Любовь вне времени/Love Upon A Time/LUAT

Дождь продолжал непрерывно лить даже по наступлению темноты, охлаждая воздух. Землистый аромат влажной почвы дарил ощущение умиротворения после палящего зноя летних дней. Однако, несмотря на теплую дождливую погоду снаружи, атмосфера в доме Прайи Пхичайпхакди была такой же холодной, как зимняя стужа. Обычно, во время еды, велись легкие разговоры, не мешающие трапезе, но сегодня в воздухе повисло тяжелое неловкое молчание. Взгляды всех членов семьи то и дело возвращались к тем, кто был ответственен за ледяную холодность за столом. С момента ссоры ни Пхоп, ни Клао не произнесли ни единого слова и ни разу не посмотрели друг другу в глаза. - Дядя, тетя, пожалуйста, извините меня, - раздался мягкий, но уверенный голос человека, сидевшего рядом с Пхопом. Прошло всего минут десять с тех пор, как они приступили к ужину, но Клао уже встал и склонил голову перед родителями Пхопа, прося разрешения их покинуть. Получив его, он вышел из-за стола с каменным выражением лица, оставив свою тарелку с недоеденным ужином. Пхоп смотрел ему вслед. Клао ни разу не взглянул на него с момента их ссоры, все еще тая гнев и негодование. Сам Пхоп был не из тех, кто легко выходит из себя или способен затаить обиду, но в этот раз и он не смог игнорировать ту горечь, которая осталась после их размолвки. Он и сам не понимал, почему его так задело то, что Клао скрыл от него правду. Ощутимое напряжение между ними не ускользнуло от внимания окружающих. Не желая еще больше портить настроение за столом, Пхоп вручил подарок Муэн Харна отцу и попросил разрешения удалиться в свою комнату, несмотря на то, что оставил ужин незаконченным. Зайдя к себе, он закрыл за собой толстую деревянную дверь, глубоко вздохнул и оперся на нее обеими ладонями. Пхоп всегда был спокоен и рационален, он даже не мог вспомнить, когда в последний раз с кем-то спорил или ссорился. Однако, когда дело доходило до Клао, его самообладание и разумность давали сбой. Пхоп настолько боялся, что Клао вернется к своим прежним безрассудным поступкам, что резко отчитал своего нонга, полностью игнорируя точку зрения Клао и его попытки объясниться. Теперь Клао был зол и обижен на него, хотя в последнее время в их отношениях наметились улучшения. Почему, когда дело касается тебя, я все время нервничаю и переживаю? В глазах Пхопа, обычно ярких и проницательных, теперь отражались замешательство и озабоченность. С самого детства и до того, как Клао вернулся домой, в Пхра Накхон, Пхоп всегда присматривал за своим нонгом и заботился о нем, относясь к нему, как к родному брату. Однако, после недавнего исчезновения Клао, Пхоп почувствовал, что что-то изменилось. Более того, изменился не только Клао, но и он сам. Никогда прежде он не получал такого удовольствия, поддразнивая своего нонга. Никогда прежде он не испытывал желания провоцировать его так, как иногда делал со своими друзьями. Ему хотелось видеть легкий румянец досады на лице Клао и искры в его глазах, когда он вступал с ним в перепалку. Несмотря на то, что сейчас Клао был уже взрослым и не нуждался в постоянном присмотре, Пхопу хотелось постоянно быть рядом, чтобы Клао смотрел только на него. Когда Клао превратился из любимого нонга в того, кем Пхоп был очарован? Поначалу он внимательно наблюдал за Клао только потому, что не был уверен, что это действительно его нонг, но теперь эти сомнения отодвинулись далеко на второй план. Сейчас, когда Клао уже не был так привязан к нему, как в детстве, Пхоп ловил себя на мысли, что теперь он уже сам готов ходить за ним по пятам, лишь бы Клао всегда оставался рядом с ним. Это действительно было странно... Снаружи доносился тихий стук дождевых капель по листьям. Пхоп сидел, прислонившись спиной к кровати, пытаясь отвлечься чтением книги, но разум отказывался сосредотачиваться на словах. После нескольких бесплодных попыток понять хоть что-либо из прочитанного, он сдался и закрыл книгу. Выйдя во внутренний дворик, он увидел, что дождь прекратился и слуги вытирают воду, скопившуюся на деревянных настилах переходов. Пхоп попросил одного из них принести ему чаю и устроился на скамье. Когда он поднял глаза на безоблачное небо, то не мог не почувствовать разительный контраст между ярким, радостным сиянием звезд и безнадежной тяжестью в своем сердце. Ночь вступала в свои права и слуги, один за другим, отправились спать. Компанию Пхопу составляли только ночные цикады, непрестанно стрекочущие в призыве пары. Пи'Пхоп сидел, погруженный в свои мысли, потягивая чай, пока не услышал звук открывающейся двери, в проеме которой возник силуэт человека, только что вышедшего из комнаты Клао. - Ай`Чуэ, куда ты так спешишь? - окликнул он слугу, который обернулся и склонил перед ним голову с озабоченным выражением лица. - Я собираюсь принести воды и полотно, чтобы обтереть Кхун Клао, господин. Сегодня он долго был под дождем, и теперь у него лихорадка, - сказал тот. Услышав это, Тан Муэн поставил чашку с чаем, которую держал в руках, и вскочил, поспешно направляясь в комнату своего нонга. Толкнув дверь, он увидел бледное лицо Клао, лежащего на кровати с закрытыми глазами. Капельки пота проступили на его лбу, а брови были страдальчески изогнуты. - Это моя вина. Я недостаточно хорошо заботился о Кхун Клао. Простите! - пробормотал слуга с беспокойством в глазах. Пхоп глубоко вздохнул. Слуга просто выполнял приказы своего господина и не был виноват в том, что случилось. Именно Клао настоял на том, чтобы выйти на улицу, несмотря на сильный дождь, и вполне естественно, что он заболел. - Принеси воду, полотно, и завари травы. Я пока оботру его. Если его состояние не улучшится к утру, придется звать Кхун Джома. - Хорошо, - слуга поспешно повиновался. Как только он принес таз с водой, Пхоп начал осторожно обтирать стройное тело своего нонга. Клао с детства отличался хрупким здоровьем, и, несмотря на то, что с возрастом он стал крепче и сильнее, даже малейший дождь мог вызвать у него головную боль. Погода сейчас быстро менялась от жары к дождю и обратно, из-за чего организму Клао было непросто справляться с этим. Пхоп продолжал обтирать его, чувствуя беспокойство, поскольку температура не только не снижалась, но, казалось, даже росла. Клао метался на кровати и все еще был без сознания – похоже, на этот раз он действительно был болен, возможно, даже серьезнее, чем раньше. - Когда рассветет, отправляйся за Кхун Джомом. А теперь иди и немного отдохни, я позабочусь о нем, - сказал Пхоп к слуге, напоив Клао лечебным отваром. Пхопу пришлось повторить еще раз, прежде чем Чуэ, наконец, согласился оставить хозяина на его попечении. Пхоп продолжал обтирать тело своего нонга, молча молясь, чтобы лихорадка спала. Иногда из-за лихорадки Клао начинал бредить, и у него вырывались стоны и невнятное бормотание. Как раз в тот момент, когда Пхоп забрал влажный компресс со лба Клао и отстранился от него, чтобы смочить полотно, хрупкая горячая рука сжала его запястье. - Не... уходи... - сорвался с его губ хриплый вздох. Пхоп замер, глядя на бледное лицо своего нонга. - Что ты сказал? - Домой... - ... - Я хочу... вернуться домой, - хотя его голос был еле слышен, Пхоп почувствовал глубокую тоску в словах Клао. Тан Муэн протянул руку и взял одну из слабых, изящных ладоней Клао в свои. Его взгляд смягчился, когда он смотрел на лицо своего нонга. Клао было всего двадцать лет, но ему уже довелось пережить множество потерь, насмешек и оскорблений. Хотя у него было многообещающее будущее, его несправедливо осуждали и порицали за то, чего он не совершал, и это преследовало его даже в бреду. Независимо от того, как сильно он хотел вернуться домой, горькая правда была в том, что у него не было семьи, к которой можно было бы вернуться, не было дома, в котором можно было бы искать утешения... - Это место - твой дом. Я всегда буду твоим домом. Пожалуйста, доверься мне, Клао, - тихо проговорил он, пытаясь утешить своего нонга. Пхоп прекрасно понимал, что Клао, в бреду, скорее всего, даже не поймет его слов, но, несмотря на это, хотел сказать ему, что никогда его не бросит. И неважно, сколько пройдет времени, Пхоп будет верен своему обещанию, что бы ни случилось. *** На рассвете лихорадка Клао немного спала. Пхоп приказал слуге немедленно позвать Джома, который, обследовав Клао, сообщил, что у него сильная простуда. Он велел Чуэ приготовить специальный отвар, держать его горячим и поить Клао в установленное время. Лекарь пообещал снова навестить больного завтра, чтобы проследить за его самочувствием. Поскольку у Пхопа как раз был выходной, он остался дома, чтобы ухаживать за Клао. Распорядившись, чтобы слуги приготовили теплую рисовую кашу для Клао, как только он придет в сознание, Пхоп вернулся в комнату нонга. - Ты не спишь? - негромко спросил он, увидев, что Клао приоткрыл глаза. Тот недоуменно огляделся вокруг, прежде чем остановить взгляд на лице Пхопа. - Пи'…Пхоп… - Я здесь. Как ты себя чувствуешь? - спросил Пхоп, но Клао не ответил, а эмоции в его глазах сменялись так быстро, что Пхоп не успевал их уловить. - Если тебе плохо или болит голова, поспи еще немного, я разбужу тебя, чтобы ты поел и принял лекарство. - Хорошо, - хрипло ответил Клао, закрывая глаза. Лихорадка все еще не покидала его, поэтому сон был беспокойным и тревожным. Пхоп осторожно промокал ему лоб, пока не появился слуга с рисовой кашей и лечебным отваром. Разбудив Клао, Пхоп помог ему устроиться на кровати и придвинул миску с едой. Однако, когда Клао попытался поднести ложку ко рту, его руки начали дрожать от слабости и Пхоп едва успел перехватить ложку до того, как нонг ее выронил. - Разреши мне помочь, - мягко сказал он, поднося ложку с рисом. Клао несколько секунд колебался, но, в конце концов, открыл рот, позволив кормить себя. Пхоп не мог отвести взгляд от этих красиво очерченных губ, доверчиво раскрывающихся для него. Всегда упрямый и спорящий по любому поводу Клао, во время болезни становился таким мягким и послушным, каким Пхоп помнил его в детстве. Съев только половину миски каши, Клао отодвинул остальное. Обеспокоенный, Пхоп пытался уговорить нонга съесть еще немного, но тот упрямо качал головой. Пхоп отставил миску в сторону и потянулся за стаканом с отваром, приготовленным Чуэ. - Выпей отвар, - сказал Пхоп. - Он слишком горький! - запротестовал Клао, и это были первые слова, обращенные к Пхопу с момента их ссоры. Пхоп улыбнулся, радуясь, что Клао, хотя бы, стал с ним разговаривать. С самого детства Клао ненавидел принимать лекарства и это было большой проблемой для тех, кто должен был заботиться о нем. - Конечно, это отвар из трав, и он горький. Но как ты сможешь выздороветь, если не будешь пить лекарство? - Я сам поправлюсь, - Клао отвернулся, заставив Пхопа глубоко вздохнуть. - Если ты не будешь пить отвар и тебе станет хуже, что мы будем делать? Ты уже взрослый, а все еще боишься горечи лекарств. - Но это… слишком горько… - возражения Клао перешли в бессвязное бормотание. Пхоп приказал Чуэ принести из кухни немного сахара. - Вот, после того, как ты выпьешь отвар, я дам тебе кусочек сахара и горечь исчезнет, - продолжал уговаривать Пхоп. Клао неохотно принял стакан с отваром. - Кха! – закашлялся он, глотнув лекарство. Пхоп прекрасно помнил этот мерзкий горький вкус, но сейчас не было другого выхода, кроме как заставить Клао допить до конца. После этого Клао приоткрыл губы, позволив положить себе в рот кусочек сахара, вызвав у Пхопа улыбку. Не было ничего плохого в том, чтобы подсластить лекарство Клао, совсем как тогда, когда он был ребенком. - Горечь прошла, не так ли? - ... - Отдохни немного, - посоветовал Пхоп, укрывая его одеялом, когда Клао откинулся на подушки. - Почему ты так на меня смотришь? - спросил он, заметив пристальный взгляд Клао. Но тот лишь покачал головой, не сводя с него глаз. В конце концов усталость от лихорадки тяжелым грузом легла на его веки, и они медленно закрылись. - Тан Муэн, пожалуйста, идите отдохните. Я позабочусь о Кхун Клао. Вы не спали всю ночь, - почтительно сказал Чуэ. Пхоп взглянул на Клао, который мирно спал, затем приказал слуге хорошо следить за состоянием Клао и отправился в свою комнату немного отдохнуть. *** POV Клао Меня разбудило щебетание птиц за окном. Я устало приподнялся на кровати. Голова все еще болела, хотя и значительно меньше, чем прошлой ночью. Кроме пульсации в голове, я чувствовал тяжесть в груди, боль в горле, а мой голос был хриплым и тихим. Вероятно, вчера я простудился, когда попал под ливень. Когда я выглянул в окно, небо казалось ясным, но я не смог определить времени суток. Кроме меня, в комнате никого не было, ни Чуэ, ни того, кто заботился обо мне всю прошлую ночь. Несмотря на то, что той ночью я то приходил в сознание, то снова уплывал в горячечный бред, я отчетливо помнил, как Пи'Пхоп ухаживал за мной, заботился, обтирал и оставался рядом всю ночь напролет. Странное чувство шевельнулось в груди, когда я вспомнил внимательный взгляд патрульного, который по необходимости взял на себя роль моей сиделки. Помимо воспоминаний о том, как он заботился обо мне, пока я был в забытьи, прошлой ночью мне приснился еще один отчетливый сон, который я запомнил в мельчайших подробностях, проснувшись. Это был необычный сон, в котором я, казалось, не полностью был самим собой. Было похоже, что я наблюдаю за происходящим чужими глазами. В этом сне я увидел юного Пи'Пхопа, который постоянно был рядом со мной, как друг, учил меня читать и писать, защищал от обидчиков. Он относился ко мне с добротой и нежностью, как к младшему брату, но я не мог не заметить отличие в том, как мы оба видели друг друга. Я испытывал гораздо более глубокие чувства, когда смотрел на него. В моем сне Пи'Пхоп был для меня чем-то большим, чем просто братом. Например, я чувствовал, как сердце бешено колотится в груди всякий раз, когда он просто улыбался мне. Когда он сказал, что его не интересует ни одна девушка, мне показалось, что я парю в воздухе. Но, когда он добавил, что любит меня, как брата, я с трудом заставил себя улыбнуться. Когда мы расставались во сне, слезы навернулись мне на глаза, и вот-вот грозили пролиться. Сны не должны были быть такими яркими, правда? Все это казалось необычайно реальным, как будто я сам пережил эти чувства. Хотя лихорадка отняла у меня почти все силы, я не хотел больше находиться тут. Толкнув дверь, ведущую во внутренний двор, я едва успел сделать три шага, как знакомый голос раздался позади меня. - Куда ты собрался? У тебя снова начнется лихорадка, - Пи'Пхоп, вышедший из своей комнаты, нахмурил брови, подходя ко мне. Я был как в тумане, и не мог избавиться от ощущений, вызванных сном, не мог понять, сон сейчас или реальность. - Я… мне уже лучше, - неуверенно сказал я, когда он остановился передо мной. - Даже если и так… - загорелая рука коснулась моего лба, а, затем, шеи. Мое сердце забилось быстрее, когда его прикосновение отозвалось теплом в груди. Я на мгновение прикрыл глаза, а затем опустил взгляд в пол, устыдившись того, что не могу отличить сон от реальности. - Лихорадка прошла, но тебе все равно не следует сейчас находиться на солнце или сквозняке. Если хочешь выйти, то лучше посидеть в тенечке. - Хорошо, - коротко ответил я, избегая зрительного контакта. На этом наш разговор закончился, и я ожидал, что Пи'Пхоп продолжит свой путь. Однако, к моему удивлению, он остался стоять на том же месте. Между нами воцарилось молчание. Я помнил нашу размолвку прошлым вечером, и, честно говоря, был еще обижен за то, что он накричал на меня, не дав даже шанса объясниться. Но, когда я вспомнил, как он заботился обо мне всю ночь, даже обтирал меня, мое негодование сменилось признательностью. - Пи'Пхоп. - Да? - Я... спасибо тебе за заботу обо мне прошлой ночью, - нарушил я молчание, почтительно сложив руки в жесте благодарности. Нельзя было отрицать, что он действительно помог мне, и важно быть благодарным, когда получаешь от кого-то помощь в трудную минуту. - Все в порядке, - спокойно ответил он и молчание опять повисло в воздухе. Я не знал, что делать. С одной стороны, я продолжал злиться на него, а с другой - смешанные чувства благодарности и беспокойства из-за сна заставляли меня ощущать себя неуютно в его присутствии. - Тогда… я пойду… - неловко сказал я, намереваясь уйти, но он быстро схватил меня за запястье, крепко удерживая, как будто боясь, что я сбегу. - Клао. - Да? - Я... Мне очень жаль. - ... - Я прошу прощения за то, что не прислушался к твоим словам, - извинение Пи'Пхопа было неожиданным, и пока он говорил, его хватка на моем запястье усиливалась, как будто он боялся, что я попытаюсь вырваться. - Я услышал, что ты снова чуть не подрался с Ай'Шердом, и очень волновался. Волновался до такой степени, что обвинил и отругал тебя, хотя даже не знал причины. Сначала я должен был выслушать твои объяснения. Мне действительно жаль. Сможешь ли ты простить меня? - На самом деле, я не имел права так разговаривать с тобой, - сказал я. – Я виноват в том, что с самого начала не сказал тебе правду. Мне жаль, - проговорил я, тоже извиняясь перед ним. В конце концов, мы оба были здесь виноваты. Как только пыль от нашего гнева улеглась, мы снова смогли смотреть на вещи разумно. Я никогда не стыдился извиниться тогда, когда в самом деле был неправ. - Более того, вчера я... Я всего лишь собирался навестить кое-кого, кого давно знал. Я не хотел влипать в неприятности или напиваться. Я даже не думал нарушать данное тебе обещание. - Я понимаю, мне очень жаль. Пожалуйста, перестань на меня сердиться, - в глазах Пи'Пхопа появилось неподдельное беспокойство, как будто он боялся, что я все еще злюсь или скажу, что никогда его не прощу. Впервые увидев на лице Пи'Пхопа такое грустное и милое выражение, я едва сдержал улыбку. Он был таким сильным, властным, с резкими чертами лица, но почему, когда он просил прощения с беспокойством во взгляде, мне показалось, что он... Такой очаровательный? - Я больше не злюсь. Но теперь, когда мы все выяснили, ты не будешь возражать, если я время от времени буду навещать там своих друзей, правда? - я воспользовался возможностью слегка урезонить его опеку. Пи'Пхоп помолчал мгновение, прежде чем неохотно кивнуть в знак согласия. - Хорошо, если ты хочешь увидеться... со своими друзьями, то позаботься о себе и своей безопасности. Пообещай не пить слишком много и не попадать в неприятности. - Хорошо. Я обещаю. Конечно, если неприятности не найдут меня сами… - Посиди пока в беседке во дворе. Уже почти время ужина, я попрошу принести тебе немного каши, чтобы ты поел перед тем, как выпить отвар. Ты же сможешь сейчас заставить себя выпить его самостоятельно? – слегка улыбнулся Пи'Пхоп. - Да, - согласился я и отправился в беседку во внутреннем дворе, наблюдая, как Пи'Пхоп приказывал слуге разогреть для меня рисовую кашу. Внезапное тепло разлилось внутри меня. Картинка перед глазами почти совпадала с картинкой из сна. Пи'Пхоп действительно хорошо заботился о Клао, с самого детства и до нынешнего момента. Независимо от того, сколько прошло времени, его глубокая привязанность к Клао никогда не менялась. Но узнает ли когда-нибудь Пи'Пхоп, что Клао смотрел на него не только как на брата? Я уверен, что Клао был влюблен в Пи'Пхопа, и теперь я его понимал… *** Эта болезнь почти неделю продержала меня взаперти. Я мог заниматься только тем, что писал, читал, отдыхал и наблюдал за домашними делами. Как только я полностью выздоровел, то снова отважился выйти на рынок, чтобы узнать что-нибудь о Клао у владельцев лавок и покупателей, которые часто его видели. Все они подтвердили, что Клао редко затевал драки или споры. Вместо этого он обычно сидел в одиночестве, потягивая вино, погруженный в собственные мысли. Я также сходил повидаться с Пим и попросил ее следить за любыми новостями, и она обещала собирать для меня информацию. Основываясь на уже известных мне данных, я мог предположить, что Клао пытался найти доказательства невиновности своей семьи. Но почему он заподозрил Ай'Шерда? Что заставило его стать таким возмутителем спокойствия? И почему он держался на расстоянии от Пи'Пхопа? Я не смог найти ответа ни на один из этих вопросов. Что еще более важно... прошло больше месяца, а до сих пор нет никаких признаков того, что настоящий Клао вернется, и нет никаких зацепок, говорящих о том, где можно его искать. С чего мне вообще начать его поиски? - Сегодня вы столько всего приготовили, тетушка Муан, - сказал я, заходя на кухню перед обедом. Прайя Пхичайпхакди был богат, но он был не из тех, кто тратит деньги понапрасну. Обычно каждая трапеза состояла из двух-трех блюд, но сегодня повара сновали туда – сюда, и я видел уже, как минимум, четыре изысканно оформленных кушанья, не считая тех, которые еще продолжали готовиться. - Да, господин приказал приготовить праздничный обед, потому что сегодня он ждет гостей, - ответила тетушка Муан. Затем она приказала слугам поторопиться, повысив голос, чтобы ее было слышно сквозь шум. Я удивленно приподнял бровь. - И кто же придет? - Прайя Кром Махадлек нанесет визит, чтобы официально представить свою дочь, юную Мэй Ванн. Мэй Ванн... Это имя показалось мне знакомым. Мгновение спустя я понял, что девушка, за которую я вступился на рынке, вероятно, и была дочерью Прайи. Но зачем ее представлять? - Похоже, Прайя считает, что Тан Муэн – хорошая партия для его дочери, раз он хочет представить Мэй Ванн, - заметил слуга, заставив остальных захихикать. Я обратил внимание, что во всем доме царила бурная деятельность. Не желая мешать, я тихонько покинул кухню. Возможно, они придут, чтобы обсудить будущую помолвку? Пи'Пхоп уже в том возрасте, когда давно пора обзавестись женой. Я вернулся в свою комнату и взял книгу, чтобы почитать, однако никак не мог сосредоточиться на написанном. Около полудня меня позвали присоединиться к гостям. Я стоял рядом с Пи'Пхопом, тайком наблюдая за тремя гостями, которые приветствовали дядю и тетю. Тан Прайя Кром Махадлек был мужчиной средних лет, излучающим добродушие и приветливость, так же, как и его жена. Их дочь, Мэй Ванн, выглядела прелестно в платье пастельных тонов. Ее личико, даже без макияжа, выглядело чистым и белым, а сама она излучала красоту, женственность и невинность. Ее интерес к Пи'Пхопу был заметен еще с нашей первой встречи, и теперь, глядя на то, как она застенчиво приветствует его, я все больше в этом убеждался. - Что ты на меня так смотришь? – негромко спросил Пи'Пхоп, когда мы последовали за старейшинами в беседку. - Ничего, - ответил я. На самом деле, я действительно украдкой наблюдал за ним. Он достаточно умен, чтобы понять, что нравится девушке, но я хотел знать, как он на это отреагирует. Как только мы расположились в беседке, завязался разговор. Должен признаться, я не особенно люблю семейные посиделки. Сидеть и слушать разговоры старейшин довольно скучно, особенно когда они обсуждают то, что мне незнакомо, например, политику. Поэтому я воспользовался этой возможностью, чтобы исподтишка наблюдать за Мэй Ванн и Пи'Пхопом, сидевшими рядом со мной. Пи'Пхоп вежливо общался с ней, но я не видел ничего, кроме вежливости, хотя Мэй Ванн, бесспорно, была очаровательна. Это было невероятно странно. - Я слышал, что несколько дней назад Пхоп и Клао помогли Мэй Ванн на рынке. Я слегка вздрогнул и быстро отвел глаза от Пи'Пхопа и Мэй Ванн, чтобы посмотреть на того, кто к нам обращался. - Ну, на самом деле, это Клао пришел на помощь Мэй Ванн, а не я, - ответил Пи'Пхоп, взглянув на меня. Все взгляды обратились ко мне, и я неловко улыбнулся, мечтая, чтобы меня оставили в покое. - Кхун Клао бросился на помощь, когда произошел этот инцидент, отец. Если бы не его вмешательство, исход мог бы быть ужасным. Еще раз благодарю вас за вашу помощь, - Мэй Ванн повернулась ко мне и сложила руки в благодарственном жесте. - Я искренне благодарен вам за спасение моей дочери. - Это не составило никакого труда, - вежливо ответил я Прайе, вызвав одобрительную улыбку. - Я слышал, что Прайя собирается отправить Клао на государственную службу в конце этого года, верно? Я поддержу ваше поручительство. - Благодарю вас, - я вежливо сложил руки и слегка поклонился, но, в глубине души застонал. Я не хочу оставаться здесь настолько долго, чтобы устраиваться на службу! Я так сильно хочу домой… - Пхоп, как у тебя дела в последнее время? Я редко вижу тебя, - Прайя обратил свое внимание на человека, сидящего рядом со мной. - Сейчас у меня в отделе царит настоящий хаос, - улыбнулся Пи'Пхоп. – Мы каждый день ловим новых торговцев и контрабандистов опиума, но улик, по-прежнему, недостаточно. - Да, я слышал, что торговля опиумом получила широкое распространение в Пхра Накхоне, многие из числа чиновников, также употребляют запрещенные вещества и попадают в тюрьму. - Сейчас опиум легче купить и продать, чем рис, рыбу и другие продукты питания. Даже на рынке тайно торгуют опиумом. Патруль собирает улики, чтобы найти тех, кто покрывает торговлю, потому что сейчас мы можем ловить только мелких продавцов. - Значит... подозреваемого нет? - я долго колебался, прежде чем выпалить интересующий меня вопрос, заставив все взгляды обратиться ко мне. - Конечно, подозреваемые есть, но по-прежнему нет улик, которые могли бы послужить причиной их ареста, - ответил Пи'Пхоп, неожиданно внимательно взглянув на меня и в его глазах блеснуло подозрение. – Почему тебя это интересует? - Ну… я случайно подслушал, как люди обсуждали это на рынке, так что... мне стало любопытно, - я одарил его застенчивой улыбкой и нервно сглотнул. Кажется, я задал этот вопрос в неподходящее время. В следующий раз стоит быть более аккуратным, мне совсем не нужно, чтобы он подозревал меня. Если бы Клао не пытался расследовать это дело, меня, вероятно, не слишком волновала бы проблема опиума. То, что даже у полиции не было достоверной информации о человеке, стоящем за всем этим, говорило о том, что он чрезвычайно осторожен, и никто не может раскрыть его личность. Когда на стол были поданы праздничные блюда, я принялся за еду, поглядывая на Пи'Пхопа и Мэй Ванн, которых специально усадили рядом. Хотя не было сказано ни слова о помолвке, было совершенно ясно, что старейшины полны решимости свести их вместе. Что ж, на мой взгляд, они очень подходили друг другу. Они были из одного круга. Пи'Пхоп красив, имеет высокий статус и хорошую должность, а Мэй Ванн очаровательна и явно обучена всему, что должна знать девушка высшего сословия. Если они в конечном итоге проникнутся симпатией друг к другу, Прайя обязательно устроит большой праздник. Но Пи'Пхоп, казалось, не проявлял никакой заинтересованности в сидящей рядом девушке. - Мэй Ванн, налей немного чая Пхопу! - Да, отец, - девушка мягко улыбнулась и отточенными движениями грациозно налила чай в чашку. Пи'Пхоп слабо улыбнулся в ответ, поблагодарил Мэй Ванн, сделал глоток чая и опять переключил свое внимание на еду. Я был озадачен. Любой другой мужчина уже смотрел бы на Мэй Ванн с обожанием, рассыпаясь в комплиментах. Однако, Пи'Пхоп казался равнодушным к ее очарованию. Я начал задаваться вопросом, то ли ему не нравится Мэй Ванн, то ли ему вообще никто не нравится… Или, может быть, слухи о его несостоятельности – правда? Когда с обедом было покончено, гости стали собираться домой, пообещав в скором времени нанести еще один визит. Прайя Пхичайпхакди попросил своего сына сопроводить семью Прайи Кром Махадлек к лодке, а тот обернулся ко мне, чтобы пригласить составить компанию. Отказать было бы невежливо, поэтому мне пришлось отправиться к причалу вместе с ними. - Счастливого пути, дядя, тетя, Мэй Ванн, - сказал Пи'Пхоп, улыбаясь девушке, которая выглядела смущенной. Я же просто стоял и смотрел, как отплывает лодка. - Убийственное обаяние. Девушка чуть не растаяла, когда ты улыбнулся. - Ты имеешь в виду меня? – спросил Пи'Пхоп, обернувшись. - А что, здесь есть кто-то еще? - раздраженно спросил я, встретившись с ним взглядом. Темные брови Пи'Пхопа слегка приподнялись, но он промолчал. - Ты нравишься Мэй Ванн, и вы, кажется, хорошо подходите друг другу, - продолжил я. - Я отношусь к Мэй Ванн, как своей сестре, - его ответ застал меня врасплох, заставив удивленно моргнуть. - Но… она очаровательна, и, несомненно, многие хотели бы добиться ее внимания… - Включая тебя? - Что? - Ты сказал, что она очаровательна, возможно, ты сам заинтересован в ней? - Что? Нет! Это не то, что я имел в виду! - я отрицательно качнул головой. - Я говорил в общих чертах, а не о себе. - Что ж, - уголки его губ слегка изогнулись, прежде чем он продолжил негромким голосом, - тогда почему ты не хочешь составить с ней партию? - Ну… у меня просто нет к ней романтических чувств. - Как и у меня. Я забочусь о ней, как о сестре, но здесь нет никакого романтического желания, - спокойно ответил он. Я понимаю, что чувства нельзя вызвать насильно. Но меня мучил один вопрос – действительно ли ему никогда и никто не нравился? - Могу ли я у тебя кое-что спросить? - Конечно. - Тебе когда-нибудь кто-нибудь нравился в романтическом смысле? Я спросил. Он не ответил. Его взгляд был таким загадочным, что я не мог понять, о чем он думает. - Знаешь ли ты, какие слухи о тебе ходят? - И какие же? – посерьезнел он, что заставило меня предположить, что некоторые из этих слухов, все же, доходили до его ушей. - Говорят, что причина, по которой старший сын Прайи Пхичайпхакди до сих пор не женат, заключается в том, что... - … - Говорят, что ты не в состоянии… - Если ты об этом, то я это уже слышал, - прервал он меня на полуслове. - Я только недавно услышал об этом. Сначала я отмахнулся от этих разговоров, как от простой чепухи, - сказал я. - … - Но теперь у меня появились сомнения… - я заложил руки за спину и слегка повысил голос. Пи'Пхоп бросил на меня такой пронзительный взгляд, что, казалось, из его глаз могли бы исходить лазерные лучи. Я рассмеялся, поддевать его оказалось необыкновенно забавно. - Ты веришь этим бессмысленным слухам? - спросил он, подходя ко мне все ближе и ближе. Его глаза теперь искрились загадочным и манящим блеском. Я с трудом сглотнул, чувствуя странную дрожь в груди. - Я... я... - Если ты не уверен, тогда давай попробуем это доказать. Чтобы ты знал, правда ли то, о чем шепчутся жители деревни, - сказал он. На мгновение я забыл все слова, прислушиваясь к учащенному биению своего сердца. Обычно Пи'Пхоп едва заметно улыбался и говорил спокойным, ровным голосом, который заставлял других его слушать. Я никогда раньше не видел у него таких искорок в глазах и соблазнительной улыбки. Сейчас его обаяние сражало наповал. Черт, какой идиот распускал эти слухи?! - Итак, как мне тебе это доказать? - Ннн-совсем не нужно! Я... Я всегда игнорирую все эти бессмысленные сплетни, - поспешно ответил я, тщетно пытаясь хоть немного увеличить дистанцию. Пи'Пхоп не сделал больше и шага, но выражение его глаз заставило меня почувствовать себя маленькой добычей в лапах хищника. - Я… Я собираюсь вернуться в дом… Хочу продолжить чтение книги, - скомкано пробормотал я. - Хорошо. Иди, - он слабо улыбнулся, но его искрящиеся глаза продолжали следить за мной, когда я поспешил к дому. Сделав глубокий вдох, я попытался успокоиться и вернуть обычное выражение лица, одновременно стараясь утихомирить свое сердце. Он казался мне спокойным и холодным, но оказался похожим на тигра — свирепым и диким. Эта улыбка и эти глаза были далеко не обычными, и я не знал, как справиться с ситуацией. В итоге я попал в ловушку и потерял контроль над собой. Накхун, тебе не следует напрашиваться на подобные неприятности…