперь они поднимались на какую-то похожую на огромный столб скалу, на плоской вершине которой посреди каменных колонн находилось то самое фиолетовое чудище.       Макак стоял, прислонившись к ближайшей колонне, следя за существом, когда как МК только-только дошел до конца длиннющей лестницы, по которой они сюда забрались, и теперь стоял, опираясь о посох и слушая, что говорит учитель. — Монстр Дыма — довольно древний и опасный демон. Очень и очень могущественный. Нужно уничтожить его раз и навсегда.       Он потянул парня за плечи, после чего грубо толкнул в сторону монстра: — Давай, пошёл! МК резко затормозил: — Стоп, подожди! Как я смогу одолеть его? В прошлый раз я даже не смог его ударить. — он повернулся к обезьяне, и неуверенно взглянул на него. — Да, точно… — Макак хмыкнул, в его тоне скользнули мрачные нотки. — Но с тех пор я обучал тебя. Ты сильнее сейчас, разве ты не чувствуешь этого? — наставник развел руками, одаривая Кида зубастой улыбкой. — …Я так думаю. — Произнес МК, неуверенно сжав посох, его голос в конце затих.       Что-то в этой ситуации ощущалось странно, неестественно. Неправильно. Как будто чего-то недоставало. Как в пазле недостаёт одного кусочка, так и в этой ситуации словно отсутствовала маленькая, но очень важная деталь, без которой картина была неполной. Он лишь не мог понять, что это за деталь.       Но он не успел как следует задуматься об этом, как Макак схватил его за плечи: — Запомни, ты — оружие, вспомни всё, чему я тебя обучил! — И с этими словами он вытолкнул Кида из-за колонны, раскрыв его присутствие перед монстром.       МК сделал глубокий вздох, собираясь с духом.       Ему нужно это сделать. Ради города, ради своих друзей и одобрения учителя — он должен это сделать. Просто обычная потасовка с супер могущественным демоном, проще простого. Он справится. Он должен справиться.       С этими мыслями он начал шагать в сторону монстра. Чудище («Монстр Дыма» — поправил себя парень) никак не отреагировало на появление неожиданного гостя, и будто с интересом следило за мальчишкой, ожидая его дальнейших действий. — А… — Он сжал покрепче посох. Сейчас или никогда. — Вот и… — Манки Кид. — МК поднял голову, в его взгляде сверкала решительность. Он быстро прокрутил посох, и ударил им об землю, поднявшись высоко в воздух.       Когда он поднялся достаточно высоко, парень увеличил своё оружие до огромных размеров, и обхватив его обеими руками, со всей силой швырнул в сторону монстра. Был слышен свист ветра и звук, похожий на оглушительный хлопок. — Я и есть оружие! — Закричал МК, надавив с ещё удвоенным упорством. Похоже, у демона было какое-то мощное защитное поле, которое окружало его как плотная атмосфера, не позволяя оружию нанести удар. Кид стал давить усердней. Вокруг него образовались вихри воздуха, что вились, развевая волосы и царапая кожу.       Существо всё также не двигалось, смотря на потуги парня ничего не выражающим взглядом. И вдруг оно начало преображаться, трансформируясь и становясь всё меньше и меньше, пока не превратилось в…       Глаза МК широко раскрылись, зрачки его сузились от шока. Этого не может быть, это не-       Макак, а это был именно он, широко усмехнулся, прежде чем подлететь поближе и быстрым, точным движением ударить прямо в живот.       МК выдохнул, весь кислород вышел из его лёгких. Будто помимо воздуха, удар выбил из него нечто важное, а вместе с тем и всю энергию, всё тепло, что хранилось в его теле. А оставив лишь безграничное чувство холода, пустоты и незащищённости.       Кид рухнул на землю, и, судя по грохоту позади него, его посох тоже. Его учитель стоял поодаль, держа нечто светящееся в левой руке. Это было похоже на… золотое яйцо? Или камень? МК не мог разобрать. Всё… было слишком размытым.       Стоявший рядом с ним Макак (когда вдруг их стало двое?) потрепал его волосы. — Знаешь, ты действительно хороший малый. — Обезьян наклонился ближе к земле и… Стал сливаться с ней? Нет, скорее, стал тенью. И действительно — его начало окутывать фиолетовое свечение, а сам он будто стал полупрозрачным, всё больше погружаясь в тень на земле, пока не стал ею. — Такой... добрый.— Тень улыбнулась ему, поплыв к своему хозяину. Дальше всё закрутилось слишком быстро: сначала фигура Монстра Дыма образовался вновь, затем вспышка пурпурного с золотым, и мощная волна отбросила парня к скале. Улетевший вслед за ним посох, как назло, пришёлся ему на живот, врезался в камень, пригвоздив юношу к поверхности.       МК едва сдержал крик боли, когда волна вдавила его в грубую поверхность горы. Перед глазами всё плыло,и сам он чувствовал себя вяло. Кожа чуть выше живота почему-то невыносимо жгла. — Спасибо, что отдал мне всю силу Царя Обезьян.       Ослабевшие пальцы вцепились в пригвоздивший тело шест. Юноша попытался оторвать его от камня, как уже делал до этого много раз, самим выскользнуть из ловушки своего собственного орудия, сделать хоть что-то, но всё было тщетно. Ну же, хоть чуть-чуть… — Оу?       Непривычно насмешливый в своей нарочитой жалости голос заставил парня поднять взгляд. Холодный, презрительный взгляд сверху вниз заставил его внутренности застыть. Словно он был незначительной забавой, даже не добычей (наверное, так и есть). — О-хо-хо, о не-ет, неужели не можешь больше поднять посох?       Неужели… Неужели все эти тренировки были обманом?

«Помни, ты не используешь оружие — ты и есть оружие!»

      Слова, придававшие ему уверенность, теперь казались тяжёлым грузом. Так ли видел его Макак всё это время? Всего лишь… оружие, чтобы попользоваться и выбросить? — Ну, сам знаешь, что это значит…       Был ли он действительно настолько бесполезен? — В тебе и правда нет ничего особенного…       Резкий рывок — и воздух очередной раз был вышиблен из МК. Чужие руки на посохе, ленивая ухмылка оказалась в миллиметрах от его лица. — Ты просто пацан с тяжелой палкой.       По воле судьбы или чистой случайности, в этот момент их пальцы на древке пересеклись.       Каждая молекула, из которой состоял, словно оказалась переполнена новыми ощущениями.        Это… МК не мог даже попытаться описать это: всё внутри него будто пело, остальной мир растворился, оставив его, тонувшего в этом чувстве, в абсолютной тишине. Это было… прекрасно.       Всё закончилось так же быстро, как началось. Он моргнул, и цвета снова возникли перед его глазами, пусть всё ещё слегка размытые. Резко его тело словно опустело, и постепенно предыдущие усталость начали возвращаться в тело, от чего Кида начала одолевать вялость. Ему потребовалось несколько секунд для осознания, что звуки отдышки и частых вздохов исходили от него самого.       Он поднял взгляд на стоявшего перед ним Макака.       Тот стоял на пару шагов дальше, чем до… чем бы это ни было, и судя по расширившимся глазам и мелкому подёргиванию хвоста, был не менее шокирован, чем сам МК. Вся прошлая уверенность была стерта, и, смотря на едва поднимавшиеся и опускавшиеся плечи, тот тоже часто дышал. Их глаза встретились в полнейшей тишине.       Макак отступил на шаг: — Что…       Вдруг беззвучие было оборвано, заставив парня невольно вздрогнуть, а темную обезьяну поднять голову. Что-то очень быстро приближалось, и Макак лишь успел отпрыгнуть в сторону, прежде чем перед ним возник Царь Обезьян.

***

— Вот так вот, как будто ничего и не было.       МК чётко слышал едва скрытое недовольство в голосе Царя Обезьян, но не находил в себе сил обратить на это внимание. Место на животе всё ещё отдавало жжением, но юноша не обращал на это особого внимания. Он всё ещё смотрел в небо, исчез теневой обезьян после взрыва. Взрыва, который МК сам устроил ударом посоха.       Был ли он жив? МК не был уверен. Разве родственные... разве после связывания душ они не должны чувствовать, если другой уйдет из жизни? По какой-то иррациональной причине, часть юноши надеялась, что да, потому что он не ощущал никаких изменений.       Кид перевёл взгляд на посох в своей руке, автоматически поглаживая древко, словно желая впитать текстуру материала. Оружие Царя Обезьян, его собственный посох, который он пару минут назад поднял с таким трудом, вновь стал таким же лёгким, как и прежде. Но то ощущение неподъемного груза всё ещё не давало ему покоя.       В этот момент, его настоящий наставник вздохнул, всё ещё не смотря в его сторону: — Молодец, приятель. Похоже, ты запомнил, что я тебе говорил.       Впервые за всё время парень поднял взгляд, к пройденному потрясению примешалось чувство вины: — Мне жаль.       Сунь Укун наконец с возмущением повернулся к нему: — О, тебе должно быть жаль! Просто не могу поверить, что ты променял меня на другого учителя!       МК опустил голову, крепче сдав посох: — Я просто хотел быть достойным. Как ты.       Но ведь это больше не была единственная причина, не так ли? Кид силой подавил циничный голосок в уголке своего сознания, слишком напоминавший исчезнувшую теневую обезьяну.       Укун же наблюдал за своим учеником, сейчас напоминавшем побитого щенка. Он вздохнул, неловко потерев шею, но по итогу смягчился, сев рядом со своим протеже. — Хэй, главное сердце у тебя на правильном месте, над остальным мы поработаем. — Ты... Продолжишь меня учить? — Великого Мудреца встретил понурый, но со всё ещё теплившейся надеждой в кариих глазах взгляд. — Ну разумеется, приятель! У меня уже есть парочка идей!       Впервые за весь разговор лицо МК озарила мягкая улыбка, бывшее в плечах напряжение почти полностью спало. Он... Царь Обезьян всё ещё хотел его тренировать. Похоже, он не настолько безнадёжен.       Но когда его глаза вновь направились в сторону горизонта, его мысли обратно уплыли далеко отсюда...

***

      На окраине города, в темном переулке не было ни души. Но несмотря на это, в самой глубине черноты образовалась чья-то тень. Постепенно тьма начала принимать форму, пока полностью не отделилась от стены.       Макак раздраженно зарычал, схватившись за стену. Он чувствовал, насколько ослабел, и даже украденная у соул-мальчишки сила, придавшая прирост его могуществу, не улучшала ситуацию. Проклятый Сунь Укун и его… протеже…       Теневой обезьян почувствовал, как из него вырвался смешок, разрастаясь в распирающий его хохот. «Манки Кид». Этот глупый, ни на что негодный ученик Укуна. Его Родственная Душа! Оу, что за ирония! У судьбы определённо есть чувство юмора. Жаль только не самое лучшее.       Он оперелся спиной о стену, из которой вышел, проведя рукой по лицу. Кто бы мог подумать…       После стольких веков он и представить не мог, что у него может быть соулмейт. Так ещё и такой…       Он вобрал в лёгкие воздух, опустив взгляд на свою левую руку. Какое-либо подобие смеха исчезло.       Это ничего не меняет. Это лишь небольшое неудобство, помеха на пути его мести. Связь душ? Очередная ошибка в системе вселенной, которую люди нарекли судьбой. Он не нуждается в обузе, и уж тем более не в виде слабовольного юнца. Он добьется своего.

***

— Ты уверен, что всё в порядке, дружище? — Царь Обезьян склонил голову набок. — Да-да, всё в полном порядке. — МК жизнерадостно улыбнулся, или, по крайней мере, попытался — улыбка получилась кривоватой. — Ты точно в этом уверен? Я всё ещё могу проверить место удара, если что. Всё же воровство сил — это не шутки. — Нет, х-хех, не нужно! Я уже чувствую себя гораздо лучше. Как будто ничего и не было. — Он как раз перелез через свою оконную раму и, как бы подтверждая свои слова, взмахнул кулаком, вырвавшийся нервный смешок явно выбивался из образа.       Укун слегка нахмурился. Весь полет на облаке Кид был довольно тихим, практически не разговаривая, лишь меланхолично смотря в сторону. Даже после самых сильных поражений или битв юноше обычно хватали максимум минут десять, дабы вернуться в привычное состояние, становясь жизнерадостным и активным. Но не сегодня. Великий Мудрец вздохнул. Им стоит поговорить об этом позже, сейчас он вряд-ли сможет что-либо вытянуть из пацана. Возможно, со временем он сам раскроется. — О-окей, если ты так говоришь… — Царь повернулся обратно к своему золотому облаку, прежде чем в последний раз обернуться к МК. — Но если что, обращайся, хорошо?       МК активно закивал, и ЦО, решив, что этого достаточно, запрыгнул на свой транспорт и благополучно полетел восвояси, под громкие прощания Кида.       Лишь когда силуэт каменной обезьяны скрылся в дали, улыбка исчезла с лица парня.       Он наконец отвернулся от окна, переведя взгляд в свою комнату. Полутемное пространство встретило его привычным бардаком, или как сам МК любил называть, «творческим беспорядком». Но вместо чувства дома, которое этот вид обычно у него вызывал, была лишь пустота.       Ноги словно перестали слушаться, налившись невыносимой тяжестью. Она заставила юношу осесть на землю, оперевшись на подоконник, просто чтобы не упасть подобно булыжнику.       Это… это действительно произошло? Он ведь почувствовал это, «всплеск». Они оба это почувствовали, МК видел это по выражению лица Макака. Макак…       Его пальцы зарылись в волосы, с силой сжав пряди. Имя повторялось в его сознании словно заевшая мелодия. Шестиухий Макак. Тот, кого он считал своим новым наставником. Его теперь соулмейт.       Рой нескончаемых вопросов начал поглощать его, всё больше погружая в пучину мыслей. И самым главным из них было "почему". Почему он?       МК попытался успокоить дыхание, начавшее всё больше учащаться по мере мыслей. Он... Ему нужно взять себя в руки. Да, точно. И-и что с того, что Макак его родственная душа? И что с того что тот попытался украсть у него силу? И что с того, что все его надежды оказались разбиты, а сам он чувствовал себя на грани слёз—       Резко замотав головой, Кид с рычанием схватился за голову. — Ох, ну же, МК, прекрати!       Не было смысла убиваться по тому, что уже случилось. Как там говорил Сэнди? «Прошлое на то и прошлое, что оно всегда остаётся неизменным. Настоящее — вот что действительно важно». Точно, нужно просто придерживаться этой мысли, и всё будет хорошо. В конце концов, он ведь остался жив, и силы Царя Обезьян всё ещё при нём, так ведь? О чём ещё можно пожелать?       Он тяжело вздохнул, прислонившись затылком к стене. А ведь Макак и вправду обвёл его вокруг пальца, не так ли? Монстр Дыма, эти тренировки... И всё это, похоже, из-за старой вражды с его наставником.       Посидев так пару секунд, его руки потянулись к верхней одежде. Нужно хотя бы проверить всё ещё немного нывшее место на животе, на случай возможного ушиба. Макак ударил сильно, вдруг остался синяк, или вообще гематома...       Когда он приподнял футболку, МК сначала замер. А затем рванул в сторону ванной, почти споткнувшись о лежавшие на пути вещи.       Уже включив свет и оказавшись напротив зеркала, уже нельзя было сослаться на обман зрения. Рядом с диафрагмой, почти на всей брюшной полости было огромное темное, почти что чёрное пятно. Оно напоминало выжженный в дереве кратер, до состояния угля. Разница лишь была в фиолетовых, будто светящихся прожилках, словно щупальца расходящихся от краев этой чёрной дыры. Кид даже дополнительно провёл по ране, чтобы убедиться в реальности, и к своему ужасу, ощутил шероховатое углубление на коже.       МК отпрянул от зеркала, отходя то тех пор пока не наткнулся на стену и не упал. Гипервентиляция вернулась с удвоенной силой, и он невольно схватился за грудь, которую казалось вот-вот разорвёт изнутри. Всё тело одолела дрожь словно при лихорадке, и если честно, парень предпочёл бы, чтобы заместо всего этого была она.       По лицу медленно скатилась капля, за ней последовали ещё, до тех пор пока влага не начала заливать всё лицо. И вот, Манки Кид рыдал в тишине своей квартиры, сидя на полу ванной.