идеальное сочетание (perfect blend)

Объективно говоря, Ким Сынмин любит свою работу. Работа бариста в университетском кафе не была его первым выбранным вариантом – он хотел стать интерном у одного из своих профессоров по праву и заниматься чем-то более близким к своей специальности. Но, так как он является бедным студентом, отказаться от почасовой оплаты и чаевых было сложно. Поэтому теперь три раза в неделю Сынмин заставляет себя выбраться из постели до того, как солнце покажется за горизонтом, чтобы открыть кофейню. При этом, существует даже некоторое количество преимуществ, которые заставляют его выкинуть мысли об увольнении из головы, когда в ней начинает звенеть этот звоночек. Например, бесплатные напитки, которые он может себе делать каждую смену; еда для сотрудников, тоже бесплатная за каждые четыре рабочих часа; зарплата; ну и то, что, когда он работает до закрытия, то может забирать остатки выпечки, что помогает спасаться от походов за продуктами всю неделю. Возможно, кушать печенье вместо нормального приема пищи каждый день – не самая здоровая диета, но никто из его друзей не призывал его прекратить так питаться. Он почти уверен, что видел Джисона, наливающего водку в свой айс американо в прошлые выходные. Они все студенты, что еще можно от них ожидать? Так что да, Сынмин любит свою работу. Однако, бывают моменты, когда Сынмин мечтает о том, как он уволится, выйдет из кафе и ноги его здесь больше не будет. Такое случается, когда какой-нибудь претензионный посетитель объясняет ему, почему Сынмин должен ему бесплатный кофе, ведь, по его мнению, Сынмин никогда в жизни своей не готовил латте (работая в кафе уже два года). Или, что он не знает, как правильно приготовить шот эспрессо (он работает в кафе два года – приготовление эспрессо вырезано в его памяти, он не сможет это забыть, даже если захочет). Или же молоко, которое он использует, имеет слишком молочный вкус (он работает в кафе два года – молоко есть молоко). Порой бывает, что он выливает на себя свежесваренный кофе в 5:45 утра, тогда его начальник вздыхает и вручает ему в руки швабру. А иногда Сынмин роняет последний рогалик на пол и ему приходится проходить через трудоемкий процесс возврата денег за него, пока его коллега Чонин смеется над ним. В последнее время, это чувство посещает его при еженедельном посещении кофейни одним постоянным клиентом. Это происходит всегда в одно время, чтобы нарушить короткий перерыв, воцаряющийся в кофейне между спешкой людей в 7:30 перед занятиями, начало которых в 8:00, и спешкой позавтракать опоздавших, которым нужно дождаться окончания утренних лекций.

☕☕☕

1.

В первый раз, когда это происходит, Сынмин скорее шокирован, чем раздражен. Сынмин как раз закончил убирать кровавую бойню, возникшую из-за того, что Чонин остался наедине с холодными напитками (как так выходит, что блендер вечно протекает?), когда краем глаза он замечает, что кто-то стоит у стойки заказов. – Подойду через секунду! – оповещает Сынмин, - Дайте знать, если у вас возникнут вопросы. Сынмин видит, что фигура у стойки кивнула, и возвращается к уборке, удовлетворенный тем, что успел обслужить (в данном случае предупредить о своей задержке) клиента в течение 4-5 секунд после того, как он пришел в заведение, как это требует руководство кофейни. Закончив, Сынмин подходит к стойке заказов, запоздало осознав, как привлекателен этот посетитель. Он совершенно точно здесь впервые во время смены Сынмина. Он бы никогда не забыл такое лицо. – Здравствуйте, что я могу вам предложить? У вас есть вопросы по меню? – спрашивает он как самый прилежный сотрудник. – Да, - отвечает парень, – Что вы можете добавить в латте? Сынмин моргает в удивлении. – Ну, - начинает он, – У нас есть различные сиропы, а также три вида обычного и три вида альтернативного молока. Сынмин вежливо указывает на дисплей, на котором отображается вся эта информация в виде большого цифрового меню, висящего за кассой на стене. – Да, я это знаю. Но что еще вы можете добавить в кофе? – продолжает посетитель. – Эм, - Сынмин находится в легком замешательстве, – Сливки, сахар, мед? – У вас есть горчица? – спрашивает парень. Какого хуя. – Ну, да… - с сомнением в голосе отвечает Сынмин. – Мы продаем закуски по вечерам, поэтому такое у нас есть. Но продажи не начинаются до вечера. – Но прямо сейчас у вас есть горчица, так? – парень не отступает. – Да, но… - начинает Сынмин. Прежде чем ответить, что он не сможет продать закуску сейчас, потому что выпечка для нее еще не готова, посетитель перебивает его: – Прекрасно. Можно мне средний латте на миндальном молоке, с двойной порцией эспрессо и порцией горчицы? То есть, смешать её с эспрессо, а не просто добавить сверху. Сынмину хочется плакать, но он отважно берет себя руки, кивает и принимает заказ как двойной моккачино. Как вообще можно принять заказ на горчичный латте? Текстура шоколадного сиропа и горчицы ведь достаточно похожа, да? Остальное время заказа проходит в тишине. Парень оплачивает его и отходит в зону ожидания, где люди ждут свои напитки, а Сынмин медленно оборачивается к эспрессо-машинке, мужественно готовясь к чудовищу, которое он собирается сотворить. Чонин возвращается от холодильника, где он принимал доставку молока, как раз когда Сынмин уже был на полпути своего приготовления. – Хен, почему ты выглядишь так, словно собираешься убить этот латте? – спрашивает младший. – Чонин, Йенни. Моя платоническая любовь и партнер в преступлениях, когда нам нужно стащить малиновую булочку. Сейчас я совершаю злодеяние против кофе, до этого неизвестное человечеству. – Я польщен, что являюсь любовью твоей жизни, но и немного волнуюсь о твоих стандартах, конечно. Но о чем ты, блять, говоришь? – Йенни, посмотри на этот шот, который я добавил. Наступает момент тишины, нарушаемый лишь Сынмином, подогревающим миндальное молоко (что делает этот заказ еще ужаснее, ведь несмотря на годы работы здесь, Сынмин все еще не может правильно вспенить миндальное молоко), пока Чонин не вздыхает: – Что ты сделал с этим эспрессо-шотом? – спрашивает он спокойным тоном. – Этот парень, - отвечает Сынмин, указывая на человека, стоящего у стойки, – заказал горчичный латте. На миндальном молоке. – Сейчас 7:45 утра, - говорит Чонин, словно ранний час как-то сможет оправдать тот факт, что Сынмину придется писать письмо с извинениями изобретателю латте. – Может он бредит. Сынмин вздыхает, добавляя молоко поверх шота, украшая верхушку этого устрашающего напитка красивым цветочком на пенке, и закрывает его крышкой, чтобы скрыть свои преступления. – Мне плевать. Я больше никогда не хочу видеть ни этот напиток, ни его. Подходя к стойке для готовых заказов, Сынмин ставит стакан перед парнем и, под весом тысячи слов на своих плечах, объявляет, что его горчичный латте готов. Парень поднимает взгляд от телефона и улыбается Сынмину. Сынмин немного взбешен на то, что это простое действие заставило сердце в его груди биться чаще. Это его заклятый враг. Он определенно не должен находить привлекательным этого кофейного преступника, ведь он знает, что тот собирается пить горчичный латте. Сынмин совершенно точно не забудет (и не простит) его. Сынмин наблюдает как, взяв стакан и подойдя к месту, где лежат трубочки и столовые приборы, парень берет баночку с шоколадной посыпкой и щедро добавляет ее сверху своего напитка, прежде чем сделать большой глоток. – Спасибо, щеночек, - говорит парень, улыбнувшись Сынмину и покидая заведение. Смущенный, Сынмин смотрит вниз на свой бейджик с именем, только сейчас понимая, что Чонин снова поиздевался над ним. После дружелюбного «привет, меня зовут» на месте, где должно быть имя, наклеен стикер с Почакко. – Йа! Ян Чонин! – кричит Сынмин, хватая стакан с крышками, чтобы пульнуть его в своего коллегу. Он так до конца смены и не замечает здоровенных чаевых, оставленных в банке.

2.

Когда это случилось во второй раз, утро Сынмина уже было достаточно странным, так что Минхо, рассматривающий выпечку на витрине, даже не смутил его. Сынмин проснулся от звука будильника только чтобы обнаружить что, каким-то образом, прошлым вечером его сосед по комнате Джисон решил воплотить свою дурацкую от-врагов-до-возлюбленных штуку с Хван Хенджином – парнем, живущем напротив. Медленно моргая, пока его мозг кооперировался с глазами, он осознал все, что увидел, начиная от разбросанной одежды обоих парней и руки Джисона, обнимающей Хенджина, до факта, что ему совершенно точно нужно свалить из общежития, пока эти двое не проснулись. Он выбежал из комнаты, только чтобы прибыть в кофейню и понять, что булочки еще не были доставлены, что предвещает жалобы посетителей в первый час работы, с чем придется справляться Сынмину и Чонину. Сынмин даже выслушал слова одного из профессоров о том, что она испортила себе утро, и что это он будет отвечать за тест, который она собиралась сейчас провести на занятии. Сынмин тихо проглотил все жалобы по другую сторону стойки, после чего отправился прокричаться в холодильник. Это никак не помогло. Поэтому, когда Сынмин увидел мистера горчичный латте напротив кассы, он просто закрыл глаза, досчитал до десяти на каждом известном ему языке, и спросил, чем он может помочь ему сегодня. Он образец терпения, и ничто из того, что мог сказать этот человек, не выведет его из себя. – Можно мне большой латте с добавлением двадцати четырех порций карамели? И сливки вместо молока? Матерь божья. – Обычно, добавляя сироп, мы берем 650 вон за одну порцию, - говорит Сынмин, стараясь произвести впечатление человека, который не близок к нервному срыву. – Вас это устроит? – Да. – отвечает парень, – Вполне устроит. – Хорошо. Стоимость 15000 вон. Вы можете просто вставить карту в автомат снизу, а я пока пойду делать ваш напиток. Сынмин думает, что проделал отличную работу, притворившись, что только что не позволил этому клиенту заплатить за один напиток сумму, которую можно заработать за час. – Только убедитесь, что добавили ровно 24 порции. Я очень придирчив в том, что мне нравится, поэтому я хочу точно знать, за что плачу вам. – говорит парень, смотря на Сынмина с ухмылкой сквозь винного цвета челку. – Конечно. – сказал Сынмин, несмотря на то, что он знает, что будет стучать по носику карамельного сиропа до момента, пока не почувствует удовлетворение. – Спасибо. - парень сделал паузу, прежде чем опустить глаза вниз на грудь Сынмина, где должен быть бейдж с именем. В этот момент Сынмин вспомнил, что забыл прикрепить бейджик этим утром из-за всех обстоятельств, с которыми ему пришлось встретиться. Несмотря на то, что Сынмин увидел, как открылся рот парня для вопроса, предположительно, о его имени, он перебил его, потому что был не способен функционировать как нормальный человек. – Вам нужен чек? – Нет, спасибо. – Хорошо, я вернусь с вашим напитком. На этих словах Сынмин развернулся, лицо его пылало. Он немедленно должен уволиться с этой работы. Испорченное социальное взаимодействие совершенно не входило в руководство по «лучшим практикам обслуживания клиентов», которое он запоминал перед началом работы. Он был ужасным сотрудником. На пути к эспрессо-машинке Сынмин повернулся к Чонину с самым серьезным лицом, которое он мог сделать в 7:45 утра. – Чонин, мне нужно, чтобы ты убил меня. Сделай вид, что это несчастный случай. Как будто ты забыл зафиксировать пароотвод, пока делал драф. Попроси меня подать его, и пусть давление пустит мне пар прямо в череп. А ты получишь отпуск по случаю утраты. – О господи, хен, что на этот раз? И с твоей стороны смело предположить, что они дадут мне отгул, ведь у нас и так не хватает людей. – Это нечестно. Нам нужно нанять больше сотрудников. В любом случае, мне нельзя доверить общение с людьми еще хоть когда-нибудь. А еще, мне снова нужно сотворить напиток из ада и мне кажется, что я заработаю диабет, просто готовя его. Чонин смотрит на парня, стоящего за стойкой, и моментально возвращает взгляд Сынмину, широко распахнув глаза: – Это тот самый сумасшедший чувак, который заказал горчичный латте на прошлой неделе? Чего он хочет на этот раз? – Холодный карамельный латте, сливки вместо молока. – Оу, - начинает Чонин, - Странновато, но не настоль… – И двадцать четыре порции карамельного сиропа. – Мне кажется, если он хочет так много сахара, он должен просто занюхать дорожку из него. Будет более эффективно и меньше вреда его телу. Сынмин кивает со всей серьезностью, прежде чем продолжить отсчитывать двадцать четыре порции карамельного сиропа. Казалось, что половина стакана залита этим сиропом. Сынмину поплохело от этого. Ему стало только хуже, когда он добавил сливки и эспрессо. Этот напиток был оскорблением эспрессо как явления. Донеся напиток до стойки, Сынмин подвинул его к парню, говоря при этом, что готов карамельный латте. И снова он пробует напиток прямо перед Сынмином. – Идеально. Мне нравится, когда люди так хорошо следуют моим просьбам. – говорит посетитель, с ухмылкой глядя на Сынмина. Сынмину нравится думать, что он замечательно справляется с тем, чтобы скрыть как горят его уши и как его мозг немедленно начинает прокручивать не-самые-безопасные-сценарии для кофейни. Он наблюдает, как парень уходит, и отвлекается от своего (по общему признанию, жутко выглядящего) наблюдения за ним только когда Чонин тянет его за футболку с открытым на телефоне калькулятором: – Хен, в его напитке примерно 1300 калорий. – О боже, - отвечает Сынмин, продолжая пялиться в место, где за дверьми исчез парень. – Я только что убил его.

3.

На третий раз, когда это случилось, Сынмин был готов встретиться с любым ужасающим заказом напитка, который выйдет из рта этого посетителя, когда тот подходил к кассе. К сожалению, этим утром он держится на менее чем четырех часах сна за последние три дня, и ни один из этих четырех часов не следовал подряд друг за другом. Все нормально. Его даже почти не трясет. Обычно Сынмин старался завершать свою работу раньше времени, и при этом ему удавалось лавировать между промежуточными и основными экзаменами с минимальным ущербом для его режима сна и ментального здоровья. Однако, в этом году текущие задания и тесты перед экзаменационной неделей помешали ему следовать своему учебному графику. И вот он здесь, открывает кофейню, несмотря на тот факт, что он, кажется, моргает настолько медленно, что готов вырубиться в любой момент стоя на ногах. Единственное, что его успокаивает, это то, что Чонин выглядит еще хуже, чем Сынмин себя чувствует. Первогодка явно не был готов к той мозговой нагрузке, которая наваливается на студентов во время промежуточных экзаменов. Похоже, что он уснул, прислонившись к метле, которой заметал кофе, рассыпанный Сынмином перед открытием, потому что глаза его не могли нормально сфокусироваться, чтобы оценить расстояние между рассыпанным кофе и урной. Пока Сынмин пялился в окно с видом, будто он все понимает, хотя на самом деле не может обработать хоть какую-то информацию, он упускает момент, когда кофейный преступник оказался перед кассой. Когда он наконец-то осознал присутствие человека перед ним, то слегка дернулся. Когда он осознал, что это Тот Самый Человек (заглавные буквы важны), Сынмин почувствовал, что его сердце ускоряет темп. Успокоившись, он подтолкнул Чонина, чтобы разбудить его (ну или приблизится к этому слову, так как студенты в скором времени могут появится), прежде чем отправился к кассе, намереваясь принять заказ парня. Но он останавливается. Потому что, ого. Этот парень, кофейный преступник, проклятие жизни Сынмина, каким-то образом выглядит еще хуже, чем Чонин и Сынмин вместе взятые. Было бы просто потрясающе, если бы Сынмин не настолько беспокоился о том, что парень может свалиться и умереть прямо на его глазах. – Привет. Что вы хотите? Могу я помочь найти кофе? Ох. Сынмин и правда должен был попытаться поспать прошлой ночью. Предложения не имеют смысла. К счастью, парень напротив был лишен сна достаточно, чтобы осознать словесную рвоту, которую изверг Сынмин, потому что он действительно делает заказ. В очередной раз, Сынмин хочет плакать. – Какое законное количество кофеина вы можете добавить в кофе? – Ну, - Сынмин отвечает, ломая голову над тренировочными модулями, где указано, сколько кофеина разрешено добавлять в напиток. – Я не думаю, что есть какой-то законный лимит, но, по соображениям совести, лучшее, что я могу вам предложить, это экстра-большой холодный кофе с, например, четырьмя дополнительными шотами. После этих слов Сынмин поднимает свой (бесплатный!) кофе и кружит его в своей чашке. – Я пью такой сейчас, на вкус немного как аккумуляторная кислота, но зато я проснулся впервые за несколько дней. Парень медленно моргает, глядя на Сынмина, прежде чем отвечает: – Звучит вкусно. Сынмин случайно берет плату как за обычный холодный напиток, но парень этого не замечает, просто проведя картой оплаты и садясь за стол, чтобы опустить на него голову. Про себя мечтая, что это он дремлет головой на столе, Сынмин выдвигается готовить напиток. Он прогоняет Чонина со своего пути (его друг выглядит, словно пытается разобраться как спать, пока ты стоишь и твои глаза открыты), прежде чем подготавливает четыре шота и добавляет их в холодную воду. Заметив, что Сынмин начал готовить этот напиток, Чонин внезапно дергается и резко просыпается: – Хен, ты не можешь отдать это тому парню. Он ведь убьет его и ты отправишься в тюрьму, а меня арестуют как сообщника и больше некому будет открывать кофейню по утрам. – Йенни, все будет нормально. Я сейчас пью точно такой же. – И твои руки буквально вибрируют на скорости звука. Посмотри в мои глаза и скажи, что тебе нормально после такого количества кофеина. Только честно. Сынмин на это опускает взгляд вниз и, да. Похоже Чонин прав. Его руки трясутся, выглядит это тревожно. Тем не менее, Сынмин отказывается признать поражение. Его кофе идеален и он не убьет этого очень симпатичного клиента. Что там Феликс всегда говорит? Нужно мыслить позитивно? Он уверяет, что так он добился своего бойфренда, Чанбина, но, если честно, Сынмин думает, что в Феликса невозможно не влюбиться. У Чанбина не было ни шанса. Так или иначе, Сынмин отвлекся. Он должен отдать напиток до того, как его трясущиеся руки разольют его по стойке. – Холодный кофе! - оповещает Сынмин, глядя на парня, что все еще бессознательно лежит на столе. И тот даже не предпринимает попытки пошевелиться. Вздыхая, Сынмин берет стакан и начинает свой путь, обходя стойку и оказываясь по ее другую сторону. – Чонин, - зовет он, – Проверь учет, пожалуйста. Я разбужу этого парня и отдам ему его кофе. Чонин соглашается, играя бровями и бросая наводящий на определенные мысли взгляд. Коллега Сынмина и самый его близкий друг пришел к выводу, основываясь на прошлых двух неделях, что причина, по которой этот мужчина заказывает настолько дикие напитки, состоит в том, что он привлекает внимание Сынмина. Сынмин же настаивает, что его прислал дьявол, специально чтобы мучить его. – Эй, - говорит Сынмин, тряся парня за плечо, чтобы разбудить его в этом сонном царстве. – Я принес кофе. Парень вздрагивает от испуга, а затем быстро вытирает лицо, когда замечает нависающего над ним Сынмина. Сынмин на это улыбается. Этот парень выглядит смущенным и потерянным. Это мило. – Кофе, - повторяет Сынмин, тряся стаканом. – Твой кофе у меня. – Вы теперь оказываете услуги доставки? - поддразнивает парень, поднимаясь из-за стола. – Только для самых ненавистных клиентов, - в ответ дразнит Сынмин. – Ненавистных? – говорит парень, – Я делаю твое утро ярче и тебе это нравится. – Ты заставил меня залить кофе сиропом, не разговаривай больше со мной. Парень испускает смешок, прежде чем забрать стакан. Сынмин очень сильно старается игнорировать тот факт, что его сердцебиение ускорилось, когда их пальцы соприкоснулись. Получается не очень. Он будет винить в этом кофе. – Я, кстати, Ли Минхо, - говорит парень, Минхо, если быть точнее. – Спасибо за кофе. Его взгляд вновь опускается на грудь Сынмина и в этот момент Сынмин осознает, что опять забыл повесить бейджик в своем утомленном бреду. Спасибо, что начальник не на месте. У него нет уважения к страданию студентов, так что он бы мог отругать Сынмина. Сынмин достаточно знает о социальном взаимодействии, чтобы понять, что сейчас тот самый момент, когда он должен представиться. К сожалению, несмотря на это, он, как уже было отмечено ранее, вымотан. И еще немножечко глуп. – Я устал, - такой ответ выдает Сынмин, потому что, видимо, все его извилины уже покинули помещение. Минхо лишь смеется сильнее, прежде чем натягивает за козырек дурацкую рабочую кепку Сынмина на его глаза. – Мило, - говорит парень, после чего начинает продвигаться к выходу. – Пока, Уставашка. Увидимся на следующей неделе. И вот Минхо ушел, а Сынмину хочется кричать, но он очень спокойный, уравновешенный и собранный молодой человек. Так что он не станет. Он лишь пойдет к холодильнику с молоком, постоит там и снова подумает о том, чтобы уволиться и бросить учебу. Возможно, Минхо нравятся безработные бывшие бариста. Вернувшись обратно за стойку, он чуть не спотыкается о Чонина, который, похоже, решил, что лучшее место для отдыха – свернуться калачиком рядом с мешками с кофейными зернами. – О боже мой, - вздыхает Сынмин, тяня парня вверх. – Я позвоню твоему бойфренду, чтобы он пришел и забрал тебя. Чан должен отвести тебя домой, чтобы ты поспал. – Я в норме, - говорит Чонин, прежде чем вцепиться в Сынмина, демонстрируя ужасающе нехарактерный для него скиншип, и прижаться головой к его шее. Сынмин сразу же чувствует, что дыхание младшего выравнивается, и ему приходится крепче обнять Чонина, чтобы удержать их обоих на ногах, когда тот обрушивается на него всем своим весом. Он снова уснул. – Ты уснул возле зерен на полу!

4.

Когда это происходит в четвертый раз, Сынмин сравнительно подготовлен. Но лишь сравнительно, потому что ничего в его жизни не идет так, как нужно. Ни на один денечек. В его защиту, до того, как он пришел в кафе, утро было прекрасным. Когда он проснулся, то не увидел первым делом вопиющее количество голой кожи Джисона или Хенджина. Он очень вовремя успел на автобус и даже смог занять свободное место. Закрывавшие смену работники обновили стаканчики и крышки. Сегодня Хеллоуин, и Сынмин с нетерпением ждет встречи с толпой студентов в костюмах, которых он краем глаза видел возле кампуса. Ему даже разрешили сменить свою обычную рабочую бейсболку на шапку с длинными собачьими ушками и нарисовать щенка на бейдже в честь праздника. Жизнь прекрасна. Поэтому, когда он заметил входящего в кафе Минхо с кошачьими ушками на голове (о которых он старательно пытается не думать, потому что, какого хуя, почему это настолько привлекательно? Он что теперь фурри? Возможно. Он разберется с этой мыслью позже), он берет себя руки и, возможно, слишком расслабляется. – Привет, Минхо, - здоровается Сынмин, про себя улыбаясь тому, как кончики ушей парня краснеют, когда тот понимает, что Сынмин запомнил его имя. – Что я могу предложить тебе сегодня? Минхо поднимает глаза, чтобы встретиться взглядом с Сынмином и моментально моргает, когда замечает шапку с щенячьими ушками на Сынмине. Тот щурит глаза на такую реакцию Минхо и наклоняет голову набок. Минхо издает сдавленный звук, а его уши каким-то образом краснеют еще сильнее. Сынмин может услышать смех Чонина за своей спиной, но он слишком отвлечен на Минхо в кошачьих ушках, чтобы признать к ответу маленького негодника. Повисла странная пауза, когда они оба просто пялятся друг на друга, пока этот момент не нарушается Минхо, выпаливающим свой заказ: – Большой холодный латте безо льда и только с половиной эспрессо. Сынмин моргает. – Это же просто… - начинает он, потрясенный. – Это же просто стакан молока с капелькой кофеина. Зачем тебе это? Минхо смотрит на него и совершенно невозмутимо мяукает. Точно. Минхо нарядился в кота. Это совершенно нормально и Сынмин совершенно точно не сошел с ума от этого всего. Он напишет жалобу на Чонина за домогательство на рабочем месте, если тот не прекратит смеяться над ним. – Эм. Хорошо. Можешь оплачивать, если это все. Твой, - Сынмин делает паузу, прежде чем закончить предложение с максимальным пренебрежением, на которое он способен. – напиток будет готов с минуты на минуту. Минхо ухмыляется, проводя картой в аппарате. Сынмин собирается полностью соответствовать своему щенячьему костюму и убить этого кота. Когда платеж Минхо проходит и он отходит к стойке ожидания заказа, Сынмин разворачивается и бросает взгляд на Чонина. – Почему ты так злобно смотришь на меня, хен! - плачется Чонин. Он сделал себе мейкап Джокера на Хеллоуин, так что его нытье становится менее эффективным, ведь он все еще выглядит жутковато. – Это было самое сексуальное получение оплаты, которое я только видел. – Чонин, я сейчас укушу тебя. – Это кинк! Оставь такое для Минхо! Сынмин хватает запасной стаканчик и швыряет его в голову Чонину, отчего младший уворачивается, все еще смеясь. – Продолжишь и я повешу на тебя холодные напитки на все время, пока мы работаем вместе. С этим ужасным блендером. Чонин ахает и быстренько занимает себя организацией выпечки на витрине. Сынмин улыбается сам себе, начиная приготовление заказа Минхо, что, на самом деле, является оскорблением для кофе. Это как La Croix среди кофейных напитков. Это кофе, который готовят, просто держа пакет с зернами близко к чашке с молоком. Это кофе лишь с намеком на кофе. Это зло. Напиток почти полностью белый и, из-за того, что Минхо заказал его без льда, он отказывается нормально перемешиваться, поэтому выглядит отвратительно. Это, конечно, не самый про́клятый из заказов Минхо – эта сомнительное звание всегда будет отдано горчичному латте, но он все равно находится в том же списке просто потому, что Сынмину грустно на него смотреть. Осторожно переставив стакан молока с добавлением лишь идеи от слова кофе, он заканчивает приготовление и направляется к Минхо, сидящему у стойки для готовых напитков. – Пожалуйста, забери это и скройся с моих глаз, - говорит Сынмин, протягивая стакан Минхо. Минхо берет стакан и, как и каждый раз, кроме прошлой недели, пробует кофе прямо перед Сынмином. Вот только в этот раз Минхо делает это в другом образе, поэтому он снимает крышку со стакана и погружает кончик языка в напиток. Не забывая сохранить прямой блядский зрительный контакт с Сынмином, пока делает это. – Как всегда идеально, щеночек, - говорит Минхо, после чего подмигивает Сынмину и выходит из кафе. Сынмин уволится с этой работы. На самом деле, он этого не сделает. Несмотря на все странности Минхо, он заставляет Сынмина улыбаться на работе, и он уже с нетерпением ждет тот самый день каждую неделю, когда Минхо появляется в очереди. А еще потому что, возможно, если он проработает тут достаточно долго, Минхо вернется на следующий Хеллоуин снова в кошачьих ушках. И, возможно, он снова назовет Сынмина щеночком. Это уже случилось дважды, быть может, будет и третий раз. И ему действительно стоит вернуться к тесту «Являюсь ли я фурри?», который он в шутку скидывал Чану в прошлом году.

5.

Когда это случается в пятый раз, Сынмин оказывается в замешательстве. По прошлому опыту, он ожидал услышать заказ Минхо, когда тот подошел к кассе. Как только Сынмин показался на работе этим утром, Чонин сразу же обратился к нему, заявив, что сегодня День Наоборот. Младший забрал бейдж с именем Сынмина и прикрепил на свою грудь, всучив Сынмину свой. Это означало, что на сегодня Сынмина зовут АйЭн. Неважно. Вещи и страннее случались в данном заведении. Импровизированный День Наоборот был куда скромнее, если сравнить с другими днями (Сынмин отважно старается не думать об инциденте с кошачьими ушками, произошедшем на прошлой неделе). День становился лишь страннее, когда смена началась. Кто-то не закрыл сиропы прошлым вечером, что привлекло насекомых, которые теперь прятались от холода, вторгаясь в помещения, в том числе в их маленькую кофейню. Они с Чонином поймали трех ос в первый час после открытия. Прямо сейчас Чонин шатко балансировал на табурете, пытаясь словить очередную осу в один из их средних стаканчиков. Никто из них точно не знал, что делать с пойманными насекомыми, ведь было уже слишком холодно, чтобы выпустить их, но и голод мог их убить, поэтому, пока что, они поселились в маленькой пластиковой тюрьме позади стойки. Когда Минхо подходил к кассе, Сынмин не сразу его заметил, так как был занят ловлей падающего с табурета Чонина с новенькой пойманной в стакан осой. Когда Чонин оказался цел и невредим на полу, до Сынмина дошло, что кто-то смеется над ними. – О! – Сынмин поспешил развернуться лицом к посетителю. – Прощу прощения, я не заметил как… Он прервал сам себя, когда понял, что это Минхо наблюдал за ними в этой дурацкой ситуации и его слегка передернуло от этого. – Оу, это ты, Минхо, - закончил он свою фразу. Минхо лишь снова усмехнулся: – Ты кажешься слишком взволнованным, увидев меня, - Минхо делает паузу, так как замечает, что Сынмин наконец-то надел нормальный бейджик с именем впервые за все его посещения кафе, – АйЭн? Прикрыв глаза в обращении к райским силам в поиске внутреннего спокойствия, чтобы не убить Чонина, Сынмин отвечает: – Это бейдж напарника, - он указывает в сторону Чонина, который так и остался сидеть на полу после своего грандиозного падения с высоты одного метра. – Он решил, что сегодня у нас будет День Наоборот. Мы поменялись бейджиками. Минхо вновь смеется, качая головой: – Ну, в таком случае, не-АйЭн, пусть мой сегодняшний напиток будет на усмотрение бариста. – Что? - не сразу понял Сынмин. – Думаю, я достаточно помучил тебя со своими заказами. Так что сегодня ты выбирай, что мне приготовить. На твое усмотрение. Сынмин берет плату как за обычный кофе, не желая при этом делать именно его. Он совершенно не знает, что ему приготовить. Единственное, что ему известно, это то, что, не считая горчичный латте, Минхо всегда заказывал холодные напитки, так что Сынмин остановился на этом. Но в остальном он потерян. Он не может сделать что-то слишком простое, по типу его любимого айс американо, потому что Минхо совершенно точно посчитает это скучным и больше никогда не заговорит с ним. Он не хочет жульничать и делать один из сезонных напитков из Старбакса, рецепт которого он украл, ведь, опять же, вдруг Минхо посчитает его (напиток и самого Сынмина?) скучным? Несмотря на резкие колебания в количестве кофеина предыдущих заказов Минхо, он никогда не заказывал что-то совсем без него, поэтому Сынмин не хочет предлагать ему чай-латте или другие виды чаев. Сходить с ума и делать что-то слишком сумасшедшее, что будет плохим на вкус, тоже не хочется – вдруг Минхо за такое не захочет больше возвращаться в кофейню? Каждое утро Сынмина тогда будет испорчено, он уволится, бросит учебу и окажется бездомным. Так много всего зависит от этого напитка: будущее его учебы, финансовой подложки и возможность снова увидеть Минхо. Он решает остановиться на классике и готовит для Минхо холодный пряный моккачино. Этого напитка нет в меню, но Сынмин потратил достаточно времени и ему было достаточно скучно, чтобы он немного поэкспериментировал с сиропами и добавками. По пути к Минхо Сынмин замечает стаканы с отловленными осами и решает, что раз Минхо может быть засранцем, то и он тоже. Он берет один из осиных стаканов и, пряча за спиной настоящий кофе, ставит стакан с осой на стойку перед Минхо. – Половина воды, без воды, и щепотка осы! - объявляет Сынмин. Минхо медленно поднимает глаза от телефона, встречаясь с глазами Сынмина. – Какого… хуя. – Половина воды, без воды, и щепотка осы. – повторяет Сынмин. – Я найду где ты живешь и выпущу эту осу в твою комнату, если ты заставишь меня платить за это. Смеясь, Сынмин достает из-за спины настоящий напиток и ставит его перед Минхо. – Просто пошутил. Вот твой кофе. Мы с Чонином ловили ос, когда ты вошел, и не знали, куда еще их деть. Это холодный пряный моккачино – шоколад, корица и сахар. Он странный, но вкусный, поэтому я решил, что это в твоем стиле, - вдруг Сынмин останавливается. – О боже, я же не спросил тебя про аллергии. У тебя нет аллергии на корицу? Если я вдруг убью тебя по-настоящему с помощью нормального напитка, а не мерзости, которую я раньше тебе готовил, я уволюсь и… Минхо перебивает Сынмина, смеясь: – Все нормально. У меня нет никакой аллергии. Но это мило, что ты так разволновался обо мне. Ухмыльнувшись от вида румянца, выступившего на щеках Сынмина, Минхо, как всегда, пробует напиток перед ним. Сынмин задержал дыхание, пока Минхо делал глоток, и расслабился только когда тот издал удивленный, но довольный звук. – Вкусно? – спрашивает Сынмин. – Очень вкусно, щеночек. - отвечает Минхо, затем машет на прощание и направляется к выходу. Сынмин улыбается сам себе, довольный тем, что выбранный напиток угодил Минхо, а также тем, что снова услышал, как тот назвал его щеночком. Только после того, как Минхо скрылся за дверьми кофейни, до Сынмина дошло, что он назвал его щеночком потому, что все еще не знает его имени. – Ян Чонин! Мы с тобой больше не общаемся. Это все твоя вина! – Да что я сделал вообще?!

+1

При следующей встрече с Минхо, Сынмина не одолевает желание срочно уволиться и жить как бродяга. Скорее всего потому, что Сынмин не на своей работе, когда он пересекается с Минхо – он работал над мучительным эссе по политологии в библиотеке. И, в таком случае, ему не придется сталкиваться с непреодолимым испытанием, которое состоит в приготовлении отвратительного напитка, выдуманного Ли. А еще потому, что Минхо сегодня выглядит ну очень хорошо. Фиолетовая атласная майка на нем отлично выделает винный цвет волос. Сынмин мог слегка влюбиться. Так как он лишен кофеина сейчас, все свои глупые мысли, пришедшие в голову, он свалит именно на это. Сынмину действительно нужно сократить потребление кофеина, но работа бариста совсем не помогает решить эту проблему. Сынмин настолько увлекся изучением Минхо за пределами их обычных отношений официанта и клиента, что совершенно не замечает, когда он встает со своего места, где он работал над чем-то последние несколько минут, и направляется к нему. Когда он наконец замечает нависающего над ним Минхо, Сынмин вздрагивает на своем месте и захлопывает ноутбук, как будто он работает над чем-то компрометирующим, а не над политическим анализом различных природных кодексов по всему миру. Вздыхая про себя и стараясь изо всех сил не выбежать из библиотеки от чувства стыда, Сынмин приветствует Минхо: – Здравствуй, Минхо. Странно видеть тебя, когда я не на работе. Как ты? Полностью проигнорировав вопрос Сынмина, Минхо хватает его за руку и тянет вверх. – Мне нужен кофе, - отрезает Минхо. – Мы идем за кофе. Я достаточно платил тебе за него, так что покупаешь ты. Прямо сейчас. Сынмин настолько счастлив, что Минхо держит его за руку, что он готов сделать все, о чем попросит старший. К тому же, он тоже хочет кофе. Сынмина тащат из библиотеки и через всю улицу до одной из маленьких местных кофеен, где самый посредственный кофе продают по оверпрайсу. Тем не менее, думает Сынмин, это беспроигрышная ситуация: он получает кофе и держащего его руку Минхо, который ни разу ее не отпустил с тех пор, как они покинули библиотеку. Когда они оказались в кофейне, Минхо толкнул Сынмина вперед себя, чтобы тот назвал свой заказ, конечно, айс американо, а потом сам следом, к удивлению Сынмина, заказал обычный айс латте. – Ого, ты способен заказывать нормальные напитки. – А ты разве не чувствуешь себя особенным, когда все самое интересное я заказываю у тебя? - подшучивает в ответ Минхо. Сынмин замолкает и оплачивает заказ, игнорируя смех Минхо над его покрасневшими щеками. Потому что, да, так и есть – Сынмин чувствует себя особенным. Он называет бариста свое имя и оплачивает картой, после чего присоединяется к Минхо, который в это время нашел столик, где ждал его. Они сидят в комфортной тишине и Сынмин даже удивлен, что это не кажется ему странным. Это приятно. Когда бариста называет имя Сынмина, чтобы тот забрал заказ, Минхо заметно выпрямляется на месте, кивая самому себе с легкой улыбочкой. В тот же миг воспоминание о последнем визите Минхо на работу Сынмина проносится в голове младшего. – Минхо, - начинает он, -- Ты привел меня в это кафе и заставил платить за оба кофе, потому что знал, что они спросят мое имя для заказа? Минхо окрасился в ярко-красный: – Ты никогда не носил бейджик с именем на работе и я не знал, как еще его узнать! Я пытался, но ты каждый раз говорил странные вещи или это был ваш День Наоборот или еще какая-то хрень случалась. Я думал, ты специально его от меня скрываешь. Сынмин смеется в ответ, ведь, и правда, при каждом появлении Минхо его имя тем или иным образом было скрыто. Сынмин поднимается, чтобы забрать оба их напитка и вернуться к столу, мягко стукая стаканчиками о голову Минхо. Игнорируя надутые губы старшего и его руки, тянущиеся к находящемуся в заложниках Сынмина латте, Ким задает еще один вопрос: – Почему ты просто не спросил меня сегодня? Когда Минхо слышит этот вопрос, он внезапно отказывается от попыток украсть напиток из рук Сынмина и выглядит очень нервным. – У меня есть более важный вопрос для тебя! Сынмин прищуривается и наклоняет голову вбок, ожидая ответа, прежде чем Минхо продолжает: – Сынмин, - говорит Минхо и, боже, как же Сынмину нравится звучание собственного имени его голосом, – Хочешь сходить со мной на свидание?

☕☕☕

Так что да. Объективно говоря, Сынмин любит свою работу. Он любит своих коллег, своих друзей, навещавших его во время смен, любит бесплатные напитки и еду. Но особенно он любит своего парня, который заглядывает хотя бы раз за его смену, чтобы взять кофе и оплатить его поцелуем.