Я рожу от тебя детей

Утро снова ознаменовалось синхронным звоном двух будильников. На этот раз заглядывать ко мне в спальню Макс не стал, дождался, пока я, одетая для пробежки, выйду в гостиную. Сам он тоже уже собрался и даже застелил за собой диван. М: Доброе утро! радостно приветствовал он меня. М: Не против, если я составлю тебе компанию? Да, Макс просто неиссякаемый источник энергии и оптимизма. Я вот, например, после внезапного подъема посреди ночи долго ворочалась и не могла уснуть, и утром с трудом уговорила себя выбраться из постели. Н: Доброе несколько недобро ответила я. Н: Пошли. На улицу вышли молча, мужчина лишь настойчиво сверлил меня взглядом, пока мы спускались в лифте. А там я воткнула наушники, включила музыку погромче и побежала. Макс поравнялся со мной через пару секунд и побежал рядом, подстроившись под мой темп. Бег всегда был для меня чем-то интимным. Возможностью побыть наедине с собой, поразмыслить, прочистить мозги. И сегодня явно был не тот день, чтобы нарушать традиции. Достаточно того, что он просто присутствовал рядом. Да и не до разговоров во время пробежки. И я была искренне рада, что мы снова совпали во взглядах — Макс бежал, так же погрузившись в музыку и свои мысли, не требуя внимания. Я отметила, что он, сделав шаг вперед, снова отступает, дает мне пространство и возможность привыкнуть. И тем не менее, так или иначе, постоянно присутствует рядом. А если не рядом, то в мыслях. Я хмыкнула. К этому времени мы достигли входа в парк, и я ускорилась. Максим не отставал. Черт возьми, сколько вообще на свете мужчин, способных вести себя так? Да, он по какой-то причине решил, что хочет быть частью моей жизни, и это не обсуждается. Но при этом он не давит, не требует от меня невозможного и никак не ограничивает мою свободу. Он просто всегда рядом. И если понадобится, всегда поддержит и поможет, не требуя ничего взамен. Ой, Бурчуладзе, прав был Вадик. Наивная ты и доверчивая… Ведь потребует. Настанет момент, и потребует, еще как. Он не раз говорил, что он нормальный здоровый мужик. Сколько еще он станет терпеть и ходить кругами, срывая редкие поцелуи? И что тогда? Сможешь? Захочешь ли ты? Н: Да честно призналась я самой себе. Н: Захочу. Уже ведь хочу. Ведь хорош! Он чертовски хорош! Как такого можно не хотеть? И как можно не ревновать, зная, что вчера там была какая-то Лизка, которая, пусть и замужем, активно намекала? Я еще нарастила темп. Теперь предстояло решить, как мне дальше со всем этим жить. То, что я морально была готова к более близкому развитию отношений, конечно, не значило, что я вот прямо сейчас брошусь ему на шею «Бери меня, я вся твоя». У меня, в конце концов, есть принципы, и я не завожу отношений с тем, с кем работаю. И Макс, вроде, с этим согласился. Но пройдет время, и он уйдет из «Глобал-Лизинг». И что делать тогда? Телефон пикнул, сигнализируя о том, что пройдено три километра, и я чуть притормозила, выдыхая. А дальше время покажет. Будет он так же заинтересован — можно и попробовать. А решит уйти из моей жизни — что ж, и это переживу. Я окончательно остановилась, вынула наушники. Макс повторил мой жест. Н: Я больше шести сегодня не осилю. Вчера только первый день, как снова бегать начала — тяжело. М: Не вопрос понимающе улыбнулся он мне, и мы повернули назад. И вот опять. Не настаивает, не подгоняет. Бежит с моим темпом и готов по первому требованию повернуть назад, хотя для него эти несчастные шесть километров, наверняка, совсем не нагрузка. Я бросила быстрый взгляд на мужчину. Он снова был в толстовке, которая скрывала накаченную фигуру, но я-то помнила, какой рельеф прячется там, внутри. Скорее всего, и в спортзал он заходит далеко не на полчасика «пресс подкачать». Говорил ведь, что любит вкусно поесть, а чтобы при этом иметь такое тело, работать надо ой-ой-ой! Судя по всему, целеустремленности и упорства Макс было не занимать. Да и не смог бы он без этих качеств добиться такого успеха в чужой стране. А судя по тому, как отрекомендовал его Ян Семенович, карьеру он действительно сделал выдающуюся. И вот теперь я могла на своей шкуре прочувствовать, как он мягко и ненавязчиво, но неумолимо шел к поставленной цели, которой по странному стечению обстоятельств оказалась я. Решив, что время само расставит все по местам, я выбросила все мысли из головы и остаток пути до дома просто наслаждалась бегом, относительно свежим для Москвы воздухом и молчаливой, и от этого, пожалуй, более приятной в данных условиях компанией Макса. Не добежав до выхода из парка несколько сотен метров, увидела направляющуюся нам навстречу пару, мирно катящую перед собой детскую коляску. — Тоже любители ранних утренних прогулок подумалось мне. Н: А может, малыш не спал всю ночь, и заснул только сейчас на воздухе, не оставляя родителям выбора… Молодой мужчина и девушка медленно шли по направлению к нам, и я обратила внимание на то, что что-то в движениях парня показалось мне странно знакомым. А чем ближе мы сближались, тем больше вытягивалось от удивления мое лицо. Навстречу мне шел Ваня. Пополневший, обзаведшийся женой и ребенком, но это совершенно точно был он. Не добежав до парочки метров пятьдесят, я остановилась. В голове колотилась только одна мысль: — Он. Здесь. Он Тело затрясло крупной дрожью. Макс, видимо почувствовав что-то неладное, положил руку мне на плечо, словно поддерживая, напоминая, что он здесь, рядом. Но я ничего этого не чувствовала. Рухни сейчас весь белый свет к чертовой матери, я бы не обратила никакого внимания. Я видела только его — моего светловолосого скандинавского бога. Такого родного. И такого пугающего.