Логичная замена

Хотя с виду это был все тот же Вик, кареглазый, стройный, очаровательный. Но жесткая линия рта и хмурый взгляд говорили, что о романтике на сегодня можно забыть. Парень внутри костерил себя на чем свет стоит. И вот он, объект его ошибочных заблуждений, мнет диван в библиотеке. Так захотелось схватить в охапку этого итальяшку и вышвырнуть вон, чтобы не было рядом живого доказательства его глупости. - Похоже, нам пора распрощаться. - начал жених Натана, у которого до сих пор мелькали в голове строчки свадебного договора железобетонной инструкцией к действию. - Что ж, думаю мне действительно пора. Хотя искренне жаль оставлять тебя в одиночестве. Но завтра… - воодушевленно заворковал южанин, стараясь разглядеть хоть тень былого Вика в этом насупившемся юноше. - Никаких завтра. По тебе уже давно грустит твоя Италия, пора вернуться в родные пенаты. - безапелляционно отрезал омега. - Вик, что наболтал тебе обо мне этот Шпигель? - забеспокоился Рикардо. - Ничего. - отчеканил парень. - Ничего, о чем бы я говорил с тобой. В добрый путь. Приятно было проводить с тобой время. Вика злило, что этот итальяшка до сих пор нерешительно топчется в библиотеке, оглядываясь по сторонам, будто что-то тут потерял. Кьянти пытался уговаривать взволнованного юношу не пороть горячку, но видя как тот скривился и покачал головой, замолчал. Вик еле сдерживался, чтобы не нагрубить южанину. - Ясно. - кусая губы произнес Рикардо, которому было совсем не ясно, как может изнывающий от любви парень вмиг превратиться в безразличного к тебе чужака. - Все же, поживу у своего дядюшки. Надеюсь, когда ты остынешь, позвонишь мне. На стол лег прямоугольник визитки. Хотелось гаркнуть: - И не надейся! И швырнуть визитку в мусорное ведро. Но Вику хватило благоразумия не делать этого. - Передавай привет своему дядюшке. - выпалил в удаляющуюся спину парень и облегченно вздохнул, когда за тем закрылась дверь. С раздражением сунул визитку в карман. Сначала омеге захотелось спрятаться в своей комнате. Пересидеть там, пока не забудется его промах с врагом его жениха. Но потом ему наскучило и он начал бродить по замку выискивая глазами Натана. Хотелось поймать его в компании блондина и заявить глядя в глаза: - А как же брачный договор? Может и тебе стоит его перечитать? Но Дина Мейтона рядом не наблюдалось. Зато крутились дизайнеры, цветочники, фотографы, организаторы или их доверенные лица. В своей холодной, вежливой манере Шпигель вел с ними переговоры. Выбирал и заказывал нужные ему цветы, салфетки, музыку. Пока Вик бунтовал, его жених полностью взял на себя подготовку к предстоящей свадьбе. Кому-то звонил, требовал, звал слуг, ходил с ними по комнатам, что-то внушая усталой челяди. Вот он строгий, восторженный, задумчивый, или легкая ухмылка появляется на его лице и тут же исчезает. Как Вик мог принять его за бездушного безэмоционального чурбана? Вот он, такой разный, такой живой. Так переживает за их свадьбу, на которую омежке-жениху наплевать. Вик слонялся по замку, решив, что наконец-то у него появилось время ознакомиться с окружением, но то и дело натыкаясь на стройную фигуру Натана, понимал, что следит за ним. То через окно, то с другого конца зала, но старается не терять его из виду. Вскоре парня пригласили к ужину, где его усадили напротив объекта его наблюдения. - Как удивительно видеть тебя за ужином. - поддел своего жениха Натан, пригубив вино. Так и было. Омежка, пропадая где-то с Кьянти в последнее время почти никогда не успевал вернуться к ужину. - Неожиданно. Я могу еще кого-то удивлять. - пробормотал Вик, который и без этого чувствовал себя не в своей тарелке после последнего разговора с сыном графа. Шпигель, которого этот парень удивлял с момента появления в замке, закашлялся, поперхнувшись. Но кашель вскоре перерос в едва сдерживаемый смех. - А все потому, Натан, что ты мало времени уделяешь своему жениху. - заметил сам граф, с высоты своего опыта и положения. - Согласен. - не стал спорить Натан, наконец справившись со своим кашлем-смехом. Вик боялся, что за ужином начнут обсуждать его недостойное поведение в стенах замка, но Шпигелей больше интересовали совсем другие вопросы. Младший брат Натана, Мэтт, сокрушался что накрылась его поездка. Назначенная дата свадьбы меняет все его планы. Гис, старший брат, был тоже взволнован. Придется расшивать уже готовый костюм для его беременного омеги. А вдруг родит раньше? Тогда ушивать? Да позволят ли врачи присутствовать на торжестве? Глава семьи всех утихомиривал. Ведь раньше, оказывается свадьбу провести никак не могут: ждут приезда каких-то дальних родственников, да и родители жениха со стороны омеги должны успеть бракосочетать своего первенца, прежде чем появиться на свадьбе второго сына. Мэтт напомнил, что он не желает сидеть на свадьбе рядом с неким омегой, имя которого Вик слышал впервые. Но, судя по лицу Натана, упоминание об этом уже порядком его достало. Начались споры с кем можно посадить Мэтта, чтобы устраивало последнего и не нарушило этикет. В общем, там было не до Вика и его внутренних терзаний. Утром к завтраку заявился Натан, но его жених пол ночи провалявшийся без сна, еще даже не проснулся. Слуги, пришедшие для уборки спальни, деликатно разбудили омегу. Когда заспанный Вик появился на лоджии, где обычно завтракал, его жених уже допил свой чай. - С добрым утром! - поздоровался Натан. Но его присутствие за столом ничего доброго для Вика не сулило. Он даже не знал, о чем говорить с этим сдержанным мужчиной. Положение спас слуга, явившийся сообщить Шпигелю, что пришел замерщик. Натан извинился, что должен покинуть жениха из-за срочных дел и удалился. - Иди, померь там себе все. - обрадованно буркнул ему в спину Вик, очень надеясь, что Шпигель не услышит и принялся за еду. Настроение улучшилось. Весь день Натан пытался уделить внимание своему жениху, но навалившиеся хлопоты не давали это сделать. До сих пор Кьянти выполнял за него эту обязанность и если бы Вика не заносило, проблема с досугом была бы решена. Только к обеду освободился Шпигель для совместной трапезы. Да и та, по мнению Натана, была испорчена прибытием его делового партнера. Партнер - грузный мужчина, похожий на тюленя, составил им компанию за столом. Но скорее это Вик составлял им компанию, поскольку бизнесмен сконцентрировал все внимание на себе. Что-то поспешно рассказывал Шпигелю, спрашивал, уточнял. Омега лишь смутно догадывался о теме их беседы, поскольку был не посвящен в дела жениха. но ему нравилось наблюдать как этот партнер реагирует на Шпигеля. Как бизнесмен подбирается, притихает, стоит только Натану ему возразить. Как заискивающе гость смотрит на Натана, как старается произвести на него впечатление. Значит, на многих так всепоглащающе действует присутствие Шпигеля. И Вику, почему-то это стало нравится. И его сдержанность и немногословность, этот задумчивый взгляд, раньше казавшийся угнетающим. Разглядел, что Шпигель даже по-своему красив. И в этой непритязательной внешности столько благородных черт и ни одной неправильной линии. Даже пах он как-то по особому. Ни слишком терпко, как Дюлон, ни удушающе томно, как Рикардо, а так, как надо. Как хотелось бы, чтобы пахли все, чтобы с ними приятно было рядом находиться. Обед был окончен и Вик опять был предоставлен самому себе, а Шпигеля затянуло в водоворот предпраздничной суеты. Натан даже предложил составить ему компанию, поскольку в вопросах украшения зала эстетичный вкус омеги будет неоценим. Омега, твердо уверенный в отсутствии у себя какого-либо вкуса тут же отказался, предложив довериться профессиональному дизайнеру. Не хватало ему еще и здесь осрамиться. И тут же пожалел об этом, поскольку его место занял "случайно" оказавшийся рядом Дин Мейтон. Вот уж у кого не было проблем ни со вкусом, ни с своевременностью появления. Его вертлявая фигурка возле Шпигеля болезненно угнетала Вика. Блондин деловито крутился по залу, всюду позиционируя свой эстетический вкус, прислонялся к сыну графа, заглядывая в каталог в его руках, давал указания грустному дизайнеру, стоящему рядом. В общем делал все, чтобы всколыхнуть жаркую волну негодования и досады в душе Вика. А Натан участливо кивал блондину, лучезарно улыбался, царапая по нервам своему жениху. Подглядывая за организаторами праздника, парень искренне жалел, что почти окончил бесполезную для него школу, с ее суровыми устоями, вместо того, чтобы заниматься икебаной, рисованием и другой ерундой, которой так славились омеги. Если бы ленивый педиатр сразу разглядел в нем омегу, ему не пришлось бы сейчас так страдать. Он ругал на чем свет стоит всех причастных к этому лиц, но как только Дин Мейтон удалился, получив восторженные возгласы от Шпигеля, злость на весь мир у Вика начала пропадать. Видимо, его бесило само присутствие блондина со всем багажем его омежьих преимуществ. К Натану вернулось его обычное деловое выражение лица, как только за его любовником закорылась дверь. Суровое и непроницаемое. Исчезла вся улыбчивость и лучезарность. - Так вот каким он может быть! - удивлялся парень изменениям в Шпигеле, когда рядом с ним был Дин. - Вот бы рядом с ним Натан был хоть наполовину так же приветлил, как с тем блондином! Хотя зачем это ему нужно? Вик, испугавшись своих желаний, постарался отбросить подобные мысли, открещиваясь здравым смыслом. Ведь не влюбился же он в своего жениха, в конце концов? Чушь какая. Парень даже тряхнул головой отгоняя даже помыслы об этом. Он все тот же Вик, с чистым сердцем и разумом, не замутненный кем бы то ни было. Так хорохорился парень, в глубине души понимая, что где-то треснула нерушимая стена его независимости и несет его в неведомые воды неизвестных ему переживаний. К ужину Натан опоздал, поскольку ездил к портному на примерку. - Готовит себе свадебный костюм. - догадался его жених. Сам он едва ли озадачился, имеет ли он наряд к свадьбе? - Если пойду к венцу в своей дежурной майке-поло и брюках, па его убьет. - решил Вик, внимательно разглядывая как Шпигель садится, берет столовые приборы. Похоже, наблюдать за ним стало его любимым времяпровождением. Как он есть, как слушает собеседника, слегка наклонив голову. Как его губ, аристократически правильных, бледно-розовых, сейчас коснется бокал. На последнем, кровь бросилась в голову Вику и запылали уши. Он в панике докидал в себя еду с тарелки и поспешил покинуть столовую буркнув: - Спасибо за ужин, но вынужден удалиться. Выскочил в коридор, пока присутствующие за столом ничего не заметили, не услышали, как бухает его сердце, раскрашивая палевный румянец на щеках. Прислонился к стене в коридоре, пытаясь успокоится, выдохнуть. - Я на него запал. Как дурак! - ужаснулся парень. - Как такое возможно? Он же такой… Сразу вспомнились губы, прикасающиеся к бокалу, мельхиоровые глаза, пробирающие, оценивающие. Омега расстегнул пуговицу на воротнике, словно это облегчит взволнованное дыхание, взъерошил волосы на головы, что так и не отрасли до наиболее привлекательной для всех альф длины и медленно побрел в свою комнату. Пол ночи думал как же ему себя вести, чтобы не выглядеть придурком. Сокрушался: как его так угораздило? И в конце, в полусонной дреме, предался воспоминаниям: делового, холодного образа жениха, солнечного, душевного, каким он бывает с блондином. Но вот он не с блондином, а с ним, Виком, приближается так близко, что его окутывает запахом Натана и чувствуется его дыхание на щеке. И парень проваливается в бездну сна, где все смешалось и исчезло. Наутро, шарканье слуг его разбудило. Парень, привыкший к жесткой дисциплине в учебном учреждении, даже на каникулах просыпался словно по будильнику рано. И никогда не нежился в кровати. Такая безрассудная трата времени, ведь вокруг столько интересного! Подскакивал и носился по дому, находя для себя развлечения. Сейчас же он сам себя не узнавал. До чего он докатился! Весь замок на ногах, а он спит, как последний разгильдяй! Подскочил, спешно умылся и быстрее пожарника натянул что-то из одежды, что старательно подобрал ему па, уверовав в бестолковость сына. Чуть ли даты не прицепил к каждому костюму - что и когда одеть. Выскочил на лоджию. Натан за столом шуршал свежей газетой, отчаявшись дождаться своего жениха. Перед ним стояла почти пустая чашка. - Прости. Я опять пропустил завтрак. - неожиданно для себя Вик начал с извинений. - Здешний воздух располагает к крепкому сну. - ответил сын графа, отложив газету. - Хотел узнать: все ли в порядке? Ты так поспешно вчера закончил ужин. Да, все прекрасно. - заверил его парень, принимаясь за завтрак. - Просто... Изжога. Поспешил принять лекарство. Взглянул на Шпигеля. Вроде поверил. На самом деле Вик слабо представлял, как стремительно начинается изжога и нужно ли так молниеносно бежать за лекарством. И вообще, есть ли лекарство от такого недуга? Когда некоторые его одноклассники жаловались на изжогу, староста резко им бросал: - Дрочить надо меньше. И страдальцы ныть переставали. Натан же, видимо не ведал о такой взаимосвязи в организме и сдержанно порадовался, что сейчас его жених чувствует себя хорошо. Допил свой остывший чай и сообщил о своей занятости утром, заверив, что с обеда сумеет освободиться для совместного времяпровождения. Встал, собирая со стола газетные листы. Тут Вик заметил в дверном проему хрупкую фигурку Дина Мейтона, который явно поджидал Шпигеля. Парня охватила такая волна ярости, что он не задумываясь о последствиях вскочил, шагнул к жениху, и по хозяйски притянув того за воротник впился губами. Трудно было понять, как на это реагировал Натан. Скорее он позволял себя целовать, участвовал в процессе ровно настолько, насколько было необходимо, чтобы не прерывать процесс. Но Вику было жизненно важно, чтобы это выглядело в глазах Дина не как дежурный семейный поцелуй. И он старался, но сам забылся и поплыл. В этих ощущениях, в этом его запахе, уволакивающем все его сознание. Прошелестела упавшая на пол газета и на спину легли сильные руки. Вик отстранился, стараясь выглядеть невозмутимым и собранным. - Хорошего дня. - улыбнулся он Шпигелю и зашагал навстречу остолбеневшему блондину с видом победителя. Кивнул Дину, будто только его заметил и удалился прочь. Блондин постоял, стряхивая оцепенение, нахмурился и потопал на лоджию за объяснением. Шпигель же стоял и улыбался самой солнечной и светлой улыбкой, забыв о газете, что беспомощно хлопала страницей на ветру. Едва услышав приближение Дина, сделал равнодушно отстраненное лицо и вежливо с ним поздоровался. - И что это было? - захлебываясь возмущением произнес любовник. - Дин, когда мы обсуждали с тобой мой брак по расчету, ты видимо упустил из виду что это именно брак. - жестко пояснил сын графа. Дин эмоционально выдохнул, театрально всплеснув руками и скрестил их на груди, насупившись демонстративно отвернулся от Шпигеля, вздернув подбородок. - Дин. Не дуйся. - Натан приблизился к блондину, заглядывая тому в глазу. - Ну же. Поедем, поможешь выбрать мне эти дурацкие шторы. Я же без тебя не справлюсь. Мейтон сердито взглянул на сына графа, но лицо того сияло душевной теплотой и глаза лучились озорными стальными искорками, пряча хитринку под пушистыми ресницами. Губы Дина дрогнули. - Ладно. Поедем. Ты же без меня выберешь те плотные с дикой раскраской. Шторы - это так важно! Но ты ни черта в этом не смыслишь! - все еще недовольно ворча блондин двинулся с места, увлекаемый заботливой рукой Натана. Вика же пол дня терзали противоречивые чувства: его дико бесило, что жених укатил с этим блондином, но грело душу обескровленное лицо Дина, когда они со Шпигелем целовались. И что это был за поцелуй! Бог мой, какое счастье, что Натан замер как истукан и не стал его отталкивать. Так в мыслях, парень падал с небес на землю и обратно возносился, пока его не пригласили к обеду. Обед был не семейный, где обычно собиралась многочисленная династия Шпигелей. Натан его пригласил к себе. Это уже что-то значит! Вик, предвкушая, прилетел в ту часть замка, где были комнаты Натана. В одной из них, красиво убранной и сервированной его встретил Шпигель. Но он был не один. - Вик. - торжественно начал жених. - Хочу тебе представить своего лучшего друга - Камиля Дюрана. Омеге улыбался до боли знакомый зеленоглазый мужчина.