Звезды в твоих глазах

На одной из полян на окраине леса сегодня было особенно оживленно. Маленькая девочка подобно озорливому олененку игралась в высокой траве. Совсем юная, и как и положено любопытная и прозорливая, как и все маленькие дети в ее возрасте. На вид ей было не больше шести зим. Яркие лучи солнца играли в ее смоляно-черных волосах, что подобно тысячи мелких пружинок подпрыгивали при каждом движении неусидчивой хозяйки, что бегала по поляне ловя кузнечиков, и каждый раз когда казалось бы такая долгожданная «добыча» отказывалась в плену крохотных ладошек, а после того, как любопытная девица чуть чуть разжимала пальчики чтоб посмотреть на улов — громко взвизгивала, когда насекомое не упуская шанса выпрыгивало и отскакивало ей по курносому носику. Чуть подальше поляны в тени деревьев не выпуская малышку из виду, сидел молодой парень, который изредка посмеивался на ней, когда испуганная девочка в очередной раз вскрикивала от смеси неожиданности и негодования, когда кузнечик сбегал от нерадивой охотницы или несносница спотыкаясь на ровном месте, кубарем падала в траву. — Джаромир! — раздались подвески обиженно на услышанный смех мужчины, что казалось бы был увлечён заточкой топора, — Прекрати! — насупилась та, топнув босой ножкой и скрести в ручки на груди. — Уж простите милейшая, но вы пищите не хуже хоббита прижатого дверью, — русоволосый усмехнулся, проводя кончиками пальцев по острому лезвию и удовлетворительно усмехаясь. — Я не хоббит! — подходя к дереву возмутилась горе-охотница, из-под нахмуренных бровей смотря на своего брата, собираясь сказать что-то ещё, но её перебили. — Хватит дурака валять — снисходительно ответил тот, поднимаясь и кидая в руки брюнетки пару ботинок, которые она сняла ранее. — Нужно домой иди. Скоро темнеть начнёт. — отрезал Джаромир, закинув в топор за спину и взяв обувшуюся девочку за руку, повёл в сторону небольшого домика на окраине деревушки. Дом был стареньким, покосившимся от времени, но внутри него было всегда тепло и уютно. Отцепившись от руки брата, девочка вновь подобно маленькому вихрю побежала вперед с холма, раскидывая руки в стороны, как если бы она была птицей и летела. Исилиэль, так назвали девочку, была невероятной фантазеркой. Ей не составляло труда придумать новую историю о том как благородные рыцари сражались с ужасными драконами, и как огненные птицы спускались с самого солнца. Она смотрела на этот мир с поистине искренней добротой и наивно добрым открытым сердцем, и старалась «заразить» этим всех вокруг. Никто не знал как она появилась в этой деревне, но в семье старого кузнеца ее приняли как родную, когда нашли на пороге дома. Виллем был мужчиной средних лет, как и его жена — Нара, чудесные люди, которых все знали как людей своего слова, всегда готовых помочь. К сожалению всевышний не дал им дочери, но дал прекрасного сына — Джаромира, во многом походящего на своего отца в молодости. Семья не жила бедно, но и зажиточными их нельзя было назвать. Виллем работал в кузнице, а Нара следила за домом и хозяйством, Джаромир промышлял охотой. Уже почти у самого дома девочка увидела мать встречающую их с прогулки, и не раздумывая не секунды бросилась в объятия, словно не видела ее несколько дней а не пару часов. — Милая моя, как погуляли? — с заботливой улыбкой поинтересовалась женщина, переводя взгляд с названной дочери на сына. Нара уже давно не блистала красотой и молодостью. Руки от работы по дому уже не были такими белыми и гладкими, но для детей они все равно оставались самыми теплыми и нежными. В уголках глаз собирались морщинки, каждый раз когда та улыбалась, а волосы теряли свой блеск и приобретали седые нити. — Я ловила кузнечиков. — не без гордости ответила брюнетка, гордо вскидывая носик покрытый веснушками и заходя в дом вместе с матерью. — И много наловила? — тихо посмеиваясь поинтересовалась женщина, потрепав свою юную охотницу по голове и выпуская из объятий чтоб накрыть на стол. — Они все выпрыгнули! Они такие маленькие и быстрые, что их совершенно невозможно удержать! — возмущалась та, садясь на стул у окна и бросая взгляд на залитые закатным солнцем золотые луга, которые граничили с темным беспросветным лесом. — Прямо как одну маленькую кудрявую девочку, да Иси? — не смог не поддеть младшую Джаромир, усмехаясь и падая на соседний стул. Молодому человеку было всего тринадцать лет когда в их доме появилось этом маленькое чудо. Поначалу юнец ревностно относился к новому члену их маленькой семьи, но со временем привык, а потом и вовсе не мог представить и дня без своей названной сестры, которая всегда с восхищением внимала его рассказы о охоте и других успехах, будь то победа в драке или простое попадание в мишень из лука. Сейчас же он был уже прекрасным молодым человеком, которому было бы впору жениться, и хоть желающих была толпа, парень оставался одинок, ища ту самую что смогла бы задеть струны его сердца. На высказывание брата девочка лишь сморщила носик и показала ему кончик язычка, пока мать была занята и не обращала на них внимания, раскладывая ужин по тарелкам и ставя на стол. — А когда вернется отец? — теряя интерес к брату и принимаясь за ужин спросила Исилиэль, смотря на мать пытливым взглядом. — Он сегодня задерживается. Наверное ты будешь спать когда он придет, но он непременно поцелует тебя, даже если ты будешь спать. — с заботливой улыбкой ответила женщина, хотя на ее сердце и было не спокойно, ведь она и сама не знала почему ее муж до сих пор не вернулся домой. Оставшаяся часть ужина прошла в тишине, лишь Джаромир изредка о чем то рассказывал своей матери, в том числе и о путешествии в большой город, но Исилиэль это мало интересовало. Она с мечтательным и в то же время задумчивым взглядом смотрела в черную даль леса, чувствуя что что-то неведомое и неприодолимое зовет ее туда, тянет и заманивает своими тайнами, но она прекрасно знала что ей туда нельзя. Перед сном Нара часто рассказывала ей истории, больше похожие на сказки. О том как в чаще леса бродит серебряный олень, и увидеть его дано лишь чистой и невинной душе, и о том как лесной народ по ночам там жжет костры и поет чарующие песни, заманивая путников и обрекая их на вечные скитания. Уже сидя в своей маленькой комнате при свете колыхающегося от сквозняка свечи, девочка рисовала в своей небольшой книжице, которую брат купил ей на ярмарке в городе. Выводя угольным карандашом ветвистые рога, девочка периодически продолжала смотреть в окно, размышляя, а достаточно ли чиста ее душа чтоб серебряный олень предстал перед ней.