One Piece: История «Алого демона» Том 2

Штаб-квартира. Отдел допросов

— Он… — прошептал Коби, с неверием смотря на хмурого вице-адмирала, ведущего разговор с особо опасным преступником. — Невероятен, правда? — улыбнулась Хибари, искренне восхищаясь своим наставником.       Вот только Коби осёкся, явно желая сказать не это. В его глазах вице-адмирал Сервантес выглядел излишне жестоким, нелюдимым, мрачным и далёким от истинного «правосудия» человеком, не способным на сожаления и сострадание. Он много слышал об этом дозорном как от младшего состава, с которым учился, так и от старших, под командованием которых порой оказывался. И все, как один, говорили о Сервантесе в довольно пугающем, далеко не позитивном ключе.       О Микаэле мало знали, так как круг его общения был настолько скромен, насколько нелюдим был он сам. Многие его попросту боялись, так как не понимали. Часто пускали не подкреплённые ничем слухи, обвиняя старшего товарища в злоупотреблении властью, манипуляции верховного начальства, заговорах и переворотах. О его способностях знали многие, и именно из-за них с Микаэлем не желали общаться. Знали — он прочтёт их, как открытую книгу, а после доложит всё начальству, как верная крыса.       Не было сомнений в том, что он моет руки начальства, ведь как тогда объяснить такой быстрый рост по карьерной лестнице без прямого участия во всякого рода битвах и захвате преступников? Многие ставили в пример Хину — однокурсницу и подругу Микаэля — которая, как считали многие, была куда более одарена и прославлена, отличившись перед верхушкой рядом удачных миссий, однако та всё ещё находилась ниже по званию, чем Сервантес, почему-то уступая ему в должности.       Лишь хорошо знающие его люди и начальство понимало, насколько Микаэль важен для их хрупкой системы, однако заявить об этом во всеуслышание не могла, ведь тогда бы жизнь Микаэля была бы поставлена под удар, а козыри никому не хотелось отдавать так просто. Уж слишком редки. — Он… Пугает… — всё же прошептал Коби, сыскав недовольство подруги. — Хибари-сан, почему ты пошла именно к нему в ученицы? Ты ведь могла выбрать любого другого вице-адмирала… Ту же Долл-сан.       Хибари уверенно выпрямилась, просияв такой взрослой неподдельной жёсткостью, что Коби сиюминутно пожалел, что спросил об этом. — Потому что я знаю, что учитель на самом деле очень хороший человек. — Хороший… — Коби покосился на избитого Багги, слабо веря в слова подруги. — Избивать закованного по твоему хорошо? — Он преступник, Коби, — строго заметила Хиби, порой показывая снайперскую выдержку и жёсткость, особенно в моменты, когда честь наставника стояла под угрозой. — И учитель лишь выполняет порученное ему дело. Если он не вытащит из этого Клоуна достаточно достоверной информации, поставит под угрозу жизни своих коллег и мирных граждан, к которым подпустят этого пирата.       Коби притих, нехотя осознавая, что в чём-то она права, однако всё же представляя на месте Багги кого-то из знакомых ему пиратов, что в молодых глазах не казались настолько смертоносными и ужасными. Он пока что не мог разделить добро и зло, для себя решая, что же такое настоящая «справедливость», о которой в Дозоре столько говорят. — Многие бояться наставника… — продолжала девчушка, нехотя кривя бровями от раздражения. — Считают, что он всё доносит до начальства… Читает людей, как книги и использует эти знания в свою угоду. — Он ведь может считывать правду и ложь… — вздохнул Коби, наблюдая за допросом. — Разговор с ним, как личная беседа с пристрастием. — Это не так! — возмутилась Хибари, сжав кулаки. — Учитель никогда не использовал свои силы во зло! Он прекрасно хранит секреты, зная им цену! К тому же он невероятно сострадательный человек, желающий защитить как можно больше людей, да вот только в нём видят лишь функцию! Предмет, который нужно использовать! — Хибари-сан… — Да, он не геройствует на поле боя! Да, не является таким бравым воином, как Гарп-сан или вице-адмирал Смокер, но господин Микаэль никогда не бросит человека, попавшего в беду! Он всегда поможет! Я знаю!       Ей вспомнились лица тех несчастных людей, по души которых их отправило начальство. Испуганные, голодные, они больше походили на замученный скот, нежели живых людей, жаждущих отмщения. Хибари помнила слова Акаину: «Нужно уничтожить оплот сопротивления, пока до него не добралась Революционная армия». Чёткий и ясный приказ — истребить. Стандартный, для людей их профессии. Для армии. Однако, руководство решило умолчать о том, что данные люди прошли через голод, устроенный не просто каким-то пиратом, а вызванной экспериментами Правительства, катаклизмом, унёсшим за собой и урожай. Никакой помощи, никаких отголосков справедливость, лишь небытие и одиночество, посланное самими «небесами».       После сбора информации, Микаэль отдал подчинённым свой собственный приказ, разнящийся с тем, что отражался в документе. «Пересчитать, разделить на семьи, разделить на разнорабочих, военных и гражданских, а после предоставить рапорт. Самих людей не трогать, предоставить еду и кров на время операции. Выполнять!» А главное то, что никто из подчинённых Сервантеса не проявил несогласия. Даже не пискнул о том, что он нарушает устав. Приказ — отданный верховным командованием. Лишь молоденькая и несмышлёная Хибари, отданная Сервантесу в подчинение на время «стажировки», задала один единственный вопрос: «Почему?» И тут же получила ответ: «Потому эти люди страдают».       Само собой неповиновение Сервантеса сказалось на его чине, влиянии и должности, ведь он нарушил самый главный постулат любого бойца — не подчинился. Его даже заключили в карцер на несколько дней, пока руководство решает, что же с ним делать, однако ответ сам нашёл главнокомандующего. Некогда опустошённые и явно нуждающиеся в больших живых ресурсах базы Дозора, получив новые кадры смышлёных работников, начали присылать в штаб-квартиру отчёты. Статистика продуктивности поползла вверх, ведь помимо того, что новостные заголовки, переиначившие всё, горланили о том, что Правительство помогло голодающим людям, лишившихся крова по вине пиратов, прибывшие на базы люди, желающие отблагодарить благодетеля, не жалея себя трудились во благо Дозора.       Акаину ничего не оставалось, как выпустить Сервантеса из карцера, а после вернуть ему звание и людей, так как в газетах зафиксировали имя того самого «благодетеля», поставив Дозор в неловкое положение. Конфликт с Микаэлем и его людьми замяли, однако среди низших чинов поползли нелестные слухи, в последствии вылившихся в особое недоверие ко всей команде, что плавает под руководством этого вице-адмирала. — Хибари…       Коби хотел что-то добавить, однако звук замка заставил его вздрогнуть, заглушив тихие слова. — Наставник! — воскликнула на эмоциях Хибари, бросившись к учителю. — Вы уже закончили?       Тот оглядел её довольно скупым, казалось бы недоброжелательным взглядом, однако девушка понимала, он просто вновь ушёл в свои мысли, не удосужившись проследить за лицом. — Да. Отчёт предоставлю чуть позже. Хочу взглянуть на второго заключённого. — Вице-адмирал Долл сообщила, что мы уже можем преступить к его дознанию, поэтому поспешим!       Наконец Микаэль улыбнулся, сдержанно кивнув ученице в ответ. — За мной… — прошептал Сервантес, взмахнув белоснежным плащом. — Да!

POV от лица Микки

      А ведь я даже не представлял, что этот допрос окажется таким выматывающим… Казалось бы — Клоун Багги — дурак-дураком, а стержень имеет и даже скалиться пытается. Нужно будет поговорить с Юки на этот счёт, уверен, она объяснит, как с этим носатым стоит вести дела. Хотя, уверен, Акаину возьмёт его в Шичибукай. Нужно кем-то закрывать освободившиеся места, особенно после того скандала с Тичем. Багги прав, Правительству нужно его пусть и не самое громкое, но достаточно красочное имя. Соломинка, связывающая нас с Йонко. Не удивлюсь, если меня заставят вытрясти из этого горлопана всё, что только можно… Нужно будет подумать, как всё обернуть так, чтобы и начальство к вопросом не подкопалось, и сам Багги не прознал, что я способен на куда более тонкие манипуляции с его сознанием. Не хотелось бы, чтобы он поймал меня на сокрытии правды. Это может поставить мою секретность под удар. — Это здесь, наставник, — заслышался тихий голос Хибари, остановившейся у нужной двери.       Я лишь кивнул, зайдя в тёмное мрачное помещение. Эти камеры отличались от тех, в которых находился Багги, так как в них сажали преступников куда более высокого класса. В переговорке уже не было стола, лишь небольшая табуретка у стены. Сам пират приковывался к стене на достаточно короткие цепи. Он мог лишь лечь или сесть, однако встать во весь рост — ни в коем случае.       Интересно, кого же поймал Дозор, раз пригласил меня в такие «апартаменты»? — Что…? — всполошилась молодая парочка, пока я проверял систему, как-то не сразу обратив внимание на заключённого, спрятавшегося в тени. — М? — подняв глаза встретился с серым взглядом одного из Сверхновых, с которым уже пересекался на недавней войне. — Трафальгар… — Его поймали…? — Но как…? — Значит слухи не врали… — потянулся к папке, желая убедиться во всём самостоятельно. — О чём вы, наставник? — Трафальгар Ло, так же известный как «Хирург смерти», один из одиннадцати Сверхновых, самолично прибыл на одну из баз Дозора в Новом мире, заявив о своём желании стать частью Шичибукай. Как сообщают очевидцы, в знак своей покорности он предоставил Правительству сотню пиратских сердец. — Сотню…?! — Сердец?!       Какой же странный малый… Я конечно знал, что он не от мира сего, впрочем, как и мой капитан, но, судя по его довольно экстравагантным «подаркам», задумал он что-то явно недоброе. — Инструкции всё те же, — глянул на всполошённую Хибари, легонько хлопнув её по спине, чтобы та собралась. — Сильно не шумите. — Наставник…!       Однако я уже скрылся за дверью, желая поговорить с этим «Хирургом». Уж слишком много в последнее время о нём слышал, особенно от накама, что просто не мог упустить шанс взглянуть этому пирату в глаза.       Зайдя в темницу я сразу встретился с его колким взглядом, не предвещающим ничего хорошего. Он явно не был рад такому «тёплому» приёму с нашей стороны, однако чего ещё мог ожидать? Он самовольно явился на одну из баз Дозора, посмев диктовать адмиралам свои правила. И это после того, как позволил Теруми и Монки скрыться. За такое обычно сразу казнят, а тут ещё сжалились, решили послушать, вызвав меня. — Трафальгар Ло… — протянул я, подходя к нему, дабы коснуться головы под предлогом плохого обзора.       Тот зазвенел цепями, однако от моей хватки не укрылся, скованный по рукам и ногам. Пёстрая шляпа давно не укрывала головы, видимо выкинутая в первую попавшуюся мусорку за ненадобностью. Короткие лохматые чёрные волосы, бородка и острый взгляд — довольно узнаваемая личность. — Один из Сверхновых… — Кто вы? — прохрипел он, смотря мне вслед.       Я опустился на табуретку, раскрыв папку с файлами, благо хоть какой-то мизерный клочок света трепетал в углу комнаты. — Меня зовут Микаэль Де Сервантес, я вице-адмирал Морского дозора и твой скромный собеседник на ближайшее время. — Вице-адмирал…? Какая честь… — Не в твоём положение сейчас стоило бы ехидничать, Трафальгар, — напомнил ему о том, где находится и с кем говорит.       Однако судя по неприятной ухмылке, этому пираты было глубоко наплевать на то, что сейчас он находится в заточении у Дозора. Точно странный тип, что-то задумавший, пусть я и не улавливал мыслей о побеге. — Зачем вы здесь, вице-адмирал Сервантес? Не для того ведь, чтобы на меня взглянуть. — Меня вызвали для твоего допроса, — честно ответил ему и так понимая, что он осознаёт, что сейчас будет. — Верхушка хочет убедиться, что ты не затеял чего-то плохого.       Я всё это время «просматривал» его воспоминания, уходя всё глубже в подкорку. Это было не столь просто, как с тем же Багги, так как Трафальгар меня практически не боялся. Благо и сознание не защищал, видимо не догадываясь, на что я способен. «Коразон…?» — промелькнуло в голове имя, заставившее меня осечься. «Погоди-ка, давай поподробней об этом периоде…»       Все замельтешило перед глазами, однако я настойчиво делал вид, что ознакамливаюсь с досье. К сожалению, оно было довольно скудным, в отличии от картотеки Багги, отчего у меня в распоряжении было довольно мало времени.       Пираты Донкихота…? Он с ними как-то связан? Странно, я не слышал от наставницы об этом… Болезнь? Бело-свинцовая лихорадка… Так он из Флеванса? Удивительно, что кто-то из заражённых смог выжить… Погодите-ка! Стоп! Кто этот парень? Знакомое лицо… Эта походка… Неуклюжесть… «Я люблю тебя, Ло!» — Рос… — прошептал я, нехотя дав слабину.       Пират меня услышал, однако до микрофонов Ден-Ден Муши моя оплошность не должна была долететь, оставив безмолвным истуканом.       Я поднял на Ло глаза, не веря в то, что он связан с нашим Россом. Однако… Меня больше удивлял тот факт, что Рос состоял в семье Донкихота, похоже помогая этим пиратам. Но он ведь был дозорным, причём очень хорошим. Верным. Ничего не пойму. «Откуда ты знаешь Росинанта?»       Трафальгар вздрогнул, явно не поняв, что происходит, аж звянькнув цепями, да те продолжили держать его несмелым узником. — Ты… — Первое правило допроса: говорить только с моего разрешения! — громко отчеканил я, давая понять — любое лишнее движение, и он пожалеет о содеянном. «Что за игры он тут устроил…?» «Никаких игры, дорогуша, лишь суровая реальность», — ворвался в его подсознание, желая расставить все точки над «и». — Твоё имя Трафальгар Ло, верно? — Да… «Это сила дьявольского фрукта? Почему я могу слышать ваш голос в своей голове?» «Потому что я внедрился в твоё подсознание. Я — телепат». — Ты родился в Норт Блю? — Да… «О каком Росинанте вы говорили?» «Ты называл его — Коразон. Настоящее имя этого человека — Росинант, он был моим близким другом и товарищем».       Ло широко раскрыл глаза, аж даже приоткрыв рот от удивления, явно не ожидая услышать такое о своём благодетеле. Однако я продолжал с холодом его оглядывать, стараясь докопаться до истины. Знал, Рос погиб в дальних морях во время секретной миссии, однако подробности были засекречены настолько, что только у вице-адмиралов и высшего начальства был доступ к тем папкам. Я надеялся в ближайшее время с ними ознакомиться, однако, судя по всему, судьба решила подкинуть мне более простой вариант.       Я продолжал его о чём-то спрашивать, делая вид, что убеждаюсь в предоставленной информации, сам выстраивая дальнейший разговор в подсознании. «Кора-сан…? Ваш друг?» «Мы вместе учились в Академии, а после поступили на службу, однако довольно быстро я потерял его след. По той информации, что мне донесли, Рос был отправлен на секретную миссию, с которой так и не вернулся. Судя по тому, что я увидел в твоих воспоминаниях, он был шпионом Дозора в команде Донкихота». «Вы копались в моих воспоминаниях?!» «Лишь ознакомился с самыми важными моментами. Твоё сознание не такое открытое, как у того Клоуна…» «Да кто вы чёрт подери такой?!»       Я не спешил отвечать, продолжая копаться в голове запутавшегося Трафальгара, мысли которого спутывались хуже сетевых проводов. Настоящий путанный клубок. Однако, что меня подначивало сообщить правду, так это ужасно близкое общение этого Ло с моим достопочтенным капитаном. От Юки я, конечно же, никогда не слышал о Трафальгаре, и уж тем более о случае много годовалой давности, когда та плавала под флагом Донкихота, однако последние события, в которых были замешаны все три пирата ворошили голову. Юки, судя по всему доверяла этому парню, пусть открыто об этом и не говорила, однако, зная её, не стала бы пускать на корабль, и уж тем более раскрывать своё прошлое. Уж слишком закрытый для подобного откровения человек. «В каких отношениях ты находишься с пираткой, по имени Юки Д Сен Теруми?»       Трафальгар покривил лицом, давая понять, что этот вопрос ему ужасно не нравится. Однако он должен был ответить, в противном случае сиюминутно бы отправился в Импел Даун, уж это бы я для него устроил. «А что, силёнок самому узнать не хватает?» «От этого ответа будет зависит твоя дальнейшая судьба, Трафальгар, поэтому настоятельно рекомендую перестать паясничать и ответить предельно честно». «Мы с ней знакомы, если вас интересует именно это». «Меня интересует, насколько правдоподобны твои слова о том, что ты не дашь её в обиду? Не думаю, что ты будешь пытаться шантажировать кого-то, вроде Юки. Она на это не поведётся, да и у тебя духу не хватит диктовать ей свои условия. Однако зачем же тогда тебе её спасать, причём несколько раз?» «Хватит копаться в моей голове». «Прекращу, когда удостоверюсь в том, что тебе можно доверять». «Зачем это вам? Вы ведь дозорный». «А ты пират, жаждущий отомстить Дофламинго за смерть спасителя, и что с того?»       Ло дёрнулся, понимая, что я раскрыл его нехитрый план, отчего на лице даже зародилась слегка злорадная ухмылка. «Я с лёгкостью могу донести обо всём начальству, Ло, и, уж поверь, нам не составит труда убедить верхушку в предоставленных аргументах. Тебя отправят в Импел Даун, где ты и проведёшь ближайшие десятилетия, однако я даю тебе шанс этого избежать». «Зачем же это вам, вице-адмирал?» — не унимался заключённый, пытаясь забрать инициативу в свои закованные руки. «Не оттого ли, что вы преследуете какие-то свои личные цели?» «Всех нас побуждают к действию исключительно своим собственные амбиции. Ничего более. Я повторю свой вопрос, что тебя связывает с Юки Д Сен Теруми?» «Я… Был у неё в неоплатном долгу долгие годы», — всё же признался Ло, поумерив разгорячившийся пыл. «Видимо, до тех воспоминаний вы не добрались, что не удивительно». «Она спасла тебе жизнь?» «Да… И я ответил тем же, вернув долг спустя долгое время».       Я задумался, не зная, насколько правильным будет ему помочь. Они с капитаном разобрались с долгами, которые в пиратском мире считаются очень важной «валютой», следовательно — их уже ничего не связывает, однако… Меня не перестаёт тревожить один единственный факт — исключительное доверие Юки к этому парню. «Вы… Как-то ведь с ней связаны, я прав, вице-адмирал?»       Я молчал, глубоко задумавшись. «Учитывая ваше поведение и вопросы… Вы…» «Я её накама», — быстро ответил за него, всё же решив расставить все точки.       Пусть знает, что за ним следят, ведь всё равно, даже если он побежит к Акаину с повинной, ничего не сможет доказать. Я хорошо зачищал все следы. — Вы… — прошептал Ло, нехотя выдав свой удивление вживую. — Твой самый худший кошмар, Трафальгар Ло…

Несколько дней спустя. Кабинет Акаину

      Сюда я жутко не хотел идти… Не потому, что боялся Сакадзуки или страшился его мощи. Нет. Пусть физически этот вояка действительно был сильней меня, и я не смел этого отрицать, у меня было достаточно карт на руках для того, чтобы выбраться из нашей возможной битвы живым. Всё дело в том, что я просто не сильно жаловал этого типа, которого, к сожалению, знал достаточно давно. Ещё в Академии заслышал о великом таланте, которому пророчили высшие чины Дозора, и какое-то время я даже искренне верил, что Акаину сможет направить организацию в правильное русло, вот только судьбоносная встреча расставила всё по местам. Одно касание, и вся чернота его души вылилась наружу, испугав меня до такой степени, что последующие года я просто панически боялся с ним пересекаться. Лишь со временем чуть попривык, однако след так и остался.       А всё потому, что этот человек был слеп в своём непреклонном следование «справедливости». Причём той, что по моему мнению ей и вовсе не является. Любой пират — заслуживает смерти. Любой обвинённый — тюрьмы. Любой нарушитель — кары. Без суда, без следствия, без истины. Слепое потакание закону, и ни толики морали. Справедливости, которую должен блюсти Дозор. Поэтому я и ненавидел работать с Акаину, впрочем, как и Смокер. Лишь Хина, из нас троих, пусть и нехотя, но шла за Сакадзуки, в то время как мы со Смоком продирались через терни, позволяя «предавать» то, чему дали клятву.        — Главнокомандующий, — тихо произнёс я, оповестив Акаину о своём прибытии.       Он поднял на меня строгий взгляд, но тот час просиял скучающей незаинтересованностью, вернувшись к бумагам. — А, Сервантес… Проходи.       Я в несколько шагов преодолел большой кабинет, некогда принадлежащий Сенгоку, а до него Конгу, встав напротив военачальника. — Как проходит допрос?       Я молча положил две толстые папки перед его носом, дожидаясь разрешения «отчалить». Не хотелось задерживаться в этом месте. Однако потакать моим желаниям он не стал, взяв одну из папок, начав листать сшитую кипу документов. — В двух словах, что о них думаешь? — Я говорил это главнокомандующему Сенгоку, скажу и вам, адмирал: они — пираты, пиратами и останутся.       Мой ответ ему не понравился, что подтверждал хмурый взгляд, прожигающий во мне дыру. Однако я не боялся. Знал, что он сам понимает эту истину, просто надеется на несбыточные обещания кого-то сверху. — Хочешь сказать, они нас предадут?       Я всполошился, нехотя вспомнив подобный разговор, но только с адмиралом Сенгоку.

Около семи лет назад. Штаб-квартира в Маринфорде

— Господин Сенгоку, им нельзя доверять…! — возмущался я, искренне пытаясь донести до начальника, что его план обречён на провал. — Они — пираты… — Однако их силы и влияние слишком велики, чтобы опрометчиво кидать их в топку, Микаэль, — отмечал задумчивый главнокомандующий, рядом с которым как обычно крутилась навязчивая козочка. — Они не подчинятся… — голос дрожал от безысходности, ведь Сенгоку уже всё для себя давно решил. — Не те, кто когда-то лелеял мечты встать во главе этого мира… — Они лишь пираты, Микаэль, не более. Такие же пустоголовые голодранцы, жаждущие власти, славы и богатства. Их нужно лишь приманить, а там уже и цепь сама их настигнет. — Но ведь и Роджер был «просто пиратом»… — прошептал я, опустив голову и сжав от раздражения кулаки.       Мои слова Сэнгоку до ужаса не понравились, однако он сдержал гнев, утопив его где-то в глубине души. — Однако даже на эшафоте он не показал страха… Не отрёкся от свободы… — Я знаю, что ты склонен много думать, Микки… — по-отечески вздохнул Сенгоку, сложив руки на столе крепким замком. — Знаю, что ты не понаслышке знаешь о свободолюбие пиратов, но поверь, проект «Шичибукай» — наш ответ новой эре. Заставив столь сильных пиратов подчиняться нашим приказам мы вдолбим в головы всех тех новичков, что стремятся на Гранд Лайн, что Дозор не шутит. С нашей силой стоит считаться, а если они так наглы, что готовы бросить нам вызов, пускай готовятся к борьбе с такими же пиратами, как и они сами. Натравим их друг на друга, пускай перерезают глотки. Наши руки будут лишь чище. — Вот только как вы собираетесь держать в узде ваших новых головорезов? Крокодайл уже задумывается о предательстве, а он ведь даже не вступил в ряды Шичибукай. Джимбей водит дружбу с Белоусом, и, случись что, встанет именно на его сторону, как бы вы не угрожали королевству Рьюгу. Мория с его Триллер Барком и всеми этими экспериментами… О Дофламинго я вообще молчу. Он поработил целую страну, а вы закрываете на это глаза, адмирал! Такова ваша справедливость?! Ваше правосудие?! — Не забывай с кем ты разговариваешь, Сервантес! — Сенгоку вскочил со стула, громко ударив по столу кулаком. — Ты думаешь я забыл, кем ты был?! Забыл, чья кровь течёт в твоих жилах?! Не боишься ли ты, что отправишься на эшафот вслед за теми, кого собственноручно поймал?!       Я смолк, однако глаза сверкали такой яростью, что даже Сенгоку взбередился, не оставляя попыток прогнуть под себя. «Так вот какой вы на самом деле, адмирал… Такой же гнилой человек, как и все те, кого так яро ненавидите и жаждете казнить. Вы просто боитесь проявить себя. Знаете, что высшая сила тотчас от вас избавиться. Вы просто жалкий трус, а не дозорный…!» — Я сказал лишнего, адмирал… — тотчас стих, утопив в помутневших глазах всю горечь и злость, что клокотали внутри.       В этот момент во мне что-то умерло. Рассыпалось. Сломалось, заставив затеряться где-то там, среди теней нашего мироздания. — Прошу меня простить, этого больше не повториться…       Сенгоку опустился обратно, поправив кепку. — Так-то лучше… Можешь быть свободе, Сервантес. — Да.

Конец флешбэка

— А вы не замечаете корреляцию? Крокодайл, Джимбей, Мория… Все они преследовали свои интересы и по итогу предали власть, что пыталась удержать их на цепи. Удивлён, как Донкихот ещё не присоединился к этой команде, однако, уверен, это лишь вопрос времени. — Чего мне стоит ждать? — строго спросил Акаину, видимо не отказываясь от решения предоставить им место среди Шичибукай, однако желая затянуть узду покрепче, чтобы уверенней управлять колесницей. — Того же, что было с Тичем, — сухо сказал я, не зная, когда и как эта бомба взорвётся.       Сакадзуки посмурнел, о чём-то глубоко задумавшись, однако махнув мне рукой, мол — свободен. Я не стал упускать такой хороший шанс избавить себя от ненужных мук, поспешив к выходу, однако чуть ли не в дверях Акаину меня вновь окрикнул. — Как твоя подопечная, Сервантес?       Я повернулся к нему полу-боком, нехотя хмуря брови. — Она в полном порядке, сэр. Делает успехи. — Что ж, хорошо. Иди.       Я лишь кивнул, после чего наконец скрылся за дверью, задавшись неприятным вопросом — почему Акаину интересуется о Хибари? Надеюсь, он не затеял впутать её в какую-то очередную глупость. «Нужно доложить обо всём Юки…»