Смена вкуса

Ты слишком откровенная, поэтому так сильно обжигаешься.

Эльчин Сафарли

***

      Групповые рейды в подземелья выше или равно «В» ранговым всегда представляли собой ту еще головную боль в ее глазах. Как бывший рекрутер новоприбывших участников гильдии, Йонг как никогда сильно уверовала в проклятие подземелий обманчиво низкого ранга.       Джина на своей первой зачистке подземелья «В» ранга застряла вместе с наполовину погибшим отрядом в огненных землях.       Бора вместе с ней случайно пересекли красные врата, которыми должен был заняться лично лис Чхве, руководя членами всей боевой группы, из-за чего им пришлось в отчаянии плутать по лабиринту, параллельно сбегая от высокоранговых монстров.       Из всех них больше всего повезло Хиджин, которая по случайности оказалась в одной группе с Джинву, как она однажды призналась, благодаря чему прохождение зимнего региона не составило особых трудов.       Поэтому Йонг ненавидела подземелья «В» ранга вовсе не за то что они были групповыми, а за таившуюся за ними непредсказуемую опасность. Так как на повышение ранга она согласилась только при условии получения звания лидера одной из небольших групп, ответственность за жизни других полностью висела на ней.       Что ее полностью устраивало бы, если бы не одно…       Какого черта в ее группе присутствовал только один парень?       Да и то престарелый, острый на язык Хан Бао был слишком стар, чтобы вызывать какое-либо умиление и желание защитить. С брутальной черной бородкой, по росту напоминавшем гнома, он прекрасно мог обойтись без ее опеки.       Ей ведь теперь не на что будет отвлекаться, потому что никто не будет звать ее ласкающим слух «нуна».       Лис Чхве кажется говорил что-то об этом.       Что когда она станет охотником ранга «А», то наконец воспримет свою работу всерьез и начнет соблюдать дисциплину. — Онни! — взволнованно крикнула одна из пяти девушек под ее командованием, являвшаяся танком среднего уровня. — Мы нашли секретную комнату босса.       К сожалению лиса Чхве, в ее жизни вопреки всему почти ничего не изменилось.       Радостно улыбнувшись, Йонг поощрительно погладила коротковолосую девушку по голове: — Молодец, Ынсоль! Похоже мы не проторчим в этом подземелье на долгое время. — Н… Но есть одна проблема, — виновато потупила темный взгляд Арым, отвечающая за общую разведку. — Секретная комната оказалась очень… странной. Она пуста, онни! — Что? — удивлённо моргнула Йонг. — Вы не шутите?       Арым вздрогнула, нервно кусая губу: — Мы не нашли никаких следов, указывающих куда он вообще мог направиться. П-прости, онни. — Это правда, — кивнула Ынсоль. — Как будто он просто пропал. Немного… жутко. — Это… странно, — нахмурилась Йонг, не сдерживая тяжелого вздоха. — Ладно, хотя бы расскажите про комнату. Надеюсь вы не заходили внутрь? — Конечно же нет! — поспешила взять на себя слово Арым. — Но внутри мы обнаружили довольно много фресок и странных картин. Я изучаю историю, поэтому узнала большинство… Там было изображено похищение Персефоны, восхождение Аида и… кажется танец Эвридики?»       Мда, и что же им это давало? — Комната что заполнена картинами из мифов? — задумчиво потерла она свой подбородок.       Боги, как же она ненавидела секретные испытания, построенные на головоломках. — Как в музее мифов, — поддакнула Ынсоль. — Картины написаны очень хорошо, — продолжила Арым. — Рисовал точно профессиональный художник. — Ох, ладно, — пораженно вздохнула Хо. — Позовите остальных. Похоже мы все-таки здесь застряли.

***

      Стоит подчеркнуть ещё раз, что она ненавидела подземелья выше «B» ранга.       Нет, даже «C» было порой достаточно, чтобы сжить кого-то со свету.       Именно этим были заняты мысли слепо отбивавшейся удары неизвестного Йонг, которая в конце мозгового штурма их группы решила пойти на риск и зайти в комнату босса в надежде найти хоть какое-то да решение.       Ну вот кто бы мог подумать, что сама комната являлась искусно спроектированной ловушкой, а сам главный босс окажется невидимым темным монстром?       Утешало одно — это дало лучшую возможность осмотреть картины на стенах.       Одну из которых Йонг даже узнала.       «Песня Орфея», вроде бы.       И если приглядеться, то можно было заметить что большинство картин здесь также принадлежали именно его мифу. Поэтому Арым и упоминала нагоняющие тоску мотивы подземного царства.       Согласно легенде, Орфей отправился в Царство Аида за спасением своей возлюбленной, но покорив сердца царицы и царя чудесной музыкой, должен был выполнять одно единственное испытание — пройти через мост всего подземного мира, не оборачиваясь на свою возлюбленную.       К сожалению, испытание свое он провалил.       Но зато поможет ей. — Ребята, я собираюсь сделать кое-что очень сумасшедшее! — предупредила Йонг своих подчинённых и сделав глубокий вздох, повернулась спиной на звук приближающегося удара, который ее… не задел.       Теперь-то все стало ясно. — Девочки и Бао-Бао, немедленно спрячьте свое оружие и повернитесь врагу спиной! — приказала она с нервным смехом. — Если все еще хотите выйти из этой комнаты живыми, делайте без возражений!       Страдавший от кровотечения Бао не смог сдержать своего скептицизма, с трудом уклоняясь от пронесшего мимо фаербола: — Что за бурду ты гонишь, девчонка?! Как мы будем сражаться без нашего оружия?       В то время как Арым обменялась с Ынсоль обеспокоенными взглядами. — Онни, если мы не окажем отпор, этот невидимый монстр просто убьет нас, — с плохо скрываемой паникой выкрикнула Арым. — Я знаю, что делать! — решительным голосом повторила Йонг, с трудом перебарывая желание трусливо сбежать без дальнейших пререканий. — Если мы хотим уйти отсюда живыми, надо играть по их правилам.       Лицо мужчины сморщилось, когда он неохотно откинул массивный топор в сторону, и с заминкой за ним последовали другие охотницы, не отрывающие наполненных страхами взглядов с ее спины.       И наконец кровавовая бойня прекратилась.       Совершив глубокий успокаивающий вздох, Йонг подала безмолвный знак следовать за ней и уверенно направилась к выходу через весь просторный стихнувший зал, встав в самом конце их отряда. — Если бы ты не была нашим лидером, я бы надрал тебе задницу, — проворчал поседевший на несколько прядей волос Бао.       Не отошедшая от происходящего, Арым восхищенно осмотрелась вокруг, пересекая возвышавшиеся перед ними золотые врата, ведущие к мрачным, но знакомым каменистым стенам подземелья: — Значит испытание босса было основано на мифе об Орфее…       Однако в момент когда половина из них пересекли входной порог, Йонг резко повернулась назад и пронзила проявившегося монстра в виде извивающейся полу женщины, полу змеи с выпученными глазами своим копьём, сказав довольное: — В конце мифа Орфей оглянулся.       Впечатлительная Ынсоль улыбнулась, захлопав в ладони: — Это было удивительно, онни! Ты нас всех спасла!       После убийства монстра центр зала осветила вспышка белого света, за которым последовало закономерное появление сундука с сокровищами. Все же очистка комнаты секретного босса.       Подойдя ближе, Йонг с подозрением прищурила малиновые глаза и едва не закричала от восторга, когда нашла в нем довольно симпатичный женский защитный костюм с греческими элементами. — Я должна оставить это себе! — возбужденно поделилась она с остальными, добавляя запоздалое. — Пожалуйста. — Но вы ведь не одна сражались, онни, — притворно надулась Ынсоль. — Там хватит на всех, — отмахнулась Йонг. — Надеюсь в следующий раз ты не будешь раздавать такие слепые приказы… — как обычно, начал ворчать старик Бао.       Она закатила глаза, но не сдержала улыбки, когда посмотрела на собравшихся охотников: — Я знаю, чего вы добиваетесь… И так уж и быть, сегодня я угощаю!

***

— …и примерно подобным образом я заполучила этот хитон! — гордо провозгласила Йонг, делая небольшой круг вокруг своей оси, позволяя краю белесого шелка вскружиться ветру.       Белая шелковая ткань красиво облегала точенную женскую фигуру и приятно шелестела на ее бедрах, а золотые светящиеся узоры на краях добавляли незатейливый мотив греческих мифов.       Не говоря уже о длинных сандалиях, что только дополняли неземной образ.       Костюм, естественно, был милый, но слишком откровенный. — Конечно, мне пришлось отказаться от остального лута и большей части кристаллов, но этот доспех того стоил! — продолжила Йонг.       Серые глаза раздраженно скользнули на уровне ее декольте, прежде чем их хозяин устало вздохнул: — Понятно. Но иногда охотникам приходится идти на такие жертвы.       Он не мог не задаться вопросом о том, часто ли она облачается в подобные сеты костюмов в подземелья. Казалось шуткой называть это доспехами, учитывая, что они почти ничего не прикрывали.       Джинву неудобно поерзал на синем диване, возвращаясь к главной проблеме их разговора: — Но не слишком ли он откровенен? Кажется я даже могу увидеть очертания твоих сосков. — Что? — покраснев, Йонг засуетилась, подходя к зеркалу. — Сильно заметно?       По ее реакции он с ухудшим раздражением осознал, что на ней могло отсутствовать нижнее белье, и, подойдя к ней со спины, мужчина опустил руку на ее бедро и скользнул ею вдоль мягкого материала хитона вглубь, пытаясь нащупать кромку трусиков.       Не обнаружив ничего иного, Джинву склонился ближе над ее порозовевшим ухом и упрекнул: — Тебе не следует носить подобные вещи на рейды. Это может сделать тебя беззащитной.       Почувствовав, как предательски сводит дыхание, Йонг запоздало возмутилась: — Д-джинву, как ты думаешь, что ты делаешь?       Его шершавая рука огладила ее бедро, в то время как другая обхватила холмик женской груди и слегка сжала, ощущая, как бешено колотится чужое сердце от охватившего негодования его хозяйки. — Я пытаюсь обеспечить твою безопасность, Йонг. Ты ведь знаешь, насколько опасны бывают врата. Я не могу позволить тебе и дальше рисковать своей жизнью. — Ты просто пользуешься случаем, извращенец, — фыркнула Йонг, прогибаясь под силой его прикосновений и тем самым непроизвольно потираясь собственными ягодицами об наливающийся бугорок в мужских брюках. — Извращенец, значит? — усмехнулся Джинву, однако не спеша отрицать собственную вину и вместо этого расстегнув булавку на ее плече, благодаря чему хитон беспрепятственно скользнул вниз, обнажив упругую женскую грудь.       Он вновь посмотрел на затвердевшие от возбуждения соски и коснулся одного из них, чувствуя, как все ее тело охватывает напряжение. — Д-джинву… — предательски застонала Йонг, упираясь рукой об твердую поверхность зеркала.       Вырвавшийся из нее стон лишь подстегнул его к большему.       Находившиеся под белым шелком пальцы меж женских бедер нашли ее клитор и нежно помассировали его, наслаждаясь последующей реакцией в роли участившегося дыхания и сдавленных проклятий в его адрес.       Тепло ее чувственного тела крепко прижималось к его пульсирующей эрекции сквозь грубую ткань черных брюк, делая невозможным дальнейшее игнорирование. — Ты такая мокрая, Йонг, — произнес он низким от похоти голосом. — И я так давно хотел этого… — Потому что ты… ах… продолжаешь гладить, — всхлипнула она, свободной рукой сжимая ткань своего хитона. — Разве? — забавляясь, спросил в ответ, прикусывая мочку ее уха.       Он вытащил из-под хитона испачканную ее любовными соками руку и пополз ею вверх по гладкой кожи, достигая еще одной груди, дабы свободно сжать обе половинки, перекатывая ареолы сосков между большим и указательным пальцами.       Обрывающиеся стоны Йонг стали громче, когда ее дыхание стало прерывистым. — Ты моя, Йонг, — прошептал он, обжигая следом поцелуев ее шею. — Позволь мне взять тебя. Здесь и сейчас. — Х-хватит уже спрашивать, Джинву, — судорожно вздохнула Йонг, сохраняя приевшийся уровень язвительности даже когда к ее ногам упал последний атрибут костюма.       Джинву схватил ее за бедра, притягивая ближе и встал у входа, решив не дожидаться разрешения, дабы полностью погрузиться внутрь нее одним мощным толчком. От ощущения ее тугого, влажного тепла, окружившего со всех сторон, запросто можно было сойти с ума.       Он вышел из нее, а затем вновь вонзился обратно, наслаждаясь животрепещущей дрожью женского тела, прежде чем увеличил ритм собственных толчков, благодаря чему каждый следующий удар был сильнее предыдущего.       Джинву знал, что его освобождение стремительно приближалось, но перед этим хотел запечатлеть момент того, как она окончательно сломается перед ним. — Кончи для меня, Йонг-и, — прорычал он. — Позволь почувствовать твое наслаждение.

***

Примечание.

Хито́н — мужская и женская одежда у древних греков; подобие рубашки, чаще без рукавов. Эвриди́ка — в древнегреческой мифологии одна из дриад, известная как жена легендарного мифического певца и музыканта Орфея. По некоторым версиям, дочь Аполлона. Эвридика была очарована творчеством влюбившегося в неё Орфея, и они поженились. Однако супружеская жизнь молодых была недолгой.