(не) сломай

      Постучав громко костяшками по гладкой поверхности и не дождавшись разрешения войти, Арсений рывком открыл дверь и ворвался внутрь кабинета. Отец в форме сидел за массивным дубовым столом, где лежали бумаги, папки с делами и, естественно, стояли городские телефоны. Сам кабинет полковника был огромным, потолки не меньше пяти метров, и хозяин со своим столом казались крошечными. Взгляда он, конечно, на посетителя не поднял, продолжил читать документы.       Арсений сделал вдох полной грудью и, выпрямив спину, четким шагом пошел вперед по красной ковровой дорожке. Остановившись напротив, он резким жестом положил лист с заявлением перед отцом.       — Прошу подписать, товарищ полковник, — без тени эмоций сказал Попов, когда еще целых полминуты на него не обращали внимания.       Отец наконец-то соизволил посмотреть на него, пусть и ленивым взглядом. Арсений сохранил маску безразличия на лице, так просто отец его из себя не выведет. Попов-старший пробежался глазами по тексту заявления и устало вдохнул:       — Оно отправится к еще двум, которые ты написал на этой неделе…       — Ты не имеешь права меня удерживать, — сразу возразил Арсений, пусть и холодным тоном.       — Имею, — хлестко ответил Сергей Викторович, сложив руки на груди.       — У каждого человека должен быть выбор, — нахмурился Арсений.       — Он и у тебя есть, либо служба, либо тюрьма. Думаешь, не найдется статьи для тебя? Или устроить тебе показательное заключение в СИЗО на пару недель? Вообще за твою ошибку следовало бы и наказать тебя!       Они буравили друг друга одинаковыми глазами в ожидании, кто первый сдастся и опустит взгляд. Только никто не хотел быть первым, никто не хотел проигрывать. Наверное, два поколения офицеров так и простояли бы вечность, играя в гляделки на слабость, если бы не раздался стук в дверь.       — Да! — громко крикнул Попов-старший, и они синхронно посмотрели, как в кабинет зашла миниатюрная брюнетка.       — Вызывали, товарищ полковник? — миловидным голосом, но офицерским тоном спросила она.       — Да, проходи, — легкая улыбка коснулась лица Сергея Викторовича, что встал со своего места и пошел к девушке навстречу. — Вот, знакомьтесь, — проговорил он, оказываясь между ними. — Майор Попов и старший лейтенант Пшеничная.       Старший лейтенант протянула Арсению изящную руку, и он на чистом автоматизме пожал ее.       — Это твоя будущая жена Алена, — добавил отец, смотря на Арсения игривыми глазами.       — Чего? — одними губами прошептал Попов.       — Да, тебе не послышалось, — хмыкнул Сергей Викторович, возвращаясь за стол. — Вам предстоит совместная работа, вот, ознакомьтесь с легендой, — отец положил перед двумя агентами папку.       — Восточная Германия? Минимум на два года?! — удивленно спросил Арсений, мельком прочитав первые строчки.       — Там все написано, — с улыбкой ответил отец. — На подготовку три месяца, немецкий вы оба знаете, но надо подтянуть диалект, да и изучить немало предстоит. Так что начинаем завтра. И да, привыкайте к супружеской жизни, дети — отличное прикрытие брака, — вроде как пошутил в конце Попов-старший, только кто же его знает.       Сам Арсений ощущал себе ни живым, ни мёртвым. Никаких эмоций не осталось, даже злости или хотя бы разочарования. Выбора у него опять не было. Да и что ему оставалось? Существовать, делать, что должен и трепетно хранить воспоминания о былой любви.

***

      Глядя на обручальное кольцо вместо перстня, Арсений только тяжело вдохнул и подавил внутри себя желание с размаху стукнуться головой об мраморную стенку. Подарок его любимого мальчика пришлось закрыть в ящике стола, который стоял в его настоящей квартире. Та однушка, где они с Антоном прожили так много счастливых моментов за каких-то два месяца, являлась съемной и нужна была для легенды. Наверное, больше нигде Арсений не сможет испытать те самые чувства, да и на безымянном пальце теперь будет красоваться совсем другой символ.       До отъезда из страны оставалось совсем немного времени, всего пару недель, и уехать, не поговорив с Антоном, Попов элементарно не мог. Шастун послушался и скрылся из виду, в Москве его не было, а все их имущество было опечатано. К слову, судебный процесс над его матерью должен был вот-вот кончиться.       Массивные двери открылись, и из зала стал медленно вытекать народ. Одним из последних вышел молодой прокурор, как всегда в синей форме. Именно его поджидал Арсений, подпирая стены в коридоре.       — Привет, Саш, — Попов поравнялся с ним и протянул руку.       — О, привет! — отозвался Александр, пожимая руку. — Ну, все закончилось, как ты понимаешь.       — И какой приговор? — спросил Арсений, шагая рядом с ним.       — Эльвире дали пятнадцать лет строгого режима, смягчили из-за пола и возраста.       — Ты сможешь узнать, куда именно ее отправят? — осторожно спросил Попов и получил в ответ нечитаемый взгляд. — Я больше тебя ни о чем просить не буду, клянусь!       — Ладно, — нехотя кивнул Александр. — Я позвоню.       — Спасибо, — растянулся в улыбке Арсений и дальше прокурор пошел один.       Позвонил он, правда, только через три дня, но зато у Попова был точный адрес, где Эльвира будет отбывать весь свой срок. А это уже многое.

***

      Небольшая комната, буквально три с половиной квадратных метра, была полностью обставлена компьютерной техникой. Какой именно, Арсений не знал, элементарно не разбирался, а мог лишь предполагать, что все это очень сильно нужно Стасу, чтобы совершать свои хакерские дела. Иначе, зачем все это?       Стоило заметить, что выглядело все красиво, в неоновых огнях, да и сам хозяин, восседавший в массивном кресле, вписывался в картинку гармонично. Даже не хотелось врываться в его пространство и отвлекать от важных дел. Наверное, поэтому Попов и постучал робко, когда оказался на пороге.       Стас обернулся мгновенно и ничуть не удивился явлению старого друга. Возможно, даже ждал его появления.       — Неплохо ты тут все устроил, — медленно проговорил Арсений, снова оглядывая комнату.       — Ну да, — пожал плечами Стас и выжидающие посмотрел на него.       — Как дела? — неуверенно спросил Попов.       — Блядь, Арс, — устало выдохнул Стас, нахмурившись. — Мы оба прекрасно знаем, зачем ты ко мне явился.       — Тогда почему бы нам не опустить разговоры о погоде, и тебе бы просто не помочь мне, — хмыкнул Арсений, быстро подходя ближе. — Как говориться, не в службу, а в дружбу!       — А сколько ты мне уже должен? — с прищуром спросил Стас.       — Бесконечное количество раз, — тут же ответил Попов. — Помоги в последний раз, а? — тот в ответ скептически приподнял брови. — Ну что тебе стоит? Два раза на кнопку нажмешь и вуаля! Мне всего-то нужен адрес, где он сейчас находится, я не прошу тебя взламывать Пентагон!       — Даже не знаю, что из этого безопаснее, — хмыкнул Стас, но все же начал быстро щелкать по механической клавиатуре.       — Я тебя обожаю, — довольно выдохнул Арсений, похлопав друга по плечам.       — В общем, Шастун уехал тем поездом, на который ты дал ему билет, — проговорил Стас спустя минуту тишины. — Больше по его паспортным данным никакие билеты не покупались, а вот телефон явно выключен и местонахождение последний раз показывает еще в Москве. Кажется, кто-то включил голову, — не удержался от комментария Стас. — Ну, вот адрес квартиры его тетки в Воронеже и ее же дачи под Воронежем, по сути, больше ему некуда идти.       Попов взял протянутый листок с двумя адресами, быстро прочитал и начал аккуратно складывать. Мысленно он уже планировал дальнейшие действия.       — Поедешь туда? — лениво спросил Стас, обернувшись.       Ответ был уже известен.       — Да, — одними губами ответил Арсений. — Не знаю, как дальше сложится, может быть, я вернусь в страну только лет через десять. А может, и не вернусь вовсе.       — Надо же, как он тебя зацепил, — себе под нос сказал Стас, вернувшись к монитору.       Что на это ответить, Арсений не знал, поэтому сделал вид, что просто не услышал. Да и в чем был Стас не прав? Зацепило его знатно, наверное, уже и не расцепиться больше.       — Спасибо за помощь, дружище, — Попов постарался сказать нейтрально и поспешил уйти прочь, чтобы не услышать еще каких-то комментариев.

***

      Вырваться получилось только, когда закончились все подготовки к заданию. До переброски оставалось всего три дня, именно их дали агентам на отдых и на прощание с близкими. Арсений ожидаемо проигнорировал приглашение отца на «семейный» ужин и отправился к действительно близкому человеку.       До Воронежа он долетел на самолете. Повезло, была лётная погода, хотя еще неделю назад стояли такие ливни, что сложно было выйти из дома. А добравшись до адреса регистрации родной тетки Шастуна по отцу, Арсений занялся привычным для себя делом — слежкой.       Утром Майя — та самая родная тетка Шастуна — отправилась на работу, и следующие несколько часов самого парня видно не было. Привычно оглядев обстановку, он затесался к бабушкам на лавочку и узнал всю подноготную района, но интересовала его только пара людей.       Местные старушки поведали, что к Майе недавно приезжал племянник из Москвы, которого здесь не видели уже лет пятнадцать. Мальчик повзрослел, вырос под два метра ростом, но совсем не воспитан, ни разу не поздоровался. Пробыл племянник недолго, от силы три дня и, видать, уехал, больше его в этом дворе не видели. Арсений, получив нужную информацию, хотел было уйти, но тут милые бабушки обмолвились, что у Майи еще квартира есть, только оформлена та на ее второго мужа. Адреса, к сожалению, они не знали. Пришлось звонить Стасу, тот поворчал для приличия, но обещал в очередной раз помочь.       Пока было время, Попов съездил до дачи тетки Шастуна, но там оказалось пусто. Ржавый замок на воротах и непримятая листва на участке прямо говорила, что с лета сюда никто не наведывался. Пришлось возвращаться в город, да и Стас уже прислал адрес второй квартиры. Там Арсений снова затаился и принялся ждать.       Ближе к девяти вечера наконец-то появился Антон. В объемной куртке, с капюшоном на голове, он быстро перебирал ногами. Арсений узнал его по походке и сутулым плечам. А когда парень скрылся в подъезде, то Попов только сейчас понял, что перестал дышать. Через минуту на шестом этаже загорелся свет, как раз где должна была быть квартира Шастуна, это означало, что он один.       Весь этот день Арсений действовал на автомате, знал точно, что делать и совершенно не задумывался, а что будет потом. Он не подготовил речь, даже мысленно не представлял себе их встречу, что совсем не похоже на Попова. Арсений просто знал, что ему нужно увидеть Антона, возможно, в последний раз, да и в душе все еще тлела маленькая надежда, что все будет хорошо. Вряд ли человек с его насыщенным прошлым и опытом работы в органах мог верить в чудеса, но нет ничего невозможного, уж это Арсений точно знал.       Дождавшись, когда кто-то будет заходить в подъезд, Попов скользнул следом тенью и проигнорировал лифт, отправился по лестнице на шестой этаж, переступая ступеньки. Оказавшись напротив нужной двери, его сердце забилось быстрее, чуть ли не выпрыгивало из груди.       Арсений заставил себя несколько раз глубоко вдохнуть и выдохнуть. Помогло, но слабо. Решив не медлить, он нажал на дверной звонок, и еще раз. По ту сторону двери стояла долго тишина, а потом раздалось такое родное «блядь». Спустя ровно три секунды дверь открылась, а за ней оказался злой Антон.       — Один вопрос, какого хуя ты тут делаешь?! — агрессивно выплюнул слова Шастун, а потом тут же спросил еще один: — А как ты вообще нашел меня?!       — Для меня это не составило особо труда, — спокойно ответил Арсений. — Может, впустишь меня?       — Нет! — мгновенно ответил Антон, сложив руки на груди, а потом его прорвало: — Вали нахуй отсюда, я не хочу тебя видеть и вообще знать! Зачем ты приперся?! Ты уже испортил мне жизнь, что еще тебе надо?!       — Попрощаться, — тихо вздохнул Попов и, достав сложенную бумажку, добавил: — И вот, это адрес колонии, где сидит твоя мать, ее можно будет навещать иногда.       — Какой ей дали срок? — холодно спросил Шастун, выхватив бумажку из его руки.       — Пятнадцать лет.       — Смог насобирать доказательств аж на пятнадцать лет! Ох, ты, наверное, так доволен собой, — язвительно проговорил Антон.       — Не очень, — тихо ответил Арсений, опустив взгляд.       Видеть в глазах любимого человека такую сильную ненависть и злобу было выше его сил. Хоть последние месяцы он и пытался подготовиться к этому, в реальности оказалось это невыносимо.       — Ты что, еще и женат?! — ошеломленно спросил Шастун, заметив на его руке обручальное кольцо.       — Нет, это... — Арсений замялся, когда понял, что не может объяснить.       — Слушай, а каково жить во лжи? Каково это — причинять столько боли людям и потом спокойно спать по ночам?! Я просто не могу понять, как таких, как ты, носит Земля!       Попов уже давно не может уснуть без снотворных, но говорить об этом вслух он, естественно, не будет. Антон имел полное право злиться и ненавидеть его, ведь Арсений буквально сломал парню жизнь. Этому нет оправданий.       — Мне искренне жаль, что так получилось, Антон, — негромко сказал Попов, все же посмотрев на него. — Я меньше всего хотел, чтобы ты пострадал...       — Я тебе не верю, — грустно улыбнулся Шастун, на что Арсений только кивнул. — И я больше тебя не люблю. Убирайся из моей жизни. Навсегда, — холодно и жутко проговорил Антон, перед тем как хлопнуть дверью.       Плечи Попова опустились, а из легких вышел весь воздух. Вот и все, попрощался.       Уже в самолете, смотря на родину с высоты птичьего полета, Арсений пришел к выводу, что так ему и надо. Нельзя было совершить так много бед, а потом надеяться на "долго и счастливо". Он этого не заслуживал, собственно, как и смерти. Умереть — слишком легкий способ избавиться от проблем, такой роскоши у него не было.       Персональный ад Арсения заключался как раз в работе в федеральной службе безопасности под руководством родителя, в новом задании за границей, в женитьбе для прикрытия, в ненависти любимого человека и в вечно ноющем сердце. И будет Арсений вариться в этом котле долгие-долгие годы.       Потому сделал то, что не должен был.       Полюбил.       И сломал того, кого так сильно и неожиданно полюбил.

конец первой части