Я рожу от тебя детей

НАСТЯ Я смотрела на прищуренные глаза и плотно сжатые челюсти нависшего надо мной Макса и не понимала, что ему не нравится. Мы ведь изначально договаривались, что я поживу у него неделю. Пусть прошло всего пять дней, но я вполне была готова вернуться домой. Нервно облизнула губы, собираясь объяснить свою позицию, но этим только привлекла к ним внимание мужчины. Макс склонился еще ниже и поцеловал. И если предыдущий раз начинался до безумия трепетно и нежно, то сейчас он действовал напористо и как-то отчаянно, будто силой заставляя включиться в эту безумную игру. И я решила, что поговорить можно, в конце концов, и завтра. Спустя час, приняв вместе душ, расслабленные и утомленные, мы лежали в кровати. Максовая ладонь неспешно путешествовала по моему телу, но эти поглаживания не были сексуальной лаской, а больше походили на попытку застолбить территорию. Его блуждающая рука будто говорила «мое, и это мое, и вот это тоже — все мое». М: Насть голос у Макса был слегка севшим, с хрипотцой, как будто это он, а не я не так давно надрывал связки, крича от удовольствия. М: Почему ты хочешь уехать? Ты все-таки обижаешься на меня? Черт. Я ведь, правда, надеялась оставить все эти разговоры на завтра, но, похоже, если вечер не задался, это всерьез и надолго. Н: Нет, Макс, я не обижаюсь потерлась щекой о его грудь Н: Но речь шла о том, что я поживу у тебя неделю, и я не вижу причин менять договоренность. Мужчина вздохнул, отчего голова моя сначала поднялась, а потом опустилась вместе с его грудной клеткой, и как-то устало спросил: М: То есть, наши отношения для тебя такой причиной не являются? Нам же хорошо вместе. Н: Хорошо, но это не повод оставаться у тебя жить. Я не хочу спешить, Макс. Прежде чем принимать какие-либо решения, я хочу быть уверена на все сто. В тебе и в себе. Он снова вздохнул и чуть крепче прижал меня к своему боку. М: Хорошо, маленькая моя, мы не будем спешить. В субботу я отвезу тебя обратно домой. Но с твоей работой и с Дерягиным надо что-то решать. Ну, конечно, если уж мы начали о неприятном, то куда ж нам без Дерягина? Если честно, ничего решать мне не хотелось. В данный конкретный момент хотелось лежать вот так у Макса под боком и не думать ни о чем. И все более соблазнительным выглядело его предложение просто-напросто прогулять завтра работу. А там, может, и уволиться. Хотя, конечно, это было бы глупо и малодушно — разрушить все, чего я несколько лет достигала упорным трудом, из-за одного козла. М: Мое предложение о смене работы в силе продолжал меж тем Максим. М: И с Яном я в любом случае поговорю — он мой друг и имеет право узнать о нас с тобой от меня, а не от кого-то другого, да еще и в извращенном виде. Могу и с Дерягиным поговорить, объясню ему доходчиво, чтобы оставил тебя в покое и слухов не распускал. Но решать тебе, Насть. Я кивнула и потянулась к нему за поцелуем. Н: Я решу, завтра прошептала уже ему в губы, и мир снова перестал существовать, сузившись до двух крепко переплетенных тел. Наутро я проснулась в отличном настроении и полная боевой решимости не позволить никому это настроение испортить. За окном лил дождь, поэтому на пробежку мы отправились в зал, где в столь ранний час оказались единственными посетителями. Отбегав положенный час, вернулись домой и стали привычно уже собираться на работу. Макс отзвонился Яну Семеновичу, похоже, подняв того из постели, и предупредил, что подъедет в офис к девяти пообщаться. На мой взгляд, эти разговоры были излишними, я бы, все-таки, предпочла, чтобы о нас знали и говорили как можно меньше, но Максу было виднее. Я понимала, что с его стороны это не только проявление уважения и честность по отношению к другу, но и попытка защитить мое доброе имя от досужих домыслов, но вчерашний разговор со Стасом показал, что слухи уже вовсю расползлись по компании, и смысла в этом я не видела, но и мешать не собиралась. Уже в машине, по дороге в «Глобал-Лизинг», Макс поинтересовался: М: Что думаешь делать с Дерягиным? Я пожала плечами. Н: Ничего. Если он пытался нас поссорить, то у него это не получилось. Будет рассказывать что-то на фирме, ну, кто-то поверит, кто-то — нет, но слухи и без него ходят и ходить будут. Те, кому важно, подойдут и спросят, а остальные… пусть говорят. А будет опять приставать — дам ему в рожу я улыбнулась, представив эту картину. Н: Давно хотелось. Максим тоже улыбнулся, оценив шутку, но потом снова посерьезнел. М: Нет, маленькая моя. Для того, чтобы давать кому-то в рожу, у тебя теперь есть я. Поэтому если этот урод попробует снова тебя доставать, ты должна сразу сказать об этом мне. Ну, или, на крайний случай, Яну. Он твой начальник и должен ограждать тебя от подобных посягательств со стороны сотрудников фирмы. Я его предупрежу, чтобы держал Дерягина подальше от тебя. Сказано это все было столь безапелляционным тоном, что у меня даже мысли не возникло возразить или воспротивиться. Наконец-то в моей жизни появился мужчина, считающий своим долгом не обижать меня, а защищать. Макс Пожелав Насте хорошего рабочего дня у дверей в кабинет аналитиков, я направился прямиком к Яну. Судя по хмурому виду, тот был совсем не рад, что ему пришлось подниматься и тащиться в офис в такую рань. Ян: Здорово, заходи поприветствовал он меня, не отрываясь от чашки с кофе. Ян: Что стряслось? Я пожал его руку и уселся в кресло напротив массивного рабочего стола. Да, изображать из себя важного начальника Ян всегда любил и умел. М: Ничего срочного, но другого времени поговорить у меня в ближайшие дни не предвидится, поэтому извини, что пришлось тебя сюда тащить так рано. Хотя… я не смог удержаться, чтобы не подколоть друга М: вообще, все нормальные люди в это время уже трудятся в поте лица…