Навсегда

      24 декабря 2017 года глаза Сугуру Гето закрылись навсегда.       24 декабря 2017 года Сатору Годжо потерял себя.

***

      Той ночью Годжо так и не смог заснуть. Все часы он провел в своих мыслях. Вспоминал Сугуру. Вспоминал то тепло, которое от него отходило, и передавалось Сатору. И таким образом, Гето все свое тепло отдал Сатору. Все до единого. Сугуру хотел, что бы Сатору заботился о других так, как когда то сам Гето заботился о Годжо. Годжо было трудно. Было невыносимо больно. Хотелось кричать из за всех сил, хотелось кричать так, что бы горло разорвало от крика. От крика полного боли и отчаяния, от крика человека, потерявшего надежду. Для Сатору Гето всегда был как свет в конце туннеля. Куда Гето, туда и Годжо. Они были самыми настоящими родственными душами, были одним целым. Но их разделили. А без друг друга им плохо. Всегда было. Годжо всегда искал Сугуру. Он хотел всего лишь его увидеть, хотел его обнять и больше не отпускать. Их чувства были запретны. Люди с совершенно разной судьбой и разным мировоззрением не смогли бы быть вместе. Но они пытались.

***

—Сатору, ты опять не дал уйти.—Стоя спиной говорит Сугуру. Его голос уже умоляет отпустить его. —Прости, Сугуру.—Шепетом говорит Годжо, и отпускает. Отпускает навсегда. <.center>***</center> Нельзя сосчитать сколько раз Гето пытался уйти, а Годжо не давал этого сделать. Почему? Потому что Годжо знал, что он не справится. Знал, что он не сможет без него. Но Сатору Годжо сильнейший маг современности, он обязан быть сильным. Уход Сугуру поменял жизнь Сатору навсегда. После этого Сатору стал серьезнее. Но не был уж совсем серьезным, что взглянуть на него страшно. Конечно, он и шутки и шутил, и серьезно относился ко всему, что его окружает.       А еще он искал Сугуру. Искал лучшего друга. Годжо знал, что Гето больше не вернется к нему. Но если быть честными, в душе у Годжо таилась надежда, он хотел верить. Но чудес не бывает, ведь так? И к Сатору никто не вернулся. И не вернется уже никогда.

***

—Сатору, смотри какой диск с фильмом нашел, посмотрим вечером?—Спросил Сугуру улыбаясь, держа в руках диск с фильмом. —Где ты это откапал вообще?—Немного посмеиваясь спросил Годжо.—Впрочем, это неважно, у тебя смотреть будем?       Но они так и не досмотрели его. Гето уснул на половине фильма и выглядел очень забавно. Сатору то и дело фотографировал его, что бы позже всем показать. Он всячески теребил волосы Гето, развязывал его хвост и заплетал новые прически. И, конечно, в его телефоне тогда было очень много забавных фотографий Сугуру. Сатору поднял камеру вверх что запечатлеть их вместе. Смеющегося Годжо, и спящего Гето, который после своего пробуждения отомстит Сатору. 12 мая 2005 год Сатору всегда с теплотой вспоминал этот день. Он тогда хорошо повеселился, в отличие от Гето, которому нормально так досталось. И такой день был далеко не один.

***

      Сатиру всю ночь пролежал в своих размышлениях, он много думал, много вспоминал, и много, много раз просил прощения у Сугуру. Он убил его. Убил своего лучшего друга, единственного близкого и родного человека, убил часть самого себя. Но так нужно было, правда? Он должен был спасти мир. Весь мир. Всех своих друзей и родных. Но в то же время он мог следовать за Сугуру. Но он не делал этого. У Годжо Сатору и Гето Сугуру такая судьба. Судьба навсегда разойтись, судьба никогда не быть вместе. Годжо больше не посмотрит в его глаза, не будет ими любоваться, а Гето больше не вытянет его из раздумий. Они не встретяться никогда. Только там, может, на небе, когда и время Годжо придет. Годжо не мог уснуть. Он и не пытался. Он не уснет еще долго. Какого это спать, когда ты убил лучшего друга, любимого человека? Сложно, больно и плохо. Если бы Сатору сказали, в году так 2005, что он убьет его, Сатору бы назвал этого человека сумасшедшим и ни за что бы ему не поверил.       Годжо не смог бы изменить Гето, он бы не поменял его взгляды. Но есть вещи, которые спровоцировали эти взгляды появиться, которые спровоцировали поменять мировоззрение, поменять принципы. И Годжо без раздумий вернулся в прошлое, в тот самый день, и сделал бы все, что предотвратить плохое. Он бы всеми силами боролся за то, что бы оставить Гето.       В эту ночь обладатель шести глаз так и не смог уснуть. Всю ночь он вспоминал, вспоминал и что то больно кололо в груди. Этот день сломал его. Проснувшись на следующее утро, Годжо даже не думал над тем, что бы посмотреть в зеркало, он знал что его состояние паршивое и выглядит он ужасно. Если бы Сатору пил, он бы несомненно заглушал боль алкоголем.       Годжо даже не позавтракал, он сразу оделся, нацепил маску на глаза и вышел из дома. Он сам не знал, куда он шел. Погода на улице не радовала, небо как будто оплакивало Гето. Дождь был сильным. Но Сатору это не останавливало, и он шел. Куда он шел? Он сам не знал. Он не смотрел по сторонам, не смотрел на окружающих людей, не смотрел на дома. Сатору не замечал вообще ничего. Все мысли были забиты только одним. Одним Гето. «Это пройдет»—думал Годжо. Но не прошло. Решившись все таки посмотреть, где он находится, он встал на месте. Это была улица. Улица, с кучей воспоминаний. Именно здесь Сатору и Сугуру провели юность. Например, в том магазине Гето нашел тот самый фильм. А на той лавке они пили спрайт после тяжелого дня, Годжо глупо шутил, а Гето закатывал глаза, но все равно смеялся. Сатору всегда нравился его смех. Он был добрым, искреннем, и только Годжо мог его слышать. Как то Сатору словил себя на мысли, что шутит только для того, что бы слышать смех Сугуру. А вон под этой крышей ребята прятались от дождя, после чего Годжо заболел, а Гето приносил ему лекарства и заботился. Это одно из любимых воспоминаний у Сатору.       Сатору и Сугуру никогда не говорили друг другу «Я люблю тебя», вместо этого они заботились друг о друге, подбадривающе хлопали друг друга по плечу, переживали и присматривали друг за другом. По одному взгляду они могли понять друг друга, им не нужно было спрашивать, не нужно было никаких объяснений. Но Гето ушел. Гето оставил Сатору, оставил его одного. Да, у Годжо были друзья, была Секо, были ученики. Он заботился о них, общался с ними, но все равно был одинок. Он больше не мог искренне смеяться, он больше не был так счастлив, как с ним. Годжо плакал. Плакал от того, что не смог помочь ему, не смог предотвратить того, что поменяло их навсегда. Винил ли он себя? Несомненно. С годами эта боль утихала, но он не смог избавиться от нее навсегда. И 24 декабря он сломался оканчательно.       Идя по той самой улице, он даже не заметил, как дошел. Дошел до того самого дома, который стал для него вторым. Ноги сами повели его туда. Но что Годжо хотел там увидеть? Ничего не хотел. Зачем то он потянулся к ручке двери. Зачем то он открыл дверь. Он вошел в дом. В прихожей висела одежда Гето, на полу стояли ботинки, а на стене висела фотография. На фотографии были изображены два парня, весело улыбающихся. Фотография была сделана в моменте, когда Секо проверяла свой новый фотоаппарат. Гето тогда просил удалить эту фотографию, но позже распечатал ее и повесил на стену. На задней стороне рамки была написана дата, и надпись «С моим лучшим другом». У Годжо не осталось сил что бы плакать, ведь если бы они были, он бы тут же разревелся. Проходя дальше в дом, он прошел мимо кухни, где все еще стояла еда, приготовленная Гето. Помнится, как Годжо спалил ему кострюлю, в последствии чего пришлось покупать новую. Но и ее Сатору спалил. После этого Сугуру не разрешал ему пытаться что то приготовить, и даже близко к кухне его не подпускал. Проходя дальше, он дошел до зала. В зале стоял диван, небольшой столик и телевизор. На столике лежала какая то книга, которую Сугуру читал. Годжо всегда удивляло то, как Гето любит читать и ему это правда интересно. Сатору сел на диван, и из под одной подушки выпал маленький блокнотик. Годжо взял его, и решил прочитать. Там не было чего то интересного, всего лишь планы на день и список продуктов которые он должен был купить. Листая его, парень уже было хотел закрыть его и убрать, но тут его взгляд наткнулся на кое что действительно интересное. На маленьком листочке, мелким шрифтом было написано «Отдать письмо Годжо Сатору». Вот это по настоящему стало интересно. Неужели Гето правда оставил для него письмо? Беловолосый парень начал рыться во всех ящиках, стоящих в зале, осмотрел каждый уголок, но ничего похожего на письмо он не нашел. Тогда его осенило, что есть еще комната Сугуру, наверняка оно лежит именно там.       Зайдя в комнату, ему даже не пришлось ничего искать. Письмо лежало прямо на письменном столе. Оно не было как то упаковано, видимо, Гето не успел. Взяв в руки листок, первое что увидел Годжо, это, по всей видимости, следы от слез, кое где слава были размыты, из за чего их нельзя было разобрать. Усевшись на кровать друга, Сатору снял маску, и принялся читать. «Привет, Сатору. Надеюсь, ты сможешь прочитать это. Я пытался, Сатору. Я правда пытался. Я пытался закрыть на это глаза, пытался заглушить свою боль, всеми способами пытался отвлечься, но я не смог. Я слабый, Сатору. Ты со всем справился, стал сильнейшим магом современности, и отличным учителем. Я верю в то, что ты сможешь вырастить их сильнейшими. Я покинул этот город, Сатору. Здесь меня ничего не держит, здесь меня никто не ждет. Я одинок. Я очень скучаю по нашему с тобой времени. Почти все здесь напоминает о тебе, и это делает больно. Но я пытаюсь справляться с этим. У меня есть цель, к которой я приближаюсь с каждым днем. Я не меняюсь. Я не поменял свои принципы и свое мировоззрение. Я хотел лишь твоей безопасности, что бы ты жил и не боялся того, что можешь вот вот умереть. Но я знаю, ты не боишься. Боюсь я. Хотя вполне вероятно то, что я умру, умру от твоих рук. И ты поступишь правильно. Ты должен будешь защитить Японию, защитить мир. И я не виню тебя, я не имею права. Мне нет оправданий, но я и не пытаюсь. Надеюсь, что ты цветешь без меня. Надеюсь, что мое имя в твоей голове — пробел. Наверно, легче начать ненавидеть, чем помнить и вспоминать. Но я не могу так. И никогда бы не смог. Я уверен, что у тебя отличное окружение людей, которые готовы поддержать тебя. В любом случае, у тебя осталась Секо :) Я не знаю где ты, Сатору. Я хотел бы вернуться к тебе, обнять тебя, и не отпускать. Но у нас разные судьбы. И я в данный момент иду ко дну. Возможно, ты захочешь меня обвинить. В том, что я оставил тебя, заменил тебя другими, и променял твое тепло на холод, который никогда не сменится. Ты не давал мне уйти, Сатору. Но мне это нужно было. Я бы не смог и дальше жить по таким правилам. Я знаю, что ты искал меня. Я менял сотни адресов, лишь бы не встретиться с тобой. Ты наверно подумаешь «Это странно, он же противоречит сам себе!». В какой то степени так и есть. Я просто знаю, что если встретимся на час—то останемся навсегда. Я давно умер, Сатору. Умер внутри. А когда я умру по настоящему, мое фантомное тело будет рядом с тобой :) Я знаю, какого тебе было в первое время после моего ухода. Мне жаль. Прости, что доставил тебе много боли. А ведь мы с тобой, Сатору, побили все рекорды – худшая из катастроф :) Возможно, это письмо будет даже не прочитано, возможно, ты все еще меня ненавидишь. Извини, что заставил тебя ненавидеть. Я не хотел этого. Я бы пожертвовал миром, что бы спасти тебя, Сатору. На часах ровно пять часов утра. И я прощаюсь с тобой навсегда. Будь счастлив, Сатору. Тогда мое желание исполнится :)       Дочитав до конца, Годжо понял, что это письмо теперь никто не сможет прочитать. Оно все было размыто. А Сатору даже и не понял этого, пока не дочитал его до конца, и увидел что залил его слезами. Все мысли Годжо перемешались, в голове была путаница. И в этот момент Годжо решил, что дата его смерти—24 декабря.