Гию и клумбы.

Лето. Отдых. Парни сняли домик в лесу. Рядом, конечно, располагается деревня, но там почти никто не живёт. Вокруг тишина, уют. Никто не мешает. Хочешь - организовываешь пикники. Хочешь - загораешь на солнышке и читаешь книжку. Хочешь - спишь в гамаке на свежем воздухе.

Этим всем Гию, конечно, занимался. Но чаще его можно было увидеть в отведённом под сад месте. Он вечно ковырялся в земле. Как Санеми не пройдёт - тот что - то сажает, копает, поливает... вот же ему не сидится.

Спустя какое то время Шиназугаве стало интересно. Что же такого в этих растениях, чего нет у него? Почему он проводит с ними больше времени? Санеми решил поднять этот вопрос за вечерним чаепитием. - Тебе эти растения интересней, чем я? - спросил он, сделав глоток малинового чая. - Что? - Томиока удивлён. Он смотрит на Шиназугаву. - Ну... ты постоянно пропадаешь там. В саду. Мы сюда отдыхать приехали, разве нет? - пытается объясниться Санеми. - Подожди... - он поставил чашку на стол. - Ты ревнуешь меня к цветам? - Что за бред?! - Это выглядит именно так. - Пф. Нет. - Санеми отвернулся и сделал очередной глоток чая. - Конечно нет! Как вообще можно ревновать к цветам? - У тебя это как - то получается. - Гию пожал плечами и повторил действия светловолосого. А именно сделал глоток чая.

Шиназугава хмурится. Томиока это заметил. - Если хочешь, можешь помочь мне завтра в саду. - Ну... если ты так хочешь этого, то я согласен.

Они наслаждались оставшимся вечером вместе, изредка перебрасываясь парочкой слов. Им и в тишине спокойно и уютно друг с другом. Они допили чай и отправились спать. Обязательно убрав всё за собой, как же без этого.

И вот долгожданное утро! Влюблённые отправились в сад. Шиназугава не обнаружил там чего - то сверхъестественного. Но он видел, какое удовольствие Гию получает от этого всего. Как он радуется при провождении времени тут.

С этого момента Санеми стал помогать ему. Например, он таскал вёдра с водой. Спутник обязательно благодарил светловолосого поцелуем в щёчку.

Так они стали проводить ещё больше времени вместе и Шиназугава больше не желал испепелить всю зелень в этом садике у дома.