Последний лепесток...

POV: Егор       Мне тяжело было принять это решение, но по другому никак. Ненавижу быть такой сволочью, но она ведь не даёт мне право выбора! Ей просто нравиться играть на моих нервах. Ничего страшного не случиться, если этот чертёнок посидит несколько часов в полном одиночестве. Конечно, я не собираюсь её оставлять там на ночь. Скоро должны подавать завтрак, а это значит, что терпеть осталось не так долго. Вижу перепуганного Леона, который со всех ног мчится в мою сторону. — Егор Николаевич, девушки нет в комнате. Она исчезла! Кажется, девочка сейчас гуляет совсем одна, в лесу. Какой кошмар, нужно сроч... не сочтите за грубость, но почему вы так улыбаетесь? — Эллеонора сейчас отбывает наказание в подвале. Скоро будут накрывать на стол, спустись к ней и выпусти на волю. Думаю она усвоила урок. — К-как в п-подвале...там же крысы! — Какие крысы? О чём ты? — Я удивился этому и не на шутку испугался. — Разве санитарная служба не приезжала на прошлой неделе? Они же сказали, что всё в порядке! — Нет, мой Господин. Насколько мне известно, никого здесь не было. — Чёрт...       Со скорость света я оказался возле нужной камеры. Открыв дверь, мне резко стало плохо от увиденного. Всё её тело трусило от дикого страха. Она сидела на грязном полу, забитая в угол с сильным ушибом в зоне головы. Прийдя в себя, я поднял Эллу на руки и крепко обнял. Её голова запрокинулась назад. Потеряла сознание. Я запаниковал и вместо того, чтобы отнести её в комнату, оставил на пороге, пытаясь закрыть ту чёртову дверь. Возникшее ощущение, словно за мной наблюдает кто-то, заставил обернуться. Ярко выражение глаза наблюдали за моими действиями. "Значит она была в сознании". Я выдохнул с облегчением. Всё будет хорошо. — Пойдём в твою комнату. — Мою комнату? Но вы ведь сказали... — Ты хочешь остаться здесь?! — Мои нервы были на пределе. " Успокойся Булаткин, ты сейчас должен поменять тактику, иначе просто сломаешь её". — Н-нет...н-не хочу. — Тогда пойдём.       Сначала я хотел отнести её к нужному месту, но в ответ на свои действия получил протест. Эллеонора самостоятельно приподнялась, держась за боковую стенку. Указав рукой на выход, я тем самым дал ей понять, что пойду за ней. В медленном темпе мы шагали по этажам. Для меня всё это было до тошноты знакомым. Поэтому я не останавливался, чтобы рассмотреть картину или дизайн скульптур. Хотя мне стало приятно наблюдать, с каким интересом девушка глядела на каждую деталь мебели или дизайнерской фигуры. Осторожно взяв её за руку, я тем самым направил в нужную сторону и остановился возле спальни. — Надеюсь тебе тут понравиться. Этот дом теперь и твой тоже. Ты можешь ходить где угодно, но только не на чердак. — А что там находиться? — Произнесла она с горящим взглядом. — Неважно. Тебя это не касается. Скоро подадут завтрак. У тебя есть час, чтобы привести себя в порядок и спуститься вниз. Это первый и последний раз, когда я буду готов ждать, если ты задержишься. Желательно спуститься вовремя и это не просьба! POV: Элла       Когда я осталась наедине, смогла дать волю слезам. Как-то дойдя к ванной, я сняла платье и осторожно залезла в душевую кабину. Нужно быть сильной и потерпеть. Сейчас будет жутко больно, но я справлюсь со всем. Как только капли начали стекать и как-то касаться ран, я прижалась грудью к холодной стенке, давая себе несколько секунд на отдышку. С такими паузами мне удалось вымыть всю грязь на теле. Возле раковины находилась аптечка. Найдя нужные мне бинты и мазь, я собиралась уже закрывать чемоданчик, пока не заметила противозачаточные. " Ну уж нет, ты ко мне не притронешься." Кроме отдельного туалета у меня была собственная гардеробная. Перерыв все вещи и комплекты нижнего белья, я поняла, что почти ничего из этого носить не собираюсь. Надев более  приличный комплект, натягиваю чёрное платье до колен и чтобы скрыть декольте, решаю сверху примерить тёплый свитер. Может это и выглядит странно, но так будет лучше. Волосы собираю в пучок, ноги приходиться прятать под белыми чулками. Обуваю белые баскеты, но не спешу выходить. У меня осталось ещё время. Может прилечь и немного отдохнуть на удобной кровати? Только хочу присесть, как кто-то неуверенно постучался. — Мисс, я лишь пришёл убедиться, что с вами всё хорошо. Если вы уже готовы, можете спускаться. Мы тут же накроем на стол. — Да, конечно. — Осматриваюсь в последний раз и выхожу из своего заточения. — Прекрасно выглядите! Вам этот цвет к лицу. — Если имеется ввиду чёрный, то вы абсолютно правы. Он прекрасно подчёркивает моё настроение.       Кристиан ничего не ответил, всего лишь попытался улыбнуться. Мне жаль, что им приходиться терпеть тирана ради денег. Я искренне ответила ему улыбкой и попросила составить мне компанию. Весь наш путь мою голову не покидали мысли о том, что же такого он хранит на том чердаке? Возможно там находятся его детские вещи или что-то слишком особенное. То, о чём не стоит знать никому, особенно мне. "Надеюсь он не хранит вещи своих жертв? Интересно, там когда-нибудь появиться что-то связанное со мной?". По телу пробежались мурашки от подобных мыслей. Заметив встревоженный взгляд мужчины, я сделала вид, что интересуюсь цветом огромной разноцветной вазы. Оказавшись в столовой, я опустила голову и села напротив "Господина". Как ни в чём не бывало мы приступили к трапезе. Несколько раз я замечала его взгляд на себе, но вскоре просто перестала на что-либо реагировать. — Если тебе нужна помощь врачей, скажи мне об этом. Я готов оплатить любые лекарства. — Ничего не отвечаю, но понимаю, что идея очень даже хорошая. Не хочется умереть из-за заражения крови. — В любом случае, я уже записал тебя на приём. Приятного аппетита. — Спасибо...вам тоже... — закатив рукава для удобства, пришлось тут же спрятать руки под стол. Раны отбивали любое желание наслаждаться едой. — Могу ли я пройти в свою комнату? — Ты находилась без еды больше суток. Советую перекусить. — Простите, совсем не хочется. Мне плохо...не могу здесь находиться...слишком душно... — начинаю оттягивать тёплую одежду, как будто это поможет, но жар не прекращал душить горло. — Тяжело дышать... — Что б тебя...вызывайте Джеймса, скорее! — Егор оказался рядом и попытался стянуть с меня свитер, но я вцепилась в него мёртвой хваткой. — Тебе же легче станет, дурочка! — Осознавая, что он прав, я перестала сопротивляться. Подняв меня на руки, парень отнёс меня в гостиную, в которой находился огромный диван.       Я не понимала, что со мной происходит. Одновременно хотелось броситься в снег и утонуть в огненной лаве. Тело чесалось, и при любой попытке коснуться кожи, оно начинало печь без остановки. Переворачиваясь в разные стороны, я изо всех сил пыталась сдержаться, чтобы не заплакать. Но долго терпеть ставало всё невыносимее. Мне стало намного спокойнее, когда мужская рука сжимала мою ладонь, тем самым даря мне уверенность, что всё будет хорошо. Возможно это произошло на нервах, но его губы стали нежно покрывать мои пальцы. Иногда я ощущала губы на лбу, так называемая проверка температуры. Резко начало клонить в сон и я без малейших усилий подчинилась этому желанию. POV: Егор — Нет! Элла, не смей закрывать глаза! Ты слышишь? Я не могу сейчас потерять тебя! — В тот же момент на пороге появился врач, что в данной ситуации очень сильно радовало. — Помогите, прошу вас! — Успокойся, Егор. Для начала расскажи мне в двух словах, что произошло с девочкой. — Я не знал, что внизу находятся крысы. Решил наказать её за плохое поведение, а в итоге чуть не убил. — Тогда скорее в белую палату! Пока она ещё дышит, у нас есть все шансы! Что происходило после, помню смутно. Спустившись на пол возле двери, я мысленно проклинал себя. Увидев девушку в таком ужасном состоянии, нужно было сразу оказать ей первую медицинскую помощь. Идиот! Прошло 4 часа и наконец-то он соизволил оповестить меня обо всём. — Сейчас уже всё хорошо. К вашему счастью, никакой угрозы жизни не было. Эллеонора несколько раз находилась в шоковых состояниях, ощущения мурашек и болезненного состояния всего лишь последствия. Приготовьте куриный бульон, полезный и уж точно лишним не будет. — Я могу подойти к ней? — Да. — Задев меня плечом, Джеймс тем самым обратил на себя внимание — Если мне снова придётся спасать малышку, я заберу её себе. — Не в этой жизни. Спасибо, но в твоих услугах мы больше не нуждаемся. — Ну что ж, посмотрим. Напоследок скажу, таблетки принимать строго по расписанию, капли только при потере сознания, а сироп для профилактики. Всё расписано и находиться на тумбочке. — Откуда у тебя нужные лекарства? Ты ведь не знал, что именно произошло? — Вообще-то мне это было известно ещё до приезда в дом. Просто хотелось проверить, соврёшь мне, как всегда, или же в тебе что-то изменилось за столь короткое время...береги её Булаткин...она особенная. — И в чём же её отличие от других? — Ты в жизни так не переживал за своих партнёрш, а тут вдруг занервничал, как будто вы несколько лет в браке. В любом случае, может, стоит рискнуть? — Тебе ничего не известно, поэтому давай без своих рекомендаций. — Прислонившись головой к дверям, громко выдыхаю. Никто не знает, насколько мне сейчас тяжело. Просто разрывает на куски. — Можешь ударить, но я всё равно скажу...твоя мама была святой женщиной. Выбрала так себе мужа, но вырастила прекрасного сына. Думаю, её сердце не выдержало бы такого. Осознавать, что родной сын превращается в монстра, сможет далеко не каждая мать. Подумай об этом... — Обязательно. Как раз собирался прочитать книгу о благородных девицах. — Я пойду уже, а ты, не забудь накормить то чудо вкусным и тёплым супом.       Проводив Джеймса к выходу, я начал искать Мадам Перил. Женщина тем временем играла со своим сыном на улице и выглядела очень счастливой. Когда малыш заметил меня, то тут же подбежал, держа в маленьких ручках пульт для управления машинки. Я подхватил Ника на руки и начал осторожно кружить. Мальчик громко смеялся и я чувствовал себя прекрасно в тот момент. Дети всё-таки прекрасные существа. — Поиграешь со мной? Смотри какая у меня есть огромная машина! Она даже больше твоей! — Присев на колени, чтобы быть на одном уровне с ним, я легонько потрепал его по белокурым волосикам. — Я бы с радостью играл с тобой с самого утра и до позднего вечера, но у нас тут новая гостья. Ей сейчас необходимо помочь. — А что с ней? Она болеет? — Да, Ник. Ей очень плохо и я думаю, твоя мама сможет приготовить самый вкусный и волшебный суп во всём белом свете. — Мам, поможешь Элле? Она мне нравится! — Ну как же не помочь такому ангелочку! Только скажите мне, врач сказал абсолютно любой из всех возможных или конкретно… — Бульон и желательно с лапшой и мясом, морковка..сами же знаете. — Да, хорошо, Егор Николаевич. — Зайдя обратно в дом, женщина отправила парнишку в их комнату и только после мы могли продолжить "взрослый" диалог. — Это не моё дело, но может, стоит вызвать психолога? — Нет, не тот случай. Сначала стоит понаблюдать за ней и только потом будет понятно, чем ей можно помочь. — Ладно, пойду готовить. Вы хотя бы позавтракали? — За меня не волнуйтесь. Когда всё будет готово, подойдёте к палате. Не забудьте постучать перед тем, как войти. — Обязательно. Могу приступить к готовке? — Идите.       Никогда не думал, что заходить в своем же доме в мою же палату будет настолько тяжело. Возможно во мне пробуждается чувство вины. Да, её семья виновата, но если подумать, она ведь была всего лишь ребёнком. Даже не знала с какими ужасными людьми жила всю жизнь. Неужели маленькая девочка может быть причастной к такому преступлению? Чушь и не более! Вдохнув побольше воздуха, я открываю дверь. — А где...где... Да ты издеваешься надо мной! — Кровать пуста! Ванная тут не предусмотрена! Драная девчонка! — Вы очень громко говорили Сэр, что-то произошло? — Эта сука вновь действует мне на нервы! Где она? Где Эллеонора?! — Ох...я могу посмотреть в её комнате. Возможно девушка в уборной или на кухне. — Я сам поднимусь в спальню. Ты проверь всё остальное.       Я не просто сейчас зол, я в бешенстве! Если она смогла сбежать, пока я был на заднем дворе, тогда я очень недооценил чертовку! Не церемонясь открываю дверь, но и там никого. Как только резко захожу в ванную, тут же получаю пощёчину. — Что б тебя! Какого чёрта?! Зачем дерёшься?! — Это вы какое имеете право заходить не постучавшись?! — Я здесь живу! — Я тоже! — Рассмотрев девушку, осознал, что она стоит передо мной в приоткрытом халатике и в красном комплекте. — Тебе идёт) — Да пошёл ты!       Мне, как мужчине смотревшему на подобное, сложно включать вовремя голову. Я оказался за дверью очень быстро, но выходить из спальни не хотел. Щека была красной, но это не самое страшное, что можно было ощутить. "Хорошо, что колени были далеко". Тихо засмеявшись, я прилёг на постель, сложив руки за голову. — Вы ещё не ушли? — А мы снова общаемся на Вы? — Можно сказать правду? — Мы ведь договаривались, только так и никак иначе. Кстати ты нарушила правило, не предупредила о своём уходе. — Для меня это очень странно обращаться на Вы и делать вид, будто мы не ровесники. Уважение ведь показывается не только в том, как ты обращаешься к человеку. — поднявшись и сев нормально, я отвернул свой взгляд на тумбочку, рассуждая над её словами. — Можно? — Что ты хочешь? — В её руке находилась мазь. — Не надо, само пройдёт. — Не упрямьтесь. Подобные синяки и шрамы уж точно не украшают. — Не дождавшись ответа, девушка стала осторожно наносить обезболивающее средство на кожу. — Ты знал, что там...внизу... — Нет! Я хотел извиниться за это. Я не больной псих, чтобы таким способом подчинять к себе людей. Ай! — Тш-ш. Уже всё прошло. Я старалась аккуратно. — Спасибо, но не стоило. А по поводу уважения, ты права. Подчинённые обязаны общаться со мной определённым тоном и тому подобное...но ты... Даже Нику я ничего не говорю за это. Он воспринимает меня как старшего брата. — Я видела, как ты общался с ребёнком...теперь я не могу понять, кто ты на самом деле? — Я и сам не разобрался. Так...ты уже позволяешь себе слишком много! Не строй из себя хорошенькую, я уже почувствовал на что ты способна. Раз можешь передвигаться самостоятельно, тогда будь добра и спустись вниз. Там уже суп стынет. И лекарство прихвати с собой. Будешь принимать только при мне. Чтобы я мог точно знать, что все указанные рекомендации врача выполнены. — Ты боишься привязаться ко мне, поэтому так резко меняешь настроение. Я спущусь, только мне нужно одеться. — Я не сильно сжимаю её за плечи, но тем самым даю понять, кто здесь главный. — Хватит рыться во мне и в моей голове. Ты всего лишь вещь! Игрушка для утех и не больше! Запомни это! — толкнув тело на кровать я направился на выход. — Уж лучше быть игрушкой, чем чудовищем в овечьей шкуре!       Я мог бы легко заставить её уважать меня так как надо, но мне где-то в глубине души, нравилась её дерзость. Я не должен привязываться к ней. Дело совсем не в матери, а во мне. Возможно для меня она станет всем, но я так и останусь для неё Чудовищем.