Если жизнь это роман, то подходи к выбору жанров очень тщательно

      - Вы можете хотя бы за едой оторваться от учебы? – тяжело вздыхает Рон, угрюмо разъелозивая кашу по тарелке.       - В отличие от тебя, Рон, мы с Гарри понимаем, как важно уделять время не только практике, но и теории, - поднимает голову от конспектов Гермиона.       - Говори за себя, - не соглашаюсь я с подругой. – У меня просто нет выбора.       От схем, графиков и бесконечного потока цифр меня уже натурально тошнит, но, если я хочу стать ликвидатором заклятий, мне придется сдать ЖАБА по нумерологии и рунам, при чем сдать хорошо.       Сейчас я даже немного скучаю по занятиям по прорицанию. В начале третьего курса я с нетерпением ждала начала этих уроков, изнывала от нетерпения и любопытства, ведь прорицание является самой загадочной и неизученной наукой даже для волшебников. Я воображала себе, как, используя полученные знания, смогу предсказать, когда же вся эта нелепица с путаницей моего пола прекратиться, как смогу «увидеть», кто же был автором знаменитого прозвища «мальчика-который-выжил». Но моим чаяниям не суждено было сбыться: сколько бы я не таращилась в шар, как не вглядывалась в туман, чтобы с колодой не делала – ни какие тайны будущего для меня не раскрывались. Единственное, что я смогла верно предсказать за целый год обучения это то, что в сфере прорицания у меня перспектив нет и никогда не будет.       К счастью, ответы на свои вопросы я получила довольно быстро и без всяких предсказаний. Уже через полгода мой настоящий пол стал известен на всю страну, а в одном небольшом издании вышла статья, посвященная причине возникшего заблуждения. Один журналист – видимо, в попытках выжать из моей истории побольше продаж и выделиться на фоне конкурентов, уже со всех сторон осветивших новость – провел собственное расследование в попытке выяснить, почему же весь магический мир был так уверен, что Гарри Поттер это мальчик. В конце концов, взяв интервью у Сириуса, он узнал, что мой пол был известен только моим родителям, самому Сириусу, Питеру и колдомедикам, принимающим роды. Журналист не поленился поднять свои связи и выйти на последних – Эдварда Грея и Вайлет Вуд. Колдомедики подтвердили, что официальная информация о «мальчике» пошла именно от них, и сделано это было по просьбе Питера Петтигрю. Незадолго до своей липовой гибели от рук Блэка, Питер приходил к ним и просил скрыть истинный пол ребенка своих погибших друзей, чтобы обезопасить ее от пожирателей смерти. Тогда Грей и Вуд только плечами пожали: как это собьет со следа недоброжелателей, если девочка все равно будет при ком-то из близких, что будет выдавать ее личность? Но потом Сириус попал в Азкабан, а Гарри Поттер исчезла из магического мира, и колдомедики решили, что просьба имеет смысл и выполнили ее, объявив ребенка Поттеров мальчиком.       Принесло ли это пользу или нет, сбило ли хоть кого-то со следа или же просто создало лишнюю путаницу, выяснить сейчас невозможно, но даже так я нашла во всем этом плюсы. В той статье журналист упомянул маггловские документы и выразил мысль, что будь такие у магов, девочка – то есть я – не оказалась бы в такой сложной ситуации, и это неожиданно нашло отклик в Министерстве Магии: через год был официально утвержден законопроект, по которому каждый гражданин магической Британии обязан при рождении получать определенный пакет документов. В тот момент я решила, что мои страдания были не бессмысленными, и благодаря моей истории магическое общество наконец сдвинулось с мертвой точки.       В общем, эта история завершилась вполне неплохо и причин грустить об отсутствии дара пророка у меня не было, поэтому сейчас я полностью довольна своим решением заменить прорицание на 4 курсе на другой предмет. Исключая из списка уже посещаемые занятия и бесполезное для меня маггловедения, на выбор оставались руны и нумерология, и по совету Сириуса, утверждавшего что эти две науки часто идут вместе, я выбрала обе. Стоит ли говорить, через какие муки мне пришлось пройти, борясь с драконами, русалками, всякими пожирателями недобитками и при этом зубрить бесчисленные руны и связки. Тем не менее, я справилась и даже смогла сдать СОВ по этим предметам на выше ожидаемого.       Но не смотря на все трудности, я все равно продолжила ходить на занятия по рунам и нумерологии и на 6, и на 7 курсе и в скором времени готовилась сдавать по ним ЖАБА. Возможно я слишком много себе нафантазировала или же во мне все таки спят крохи дара пророка, но перед началом шестового курса словно наяву я увидела сон, в котором я вместе с друзьями путешествию по свету и разрушаю опасные артефакты, содержащие в себе древние темные чары. После этого я твердо решила стать разрушителем заклятий, для которых эти два предмета были необходимы. Именно по этой причине последние два месяца я ходила в обнимку с учебниками и конспектами, повергая в шок не только Рона, но и саму себя.       - А по-моему, вы перебарщиваете, - цокнул Рон, - жизнь состоит не только из этого.       - Ты так говоришь просто потому, что мы с Гарри совсем не уделяем тебе времени, - парировала Гермиона.       - Да подумаешь проблема, - с сарказмом воскликнул Рон, - просто моя девушка во время конфетно-букетного периода предпочла мне учебники, а моя лучшая подруга вместо того, чтобы отдыхать и радоваться жизни, со слезами на глазах рисует графики.       Я потерла слезящиеся глаза.       - Полностью согласна с тобой, Рон, но повторюсь – у меня нет выбора.       - Ладно, ну сходим мы в Хогсмид, сходим, - вдохнула Гермиона, все-таки отодвигая от себя конспекты и берясь за ложку. – Не понимаю, почему ты жалуешься, я же тут, с тобой. Да у нас мало времени на свидания, но это естественно. Нам скоро сдавать экзамены, это логично, что сейчас учеба вытесняет романтику. Посмотри на Гарри, даже она о своем Илье практически не говорит.       - Вот! – воскликнул Рон. – Именно. Гарри о нем последние пару лет постоянно говорит, а тут!..       - А нечего говорить, - обрубаю я, тоже приступая к завтраку.       Друзья поворачиваются ко мне с удивленными и обеспокоенными выражениями лица.       - Что-то случилось? – осторожно уточняет Гермиона.       - Ничего не случилось, - буркаю я. – И в этом вся проблема: за последние два года не случилось ровным счетом ничего. У Андрея родился сын, Илья и Дима с головой ушли в учебу, Слава занят семейным бизнесом – мы отдалились друг от друга. Если бы мы хоть жили в одном городе, все было бы не так плохо, мы могли бы хоть иногда собираться, видеться, общаться, а так… Мы даже прошлым летом не виделись: все разъехались, и нам с Сириусом не было никакого смысла ехать к парням. Только Слава смог вырваться и погостить у нас пару недель.       Ребята переглядываются. Учеба мгновенно забыта, и все внимание друзей сосредотачивается на мне.       - Но это же не так страшно? – уточняет Рон.- Ты же скоро закончишь учебу и сможешь поехать к ним в Питер.       - Тебе не обязательно сразу устраиваться на курсы, - подхватывает Гермиона. – Или же ты можешь продолжить обучение там.       Я выставляю вперед раскрытые ладони, прося друзей остановиться.       - Ребят, все нормально, правда. Вам не стоит переживать: как-нибудь переживу. Я вообще не должна была быть такой самоуверенной. Просто в тот год мне казалось, что мне все по плечу, я все смогу и всего добьюсь, будь то кража драконьего яйца, разрушение образа мальчика-который-выжил, сдача экзаменов или поиск партнера для танцев. Я искренне верила, что я вырасту, и у нас с Ильей все получиться, но вот я уже заканчиваю обучение и ничего не изменилось, при чем дело не в моем возрасте. В конце концов, сердцу не прикажешь.       Гермиона закусила губу: очевидно ей очень хотелось мне возразить, поставив в пример ее и Рона, упорно не замечавшего ни ее, ни ее чувств и даже начавшего встречаться с другой девушкой, но со временем разобравшегося в своих чувствах, но в тоже время подруга прекрасно понимала, что я права.       - Не нужно делать такие лица, - я улыбнулась. – Мир не рухнул, моя жизнь на этом не закончилась. Да и пока мне не пришло время заводить кошек, чтобы хоть как то скрасить свое одиночество, ставить на моей личной жизни крест рановато.       - О, - мигом ухватился за мои слова Рон, - хочешь, я тебя с кем-нибудь познакомлю?       Я поморщилась.       - Спасибо, но нет. По крайне мере пока.       Друзья хотели сказать что-то еще, но я решительно поднялась на ноги и, сграбастав все свои записи в охапку, поспешила на занятия. Рону с Гермионой ничего не оставалось, кроме как последовать моему примеру.       

***

      Возможно, у меня от недосыпа начала развиваться паранойя, но в последнее время мне казалось, что Снейп как-то очень странно на меня поглядывает: так, как будто у нас с ним появился какой-то общий секрет, который ему очень хочется со мной обсудить. Я уже начала переживаться и даже думала спросить, чем обусловлен его повышенный интерес к моей персоне, но это не потребовалось: Снейп подошел ко мне сам.       - Мисс Поттер, - немного неловко начал он, - я понимаю, что я последний человек, с которым вы захотите это обсуждать, но все же я считаю необходимым дать вам совет. Пока у вас есть хоть какой-то шанс, не опускайте руки, иначе потом будете об этом горько жалеть.       Мне требуется десяток секунд, чтобы понять, что же Снейп имеет ввиду. Я ошарашено смотрю на профессора, пытаясь понять, что же повергает меня в шок больше: беспокоящийся обо мне Снейп или тот факт, что он дает мне любовные напутствия.       - Кхм, я приму ваш совет к сведению, - выдавливаю я. – Но позвольте спросить: а если же шанса нет, и сожаление неизбежно, вы знаете, что делать тогда, чтобы быстрее справиться с этим чувством?       Профессор вздыхает и смиренно качает головой.       - Боюсь, что нет.       Я киваю, и, поблагодарив Снейпа, спешу к ребятам в библиотеку. Друзья уже разместились за столом и разложили учебники. Я плюхаюсь на занятый для меня стул и начинаю выкладывать свои письменные принадлежности. Чувства, как бы я не гнала их прочь, вскипают и отбросив сумку в сторону, я роняю голову на стол, даже не удосужившись подложить под нее руки.       - Мерлин! – подскакивает на месте Гермиона. – Что случилось?       - Ничего такого, - глухо отзываюсь я, не поднимая головы. – Просто я только что поняла, что со временем рискую превратиться в Снейпа. Я беру свои слова назад: Рон, я согласна пойти на свидание с кем-то из твоих знакомых!       

***

      Наскребя со всех знакомых свободных парней в возрасте от 17 до 25, Рон и его братья находят для меня целых пять вариантов абсолютно разных типажей. Времени до экзаменов остается все меньше, но я выкраиваю время и иду на свидания с каждым из них.       Рик очень веселый и компанейский парень, во время прогулки с ним я постоянно смеюсь и улыбаюсь. Тони я слушаю с открытым ртом, когда он, узнав, что я, как и он, хочу стать разрушителем проклятий, рассказывает мне о своей работе и травит забавные байки. Калеб профессиональный спортсмен, и мы с ним находим много тем для разговора. Чарли ослепительный красавчик, обаятельный и харизматичный, он засыпает меня комплиментами и показывает мне несколько приемов для дуэлей. Алан трогательная и нежная душа, играет мне на скрипке и читает свои любимые стихи.       Каждый из парней нравиться мне внешне, с каждым из них мы находим хоть бы одну тему для разговора и прекрасно проводим время. Тем не менее, это все совсем не то. Я отчетливо понимаю, что не хочу углублять знакомство ни с кем из этих парней.       Начинается пора экзаменов, которые мы все благополучно сдаем, проходит торжественная церемония вручения дипломов, после которой мы собираемся на Гриммо отпраздновать выпуск, когда в дом залетает сова.       Я с интересом рассматриваю полученный украшенный белой лентой конверт. Бумага внутри расписана золотыми узорами и вся исписана красивым каллиграфическим почерком.       - Сириус, нас с тобой приглашают на свадьбу.       На секунду в гостиной воцаряется тишина.       - Если задуматься, - будто между делом тянет крестный, - на сегодняшний день процент разводом даже среди магов составляет около…       - Да ну тебя, - отмахиваюсь я. – Слава приглашает. На свою свадьбу.       - О, так это замечательно, - тут же оживляется крестный. – Очень рад за парня. Вот, а ты переживала, что не соберетесь.       Я закатываю глаза, устав обсуждать этот вопрос.       - Сириус, я же сказала, что я смирилась с тем, что мне ничего не светит.       Я допиваю остатки вина в своем бокале, открытого крестным по случаю выпуска, и, решив не терять времени, сразу иду собирать вещи.       - Знаешь, олененок, это даже хорошо, - бросает мне в спину Сириус. – Этот мир устроен таким образом, что чтобы что-то произошло, надо сначала это очень сильно захотеть, а потом отпустить, и тогда это случается само собой.       

***

      Встретившись с парнями спустя пару лет, я ясно вижу, как они возмужали. Мирослав был абсолютно прав: видя человека каждый день, практически не замечаешь изменений в нем, но спустя столько времени в разлуке, мне кажется, что я вижу перед собой совсем других людей. Весь заросший лохматый и уставший, но при этом все такой же веселый и до невозможности счастливый Андрей сграбастывает меня в медвежье объятия, умудрившийся вытянуться еще на несколько сантиметров Дима взъерошивает мне волосы, Илья, для которого судя по виднеющимся на руках мышцам, тренировки Аврората не прошли даром, широко улыбается мне своей самой красивой улыбкой, от чего мое сердцебиение мгновенно ускоряется, и я спешу сбежать от него к виновнику торжества. Слава решает не мелочиться и вместо того, чтобы обнимать нас с Сириусом по очереди, притягивает к себе сразу обоих, и счастливо смеется.       - Ну, показывай свою красавицу, - в ответ похлопывает его по плечу Сириус.       - И Леню, - поворачиваюсь я к Андрею. – Мы привезли твоему сыну подарки.       - Вы бы видели, сколько она всего нагребла, - хохочет Сириус, сдавая меня с потрохами.       На этот раз мы останавливаемся у Славы. Его невеста, голубоглазая миниатюрная шатенка Наташа, встречает нас на входе и на правах будущей хозяйки проводит экскурсию по дому.       В день приезда нас оставляют в покое и дают отдохнуть, но уже на следующий день начинается какой-то забег на скорость. Чисто женской компанией: Наташа, ее мать и кузина, Аня, я и мать Славы – мы оккупируем свадебный салон. Во время предпоследней примерки мать невесты резко решает добавить платью пышности, а сама Наташа решает убрать рукава. За первым спором о платье разгорается другой, где мы все с жаром решаем какой букет подойдет больше и какой длины будет фата.       За свадебным салоном мы посещаем ювелирный, за ним цветочный магазин, после принимаем доставку украшений для банкетного зала, спешим обратно в салон – последние две недели перед торжеством проходят в постоянных бегах, но это явно того стоит.       В день свадьбы Наташа во всех смыслах светиться и сияет. Платье сидит по фигуре, подчеркивая все достоинства невесты, элегантная замысловатая прическа украшена драгоценными шпильками, переливающими на свету, на лице у Наташи сдержанный макияж, но больше всего ее красит нежная искренняя улыбка. Слава отвечает невесте тем же, притягивая в объятия и под радостные крики надевая на палец кольцо.       Глядя на этих двоих, все мои переживания отступают, и я чувствую себя невероятно счастливой. Через пару дней это чувство, наверняка, пройдет, и на меня снова нападет хандра, но сейчас я искренне радуюсь за этих двоих.       Торжественная часть заканчивается и начинается банкет и танцы.       - Потанцуешь со мной? – протягиваем мне руку Илья, и хотя я всячески избегала его с самого нашего приезда, я, не задумываясь, принимаю приглашение.       Музыка скорее веселая, чем медленная, но Илья все равно берет меня за талию, и мы начинаем неспешно покачиваться немного невпопад мелодии.       - Слушай, а где мы жить будем после свадьбы? – вдруг интересуется Илья.       - В смысле? Мы пока еще побудем пару дней у Мирослава, а потом, наверное, домой поедем.       - Хм, - задумчиво тянет Илья. – Значит свадьба здесь, хорошо. Но боюсь уехать сразу я по условиям контракта не смогу.       - А зачем тебе уезжать? – окончательно запутываюсь я.       - Ну как? Ты же сама сказала, что после свадьбы хочешь жить в Англии, - притворно удивляется Илья. – Я бы все-таки предпочел остаться на родине, но если ты хочешь… Впрочем, мы к этому еще вернемся. В любом случае, мне придеться отработать в Арорате три года, и хотелось бы, чтобы ты осталась со мной.       Я сбиваюсь с шага, и, затаив дыхание, поднимаю на Илью взгляд. Неужели?..       - Ты сейчас про чью свадьбу говоришь?       - Про нашу, конечно же, - Илье явно весело, но, не смотря на это, он говорит серьезно: он бы не стал так шутить.       - Про нашу?.. – неверяще переспрашиваю я.       - А ты как хотела? – уже не скрываясь, улыбается мужчина. – У нас есть поговорка: вы в ответе за тех, кого приручили. Так что после всего, что между нами было, ты просто обязана взять за свои действия ответственность и выйти за меня замуж.       Шестеренки в моей голове окончательно останавливаются, и я полностью теряю связь с реальностью.       - Да кто ж так предложение делает? – раздается от куда-то сбоку раздосадованный голос Анны.       Илья цокает языком и притягивает меня к себе поближе:       - Ну вот никуда от вас всех не спрячешься, - ворчит он. – Ни романтику создать, ни в любви признаться.       - Я… - наконец прихожу в себя я. – Я согласна!       Илья тут же забывает о танцующих рядом Андрее с Анной и, развернув нас к ним спиной, наклоняется ко мне. Я издаю восторженный писк и тянусь навстречу.       - Успел! – счастливо орет Дима под ослепившую нас вспышку камеры. – Какой кадр получился!       Друг под одобрительные возгласы остальной компании радостно трясет в воздухе снимков.       - Дима, - угрожающе тянет Илья. – Беги.       - Да, Дима, - соглашаюсь я, - беги.       Друг заливисто хохочет и, пользуясь советом, уноситься прочь. Илья только закатывает на это глаза, раздраженно отмахивается от «слишком деятельных идиотов» и тянет нас на балкон, где целует меня еще раз.