Сторона А - Это все страшный сон
12 мая 2024 г., 01:40
«Спасибо, что стал моим младшим братом», — глухим эхом отзывалось в ушах мужчины. Сначала по его телу прошла острая боль, но спустя время, кажется, она становился легче. Разум и физические ощущения постепенно размывались. В глазах темнело, но несмотря на то, что он растворялся в небытии, в голове держалось одно единственное: «Спасибо, что стал моим младшим братом».
С одной стороны, Чосо цеплялся за то, что оставалось от него, в попытке удержаться за жизнь, но с другой стороны, мужчина словно смирился с собственной кончиной. И все же… кому это было сказано? Кто этот юноша, умоляющий его не покидать его? Почему он испытывает к нему теплые чувства, хотя это лицо в то же время вызывает у него ярость?
Кто-то начал его трясти.
— …ч… Чо… — послышался чей-то голос в глубинах небытия. Он плохо расслышал голос, и ему хотелось узнать, кому он принадлежал. Наверное, падение в пустоту не было таким уж плохим, потому что у него будет шанс расслышать его лучше. — Чосо!
Мужчина тут же распахнул глаза. Сердце его бешено колотилось, а тело покрылось холодным потом. Над ним склонилось знакомое лицо — Махито хмуро смотрел тому в глаза, будто о чем-то задумавшись, но как только Чосо позвал его по имени, проклятие поменялось в лице, и на его лице засияла улыбка.
— И долго спать собираешься? — ущипнул он Чосо за щеку. — Соня~
— Что ты делаешь? — морщится мужчина.
Махито залез на него, склонившись над его лицом.
— Бужу тебя.
Чосо потер лицо. Он все еще был сонный и оттого сильно недовольный, но, к сожалению, он не выспится теперь из-за того, что его снова начало донимать проклятие. Махито насмешливо тянул его за щеки, улыбаясь во все зубы и что-то бормоча, но Чосо не слушал его. Голова отчего-то трещала, и потому думать было сложно. К этому добавлялся неприятный жар. Он отличался от того, когда он использовал свою проклятую технику. От этого жара тело резко тяжелело, и Чосо мог только валяться и ждать, когда это состояние уйдет. «Черт, только не простуда», — тяжело дышал Чосо.
Недомогание заметил и Махито. Проклятый дух притронулся к его лбу.
— А ты чего это горишь так? — невинно произнес Махито.
— Даже не знаю, почему. Может быть, потому что мы спали в заброшенном отеле, где нет ни окон, ни дверей? — раздраженно спрашивал у него Чосо.
— Ну подумаешь — продуло, — спокойно отвечал ему Махито. — Ладно, подожди немного.
Проклятие слезло с Чосо, а после вышло куда-то из комнаты, прикрыв за собой дверь. Мужчина оказался наедине с собственными мыслями. То, что он видел и ощутил во сне, показалось ему довольно реалистичным. От этого липкого ощущения неудовлетворенности хотелось только убежать, но эта картина слишком крепко засела в сознании, отчего ему оставалось лишь терпеть последствия его воспаленного сознания. «Нет, у меня просто бред, — утешал себя Чосо. — Мне нужно сейчас отдохнуть…» Чосо прикрыл веки и старался ни о чем не думать.
Дверь тихо открылась, а затем так же тихо закрылась. Это был Махито, скорее всего. Как всегда он что-то принес, чтобы поприставать к Чосо. Этого и ожидал он. И Чосо бы даже не сопротивлялся, потому что его тело было слишком тяжелое, чтобы банально встать с кровати. Мужчина насторожился, когда почувствовал присутствие Махито рядом, но потом… ощутил, как Махито положил что-то мокрое на его лоб. Чосо открыл глаза.
Оказывается, Махито положил на него мокрую тряпку. Чосо удивился и сначала подумал, что сейчас проклятие как-то над ним подшутит, но тот был полностью расслаблен и удивленно спросил у него, все ли так.
— Нет, просто… — а потом он нервно сглотнул. — Ничего.
— Глупый. Когда у людей жар, они всегда прикладывают что-то холодное себе на лоб. Ты разве такого не делаешь? — Махито взял тряпку в руки и провел ее по лбу Чосо. Мужчина чувствовал облегчение, когда холод стекал со лба по вискам, после впитываясь в ткань постели, образуя холодную лужицу под ним. — Твоя душа так дрожала, когда ты спал. Страшный сон приснился?
Проклятый дух сидел напротив Чосо, внимательно смотря на недомогавшего мужчину.
— Не знаю. Это было что-то странное, — Чосо собирал мысли воедино, пытаясь вспомнить собственный сон. — Но я, кажется, видел юношу.
— Что за юноша? — Махито погладил лоб Чосо мокрой тряпкой.
— У него были шрамы на лице, кажется, а еще у него были розовые волосы. И к тому же, я назвал его своим младшем братом, — мужчина снова представил перед собой ту картину. — А еще я защитил его…
Махито вдруг остановился. И так же неожиданно он что-то с удивлением вспомнил.
— Погоди, ты что, имеешь ввиду Итадори Юджи? — приблизился он к лицу Чосо.
— Ты слишком близко, Махито, — Чосо недовольно отвернулся от проклятия.
— Тю, — надул Махито губы, а после отодвинулся обратно. — Ты видел Итадори во сне?
Чосо напрягся, чтобы вспомнить, кто это вообще. «Ах точно, это же сосуд Сукуны», — с трудом вспомнил Чосо.
— Похоже на то, — тяжело вздохнул он.
— Ну и глупость, — щелкнул Махито языком. — Он-то тебе чем понравился? Этот упертый пацан. Разве он не убил твоих братьев?
— Убил… Но почему-то я не чувствовал к нему ненависти. Что бы это могло значить?
«Спасибо, что стал моим младшим братом», — вновь отозвалось в его сознании.
— Тебя, наверное, бредит от жара, — передал он Чосо тряпку в руки. — Я пойду принесу тебе поесть, а ты полежи.
Чосо перевернулся на бок, прижимая к голове мокрую тряпку. Действительно, что это вообще было? Мысли хоть и путались, но теперь, восстановив в общих чертах тот сон, Чосо понял, что он увидел в целом.
Через какое-то время Махито вернулся с упаковкой онигири. Поесть далось Чосо с большим трудом. Его уже клонило в сон, и Махито это видел. Проклятый дух присел на кровать и положил голову Чосо себе на бедра, а тот, даже не думая, устроился удобно, пока проклятие водило по горящей коже полотенцем, заново смоченном в ледяной воде. И чем медленнее и бережнее Махито гладил тряпкой его лоб, тем быстрее Чосо погружался в сон. Он надеялся увидеть заново тот сон, но с тех пор то видение никогда не возвращалось к нему.
