Поговорили

В тёмной, закрытой камере на старой кровати валялся мужчина. На простыне были отчётливо видны следы от слёз. Тело слегка содрогалось и дрожало. Страх. Невыносимый страх пронизывал тело Третьего Рейха. Быть так близко к победе и проиграть в последний момент - более чем позор. Как говорится, чем выше ты взлетишь, тем больнее будет падать. Конечно, Германия проиграла благодаря титаническим усилиям многих стран, но всё же была одолена. На одной из стен, вверху, было маленькое окошко, которое конечно же было с решеткой. Как раз через это окно небольшое количество света и попадало в пустую камеру. Всё что тут было - кровать, раковина, унитаз и запертая дверь, которая открывалась снаружи. Немец немного привстал, вытирая слёзы, и теперь уже сидел на кровати. -"Было ли это правильным решением?" - Думал он. Сдаться в плен - то, что сделал бы трус. Но ради будущего Германии он пойдёт на всё. Форма пленного Рейху не нравилась совсем, но выбора не было. Кормили тоже редко, так что чувство голода сильно морило его изнутри. Хорошо хоть что на дворе май, а то так ещё бы и от холода мучений добавилось бы. Печально поднимая голову вверх, нацист смотрел на окошко. Или же, пытался выглянуть через него, но оно находилось слишком высоко. Он не знал сколько времени прошло с того момента как он последний раз был на воле. Его последние воспоминания которые были снаружи, это то как его садят в грузовик который должен был отправить Рейха в ГУЛАГ, и взгляды других республик, полные осуждения и ненависти. Все они были в той или иной степени травмированы, но каждый их взгляд говорил за них. Россия, Украина, Беларусь, Польша.. и конечно же, СССР. Остальным участникам второй мировой просто было неудобно приезжать и пялиться на их мучителя, которого отправляют на верную смерть, либо же вечные мучения. Погрузившись в свои мысли, Рейх даже не заметил шаги, которые настойчиво приближались к запертой двери. Поднял он свой взгляд только тогда, когда он услышал что ключ входит в скважину, и дверь, хоть и с трудом, но открывается. В комнату заходит уже знакомый, высокий мужчина, которого Рейх так не хотел видеть. -..Союз.. - Хрипло прошептал нацист, глаза которого медленно расширились в ужасе. СССР ничего не ответил. Лишь закрыл за собой дверь, заперев её. Но через несколько мгновений, он всё же заговорил. -Не против перекинутся парочкой слов? В ответ - тишина. Рейх лишь смотрел на россиянина с напуганным, и немного растерянным взглядом. Союз решил снова заговорить первым. -Хм. Понятно. Приму этот ответ за "Да". Нацист лишь немного кивнул, ожидая чтобы он снова начал разговор. -Ну, как тебе тут? Тюряга оправдала твои ожидания? -..N-nein. Ожидал что помру здесь в первые дни. А вот, жив ещё.. -Хах. Слабая у тебя самооценка. -..Мг... Как там остальные страны, после моего распада? Славяне? СССР немного подумал что ответить, и продолжил. -Отчасти всё в порядке. Конечно послевоенное время не лёгкое, но все медленно восстанавливаются. Мои там тоже ничё так. Сейчас помогаю Украине отстраивать её города. Скоро снова встанем на ноги. -Это.. хорошо, я думаю.. Рейх глянул вниз, не желая смотреть Союзу в глаза. Страх немного его покинул, ведь СССР не задушил его при первой же встрече, но напряжение в воздухе всё ещё присутствовало. Спустя пару минут тишины, россиянин снова заговорил. -Знаешь, нацик.. Ты причинил нам всем очень много боли. ..В ответ, тишина. Союз продолжил. -...Поэтому, я хотел бы тебя наказать. И наказать заслуженно! Глаза Рейха расширились снова. Он в ужасе забился в угол, смотря как СССР выпрямляется, и подходит к кровати немного ближе. Нацист уже был готов зарыдать от страха, но тут его внимание привлекла одна деталь: ((Дальше будет вот прям жёсткий трэш, поэтому если вы не готовы, то советую выйти отсюда СЕЙЧАС)) Ладони Союза были на ремне от брюк. Он что, собирается их снять..?? Как только немец об этом подумал, и вправду, СССР снимает свои штаны, и потом уже и труханы. -Н-НЕТ, ПОДОЖДИ, НЕ НАСИЛУЙ МЕНЯ!- -Я и не буду. Слёзы текут по лицу нациста. Но тут он резко застыл, когда услышал кое-какой звук. СССР очень громко бзданул. И бзданул так, что запах был такой, хуже чем в газовых камерах в Освенциме. СССР полностью снял весь низ, и глянул на Рейха. -Знаешь, я специально сожрал много гороха и очень острого тако белла. Изнасиловать тебя как наказание было бы нудно, так что я решил зайти дальше.. и сделать кое что более мерзкое. Рейх не успел даже ничего сказать, как через мгновение, огромная, красная жопа Союза уже была над его лицом. Он отчётливо видел его большой, воспалённый анус, который был будто бы вздутый, и похож на лошадиный. Маленькие капельки коричневой жидкости уже капали на щёки нациста. Он застыл в ужасе, не веря тому что происходит. ... Ещё один очень громкий и вонючий пук был выпущен прямо Рейху в лицо. Ему захотелось блевать, но тут.. СССР резко садится прямо ему на лицо, своим вздутым огромным анусом, и первая, жиденькая какашка начинает лезть наружу. Рейх пытался сопротивлятся, но ничего не помогало. Совок был слишком тяжелым для него. Фекалия полностью размазалась об губы нацика, и даже немного попало ему в рот. Секунду спустя, очень мощная струя поноса начала хлыстать ему прямо в ротовую полость. Складывалось такое впечатление, что анус Союза - это разрушенная дамба, которая выпускала литры дрисни прямо в рот немцу. Рейх мычал, рыдал, пытался отодвинуть СССР'а подальше, но всё попытки были чётными. В итоге, выход один - глотать. С огромным отвращением, он начал пить всё жидкое говно которое доходило ему в рот из анала Совка, даже не смотря на то что вся кровать и его форма уже были обдристаные. Но вот незадача - место в желудке Рейха уже заканчивалось, а струя дрисни - нет. Из последних сил нацист еле-еле отодвинул огромные, волосатые ягодицы СССР'а чтобы крикнуть: -ПОЖАЛУЙСТА, ПРЕКРАТИ!! Я БОЛЬШЕ НЕ МО- И тут его начало тошнить. Он начал рыгать и выблёвывать весь понос который был доставлен в его тело. Рыгачка долетала аж до дверей и соседних стен. Но СССР вёл себя так, будто бы ему абсолютно нет дела до того, как себя чувствует его пленный. Когда он уже полностью проблевался, Союз взял Рейха за горло, повалил на пол, и сел на его лицо своим анусом, снова. Он хотел чтобы нацист почувствовал этот запах, текстуру кожи вокруг анала, и возможно даже почувствовал как член Совка уже валялся у него на шее. Рейх снова начал рыдать, вдыхая запах газа и пердежа, ведь выхода у него не было. Вся его форма уже была в вонючем, липком говне, которое вряд-ли выйдет отстирать. Причем, все эти зверства, СССР совершал с абсолютно спокойным лицом, будто бы это было его рутинное занятие. В камере уже стоял невыносимый смрад, было такое чувство что тут нарыгало и насрало несколько тысяч человек. Весь пол, кровать, и раковина были измазаны в говне, которое выблевал Рейх. Через несколько минут, СССР встал с лица Рейха, и вытер свой опухший анус его рубашкой. Молча, без никаких слов, он как ни в чём не бывало натянул трусы, штаны, обулся, и вышел из камеры, снова заперев её. Рейх оставался там, валяясь в шоке и ужасе, сдерживая ещё одно желание вырвать. Слёзы снова начинали течь по его щекам. То что он пережил, далеко не самое худшее происшествие. Невинные жители во время войны терпели ситуации и хуже. -П-почему я такой.. -Дрожащим и хриплым голосом произнес он, перед тем как снова начать рыдать на полу, в надежде на спасение, зная что никто не прийдёт.