Часть 1
12 мая 2024 г., 19:28
Мир прогнил еще в первое тысячелетие. Сначала все спускалось оправданиями создателей, после оправдать мерзких, жестоких созданий не удалось. Мир обнулили. Создали новые жизни, пустили все вновь на самотек. И, Боже, какое удивление! Твари выжили. Нетронутые новые создание поддались их влиянию, переняв мерзость и жестокость.
Это наш мир. Расы, произошедшие от одного вида, имея врагов извне, набирают внутривидовых. Убивают друг друга, иногда за дело, иногда от скуки, иногда просто так. Войны, споры, преступность. С этим всем развивалась наука и магия. Появились боевые маги, академии магии и рыцарства, школы при храмах и училища. Но это лишь светлая сторона. Темная шла в ногу с прогрессом. Маги-наемники, темные маги, алхимики и зельевары. Они развивались значительно стремительней светлой. Темным районам не важны морали и ценности, что проблема для светлых.
Раз зашла речь о районах, припомним и великую теневую революцию.
Серван — целый материк и в то же время империя, под властью четырех императоров (эльфы, люди, полулюди и дворфы), разделенный на равные территории. Еще бы они были рады равенству. Сволочи, отсиживаясь в столицах, отправляли армии на границы соседей, может не с желанием монополизировать власть, но ради превосходства над другими. Разрушали города, села, горы и реки, истребляли народ чужой расы, проще говоря веселились по полной. Так и появились Тени — озлобленные расы, решившие идти другим путем.
С каждым десятилетием войн, их мощь росла, они захватывали города, территории, убивали светлых, развивали работорговлю и наркоторговлю, контрабандные пути сбыта. Набравшись силы и власти, друзей с других континентов, Тени восстали, перестали скрываться и открыли темную сторону. Нарастив силу сравнимую с имперской, они добились дипломатических переговоров. Появились темные районы.
В одном из таких живу я, простолюдин Тень, без имени и фамилии, но здешние стали звать меня Таин. Просто Таин, от таинственный. Конечно раньше мой дом был другим…
Наш район, Сатор, как и многие другие, являются тюрьмами для Теней. Они разделяются на уровни опасности:
Альфа — даже тюрьмой нельзя назвать, самый безопасный, но хилый район, похожий на бедняцкий;
Бета — районы мелких воришек и разбойников, выходы за пределы ограничены, но возможны с пропуском от главы района или с проводником;
Гамма — наркопритоны, информационные и наемные гильдии обитают там, выход возможен лишь с пропуском доверия или с заказчиком и ошейником ограничителем;
Дельта — там собранно всё, все самые отпетые преступники, работорговцы, наркодилеры, серийники, наемники, темные маги, алхимики; выход из таких районов невозможен без пропуска императора, а даже будь он, то только с ограничителями, вечными сопровождающими и лишь на отведенное время.
Районов Дельта два — Мэркид и Сатор, расположенные в центре материка на границах императоров.
— Таин! Братишка! — окликнул меня щуплый старик в одном пуховике, — Не подсобишь старому знакомому? — и как обычно он под наркотой.
— В тридцатый раз говорю, сам при за новой дозой. — безразлично, отведя взгляд, и, продолжив шаг, я закатил глаза.
— Ну помоги братишке! В доме Цары детишкам дают скидку на новенький товар! — он встал на колени и смотрел молящим взглядом, не прикрывая наготу, — Я заплачу!
— Сам при в цветной квартал. — подняв с отвращением нос, я косился на него.
Район разделен на кварталы. Самые крупные кварталы — красный, цветной, синий и зеленый. Красный квартал — обитель борделей и работорговцев, не сложно было догадаться. Цветной — улицы наркобаронов, дилеров и их притонов. Синий квартал создан государством, там расположены все гильдии, в том числе и труда. Зеленый квартал самый опасный из всех, побольше цветного даже. В нем собрались все алхимики и зельевары, от создания их ядов и артефактов улицы забиты токсичными испарениями, без защиты или иммунитета за считанные секунды можно умереть. Так же есть малые жилые кварталы и квартал кузнецов. Есть теневой, подземный квартал. Табу улиц.
В данный момент я направляюсь в синий квартал. Поступил заказ для меня. Забавно.
***
Огромное готическое здание передо мной — главная профессиональная гильдия труда. Решетчатые окна, стены из черного кирпича, разукрашенные кровью, острая темно-серая крыша с несколькими башнями, шпили, расставленные каждые три метра, с коваными линейчатыми фигурами. Тусклый вечный свет свечей из окон, так надоевший за триста лет, вновь встречает своей мрачностью.
Двери отворились с жутким, громким скрипом, шум и гогот, слышный с улицы секунду назад, заглох в мгновенье.
— Проходите, Тайн, заказчик внизу. — вежливый хитрый лис, за баром, махнул рукой на лестницу в подвал.
Молча пройдя дальше, проигнорировал хозяина гильдии и пошел на встречу. Длинная винтовая лестница, вела на десять метров в землю, с каждым заворотом антураж менялся, принимал более богатый облик. На стенах весели портреты императоров, прошлых глав района, а в самом конце нынешнего. Лестница вела в коридор, тот в свою очередь вел к огромной двери. Дверь в зал заказов.
— Становиться смешнее. — сказал я с таким безразличием и усталостью.
Выдохнув, взмахом руки, дверь отворилась, озарив ярким светом магических камней.
Зал заказчиков — место принятия вип-клиентов, знатных родов или излишне богатых, готовых раскошелиться на роскошь. Это огромный, пустой зал, обрамленный магическими камнями. На четырех стенах весели двухметровые закругленные зеркала до пола, в центре стояло два царских дивана напротив, по бокам два кресла, больше на трон похожих, а меж них чайный стол.
Заказчики стояли у двух зеркал, напротив. Их надменный взгляд был направлен сквозь отражение друг на друга. Не замечая меня, они продолжали играть в надменные гляделки. Я же просто сел на диван, постепенно сёрбая чай, с грациозной посадкой и манерами, подготовленный для нашей встречи.
Ожидая окончания молчаливой битвы, мой взгляд зацепился за собственное отражение. Тощий как палка, щеки впалые, трупная бледность, круги под глазами, а глаза прикрыты, будто усталый, мутный взгляд, курносый, тонкие потресканные губы, редкие брови, растрепанные, торчащие во все стороны, блондинистые волосы, отливающие голубым оттенком, щуплые руки, тонкая шея, ростом невысок. Походка моя ленива, чаще хожу я скрюченным, как сижу сейчас расслабив плечи. Просто образцовая Тень.
В противовес мне два благородных заказчика с красивой прямой осанкой, длинными ногами, мускулатурой, и опрятными волосами, их лица были худые и скулистые, большие голубые глаза, здоровый цвет кожи…эх…
— Прошу прощения, господамы. У меня правда уйма времени, но я не желаю его тратить так. — с прикрытыми глазами, попивая четвертую чашку чая, обратил их внимание на себя.
— Ты все еще считаешь, что эта дерзкая шваль нам нужна?! — резко обернувшись, выставил руку, указывая на меня пальцем, вскрикнул молодой господин заказчик.
— Да как ты смеешь?! Этот человек…! Он…он… — не находя слов, отрицала юная госпожа заказчик.
Щелкнув пальцами, образовав тишину, я поместил маленькое темно-фиолетовое пламя на палец господина. Огонек был безобиден, мал и мил. Ведь это маленькое, живое и милое существо, с огненной мордашкой, просвечиваемой через полупрозрачное тельце, мое создание.
— Я не люблю, когда в меня тычут пальцами. — я помог юной госпоже сильно удивив господина, что потерял дар речи.
Щелкнув еще раз, попивая чай другой рукой, огонек исчез, а молодой господин стал тщательно осматривать руки.
— Темный маг?! — взвизгнув со всей мощи, он удивленно смотрел то на руки, то на меня.
— … — я достал свои карточки личности, что накопились за года, стал перебирать, читая звания — Темный маг, просто маг, призыватель, наемник. Кого желаете видеть? — невозмутимо поднял голову с вопросительным взглядом.
— Я же говорила! Он тот, кто нам нужен! — сжав кулачки, она мстительно улыбнулась.
— Прошу прощения, господамы, но мое отведенное на вас время составляет от часу до дня, с момента выхода за барьер. — заученные, уже отскакивающие от зубов, мои права, ошарашили заказчиков.
— Как же это… — поникше и растерявшись, юная госпожа опустила взгляд в пол, а глаза намокли.
— Невозможно! Даже если ты темный маг, минимальное пребывание за барьером не может быть меньше недели. Какой бы ты гнусный поступок не совершил, законы темных зон империи един и не изменим. — уверенно заявил молодой господин, с гордо поднятой головой.
Верно. Таков закон империи. Жаль на меня он не распространяется. Для меня слишком роскошно быть за пределами гнетущей, серой атмосферы районов больше дня.
— Тогда спросите напрямую императоров или же главу района. — выдохнув, спокойно слегка улыбнувшись от реакции наивных господ, я облокотился на спинку дивана.
Законы. Темные районы просто заполнены людьми с кредо «Законы созданы, чтоб их нарушать». Светлым районам не дано понять этих слов. Они мастерски изощряются, обходя их. Слишком муторно.
— Я император. — сняв капюшон своей накидки, молодой господин оголил свои остроконечные уши. — И я говорю, что беру тебя к себе в служение на неделю.
Неожиданное зрелище меня удивило, но не шокировало. Его заявление ответило на много моих вопросов.
— А я, как единственная принцесса и первый советник, поддерживаю его решение. — так же сделала и юная госпожа, убрав длинные, до пола, волосы за уши, с учетом ее высокой обуви.
— Что ж, если вашему решению не воспротивятся остальные императоры, милости прошу, а на данный момент я откланяюсь.
Легко встав, и, поправив одежду, я стремительно направился к выходу, с звонким, раздающимся эхом, бряканьем моих зелий и стуком моей обуви об отдраенные до блеска мраморные плиты.
— Говорила же! Не все люди плохие, они могут измениться! — воскликнула принцесса.
— Не вежливо подслушивать разговоры. — обратился ко мне молодой господин.
— Прошу прощения. — повернулся я к ним, низко поклонившись, с рукой на сердце, — Просто ваше предположение ложно, юная госпожа.
— И чем же? — ее холодный взгляд чувствовался затылком.
— Я не хороший, не добрый, грубый, и могу запросто убить по приказу или если человек мне не понравиться. — с ненавистью к ложным надеждам, этими словами, попытался от них избавиться на корню.
— Иди. Как мы тебя видим, только наше решение. — заступился за сестру брат.
— Прошу прощения за грубость. — поднявшись, пошел на выход, не меняясь в лице.
Выйдя с лестничного пролета, в который раз, я испортил атмосферу бара своим присутствием. Единственный человек, радый меня видеть, был, поимевший не хилую сумму с моей встречи, хитрый лис Герман.
Статный старый человек, высокий, культурный, на вытянутом лице были седые усы и ухоженная борода, густые брови зачесаны, и даже шевелюра, с ровными участками седины в две полосы по бокам, уложена и выстроена грациозно. Глаза его узки и почти не видны, а аккуратно торчащие, обкорнанные ушки ели видны.
Он получеловек, в прямом смысле лис, и хитрость от лисьих перенял. Ни единому его слову нельзя доверять, загнав в словесную ловушку, он вытрясет все до копейки, в долг наберет побольше, и возвращать потребует. А не вернешь, пошлет людей убить тебя, да на органы продаст.
— Ну как ваши успехи, Таин? — учуяв и предвкушая хорошие новости, мистер Герман хитро улыбнулся.
— Подай мне выпивку получше чем ссаный чай с трущоб, и я поведаю тебе итог. — усевшись за стойку, замученно облокотился на нее руками, согнувшись и тяжело выдохнув.
— Держите, мистер Таин. — недовольно он протянул мне кружку фирменного алкоголя гильдии, перейдя на официальный стиль.
— Возрадуйся. Повезет, они вернуться вновь чуть позже, я отказался от сделки. — сделав маленький глоток крепкого напитка, выложил ему желанную информацию.
— Благодарю вас, мистер Таин. — завиляв радостно хвостиком, и натянув дежурную улыбку, не выдавая истинного восторга, потер он руки.
— Ты прав. И я был прав с самого начала. — с пролета вышли почтенные гости, надменно смотря на меня.
Не отрываясь от алкоголя, не поднимал глаза, смотря на стойку.
— Здесь героев нет. — тихо прошептал себе под нос.
Все, кто попадает в темный район или, кто живет здесь с детства, не растут добрыми и самоотверженными. У них нет примера, так ценимой светлой стороной, морали. Нас растят улицы, а учит жизнь. Быть белой вороной самое жуткое, что может случиться с Тенью.
Я уж знаю.
Возвращаясь домой, сам того не заметив, забрел в красный квартал. Улицы похоти и разврата, с красными фонарями, свечами и воздушными тканями. На них свои аптеки с нужным товаром, куча вывесок и картин элитных девушек, мужчин и…детей. Как бы прискорбно не звучало, такова участь рабов.
— Таин! — противным тоном, девчачьим визгом, меня окликнули из толпы продавцов и покупателей, заполонившие улицы.
Это была мадам Шарле, давняя моя знакомая и подруга. Владелица дома проституции.
— Что делает моя голубушка на улицах продаж? — пробившись к ее зданию, поднялся я на ступени, ласково смотря на малышку Шарле.
— Ты и последующие сто лет будешь меня звать меня малышка?! — возмущенно, прочтя мои мысли, надулась Шарле.
— А почему нет. Даже исполнись тебе восемьдесят, сто лет, и даже тридцать со дня твоей смерти, для меня ты будешь малышкой Шарле с темного переулка. — ели дотянувшись до ее макушки, я погладил Шарле по голове.
— Мне ведь уже пятьдесят, а ты зовешь так по-детски. Другие не поймут. — смущенно она опустила голову, перебирая пальцами.
— Разве тебе так важно чужое мнение? Расхаживая в таком откровенном наряде, просвечивающем все, да еще и без нижнего белья, ты думаешь о чужом мнении? — подняв ее голову выше, я смотрел ей в глаза.
— Что ты такое говоришь! — смущено хихикая она прикрыла рот, — Такие наряды в моде красного переулка. — показывая свой наряд она покружилась на месте.
— Когда-то ты кружилась так в моей рубахе, маленькая, наивная девочка.
— Тогда и ты был стариком. Как тебе удается?! — капризно крикнула Шарле, схватив меня за грудки.
— Тайна. — приложив палец к губам, я прошипел.
— Я так и умру, не узнав твоей тайны! — обиженно надувшись, она отвернулась.
— Надеюсь не застану твою смерть. — настроение пропало от одной мысли.
— Таин! Забудь! Забудь всех прошлых людей, оставаясь с людьми из настоящего! — пригнувшись, Шарле приблизилась к моему лицу, смотря в мои глаза, в сантиметре от них.
— Прекращай. — легонько ее оттолкнув, я улыбнулся, — Ты же не хочешь притока младшеньких клиентов? — подшучивая над ней.
— Ух, нет уж. — фыркнув, отошла она.
Попрощавшись с Шарле, я направился дальше, по пути расступающихся передо мной людей. Моей целью был зеленый квартал, через который лежал путь домой.
Когда меня только заключили в Сатор, за мои деяния, да и как новичка района, местные согласились завести меня, ни в жилой квартал к приюту недорабов, а прямиком в зеленый. Подыхая каждую минуту от приступов агонии, я провалялся около месяца на центральной улице. Стал местным развлечением и примером для заказчиков, новичков. Когда же мой вид стал пугать, а живучесть надоедала, хозяева ближайших лавок облили токсинами и ядами по сильней, да кинули в канализацию, чтоб и не мучился, и не мешал торговли.
— Очередной наркоман? — грубый низкий голос раздался в подворотне.
— Естественно. Валялся в одном пуховике на жилых улицах. — ответил ему голос по моложе.
— Черт. Ни продашь, ни разберешь, даже на корм не сгодиться.
Зеленый квартал так же разместил в себе больницы. Сюда стаскивают трупы с улиц, разбирают на запчасти, и распределяют на категории. Никто не любит наркоманов, мертвых. Живые они могут продать органов на дозу, а вот мертвые пользы не несут. Так что таких следаки записывают в учет, зарисовщики создают портрет, а носильщики, сверяя данные, таскают таких сразу в яму.
Такие профессии чаще достаются молодняку с приютов, они шустрые, хорошо слушают, и легко входят в доверие. Все что надо для труповодов.
— Кинь его к темным. Пусть разбираются.
Хоть и казалось, что голос достаточно зрелый, оказывается и ответственный был новичком, и чем-то провинился, иначе такое решение принять он не мог.
Подземный квартал полноценный город, собравший в себе все самое лучшее из лучшего. Маньяки, психи, серийники уровня дельты среди серийников, трупоеды тоже имеются. Вот только кто обрадуется такому завтраку?
Каждая шутка, ошибка, подколка и издевка влечет после себя смертью. А люди в районах не жалеют чужих жизней, им будет плевать на других, кого считают расходным материалом в своих целях. Даже новички могут умереть только дай им повод.
Но я не мать Тереза встревать в их судьбу. Мне нет выгоды им помогать. Белая ворона умерла в тот день.
***
Высокое узкое здание, что аж блестит от глянцевости кирпичей, черное с оттенком зеленного, и мрачное от пара, выходящего из его труб, гнетущей смертью — одна из местных лавок алхимика зельевара с конца квартала. Но расположение вовсе не мешает высокой посещаемости и престижу. Так же оно является одним из входов в мой дом.
— Мистер Таин! — только заслышав звон дверных колокольчиков и мои тихие шаги, Днестер образовался, как призрак, за прилавком, — Не желаете купить артефактов или может пополнить запасы ядов? — гордясь своим творением, он метался от витрины к витрине. притулившись щекой к стеклу и стуча по нему длинными когтями.
— Хватит уже. Сейчас я хочу лишь увалиться на свою кровать. — кинув ему серебряную монету за проход, я устало уставился на него.
— Простите, что задержал вас, мистер Таин! — обливаясь потом, он быстро вернулся за прилавок и дернул за рычаг.
Книжные полки за Днестером раздвинулись и открылась дыра.
Его реакция немного удивила, ведь в моем взгляде не было злого умысла, но говорят, мои глаза ввергают в ужас достаточно устань я от рутины. Видимо знак.
Сунув руки в карманы, прижав локти, с безразличием ступил в дыру, полетев по прямой трубе в подземный квартал.
На глубине пятидесяти метров под Сатором существует город беззакония, в нем есть мораль и этика, но, конечно же, своя — Теневая. В этом городе живет элита, не терпящая ошибки, живут расы ненавидящие солнечные лучи, привыкшие к жизни тени. Эти расы переняли место от своих родоначальников и живут семьями в шестом — десятом поколении. Они имеют приличное наследство в виде дворца, бизнеса и развлечений.
И в этой элите живет белая ворона — Таин, таинственный «бессмертный», переживший создание не только района, но и создавшейся Теневой культуры.
Добравшись до конца по гладкой трубе, я тихо приземлился на ноги, подняв пыль.
Что бы жить в городе не нужны артефакты или способности дабы видеть в темноте, в нем светло и даже лучше, чем снаружи. Нет мрачных туч, не бывает дождей, хотя погоду возможно заказать у ответственного за нее. В городе не стоит пользоваться артефактами, ведь это повлечет раскрытию табу. Хотя артефакты и не способны работать в этой зоне от барьера империи.
— Мистер Таин. Позвольте вас сопроводить до вашего дома. — склонив голову, стоял остроухий темный эльф, хорошо обученный раб, но еще не опытный.
— Сомневаешься в моем статусе, судя лишь по дому? — слегка я улыбнулся.
— Н-никак нет. — сжавшийся от страха моего гнева, эльф не смел поднять голову.
— Успокойся и пойдем.
Мой дом многие поколения вводил в ступор и создавал тысячи вопросов. Элита живет во дворцах, а создатель в маленьком не примечательном домике. Но мой дом — это огромное сокровище, ведь он точная копия нашего дома за барьером. Запросто бы отдал жизнь за возвращение в место где меня ждут они.
Зато меня ждут мои творения, в месте зовущий я домом. Уютный домик на краю утеса над подземными водами, весь потолок увешан магическими камнями будто звездное небо, а на веранде маленький чайный столик с сервизом.
— Хозяин! — единственный говорящий огонек окликнул меня, выглядывая с круглого окна чердака.
Маленькая огненная птичка похожая чем-то на феникса, налетела мне на голову, ласково обняв перьями, согревая меня.
— Дайте мне отдохнуть. — смеясь, снимая его с себя, медленным шагом пошел в дом, — Охраняйте дом пока я сплю.
Забравшись на чердак, завалившись на матрас с дряхлой подушкой, только-только стал прикрывать глаза и здороваться с Морфеем, но ток, прошедший сквозь тело, от вызова гильдии прогнал весь сон.
— Ни минуты покоя. — нехотя тяжело встал я на ноги.
Не помню, когда в последний раз спал, забыв о качестве сна. Желанные кошмары…
— Мистер Таин! Куда же вы?
В спешке накинув свою одежду, я пошел вновь на поверхность.
— Хозяин! Хотя бы печеньку! Вы ведь ничего не ели за эту неделю скитаний! — на крики раба сбежались творения.
— Прекращайте. Поем за счет заказчиков.
— Вы так и в прошлый раз говорили! Но я видел! Я все видел!
— Прекращай! Раз так не нравиться знать о моей голодовке, то просто не следи за мной. Уяснили? — ненавижу заботу, ненавижу чувство и воспоминания о ней, терпение иссекает в мгновенье.
Огонь творений притух, а раб склонил голову, уводя взгляд.
— Хорошего вам пути, мистер Таин.
***
— Чего же хотят достопочтенные в этот раз?
— Ты прекрасно заметаешь следы, скользкая змея.
— Ох, о чем же вы? — выдав наигранное удивление, продолжил я, — Неужели о слежке за мной? Навязчивых клиентов у нас не любят.
— Даже если они сам император с принцессой?
— Даже если император с принцессой.
— Хватит! У нас есть время на распри, Мальшал? — обозленно зыркнула юная госпожа.
— Нет у нас времени… — уведя взгляд, притих молодой господин.
— Нам дали право. Как ты и сказал, многие оказались против, но мгновенно передумали, услышав о пустотных.
— Постой! Сначала нужно заключить контракт. Иначе, после получения информации, он просто исчезнет. — доставая свиток с внутреннего кармана накидки, ворчал молодой император.
Поставив отпечаток кровью на магическом контракте, не глядя, я устроился поудобней на царском диване, не часто выдается шанс, и смотрел на своих хозяев на ближайшие дни.
— Твоя цель пустотные. Просто убей их и все, на этом твоя работа закончена. — не желая раскрывать детали, замолк молодой господин.
— Мальшал… — тяжело выдохнув огорчилась юная госпожа, — Пустотные вторглись в империю, тебе должно быть известно о их дурной славе.
Пустотные — одна из рас материка, они ближе остальных к божественным сущностям, даже святые уступают им. Эти идеальные существа, не то что неуязвимы подобно божествам, но и их характеры переняли в точности. Мерзкие, хладнокровные твари, прекрасно думают наперед, в чем их преимущество. Их манна практически бесконечна, магия на девятых кругах, силы больше чем у темных эльфов и дворфов вместе взятых.
Просто безупречные, умей они нормально продолжать свой род. Не будь людей на материке, не было бы и их. Эти твари как паразиты зарождают в людях яйца, независимо от пола. После скорой смерти человека, яйцо взрастает на трупах и питается останками до вылупления.
Не хотел бы я с такими сражаться. Такая морока с убийством, просто жуть.
— Конечно знаю. Кто не слышал об этих тварях.
— Прорвав водную границу, они истребляют наш народ. Прошу вас о помощи, Великий. — принцесса склонила голову, что шокировало молодого господина.
— Ты чего?!
— Сначала делаете своим рабом, потом уважение проявляете. Значит прошерстили архивы о моем прошлом?
— Верно. — гордо подняла она голову.
— Отведенное время? — безразлично посмотрел я в потолок.
— Вы не прочли контракт, что сделает вас рабом? — принцесса была поражена.
— Не важно, что в контракте. Если мне не понравиться — я разорву его, мирно или грязно. Вы все равно ничего не говорите до подписания.
— Пять дней. — поникше сказала юная госпожа, — Знаю, что этого времени мало, тем более на пустотных! Но императоры были строго против выпуска вас на столь долгий промежуток.
— Если бы я не заговорил о законе, они бы и на день не пустили. Что за хрень ты творил?
— За тысячу лет многое можно сделать.
— Но вы не выглядите на такой возраст. — удивленно прикрыла рот принцесса.
— Это же темный маг. Может личности менять, омоложать себя и так далее. — махнул уверенно рукой молодой господин.
— Благодарю за комплимент, юная госпожа, но этот облик сам я не выбирал.
— Ох, но как же тогда?
— Мой вид отображает количество моей манны на данный момент.
— Тогда образ двадцатилетнего юнца, показатель 20% манны у тебя? — разочарованно уточнил император.
— Верно, но заблуждайтесь слишком сильно. Что бы убить этих тварей мне хватит и половины этой манны.
— Даже будь там тысяча? — восторженно спросила юная госпожа.
— Даже две. Но времени потребовалось бы больше.
— Хватит этого бахвальства! У нас нет времени на это, Минди. Тебя это тоже касается. Нам предстоит обойти пару мест Сатора, веди нас самыми короткими путями и как можно скорее.
— Короткими путями? — на моем лице появилась ели заметная усмешка, в предвкушении веселья.
***
— Бордели?! — шокировано стоял молодой император.
— К чему ты нас привел сюда? — недовольно, но спокойно, отреагировала юная госпожа.
— Удивлен вашему спокойствию.
— Одной из моих задач является помощь людям. В империи много таких улиц, многие продают тело не от хорошей жизни. Я часто бываю в таких местах, меня не удивить подобным. — с жалостью в глазах, осматривала принцесса местных обывателей.
— Да? Тогда зайдем в один дом проституции?
— У нас нет времени на развлечения! — схватив меня за воротник, крикнул молодой господин.
— Ох! Как вы могли подумать о таком. — с хитрой ухмылкой, наигранно прикрыл я рот рукой, — Мы пришли по вашим делам. — резко перейдя на серьезный тон, продолжил путь к Шарле.
— И какое же дело требует присутствия в доме проституции? — недовольно поинтересовалась принцесса.
— Для начала показать нечто удивительное для вас, юная госпожа, а после пройдем к информаторам.
— Зачем нам переться в бордель за информацией?! К чему тогда информационная гильдия существует?
— Если молодой господин так хочет опустошить казну империи лишь за услуги информационной гильдии, а после подождать своей очереди часа так три, можем пойти туда. Вы же просили меня провести по короткому пути, да побыстрее, потому прошу. Малышка Шарле~!
— Малышка Шарле…? — кинула грозный, не доверительный взгляд мне в спину принцесса.
На мой зов прибежала с грохотом почти двухметровая «малышка» эльф. Увидев своего аномального сородича, господа подбирали глаза на выкате, от прекрасного нового рабочего костюма хозяйки.
— Таин! С чего ты так внезапно заглянул ко мне? — запыхавшись восторженно обняла меня Шарле.
— Прошу не стоит. Неужели я отвлек тебя от клиента?
— Ничего нет важнее Таина! Клиент подождет! Статус позволяет. — горделиво фыркнула она, — А это кто? — взглянула Шарле на господ как на куски свеженького мяса.
— Это мои заказчики, прошу позови Малью и Серафину в особую комнату.
— Оу! Так вы за этим. Как жаль. — безразлично она отвернулась, уйдя за девочками, — С тебя причитается!
— Естественно. Замолвлю за тебя словечко в своем завещании.
— Даже в шутку не смей такое болтать! — крикнула она из глубины дома.
— Что ж, а мы пройдем сюда. — уважительно указал я рукой в нужное направление, пропуская их вперед.
— Господин Таин! — радостно взвизгнули наши информаторы завалившись в комнату.
— Да ты местная знаменитость. Видно частый гость. — презрительно зыркнули оба заказчика, прожигая мой затылок.
— Мистер Таин он…! Он прекрасный человек! Наша мадам так много о нем рассказывала! — стукнув ладонями по столу залепетала Сера.
— Верно-верно! Мадам не первая, но и не последняя кого мистер Таин воспитал и пригрел под своим крылом!
— Среди его воспитанников были как хозяева гильдий и домов, так и главы района и даже отпускники!
— Великие отпускники районов Дельта?! — вскочил молодой господин.
— Верно-верно! — гордо подняла нос Малья, — Все отпускники Сатора были воспитанниками мистера Таина!
— Ты сейчас взлетишь на своем хвостике, Малья.
— А как он может успокоиться, когда глупые светлые не знают нашего мистера Таина?!
— Согласна! Вы так много сделали для района, даже живете под унизительным прозвищем от помощи нам… — грустно повесила нос Сера.
— Прозвище? — заинтересованно подняла взгляд юная госпожа.
— «Белая ворона»! Среди всех теней, мистер Таин единственный не гниющий человек! Он отличается от нас…
— Хватит. У нас мало времени, девочки. Нам нужна информация.
— Какая вас интересует информация, господа? — послушно закрыв прошлую тему, они профессионально принялись за дело.
— Слабости пустотных. — робко произнесла принцесса, сомневаясь в существовании информации.
— Ах! На вашу территорию напали, ведь так? Слышала зараженные земли растут. — мастерски стала играть на чувствах Малья.
— Без этого. Только по делу. — махнув рукой, предупредил я девочек, на что получил одобрительный кивок.
— Слабые места пустотных, да… когда-то заказчики рассказывали об этом. Что-то про орган репродукции, якобы это их ахиллесова пята.
— Полное несовершенство. — тихо дополнил я.
В комнату ворвалась Шарле, с яростным выражением лица и взглядом полным недовольства.
— Откажись от этого! — стремительно приближаясь ко мне, выкрикнула хозяйка.
— Прошу не вмешивайся. Контракт подписан.
— Это верная смерть!
— Думаю я заслужил ее.
Все замолкло. Повисла неловкая тишина, никто даже шелохнуться не посмел.
— Таин…они бы были рады твоей смерти? — Шарле пыталась давить на больное.
— Сильвия всегда была рада от этой мысли. Я обещал ей умереть сразу за ней… Но не смог. — подняв уверенный взгляд, я посмотрел ей в глаза, — Не лги себе. Ты знаешь правду. Прошу оставь нас.
— Ты тоже знаешь правду. Зачем томишь заказчиков?
— О чем она?!
— Не ты ли должен знать их места лучше других? А, Таин? — затаив интригу и повесив все на меня, Шарле покинула комнату.
— Мы, пожалуй, тоже, откланяемся. — робко скрылись и девочки.
— Не стоило верить тебе с самого начала. — фыркнул молодой император, разъяренно ударив стену.
— Вы просили информаторов. Вашу приказ я выполнил.
— Да ты прямо дьявол. Точно ты с нами контракт заключил? Не наоборот ли часом? — обиженно отвела взгляд юная госпожа.
— Нет. Но в отношении теней нужно четко формулировать запрос, иначе готовьтесь к удивлению и предательству. Контракт не решает проблему хитрости теней.
— Допустим. — тяжело выдохнула принцесса, — Раз ты знаешь к ним подход, то переходим к следующему пункту.
— Верно, Принцесса. Я обещал вам удивить вас.
— Что? — испуганно взглянула юная госпожа на меня.
— Вы так гордо держали голову при виде наших девочек, что же изменилось сейчас? А! Может нет проститутов? — слегка усмехнулся я, сдерживая смех.
— Смеешься над принцессой, да? — разъяренно зыркнул на меня молодой господин, сам сдерживая смех от реакции смелой сестренки.
— Может мы все же уйдем отсюда?!
Квартал разделен на зоны предпочтений и найти можно развлечение на любой вкус. От того красный квартал считается туристическим местом и приносит огромный доход главе района. Выращенные цветки из этого места имеют право быть полностью проданными за пределы барьера, но с условием «хорошего поведения».
Достигнув совершеннолетия, Шарле выбрала этот путь, даже имея превосходные навыки в области боя и магии, ведь ее целью был выход.
К сожалению, не вышло.
Проходя через жилой квартал, расположенный близь цветного, господа узрели страшную сторону района — наркоманы. Все возраста, от детей до стариков, лежащие на улицах, продав последнюю одежду, купаются в своих продуктах жизнедеятельности, не осознавая реальности. Кто бормотал под кайфом, кто раздирал свою плоть когтями, кто ублажал себя у всех на виду…кто пытался съесть своего соседа без сознания от дикого голода. Все деньги и вещи уходили на их зависимость. Без остатка.
— Будете глазеть или столкнетесь с ними взглядом, рубите руки всех, кто потянется. — безжалостно и холодно произнес я эти слова, перерезав на корню проблему внимания.
— Что же ты…
— Это выбор этих людей. Даже дети. Они не стоят жалости.
Детей, а именно рабов или детей района, как потенциальных покупателей, завлекают работой в цветном квартале. За хорошие деньги, все что им нужно — это испытывать наркотики. Дабы квартал не разрастался был введен закон о недоговоренности. Он запрещал держать в неведенье глупых детей и взрослых, не тая побочных эффектов. Но это не остановило их приток.
— Мы на месте.
Дойдя до квартала кузнецов, в лицо ударил жаркий воздух, а в нос запах раскаленного металла. Квартал заполнен кузнецами, дым от их печей затруднял дыхание, пепел же закрывал обзор.
— Что же за оружие вам нужно? — в этот раз все же уточню.
— Отец доверил мне чертеж Мистического лезвия. Нам нужен лучший мастер.
— Меч значит. — задумавшись о мастерах, я оглянул быстрым взглядом кузницы, — Возможно он будет лучше других в мечах.
— Куда…куда мы идем?
— Самые лучшие мастера расположились не только на центральных улицах. Да и очереди нам не нужны, а времени мало так? — пробираясь сквозь узкий переулок, переступая трубы и остальные преграды, я повторял все те же слова.
— У Мальшала ужасная мизофобия. Хоть и смирился с пребыванием в темном районе, такое пережить будет сложно.
— Начинается паника? Что ж, у меня бы тоже началась.
— К чему ты клонишь?! — дернулся молодой император от страха.
— Беспорядочные половые связи, наркомания, убийства. А переулки…думаю дальше вы сами свяжете ранее сказанное.
— Гребаная кровь! — не в силах сбежать или избежать контакта с «грязными» стенами, молодой господин напряг все тело до дрожи.
— Спешу вас обрадовать. Лавка Мича. — торжественно выставил я руки на непримечательную вывеску.
— Как-то скудненько ты представил мою кузницу, белая ворона. — из темноты и пепла переулка показался силуэт низкого, но крупного дворфа.
— Назовешь меня так еще раз это будет твой последний заказ. — махнув рукой, вызвав поток ветра магией, я развеял пыль, представив мастера, — Кордел Мичь — талант среди талантов, ведь кто его воспитал. — гордо поднял голову.
— Бахвалишься, старик, отнимаешь драгоценное время заказчиков? — отперев ключом ворота кузницы, он открыл скрипучие двери за ними.
— Малышка всем разболтала? — зная ответ, спросил просто для подтверждения.
— Конечно. Все поколения знают. Даже ублюдок из цветного без внимания эту новость не оставил. Ты ведь опять идешь на пустотных, все волнуются. — нацепив фартук, убрал длинные спутанные волосы, напялил перчатки и раскочегарил вечный огонь сердца в печи, Мичь начал болтать о прошлом, — Знаете, эльфы, каждый раз перед очередным уроком или в кругу у огня, этот старик рассказывал нам разные истории прошлого. Что вспомнил, то рассказал. И так каждый раз. Время у нас у всех ограничено, кому сто отведено, кому пять сотен, но каждому он успел полностью пересказать свою последнюю тысячу лет жизни.
— Прекращай. Тебя чертеж ждет. Что б к вечеру был.
— Не щадишь ты старика, Таин. Я не ты. Я просто обычный дворф. И осталось мне не долго. — тяжело он вздохнул у мех.
— Еще две сотни протянешь, не скули. Только гляньте на его огонь. Жалость вызывать удумал. Не жди чаевых.
Средняя продолжительность жизни дворфов 500 лет. Этому еще 450 не стукнуло, да и огонь сердца подсказывает о долгой жизни.
Огонь сердца — это вечный огонек дворфов. Находя их место, собственную кузницу, огонь располагается в печи и не тухнет до смерти своего владельца. Яркость огня и чистота цвета указывает на состояние тела и души хозяина, так и можно понять их ложь.
— Давай сюда свой чертеж, малец. — нахально протянул Мичь руку к молодому господину, даже не удостоив его взгляда.
— Это император и принцесса территории эльфов. Уж будь поуважительней, а то так тебе и не стать отпускником.
От моих слов Мичь побелел и будто окаменел, выпучив глаза. Молодой император немного смутился такой реакции, шустро положил чертеж в его руку и спешно покинул кузницу. Принцесса все то время, как мы зашли, разглядывала товары Мича, не сумев оторвать от них взгляд. Кованные украшения сильно пришлись по душе юной госпоже.
— Берите любое. Он будет счастлив удостоиться такой чести.
Так она выбрала кольцо с подвеской, и мы продолжили путь дальше, уйдя не тревожа переживающего инсульт мастера.
Прошла половина дня с нашей встречи.
***
— Как вы понимаете, это зеленый квартал.
Перед нашими лицами будто стеной стояло токсичное облако. Весь квартал ограждено артефактом, не позволяющим токсинам распространяться за пределы. Копящиеся испарения, за сотни лет, полностью заменили воздух, лишь газы, содержащие кислород, позволяют иммунитетным дышать этим ядом.
— Надеюсь вы подготовились? — обернувшись к господам, я лицезрел полностью экипированных, дрожащих эльфов, что секунду назад так гордо шли к цели. — Таким видом вы привлекаете внимание, но осуждать не стану.
Уж сам прочувствовал всю боль.
— В этот раз мы готовы! — воскликнула принцесса.
— Твоя задача защитить нас от обывателей! — выйдя вперед, поднял голову молодой император.
— В этот раз, да? То-то думал вы потерялись после захода в квартал.
До самой границы квартала эти господа вели преследование за мной. Я чувствовал и злобный взгляд на спине, и проклятья, посылаемые ими на меня, аж уши покраснели от зуда.
— Ты знал, потому пошел сразу же в красный квартал?!
— Даже скажи я нет, вы мне не поверите и останетесь при своем мнении.
Сам не знаю, что меня туда тянуло. Может уже тогда решил… Раз так может стать человечней?
— Чего застыл? Совесть проснулась? — грозно зыркнул на меня исподлобья молодой император.
Нет. Не стоит их пугать.
Ступив за границу квартала, я искоси глянул на господ.
— Как только зайдете на территорию, вам станет трудно дышать. Неважно как хорошо вы подготовитесь, кислорода в это токсичное облачко вам не добавить.
— Но ты дышишь. Мы слышали о существах с иммунитетом, только он не дает одному яду воздействовать на тело.
— Воздуха в этом ядовитом тумане не больше 5%. Понимаете, к чему я?
Дышать правда тяжело. Глубоких вдохов не сделать, да даже просто вздохнуть невозможно. Только с практикой можно привыкнуть к такому дыханию, да и то не всем.
— Просто веди нас. — состроив серьезный вид, он схватил руку сестры и крепко сжал ее.
— Значит не хотите даже сделать пробный шаг за границу? — это был риторический вопрос, потому, не ожидая ответа, что хотел сделать император, открыв рот и что-то вякнув, я развернулся и продолжил путь, — До лавки быстрым шагом минут десять. Не будем медлить, господа!
Молодой император просто махнул головой, не ожидая от меня чего-либо иного, смело последовал за мной. И в ту же секунду остолбенел и задрожал.
Чрезмерная самоуверенность, император.
— Сократите вдох, не учащая дыхания. Тоже и вас касается, юная госпожа. Контролируйте дыхание. Иначе потеряете сознание и ваше драгоценное время.
Мое спокойствие раздражало императора, что аж глаза наливались кровью.
— Стой на месте! — хватаясь за горло, он отвлекся от контроля, но не терял бдительность.
— Лучше не отвлекайтесь. Какое бы у вас не было представление обо мне, вам стоит знать — я не бросаю заказчиков. Такой мой принцип.
Хотя сейчас мои шаги в глубь тумана могли казаться предательскими.
Не зря эльфов ставят на третье место по совершенности. Всего за минуту оба привыкли к дыханию с идеальным интервалом. Мне потребовалось два или три года, вместе с ядом конечно.
— Прошу не отставать. — ускорив шаг до нужного темпа, мы держали путь в подворотни.
Темные, узкие и настораживающе тихие переулки. В них всегда есть пару тройку существ, затаившихся в тенях, с трупами на руках. Обратишь на них внимание и те убьют тебя не колеблясь. Любопытных тут не любят.
Жуткий запах крови, не видный на стенах или полу, тухлятины, походу передержанный труп, и пота, кто не вспотеет по десять трупов таскать за час. В воздухе присутствовал отчетливый привкус железа, отличный от яда.
Рядом с одним из туннелей, ведущих в Темный квартал, валялся пуховик с пятном от кровавой рвоты на воротнике, а под ним отгрызанная конечность, вероятно одного из тех парней. Значит мы уже на месте.
— Проходите. — легким взмахом я разобрал кирпичи стены, образовав так сказать черный вход, то бишь дыру.
От увиденного, следующие за нами твари, стараясь спасти свою шкуру, позабыли о шуме и разбежались как можно дальше. Услышав шорох, господа насторожились ожидая нападения, но быстро осознали отдаление шума и спокойно зашли в лавку.
— Многоуважаемый мистер Таин! — словно виляя хвостиком, прищурив ехидно глаза, выполз из-за угла Днестер.
Зацепив взглядом закладывающуюся назад стену, уголки его хитрой улыбки дрогнули.
— Обслужи этих господ по высшему разряду. — хлопнув ему по руке, я, обойдя, прошел в зал товаров.
— Дорогие клиенты. — вновь повеселев, Днестер потер подозрительно руки и провел господ к товарам.
Господамы сделали самый распространенный заказ артефактов среди Господ. Для молодого господина были важны зелья выносливости, лечения, восстановления в целом, пару ядов для меча и кинжалов, пару артефактов на защиту и на повышение иммунитета к ядам. Юная госпожа обошлась ядами и парочкой бутыльков с анти-эффектами.
Ожидая окончания их закупки, мне на глаза попалось ожерелье артефакт высшего, шестого уровня. Простенькое, не громоздкое, с ярким янтарем. От него не исходило «запаха» создателя, да и эффект ели заметен. Тончайшая работа мастера, не меньше чем уровня гаммы, лежит за стеклом на маленькой бархатной подушке наравне с остальными. А цена фиксированная и вовсе сущие гроши.
Так и хочется поднять голос, а может и не только, на оценщика, если бы мне не было известно кто этим занимался, и если бы это ожерелье легко определялось уровнем дельта. Но я, маг уровня дельта, лишь спустя минуту осознал его ценность. Мастеру была поставлена четкая цель сокрытия защиты на аксессуаре, кою он успешно выполнил.
— Не думала, что вас привлекают подобные вещи. — задумчиво, пытаясь меня понять, всматривалась юная госпожа в ожерелье.
Несмотря на простоту, это все еще женский аксессуар, что можно неверно растрактовать.
— Вы чувствуете магию, Ваше Высочество? — стукнул тыльной стороной пальца витрину, смотря снизу-вверх на принцессу.
— Совсем слабо. Я легко могу отличить зачарованный предмет. — уверенно заявила она, разглядывая странную деталь композиции витрины.
— И что можете сказать за аксессуар, который разглядываете сейчас?
В мире множество самоуверенных людей. В счет положения в обществе или хорошей начитанности они полагают, что их знания не ошибочны и верят в них. Гнобя других за обратное.
Может я совершенно такой же, просто самоуверенность моя от жизненного опыта. Наблюдаю за ошибочным мнением и даже не собираюсь поправлять его, ведь смысла нет. А выгода найдется.
— Оно потеряло все свойства, заложенные создателем. Чувствую присутствие магии, но столь слабо, что можно ошибочно принять ожерелье за простой аксессуар. — всматривалась юная принцесса в янтарь.
— Что ж, потенциал в вас есть. — тихо размерным шагом пошел я к хозяину лавки.
У меня появился предлог покинуть господ, а за одно привести на свет нужное существо в нашем походе.
— Прошу прощения, господа. Извольте проявить наглость и забрать вашего темного мага для малой услуги? — Днестер поклонился, разыгрывая сцену.
— Зачем же? — молодой император воспринял эту сцену как способ сбежать от них, не доверительно и давяще он окинул взглядом зельевара.
— У вас есть доступ к моему «ошейнику», так к чему волнение?
— Ты ведь хочешь нас убить. — держа руку на мече, он отошел к принцессе, что тоже держала наготове кинжалы.
Мы стояли напротив по противоположные стены зала. Дрожащие и разъяренные эльфы прожигали злобным взглядом наши лица, не выпуская из виду, боковым зрением осматривая комнату в поиске других.
В комнате повисла неловкая тишина. Лишь тяжелое дыхание императора в защитной маске отделяло ее от гробовой. Полностью разрушило тишину мои легкие странные шаги в направлении господ.
Напряженно, император не отрывал зрительный контакт, сжимая все крепче руку на мече. Дергаясь от любого моего движения в сторону, они не теряли бдительности.
Шаг за шагом я направлялся в их сторону. Три шага до них, два, один. Эльфы стояли как вкопанные, не шевелясь, не моргая. Но кто говорил, что моя цель они? Обойдя господ, забрал ожерелье с витрины и направился обратно к Днестеру. Украдкой взглянул в глаза господ. Они горели не пониманием, страхом и отчаяньем. Может если бы маска не скрывала их лиц, еще бы лицезрел мое обожаемое обомление.
— Прошу подождать меня. Это не займет много времени, а мой подарок вам понравится. — слегка приподняв уголки губ, я упал в дыру до темного района, проход к которой заранее открыл Днестер.
Смирившись, господа неохотно приняли факт устрашающий моей личности.
***
— Что «это» такое?! — с омерзением осматривал молодой император приведенного мной помощника.
— Не «это», а Лектор — трупоед со стажем. Незаменимый подручный в заданиях со мной. Вы же не желаете оставлять за собой след из трупов?
Лектор тот, кому достался тот деликатес за лавкой. Еще маленьким зверенышем я забрал его под свое крыло из убогих труб канализаций района. Тогда, в свои пять лет, он был каннибалом.
— Ты притащил с собой каннибала?! — возмущенно возразила юная госпожа.
— Прошу не путать каннибала с трупоедами. Каннибализм мое темное прошлое, сейчас я ем только трупы, попадающие в наш квартал. — вежливо склонив голову с рукой на груди, объяснился Лектор.
— Странно называть каннибалами существо поедающее не свой вид. В нашем районе каннибал употребляется в сторону существ, поедающих другие и свои виды живьем. Трупоеды отличаются же лишь состоянием жертвы.
— Невежливо обзывать на первом же знакомстве убийцей. — тихо сказал за нашими спинами Днестер, протирая пыль с баночек.
— Но эта громадина…прошу прощение за свое невежество, Лектор. — признав свою вину извинилась юная госпожа.
— Не стоит, госпожа! Просто прошу не путайте нас. — взволнованно ответил Лектор.
Лектор не обычный зверочеловек, точнее его животное это… его полоски на шерсти от черного тигра, паучьи добрые глаза. И пасть. Шестиугольная широкая пасть с мелкими и частыми, словно иголки, зубами в шесть рядов. Под шерстью спрятаны ядовитые шипы. А уши фенька! Проще говоря что-то с чем-то.
И хоть Лектор двухметровая зверюга, по характеру больше похож на щенка. Слушается хозяина, ест все что он дает, и ластится после короткой разлуки. Хотя ластится Лектор ко всем. Он слишком добр для этого места, потому компенсирует это трупоедством и хорошей реакцией на слово «фас».
Его кинули в район просто из-за внешности, а каннибалом малой стал от голода и одиночества.
— Лектор хороший малый. Нашему походу не помешает. А вот пользу принесет. — ели заметно расплылся я в теплой улыбке.
— Твой воспитанник? — тяжело выдохнув, спросила юная принцесса.
— Так заметно?
— И ты хочешь, что б мы сами взяли твоего человека?! Мы по-твоему идиоты? — взбесился молодой император, не забыв страх сцены до.
— Вы правда думаете, что мне нужна свобода? Считаете меня остановит этот детский барьер или этот ошейник в виде серьги?
— До этого ты утверждал, что у нас есть доступ к ошейнику, а потому ты не сбежишь. — усомнилась в моих словах юная госпожа.
— Мы скоро пойдем к барьеру. Там и проверите меня. — вздохнув, устало произнес я.
Обернувшись к выходу, край глаза заметил состояние Лектора. Разъяренный он не сводил глаз с господ, чуть приоткрыв пасть.
— Может я бегу от реальности? — вдумчиво и тихо произнес я, уставившись в пол.
— Таин! — схватив под руки, Лектор поднял меня на уровень своей головы, жалобно и обиженно смотря мне в глаза, — Что от нас требуется?
— От тебя лишь пожирать трупы, оставленные мной.
— Мы идем на пустотных. — принцесса не старалась понять атмосферу и нагло открывала мои недосказанности.
— Когда-нибудь ел пустотных? Вот представился шанс.
— Никогда! И пробовать не буду. Они же как… — его непослушная пасть была заткнута темным огнем.
— Хватит болтать. И опусти меня на землю. — коснувшись ногами пола и поправив костюм, я тихо, косясь на Лектора, дополнил, — Иногда жалею о сказанном вам, щенки.
— Что бы на это сказала госпожа Сильвия…? — уткнувшись в пол и пригнув уши, уперто шел он напролом.
Этому их учил я. Должен гордиться, вроде как, но меня не радует обернутый на меня меч, что был подарком когда-то.
— Кто такая «Сильвия»? Почему вы ее упоминаете? — полюбопытствовала принцесса.
— Благодаря щеночкам мистера Таина, всем известна госпожа Сильвия и младшая госпожа Беатрис. — вякнул из другого зала Днестер.
— Так расскажите нам! — потеряв весь страх, потребовала юная госпожа.
Лектор замолчал в ту же секунду, как почувствовал мою ауру. Днестер, хоть и проницательный, прекрасно ощущающий настроение людей, поддержал тему, которую не стоило.
— При всем уважении к господам, я не могу. Белая ворона раньше отрежет мою головушку, чем хоть одно слово вылетит из моего рта. — стоял он за стеной, протирая артефакты с пламенным клинком у горла.
— Достаточно уже бесполезной болтовни. — заговорил тот, от кого не ожидали, — Время нашей части империи, наших поданных, нашей родины уходит. — протянул пафосную фразу молодой император.
— Удачного похода мистер Таин! — высунулся из-за угла хозяин лавки, радостно провожая задержавшихся посетителей.
***
Барьер. Магия неизвестного существа, заключившая всех теней под одним куполом. В нем всегда пасмурно, и мы забыли, что такое солнце. Может пойти дождь, но он роскошь, ведь чаще бывает гроза, бьющая прицельно в существ. А так же есть одна особенность у барьера…
— Мы на месте. Пока вы оформите нас, Мичь должен подоспеть с заказом. — только фраза слетела с моих уст, как на горизонте замелькал кузнец с заказом в тряпочке, ведя борьбу с толпой у выхода.
— Господа эльфы! Таин! — нервно махал рукой крохотный дворф в огромной толпе.
— А вот и он.
— Успел. — запыхавшись, произнес он, — Заставили же вы побегать старика. — отдав торжественно заказ молодому императору, приблизился ко мне, и, прикрыв рот тыльной стороной руки, свирепо прошипел, — В следующий раз предупреждай о таких вещах!
— Конечно, старичок. — легко потрепав его по волосам, усмехнулся я.
— Он великолепен. — широко разинув рот, молодой император поднял над собой меч. — Вы высококлассный кузнец! Что такие люди делаю тут?
— Не все, Ваше Высочество, здесь за проступки или по своей воле. — безразлично произнес Мичь, склонив голову.
— Его кинули сюда за проступки отца, что помогал мятежникам с оружием.
— Вас ведь…! — не успел закончить император, как получил ответ на свой вопрос.
— Никак нет, Ваше Высочество.
— Думаете, имей он такое право, сидел бы мастер в своей лавке? Его загубила собственная глупость.
— Совершенно согласен! Как я мог заступиться за эту белую ворону! — ускоренным шагом Мичь удалился, подальше от глаз моих.
Увидев реакцию на свое творение, получив похвалу, кузнец мастер закончил свои дела тут, потому позволил выпустить свой характер. И ведь знает же, что не в силах моих убить его. Пообещал ведь отцу.
Так приблизилась наша очередь к выходу, все бумаги оформлены и подписаны, а барьер в трех шагах от меня.
— Не смей повторять за мной, Лектор. — спокойно шагая к барьеру, кинул взгляд на щенка.
— Стоять! Тебя же зашибет! — нервно крикнул молодой император.
Но сказал он это слишком поздно ведь нога моя уже за барьером.
— Одна нога тут, другая здесь. — издеваясь, пропел я.
— Не волнуйтесь. Этот клоун не сбежит. Даже походу знает, что ошейник заблокирован. — уверенно заявил пропускник.
Да. Пока заказчик не выйдет за барьер, тени запрещено выходить, ведь ошейник убьет его на месте. Как минимум зашибет до потери сознания током.
Зайдя обеими ногами за барьер, оставив в нем лишь серьгу, я медленно и напряженно, для господ, двигался в направлении наружи. И вот не задача.
— Как ты это…?! — разъяренно хлопнув по столу, пропускник запаниковал.
— Не замечали, как многие взвизгивали по пути?
— К чему ты? — выдохнув, и уже привыкнув к таким неожиданностям, спокойно спросили господа в один голос.
— При вызове, «плохом поведении» и выходе за барьер… — не успел я закончить, как свою удачу проверил один из теней очереди, свалившись замертво у моих ног, — Нас бьет ошейник. Но вас не смутило…
— Тебя вызывали! При нас… ты спокойно отвечал будто кто-то говорил в голове, а не било током. — осенило принцессу.
— Бинго. — с легкостью сломав двумя пальцами серьгу, я всполошил не только господ и охрану, но даже Лектора и спрятанного в толпе Мича, — Я был в Саторе по своей воле. Тот самый из не многих, ведь меня не остановить такой безделушкой.
— Ты утверждал…! — выдохнув, молодой господин понял бесполезность слов и продолжил процедуру выхода.
— Для меня важен наш контракт, а не ваши угрозы.
— Лектор записан на меня, ты, темный маг, на Мальшале. — недовольно вышла за барьер принцесса.
— В дельте нет такого слова как «доверие». — тихо провел ее такими словами.
— Вспомни какого жить напоследок. — сказал хитрый дворф, прицепивший ели заметный маленький огонек сердца на меня.
С помощью этой частички огня, Мичь первым узнает новости обо всех моих ранениях, количестве манны, ну и другом.
— Вот же ж гаденыш… — слегка обрадовался я появившемуся информатору для моих воспитанников.
— Чего замер? — кинул свой взгляд на меня недовольный император, сто раз пожалевший о нашем контракте.
Мои глаза были прикованы к темному, словно безлунная ночь, барьеру, в котором было проведено много веков. Бледная кожа моего лица горела от лучей закатного солнца, глазные яблоки пересыхали от резкого яркого света.
— Я уже и забыл какого это. — расслабив плечи и согнувшись в привычную позу, сунул руки в карманы штанов и, уткнувшись в пол, последовал за господами.
Как бы не была резка и мучительна боль, чувство свободы ей никогда не перебить. Само осознание свободы, ощущения чистого воздуха и запаха настоящей, живой природы, было забыто мной за прожитые пятьсот безвылазных лет.
***
— Темный маг, только что ты прям цвел под лучами солнца, и вот опять давишь все живое вокруг своей аурой. Так ненавистна тебе ночь? — полюбопытствовал отошедший, молодой господин.
— Просто не люблю. На этом все. — тяжело вздохнул я.
Она правда ненавистна мне до глубины моей темной души. Шум сверчков, тихий шелест листвы и травы под ногами, с характерным хрустом от насекомых, тьма, окутывающая лесную тропу, и хищные взгляды живности из глубины кустов, дрожащих от превосходства вторженцев, зашедших на их помеченную территорию — абсолютно все в ней так раздражает.
— Глубокой ночью… — моментально закрыв пасть распоясавшемуся Лектору, я не собирался вновь терпеть его выходки.
— Это второй раз, Лектор. — сжав слабенько кулак, чтоб щенок не умер, моя магия схватила его сердце, вызвав нехилую боль.
В ночь, за день до рождения внука, в наш дом вторглись люди разъяренного императора. Мои отказы подчиняться ему порядком надоели. Я стал его единственной слабостью, и если не подчиненный — то враг всей империи, не только людской части.
Целью этих тварей была моя семья. Они понимали, что не в силах даже задеть меня. В те года моей манны было на лет шестьдесят пять. И первым кто лег хладным трупом на мои руки — была моя единственная жена, за все прожитые мной тысячелетия.
Зять был моим учеником, магом мечником с большим потенциалом. Десять лет ему хватило для достижения уровня половины моей силы. Он лег вторым. Каким бы талантом не обладал, его человеческое тело не выдержало смертельного яда на мечах противников.
Дочь моя была сильна. В ней текла моя кровь, она могла превзойти даже мой уровень, доживи до этого дня. Внук сильно ослабил тело, а потому ее с легкостью взяли в плен, после ранних и резких родов. А не убили лишь потому, что не смогли. Яд не брал дочь, сколько бы не кромсали тело их мечи.
Лучше бы она погибла со всеми.
Внук должен был появиться с часу на час, потому даже внеплановые роды не могли помешать чаду с нашей кровью умереть. Крик новорожденного раздражал и его голову проткнули, прибив к полу.
Что же в это время делал я? Смотрел. Смиренно ждал своей очереди. Как мы и договаривались с Сильвией. На моих глазах во второй раз в жизни выступили слезы. Сердце разрывалось от вида изуродованных тел родных, в особенности младенца, чьи глаза вывалились из орбит, даже не узрев мир без крови.
Как бы ни хотел исполнить последний приказ моей супруги, до конца зрелища мое сердце не выдержало. Оно в прямом смысле взорвалось.
— Что такого произошло ночью? Разве тьма вам не привычна? — наивно спросила принцесса.
Хотелось бы никогда больше не вспоминать ту ночь, но кадры с нее, даже несмотря на тысячелетнюю память, возвращаются, встреть я хоть одну ассоциируемую деталь. Да и вина за мой поводок в руках моих дам, что я не разорвал в клочья по своему желанию, не даст пропасть тому случаю. Ни-ког-да.
— Лишь после моей смерти мои воспитанники в праве передать мою историю. А до того момента, каждый будет наказан. — хладнокровно произнес я.
Малышка Шарли в свое время была также наказана за свой болтливый язык, хоть и распространялась она лишь своим приближенным.
— Многие полегли от рук наставника. Те не могли хранить тайну и веру его, значит и пользы в них не было. Также умерли и узнавшие хоть фрагмент истории Тайна, даже не по своей воле. — не жалея предателей, бесчувственно произнес Лектор, вечно рвущийся на их сторону, — Мучительно, долго, но от рук наставника. Не так уж и позорно.
— То есть ты не против такой смерти? — все еще умел удивляться молодой господин.
— Это лучше жалкой смерти в кварталах от собственной слабости. — гордо заявил он.
— Мое учение не сходиться с вашими. Сотни лет выживания в районе уровня дельта дали кучу опыта, лучший был передан моим воспитанники.
Как бы часто Лектор ни стремился на сторону предательства, он один из моих гордых учеников. Послушный щенок, добившийся уровня доверия «снятия с поводка», и привлекающий внимание своими «наивными» выходками. Не будь меня рядом и попроси его кто в тайне поведать обо мне, тот увидит свой страх наяву, каким бы бесстрашным или сильным собеседник не будет.
Продолжив путь в неловкой тишине с перешептыванием господ о своих догадках и теориях, пришло время неминуемого привала. Держась на ногах целый день, вечно поспевая за мной, заказчики сильно вымотались. Лектор, хоть и не нуждается во сне еще суток пять, все же с непривычки и адаптации истратил всю свою энергию.
Найдя приличное место, все разобрали обязанности меж собой. Лектор с принцессой ушли за ветками и дровами для костра, молодой господин пошел осматривать растения в округи, в поиске еды. И зря, ведь Лектор уже продумал весь наш рацион на неделю. Я же просто спичка для костра, ходячая, яркая лампа, ожидающая своего момента. Ну и защитник, так, по мелочи.
— Думаю, в следующий раз тебе стоит сломить только макушку дерева. — придумывая применение для семиметрового бревна, мой взгляд был прикован к набитым щекам Лектора и круглым глазам напуганной юной госпожи.
Смастерив, с помощью призванных существ, удобные лежанки, скамьи и костер, я разжег его и устроился поудобней в ожидании кулинарного шедевра.
— Нет! Ты не будешь из этого готовить ужин! Ни за что! — с ужасом отворачиваясь от вывалившегося, из пасти, мертвого существа здешней фауны, кричала недовольно юная принцесса, прокручивая в голове кадры его поимки.
— Что это, Лектор? — пытался я распознать существо в этом месиве.
— Солнарек! Самый вкусный и питательный зверь этих лесов. — хвастливо объяснил он, показывая свою осведомленность.
— Ах да! Тот самый зверек с нежнейшим мясом. — гордо поднял на него взгляд, вспоминая сложнейшие наши уроки по внешнему миру.
— Да хоть редчайший! Мальшал, прошу, скажи, что ты нашел нормальную еду… — закрыв лицо руками, не могла оправиться юная госпожа.
— Лес близко к дельте, здесь мало съедобного. — расстроенно, не желая, также, как и сестра, отведать шедевр моего Лектора, вздохнул молодой господин.
— Верно. Лес полон ядовитых растений. Даже найдя на вид съедобное, нет никакой уверенности, что оно не окажется подражателем. — чуть ухмыляясь, смотрел я на прекрасные, потерявшие надежду, лица господ.
— Что ж… В первые дни мне тоже не доверяли, кроме Таина конечно! Но я докажу вам! — набравшись только уверенности в себе и стремления доказать обратное от такой реакции, Лектор принялся готовить, с посудой, заготовленной наперед.
Наблюдать за его готовкой равносильно тому, как узнать секретный ингредиент любимого блюда. Весь процесс это сплошные кровь, кишки и слюни. Хотя большую часть кишок и других неприятных на вкус органов он отбирает в своей пасти.
По движениям Лектора, доставаемых им ингредиентов и специй из его громадного рюкзака за спиной, что словно переносная кухня, приросшая к нему, можно сказать что он готовит.
Готовке Лектор учился уже не у меня, я лишь помог отыскать ему призвание. Уроки он брал у лучшего из всех кулинаров Сатора и известного каннибала — Сонтари Эсполадо!
Давний мой друг был заядлым убийцей, будто рожденным для этого. Нет, серьезно. Сонтари убил свою семью. Просто прогрыз живот матери и накинулся на отца, лишив его головы одним укусом. Как говорил ему опекун: «То был наш голод. Все мы так появляемся на свет». Они были «монстрами». Существами, в крови которых текло несовершенство первых потомков пустотных. Для них важно утолить свой голод до истечения предопределенного судьбой времени. Обычно им не хватает и пяти человек, потому мало кто выживает после рождения.
Опекун Сонтари был имперским поваром части полулюдей. Он ему и привил любовь к готовке. К обычной. До каннибализма от трупоедства Сонтари дошел сам. После решил отведать мяско голубокровых. Успешно. Это не стало причиной отправки в Сатор.
В чем мой друг «провинился» по мнению императоров, так это в его виде. Лицом он правда не вышел, соглашусь. Внешность мерзкая. Глаза точки, с непроглядной тьмой, огромная, отдаленно напоминающая рыбу, голова, и игольчатые зубы, выпирающие наружу. Да и характер сложный был, подстать внешности. Даже так он смог жену себе найти, а после ее заменили близнецы, копия матери.
Этой краткой биографии достаточно для понятия его легендарности. Жаль легенда умер от своей стряпни, недожив и до двухсот лет.
— Доверял я твоей стряпне, только благодаря Сонтари. Он бы не допустил к своей кухне умеющего готовить лишь яд. — с теплом в душе вспомнил почившего друга.
— Мастер Эсполадо, в день той дегустации, поставил хорошую сумму на то, что вы откажитесь даже смотреть на мое блюдо! А я верил в вас, и выиграл стартовый капитал. — усмехаясь, умело он управлял всем ходом работы.
И вот от прежнего месива не осталось и намека. Это уже аппетитный стейк на сковородке, с дополняющим его гарниром в тарелках.
В глазах эльфов отчетливо читался голод. Завороженно они наблюдали за преображением мяса, по открывав рты.
— Ох. — наигранно прикрыл рот рукой, — Вы ведь категорически были против такого позднего ужина. — смотрел я на господ с тарелочкой шедевра, расположившись поудобней.
— И до сих пор против! — вытирая текущие слюни с лица, стояла на своем принцесса.
— Если против мяса, я могу состряпать чего-нибудь из зелени этого леса. — уверенно предложил Лектор.
— Он отлично орудует своей пастью. Даже из смертельного яда воду сделает, чего уж говорить об этой траве. — показательно разрезая сочное мясо, хвалил я щенка.
— Ты нас убить пытаешься? — ворчливо пробубнил молодой господин, — Вот она свобода, никакой погони нет и не будет с твоим «щенком». — сжимал он крепко руку на мече, что-то себе надумывая.
— Что ж, мне нечего сказать. — доверия я и не ожидал, винить их не стану, — Мог бы предложить дегустацию, но вы мне не поверите.
— Да у тебя иммунитет к тысячи ядов! Если б не разболтал, может и подумали над предложением. — взбесилась юная госпожа.
— А я о чем. Ваше дело. Можете не спать, голодать, главное не помрите. — отведал я кусочек стейка.
Лектор стоял у огня, остолбенев от «наглости» господ. Замерев будто статуя, лишь его глаза яростно блестели в темноте. Верный, двухметровый щенок сверлил эльфов взглядом свысока, сжав любимую ложку до треска.
Господа вскочили с мест от внезапного звука, а после и вида, подняв глаза. Молодой господин моментально вытащил меч, госпожа же наготове держала магический камень от ошейника Лектора.
— Надоело. — утомленный зрелищем, повторяющимся в сотый раз, щелкнул пальцами, усыпив всех троих.
Аккуратно разместив всех на свои места, заботливо укрыв и насильно накормив, я уставился на огонь, танцующий своим пламенем.
— Они горели ярче.
Одним своим томным взглядом я поднял огонь до макушек сосен, подпалив пару ветвей.
***
— Чем ты недоволен в этот раз? — устав от многочисленных запросов, замученно пытался понять свое собственное создание я.
— Вы съели мясо! Первое, что попало в ваш желудок после недельной голодовки — тяжелое мясо! Да и даже так, это хоть что-то, но когда последний раз вы спали? — надоедливо мельтешило перед глазами пламя.
Вот такое «доброе утро» встретило выспавшихся господ. Едва они продрали глаза после сладкого сна, еще не осознав произошедшего прошлой ночи, эльфы осмотрели непривычное место, плавно, в унисон помотав головой.
А Лектор все храпел на своем месте, даже не собираясь подниматься сегодня. Не каждый день выдается шанс на такой беззащитный сон.
— Минди! — вскочил проснувшийся молодой император, нащупывая свой новенький меч.
Его глаза округлились и забегали, не найдя он свое оружие. Кожа побледнела, а руки задрожали, ведь контроль был за мной.
— Что ты с нами сделал?! — взвизгнула принцесса, подскочив к ближайшему дереву.
Она моментально достала камень, готовясь в случае чего ударить мое «слабое место».
— Я? — сидел у потухшего костра, от ушедшего огонька, рассматривая пепел, — Уложил спать, накормил хорошенько, и сел в ночной дозор до вашего пробуждения.
— Это все?! — грозно указывала юная госпожа на камушек, — Стой… накормил…? — подступила рвота к горлу принцессы, стоящей в ужасе.
— Ваш меч, господин, прямо на месте вашего погружения в сон. Вас тоже это касается, госпожа. То просто камушек с земли. — не стараясь и устало, даже не смотря на господ, указал я пальцем.
Словно ветром, император добрался до меча, встав в стойку. Госпожу же вот-вот и могло бы вырвать, она стояла наклонившись к земле, опираясь на дерево. Ей явно не до камня.
— Это дерьмо прошло через мой желудок… — пробормотала скромная юная принцесса.
Только эти слова добрались до кончиков ушей Лектора, тот, выпучив глаза, подскочил с места, выставив свои шипы.
— Проснись, Лектор. Мы на задании. — схватив тоненькую веточку, из других упавших после пожара ветвей, тыкал я угольки для искорок, летящих во все стороны, и, так безобидно ложащихся на землю, затухая, — Прекрати пялится на господ и шустренько собери все вещи. Так не то чтобы недели, нам месяца не хватит плестись таким темпом.
— Все же это были не мы. — тихо, уставившись на землю, пробубнил молодой император.
Проигнорировав задумчивого господина, лениво потер я свое лицо, мешки под глазами которого становились все ужасней и омерзительней с каждым днем. Подняв голову, вид обгоревших ветвей на фоне утреннего чистого неба, взбодрил получше кружки крепко заваренного кофе или глотока свеженького яда.
Мои компаньоны собирали вещи, когда я просто щелкал пальцами без остановки. Щелчки были похожи на тиканье часов, будто, нагнетая, пришло мне, бездельнику, в голову так подгонять их. Но показанный ранее урок оставил все еще свежие воспоминания, от чего господа терпеливо игнорировали мои выходки.
Как же их лица исказились, скройся я без каких-либо объяснений в лес.
Как бы не хотел поумерить пыл господ и вдоволь насладится их скорченными рожам, все же не в моем стиле подчинять своих контрактников. Это звучит слишком мерзко и самодовольно. Зачем мне уподобляться червям?
— У меня много вопросов. Хотя, вам будет сложно на них ответить.
Часть леса вокруг разбитого лагеря была залита темной кровью с зеленоватым оттенком, по кустам разбросаны куски плоти и шерсти. Где-то валялась целая челюсть, без продолжения, конечно же.
Эта была нежить, собачонки пустотных. Все они до сих пор живы, только толку в них мало. Переборщил чуток.
— Вы нацелились не на тех персон. — с безразличием, так как жалости им нет, щелкнул я и сжег их за считанные секунды, без единого звука.
С легкостью в груди развернулся и хотел было пойти обратно, как меня застали врасплох.
— Вот оно мастерство. — стоял у дерева молодой господин, сложив руки на груди и пристально смотря на пепел, — Бесшумно, не оставляя после себя ни одной улики, еще и природу сохранил. Даже пепел собрал в кучку с ветками. Как продуманно.
— Зачем же вы меня обижаете?
— Чем же? — недовольно спросил он.
— Следите за мной. Вдруг я отлучился по нужде? — мое дело оградить их от опасности, а как, в контракте не прописано.
— Вещи собраны. Одного тебя ждать мы не намерены. — проигнорировав меня, молодой император развернулся и ушел, не дожидаясь.
— Тогда зачем приходил?
Есть у меня один пунктик — если я задумал «так» оно так пройти и должно. Иначе во мне останется желание вернуть время вспять или убрать помеху, что проще.
***
— Это вход в темный лес. На этой территории наши союзники. Ведите себя прилично. — пригрозила взглядом юная госпожа.
— В их лесу нельзя убивать без разрешения любого коренного жителя. Если нарушите это правило, вас незамедлительно запрут в местное тюремное подземелье.
Подземелье значит. Раньше эта была башня. Величественная и громадная, может даже до облаков доставала. Не помню. Зато прекрасно помню ее падение, этот радиус разрушений и количество жертв. Додумались сделать кратер?
— Простите меня господамы, но могу я внести незначительное изменение в нашем маршруте. — нет желания встретиться с этими темными эльфами вновь.
— С чего бы?
— Ваш маршрут ведь делает огромный круг, но я знаю короткую дорогу.
— Какую дорогу, мистер Таин? — заинтересованно взглянула любознательная принцесса, — Мне знаком этот лес вдоль и поперек, пути короче, чем этот, мне не известен.
— Ваш путь обходит деревни темных эльфов, то есть вам не охота встречаться с местными жителями. Мой путь идет вот так. — провел я пальцем по карте.
— Это же…
— Мы пройдем через башню. Это место темные эльфы остерегаются, но опасности там нет. Даже больше, места, безопасней этого, в мире не найти. — я уж постарался.
— Откуда такая уверенность? — слыша легенды и слухи о том месте, встревоженно спросил молодой император.
— Это «Тайна». Просто место зовут «Сорона поляна» не спроста. Больше вам знать не стоит, иначе снова не заснете ночью.
— Если об этом узнают, империя вынуждена будет создать новый темный район… — серьезно обдумывала мои слова госпожа.
— Прикажите. — спокойно предложил Лектор, засматриваясь в сторону указанного мною пути.
— Верно. Прикажите и об этом не узнает ни одна живая душа. — выставив и расправив ладонь, зажег я огонек. Маленький, яркий, но не такой безобидный как был в гильдии. Этот таил в себе все мои многочисленные эмоции от этого места. В маленьком и ярком тельце, что обжигает руку создателя. Они вот-вот вырвутся на волю.
— Твоя рука… — с жалостью взглянула на меня принцесса, задев мою гордость. — Твои руки нам еще нужны. Не смей их сжигать. — но тут же избавилась от нее, перейдя на приказной тон.
— Как пожелаете. — сжав кулак, я не мог избавиться от послевкусия. Мерзкое ощущение прошло по всему телу, с легкой болью, что бесило еще больше.
Оперативно достав ткань и артефакт с водным элементом, подбежал и схватил мою руку Лектор. Неразборчиво фырча, он старательно приматывал маленький камешек к ожогу.
— Ткани мало. Оставьте ее господам. — недовольно поднял он свои глаза.
Беспокойство. Это чувство я избегал последние века. После смерти своей семьи, все, кто окружал меня, на сердце имели множество ран. Специально раня других, я готовился к будущему. В тот самый момент, когда настанет мое время, мне не нужны бесполезные мысли. Их беспокойство греет мою прогнившую душу, но также и ложится тяжелым камнем.
— Тогда просто не трать ее на меня. — холодом прошелся мой взгляд по окружающим.
Не жалейте меня. Не волнуйтесь. Не обращайте внимания. Не помните. Дайте исчезнуть, что б в этот раз меня уж точно не искали.
— Зачем вы липнете к нему? Он этого не хочет, разве не ясно? Лучше дайте ему вести нас к башне. — даже говоря так, холодно и безразлично, молодой господин подстроился под меня, оказав внимание моим предпочтениям.
Путь к цели порос терновником. Может…просто сжечь его?
***
Секвойный лес. Темные в нем не только эльфы и их души, а вся округа. Каждое дерево держит на себе дома, мосты и прочие строения цивилизаций. Ветки обвешаны лампами и гнилыми гирляндами.
Когда-то в этом месте кипела жизнь. Молодые эльфы украшали мосты лиственными гирляндами, лампами и арбалетами. Скакали по ним и радостно убивали «чужаков». В праздники еще подвешивали легкие ткани под стать сезону.
— Середина весны.
— Что? — заинтересованно поднял Лектор голову.
— Видишь те обожженные ткани? Глубокий зеленый. Последний день жильцов этих домиков был в середине весны.
— Какие познания. — недовольная моей трактовкой, зыркнула принцесса.
— Вы говорили о башне, что это за место? — смотрел он по сторонам, высматривая другие детали.
— Посмотри вперед. — как раз в этот момент мы прошли стометровую «безопасную» зону.
Темный лес огромен. Он распростерся на тысячи километров. Но! Ровно от границы леса до границы, на расстоянии ста метров, лежат обломки проклятой башни. Она чертой разделяет лес на две равные половины.
— Полюбуйтесь. Это начало Сороновой поляны.
Или же место появления катастрофы, трагедии, чуть ли не доведшая до вымирания целой расы. Это проклятая могила миллионов темных эльфов.
В глаза ударил солнечный яркий свет, разграничивший поле и лес.
Камни, кусты и прочие сорняки. Тут не растут цветы, деревья. Я удивлен, что на выжженной земле в принципе что-то взросло.
Граница поля строго держит рамки. Все кусты и ветки за этой границей сухие и бесплодные. Смотря издали, кажется будто за границей следят, обрезая лишнее, но это природа. Даже она не желает возвращаться в это место.
— Великая темница, башня темных эльфов. Место, где раньше держали самых опасных существ, или же тех, кого имперские семьи хотели убрать. Тут доживали свои полноценные жизни в адских мучениях.
— Как много тебе известно? — встревоженно уткнулась принцесса в пол.
Конечно же им не по нраву. Это грязное белье имперских. Хотя молодой император, спокойно и гордо смотря вперед, идет по трупам, некогда бывшими его целью.
— Все. — коварно ухмыльнулся я от этой мысли. — Но в тоже время ничего. — и тут же ухмылка сползла.
Мне хотелось бы забыть. Не знал бы я всего ни будь повода. И не было бы в моих руках цветка.
— Откуда же? — нервно она улыбнулась смотря мне в глаза.
Они нарыли на меня информацию. Знают многое, но не все. Ведь большая часть моей истории скрыта, сожжена, так как это позор для империи.
— Тайна, созданная императорами.
— Ты приложил свою руку? — пнул камешек под ногами молодой господин, уткнувшись глазами в землю.
— Я должен ответить? — спросил из интереса, ведь вопрос риторичен.
— Нет. Этого достаточно. — поднял он голову.
— Вы взрослеете, молодой господин. — больше это не мальчишка в короне.
— Нет. Просто начал понимать тебя. Хотя сложно понять психа. — усмехнулся он от сказанного абсурда.
Дальнейший путь сопровождался бесконечными вопросами любознательного Лектора. Господа молчали и внимательно слушали мои рассказы.
Так мы дошли до середины. За день. Собственными ножками протопали больше тысячи километров. Как? Не обошлось без магии.
Разбив лагерь, мы уселись у костра ожидая стряпни нашего повара. А пока сидели:
— Середина весны. Ровно середина. — меня попросили рассказать о трагедии, со стороны очевидца естественно, — Неделю молодежь украшала местность к предстоящему празднику.
— Какой праздник? — недоумевала принцесса.
— День сожжения ведьмы.
— И ведьмой она не была. — понял господин подхватив рассказ.
— Да. Она была…похожей на меня. В тот день к башне пришли почти все темные эльфы. Вся знать, простолюдины. Собрались все сословия. Лес был прекрасен. Нарядный, переполненный смехом и радостью. В день чьей-то казни.
— Верно, это мерзко. — понимая мои эмоции на не выражающем ничего лице, кивнул молодой император.
Это начинает пугать. Меня испугали? Как же это…
— После, когда солнце было в зените, вывели на кострище девушку. Она гордо держалась, но под конец стала кричать. Тогда огонь под ее ногами вспыхнул до небес. Секунда. Столько было у эльфов для побега. А после вспыхнула вся поляна Сорона. Взрыв. Треск башни. И великое падение не менее великой башни. Вот так я помню трагедию.
— Кем была та девушка? — не отрывал он глаз от костра.
— Таким же магом, любившей огонь до самого конца.
— Сколько ей было?
— Лет семьдесят, но выглядела на двадцать.
— Прям как ты? — усмехнулся он.
— Прекращайте, молодой господин.
— Да-да. Как скажешь. — он продолжал умиротворенно улыбаться, — Знаешь, мне стало спокойней.
— С чего же? — не нравится мне этот разговор.
— Долго думал, что же ты такое, но потом понял. Когда пришло осознание кого мы взяли в битву против пустотных, аж смешно стало! До слез.
— Вам и не стоило думать. Главное, что сейчас я на вашей стороне.
— Тогда, в первый день, я почувствовал, если бы ты хотел нас убить, то сделал же в ту же секунду немедля. Наши головы давно лежали бы у Сатора, а тела доедали звери. Может мы были бы полностью сожжены. Не знаю. Могу точно сказать, что в живых нас не было бы.
— Хорошо, что вы поняли это.
— Сильный союзник? Даже не знаю. Может до конца контракта, но не после. — продолжил он монолог, не замечая моих намеков, — Увидев тебя в действии, мои глаза открылись и узрели правильный ответ!
— Идите есть, господин.
— Все! Затыкаюсь. — смиренно император пошел к Лектору с принцессой, что спорили на счет ужина.
***
Вот то место.
Дождавшись засыпания господ, установив пару наблюдателей, маленьких миллиметровых огоньков, для безопасности, я отправился за истинной целью похода в поляну Сорона.
Лет так 800 назад, когда пошел мой второй век, меня заключили в эльфийскую тюрьму.
Без сознания с разорванным, на части сердцем, я наблюдал горение своего, единственного места, зовущие мы домом, пока нас волокли по земле темные мрази.
Следующее воспоминание было уже в той сырой камере с затхлым, трупным запахом. Помню его будто это было вчера. Те месяца в заключении были таким спокойствием, но такой скукой. Я проводил время за счетом тараканов в тарелке, освещением камеры миллиметровыми огоньками, а главным занятием было привыкание к новому облику семнадцатилетнего мальчишки.
На этом самом месте сожгли мою дочь, на моих гребаных глазах. Эти ублюдки изуродовали ее тело, обкорнали волосы и привязали цепями к столбу, с клеймом на лбу.
Они пытали ее для выведывания моих слабостей, но так ничего не получив, организовали это шоу, под видом праведного дела.
Кострище установили у входа в башню. Созвали публику. И вывели Беатрис, попутно унижая ее.
Такой вид был не столь страшным для тогдашнего меня. Она сильная и гордая девочка. Я вырастил мою дочь такой. И растил бы дальше…не будь того долбанного обещания!
Ее предали огню. Сначала все было тихо, только легкий треск разгоравшихся бревен нарушал тишину. Пламя обжигало ее ноги, сжигало плоть, но на лице была гордая улыбка, а взгляд был направлен на меня.
Кострище разгоралось. Ее лицо морщилось от боли, тело дергалось, волосы догорали. А улыбка не сходила. Она молча двигала губами, пытаясь мне что-то сказать, но мой разум был далек отсюда.
После полились слезы, мгновенно испаряющиеся на лице. Ее глаза забегали, но не оставляли меня дольше чем на секунду. Улыбка не сходила. Даже с далека я слышал ее мычание. Она сдерживала крик до последнего. Пока огонь не начал плавить мозг.
И в одно мгновение ее прорвало. Глаза лопнули и потеряли меня из виду. Кожа полностью расплавилась, а цепи хлипко держали ее тело. Один вид доставлял мне адские мучения, но когда она стала истошно кричать «папа», кровь закипела. В ту же секунду я желал сжечь весь лес дотла! Всех, кто смотрел и с восхищением наблюдал за страданиями, за сломанной душой! Но было обещание. Она просила меня дать ей догореть. Умереть придавшись огню, так близкому сердцу. И я дал. Сдержал обещание, ускорив процесс. Дал секунду тварям, что нравилось это шоу. Секунду на прощание, что дали они.
Я выполнил ее просьбу. Моя душа ныла от боли. От потери любимой жены и дочери. От предстоящего одиночества. От бессилия перед словами ребенка.
Она желала спокойствия души подаренное мной и супругой. И отобранное этими черными тварями с острыми ушами.
Беатрис с детства любила огненные цветы. Она была прям помешана на огне. Не так плохо для моей дочери. Сегодня я принес ей этот цветок.
Мне тысячи лет. Я не помню своего рождения или точного возраста. Каждое тысячелетие как новая жизнь. И такое существо, как я не черствый холодный сухарь. Я умею плакать. Могу страдать. Способен не сдержать эту бурю эмоций в себе.
— Это второй раз, как мы встречаемся после твоей смерти. Надеюсь твоя мать с тобой. Не хочу, чтобы Сильвия оставалась одной. — я опустился на колени перед каменной насыпью, — Скоро моя душа к вам присоединится. Подождите меня. Совсем скоро… — моя челюсть сжалась, глаза начинали болеть, а плачь перерастал в истерику.
Да. Даже великому темному магу Сорону Тайну сложно держать все в себе. Для такого мы и находим близких. Будь то люди, животные, трупы, природа или галлюцинации.
— Что ты делаешь под этой завесой? — не стесняясь спросил самонадеянно император.
Я знал, что он идет. Но остановиться уже не мог. Трусливо скрыл себя с могилой темной завесой, сохранив гордость.
Моя исповедь была в самом разгаре, потому ответом на его вопрос было молчание.
— Ну и ладно. — не добившись результата, он вернулся в лагерь.
Так наступило утро.
Прошли века, но земля не остыла. В низинах завала все еще было тепло. Уютное место для лагеря. Только вот он на костях сородичей господ, но никто об этом не задумывался.
— Два дня.
— О чем ты? — с аппетитом набивали щеки эльфы, так ненавистной ими едой Лектора, — И где Лектор?
— Лектор выполняет свою работу. — указал я направление, лениво выставив расслабленную руку.
— Два дня до чего? — настойчиво вернула пропущенную тему юная госпожа.
— Через два дня наш контракт завершиться. Завтра мы уже будем на территории эльфов, а от вас до пустотных недалеко. — согнул уставшую свою спину, облокотившись на колени.
— Так уверен в себе? — съязвила она.
— Ровно одного дня хватит? Не часу больше? — усмехнулся император, веривший в него.
— Может меньше, может больше. Зависит от королевы. — установил я гробовую тишину.
— Что ты только что сказал? — поперхнулась удивленная принцесса, уставившись на меня исподлобья.
— Ну а как иначе. — расслабленно поднял голову в небо господин.
— Что ты с ним сделал?! Мальшал. Что за поведение? — разъяренно глянула советник.
— Минди, знаешь почему тебя не выбрали наследницей?
— К чему ты ведешь? — император затронул больную тему.
— Ты зацикливаешься на «фактах». Старательно веришь в Императоров. Закрываешь глаза на нежелательную правду.
— Я не хочу говорить об этом, брат. Но вспомни кто наотрез отказывался от мистера Тайна.
Назревал конфликт. Только мне не нужны разногласия меж заказчиками.
— Королева пустотных не широко известный персонаж.
— Не вмешивайся в разговор! — нервы стрессоустойчивой принцессы были на пределе. Чего она боится?
— Простите, юная госпожа, но я вмешаюсь. — мой пронзительный, но пустой взгляд, поумерил ее пыл.
В моей голове было два варианта решения: либо мое нападение и нарушение принципов, дабы улучшить ее мнение о господине, либо стать большей проблемой, чем господин. Не сработает второй…пусть простит меня Шарле.
— Прости меня, сестренка. — прочитав мои планы, вмешался молодой император, — Мое мнение о нем поменялось. Этот маг мне был противен, ведь понять ход этих подлых мыслей было невозможно. — крепко обнял он госпожу со спины.
— Ты увидел его душу? — от удивления ее глаза широко раскрылись.
— Да. У меня получилось.
Мы поменялись ролями. Его сложно понять. Хотя слабее от того я не стал.
— Откуда тебе известно о Королеве? — крепко вцепившись в руки господина, подуспокоилась принцесса.
— Попробуйте догадаться. — сам того не заметив, по забытой привычке стал я поучать ее, — Кто сказал вам о ней?
От такого поворота лицо господина засветилось в улыбке. Ему был по нраву мой ход.
— Пострадавшие услышали от пустотных. А те девушки ведь говорили, что ты встречал пустотных ранее!
— Верные факты, но ответ не тот.
— Подумай, как еще он мог узнать. — подталкивал к верному ответу господин, догадавшийся ранее.
— Ты…сам пустотный? — испуганно задрожала принцесса, в то время как господин радостно кивал.
— Нет. — разбил я их догадки, — У меня была семья. Дочь зародилась привычным вам путем.
— Тогда… — изумленно смотрел на меня господин, но не успел он договорить, ведь его прервал Лектор.
— Таин! — радостно прыгая по камням, с успешно выполненной работы, Лектор махал оставленной темной рукой, отрезанной по локоть, с обломанными, но все еще длинными когтями.
Эта особенность присуща охранникам леса и темных эльфов — каменному друиду.
— Ты убил друида?! — резко и недовольно обернулась, с Лектора на меня, госпожа.
— Он ступил на запретную зону. Никто и не подумает на нас. Даже убийством не назовут. — уверенно расставил я руки.
— Смотрю, ты все продумал. Великий. Ты и вправду великий. — нервно смеялся молодой император, схватившись рукой за голову.
— Все? Этой руки не было в моих планах. — меня раздражает такая маленькая, но опасная своевольность Лектора. — Вроде приказ был избавиться от всех улик. — мое недовольство можно было хорошо прочувствовать через холодный взгляд на виновнике.
— Раз уж на то пошло, что мне крайне не по душе, этот приказ нужно выполнить до конца! — встревоженно не находили себе места глаза принцессы, — Друидов всего пять на весь темный лес! Великое Древо знает местоположение каждого из них. Если после смерти друида темные эльфы заметят движение, они не оставят все так просто! — от назревающей войны, юная госпожа в панике хваталась за голову, в попытках продумать дальнейшие действия и просчитать убытки, понесенные по ходу.
— Но… — подняв неловко палец, пытаясь объясниться, Лектор не успел вымолвить и слова, как его перебил господин.
— Как сказал наш темный маг, они и не подумают соваться на запретные земли. Но станут поджидать на выходе, окружив территорию. — молодой император тоже погрузился в раздумья, продумывая безопасный выход.
— Говори, Лектор. — его щенячьи глаза успокоили мой гнев, а жалкие попытки объясниться подняли настроение.
— Да! — моя ухмылка заставила завилять его шипастый хвостик. — В этой руке, схожая с вашей, энергия! Мне показалось, что вы должны были знать…
Верно. Каменные друиды были созданы моим сородичем. В них вложена часть энергии и души создателя, но лишь малая их часть. Остальное храниться в Великом Древе, вместе с плотью хозяина. Скорее всего он мертв. Иначе в день трагедии он незамедлительно бы прибыл на защиту своих любимых темных тварей.
Нас не легко убить. Мы можем исчерпать весь запас энергии и дойти до уровня зародыша, но смерть от истощения не испытаем. Из-за редкости нашего рождения нам даровали такую гнусное явление как бессмертие. Мало было нашей участи, так еще и прокляли в добавок…
Как же тогда умер создатель друидов? Сдохла его душа. Его плоть хранится в Древе, а душа давно ушла в забытье. Я же не говорил, что в Древе останки создателя.
Такое состояние называли очень просто — «сон». Мало кто готов пойти на такое, хрен его знает, что станет с их телами после. Корыстных тварей в этом мире полно, а среди приближенных тем более.
Последние сто лет, как вырастил сорок второе поколение, я стремлюсь ко «сну». Прихожу в копию нашего дома, укладываюсь поудобней и стараюсь погрузиться в «сон». Только добиваюсь лишь сна. Точнее очередного кошмара. В котором вновь вижу моих малышек. Молодую Сильвию и маленькую Беатрис. Мы проживаем полвека, и они встречают свою смерть.
В такие моменты я благодарен своей памяти. Но пора вернуться в реальность. «Сон» сам ко мне не придет.
— Знаю. Не стоит заострять на этом внимание, просто сожри ее. Чем дольше она за пределами твоего желудка, тем ближе ко мне морока. — кому как не мне после исправлять его ошибки.
— Но какое-то время энергия продержится в его теле.
— Никак нет, юная госпожа. Через свой желудок, Лектор поглощает и энергию. — что довольно полезно в чистых убийствах.
А ведь именно Лектор может «убить» меня. После попадания в его желудок, я останусь вечно перевариваться в нем. Моя энергия будет моментально восстанавливаться и поглощаться. Наш Лектор ходячая могила для пустотных.
— Нельзя отрицать вероятности окружения леса. — ожидая гениального варианта решения проблемы от меня, молодой император пронзительно смотрел мне в спину.
— Просто прикажите. — повторился Лектор, доедая руку.
— Нам не нужно повторение трагедии! — заметив уверенно настроенного брата, прервала его советник. — Ты ведь не планируешь сжечь наших союзников?! — слегка ударив по спине молодого господина, она села напротив меня.
— Все на много проще чем вам кажется, госпожа. Малые уточнение могут кардинально изменить любой исход.
— Вам раньше не доводилось работать с тенями? — удивленно спросил Лектор, услышав базовое объяснение от меня.
— Ты не обычная тень. Даже среди Сатора твоя история вылизана до уровня имперца. Согласись, это странно. — нервно стуча пальцами, добавил молодой император.
— Верно. Не обычная… — думаете я мечтал таким быть? Стремился?
— Да-да! Он один из первых теней!
— И что с того? Меня не было в той войне. Даже там я был недотенью. — недовольный тяжелый вздох прозвучал от замученного, очередным ворошением прошлого, меня.
Почему всех так интересует «что я такое», мое грязное белье и вся подноготная? Что может быть интересного в темном, непроглядном прошлом мерзавца?
— Сколько тебе лет? — ошарашено выпучив глаза, обернулись на меня господа, с не особо приличным вопросом.
По их лицам можно сказать, что основную свою задачу я выполнил. Они абсолютно забыли о всех страхах и переживаниях. Новые враги империи? Плевать на них! Интересней сколько этому старику веков стукнуло.
— Никогда не пойму вас. Что такого необычного в моем возрасте? — постепенно нарастала злость, от того неосознанно росло и давление вокруг меня.
— Восстание теней было 4,5 тысячи лет назад. Даже последнему, четвертому восстанию не меньше полторы тысячи. Это не вяжется ни к одной расе. — раньше неизведанные тайны манили нашу принцессу, сейчас же испугало до видимых мурашек.
— Ты не пустотный, сам сказал, потому жить столько просто не смог бы. — таращась без стеснения и страха на меня, дополнил молодой император.
— Разве нет такой расы? Вы так уверенны… — тут задуматься заставили уже они меня. — Может до этого времени информация не дожила?
— Нет. Точно где-то по миру мои братья и сестры разносят информацию о тебе, Таин. Мы точно не позволим тебе исчезнуть. — Лектор гордо улыбался, говоря такую слащавую, забитую фразу.
— Да о чем вы говорите?! Какая раса может прожить четыре тысячелетия?! — с каждым днем, наблюдая за господами, я убеждаюсь в их кровном родстве. Как же похожи, даже характеры.
— Мы уже потратили много времени впустую…
— Не уходи от темы. — нагло приставив меч к моему горлу, напирал молодой господин, без капли дрожи, с уверенностью в моей душе.
— Вы не дали мне договорить. Я поведаю вам о пустотных людях по пути к выходу из леса. А вам бы рекомендовал убрать эту зубочистку от меня. Ею будет сложно даже поцарапать мою кожу. — введя в ступор господ, и, отодвинув пальцем меч, я медленно и лениво, в привычной горбатой позе, начал шагать в сторону границы Сороновой поляны.
Спрятав меч в ножны, Молодой император настаивал на своем:
— Сколько тебе лет? — стоя ко мне спиной, и, приводя сестру в чувство, он успокоился.
— Не знаю. Может уже и десятка стукнула. После обнуления прошлой планеты я проклял себя.
— Зачем? — заинтересовалась уже принцесса, убедившись, хоть и не доверяя, в безопасности.
— Вы бы могли продолжать жить помня все смерти?
— Это сложно, но жизнь на смерти близких не заканчивается. — вдумчиво ответила она, догнав меня.
— А кто говорил только про близких? Семьи, друзья, хорошие знакомы — это конечно больно, но что вы скажете про собственную смерть? — если ее назвать таковой можно.
— Ты помнишь свою смерть? — в их глазах не было жалости, только чистый интерес.
— Нет. Иначе бы меня здесь не было. Зарылся бы под землю, лучше вообще в ядро, чтоб наверняка, и уснул. — уверен до такого я доходил, и провалился, раз живой.
— Наверное лучше начать сначала. Так вы только запутаетесь. — видя озадаченных эльфов, вмешался Лектор.
— Всем нам известны особенности пустотных. — без предупреждений и разглагольствования, начал я объяснения, — Раньше, когда пустотных людей было больше, в истории людей было полно сведений о пустотных. Вот вам известен процент вероятности рождения пустотного?
— Все сто. Но теперь это ложь.
— Она не далека от правды. 75% что родиться пустотный, в иных же случаях появлялись мы — пустотные люди.
— И где же это недалеко?
— Просто это цифры без учета удачи пустотной расы. С невероятной удачей этот процент взлетает до 95. Наше рождение считалось ужасной неудачей, и пустотного, создавшего жалкого человека с их кровью, клеймили до конца их бесконечной жизни. Конечно, со временем и с появлением все больше успешных экземпляров, неудача забывалась, стиралось клеймо.
— Им настолько было мерзко породить человека?
— Нет. Просто это было пустой тратой человеческого ресурса. Людей становилось все меньше, за их размножением нужно было следить и заботиться в случае надобности. В то время людей под их опекой поглотил разврат, а он был излишним, хоть и помогал в росте численности. Все больше от них было мороки. Пустотным хватало обязанностей и с обычными людьми, а тут появились убыточные экземпляры.
— Они использовали своих детей?!
— Как будто сейчас это ново. Да, пустотных людей использовали для продолжения рода. Материал из нас был хороший. Мы бессмертны, после опустошения жизненной энергии, наше тело восстанавливается, и, можно сказать, пустотные люди воскрешаются спустя век. Вот только есть одно громкое «но» — процент вероятности зарождения плода 10, а на рождение вовсе 1%.
— Проще использовать людей. Как понимаю, они уж очень ленивы. — подытожила она.
— Прямо как Таин. Меньше мороки, меньше движений. Так и хочешь расплыться по земле ленивой лужицей.
— Доля правды есть. — неохотно признавать, но так уж вышло.
— Не доля! А на все сто правда! — смеясь, оживился Лектор, плетущийся за нами.
— Ты что-то говорил про «обнуление»? — не утолив до конца свое любопытство, продолжила расспрос принцесса.
— Этого вам лучше не знать. Хотя бы пока. — дела богов и мое прошлое не одно и тоже. Тут прав разглашать всем и вся у меня нет.
Так продолжился наш поход и дальше. Господа разговорились и порядком расслабились, начав рассказывать о своем детстве и родственниках.
Был то намек или нет — не так важно, в любом случае ответа у меня нет.
Мы стремительно приближались к выходу с поляны, пройдя еще пару тысяч километров. Но время беспощадно утекало и близился вечер. Небо краснело в лучах солнца, на что обратила внимание юная госпожа с Лектором, задрав головы вверх. Только, всего за пару минут его заволокло черными тучами. Абсолютно черной непроглядной тьмой скрыли всякий свет. Опустился холодный туман на все еще горячую землю.
Существует всего одно существо, окружающее себя этой гнилой атмосферой, и, способное противостоять жару моего огня.
— Таин! — потеряв меня из виду, Лектор запаниковал, выпустив шипы.
— Что происходит?! Где вы? — принцессу так же озадачила резкая потеря зрения.
— Лектор, спрячь шипы. Юная госпожа, прошу опустить кинжалы. Вас, молодой господин, это так же касается. Вы хотите случайно убить союзника?
— Почему ты такой спокойный?! — сжав плотно веки, молодой император старался почувствовать окружение, но растерянность говорила о провале.
И немудрено. Жалкие человеческие расы не способны тягаться с «великими» пустотными. Так построена иерархия этого мира. Такие стандарты создали они сами.
— Не знаю. Может просто чувствую свое превосходство. — правда не понимаю откуда такая уверенность перед Ее Величеством.
Удачно судьба сложилась. К нам пришла собственной персоной Королева Пустотных. Сохранив наше время, она привела с собой всю свою миллионную армию, или точнее всех пустотных не занятых заботами продолжения рода с новым материалом.
— Ты. — томный голос, шепотом за непроглядной тьмой, обратился ко мне, находясь будто прямо у моего левого уха. — Удивительно. — ее спокойствие было рассчитано на подавление нашего духа, что и случилось с моими спутниками. Но оно никак не работало на меня.
От голоса королевы веяло холодом и неким разочарованием, только для меня ее слова ощущались теплой гордостью и похвалой.
С каждым выращенным поколением моя память, оставленная им тяжким бременем, пополняется новым тысячелетием, а после передавалось частично проклятому мне. Так я оставлял у себя лишь необходимые знания и воспоминания, исключая разрушающие мою личность. За годы многое отсеялось и забылось. Но только памятью. Тело же помнит все, как бы себя не проклинал.
Такое тепло последний раз я чувствовал с маленькой Беатрис на руках, когда та мирно сопела во сне.
Ее Величество, под конец моей жизни, решила омрачить все оставшиеся хорошие воспоминания. Теперь, чувствуя это тепло, мне до жути мерзко. Охота выблевать все органы разом, перерезать каждый нерв лишь бы прекратить эту пытку.
Насколько бы пустотным я не был, в отличии от них, способен испытывать эмоции, парочку из которых прекрасно работают в качестве мотиваторов.
Неважно что значили ее слова, неважно что она скажет дальше, я слишком долго прожил с людьми и набрался их ценностей, что бы так просто простить такую дерзость!
Усеяв небо огнями, призвав сущностей за наши спины, я разглядел огромную мерзкую морду перед собой, неестественно скрутившуюся, дабы прижаться к земле и смотреть на нас в упор своими черными блестящими глазами. Точнее, всеми десятью.
На такой пафос и процента манны не затратилось.
— С рассказов, я не видел тебя тысячелетий шесть.
— Хо~ С рассказов? — королева слегка улыбнулась, парадируя людей, дабы выразить свой интерес.
— Но еще бы двадцать не хотел видеть. Вы как всегда омерзительны, Ваше Величество. — здравомыслие не покинуло меня, оно аккуратно направляло злость в нужное русло.
Мне известен свой предел, известны слабости… но они никак не помешают уложиться в срок окончания контракта.
От моих действий и от лицезрения такой прекрасной картины, господа замерли на месте, не в силах даже задрожать. Раскрыв рот и направив глаза на Ее Величество, они тихо стояли позади, если конечно не упали в обморок.
— Ты. — глупо протягивая каждое слово, вновь заладила, — Удивительно. — и в мгновение ее оскал растянулся до ушей, а глаза радостно прищурились. Острые, белоснежные зубы, могли спокойно отразить в себе без искажений нас.
Лучше бы не видел его. Мои глаза в точности повторяли ее. Только количество отличалось. Та же тьма, тот же блеск…
— Чего заладила? Другие слова забыли? — не впервой мне испытывать отвращение от себя.
— Ты… — бесцеремонно перебив ее, я сбыл ее улыбку.
— Прекращай уже, ничтожество. Думаю, ни только мы пришли по ваши души. Чего резину тянем?! — крикнув на всю поляну, я восстановил первозданный ее вид, адский огонь Сороновой поляны.
Жар от пламени вернул контроль господам и Лектору. Что одни, что второй ни разу не были на поле битвы. Одни юнцы, другой сражался только за выживание. Но все были готовы к сражению, наготовили оружие, шипи и яды, скрыли, как могли, слабые места. Они нацелены на победу и полны уверенности в своей полезности.
Хорошее начало для война, хоть и самонадеянно.
Жар земли рассеял туман королевы, подпалил ее колени и все части соприкасаемые с землей. Армия, стоящая на территории поляны, взмыла в небо, в попытках сбежать от неведомой до сего момента боли. Земля содрогалась от каждого движения гигантской королевы. Своими гибкими костями, она жутко извивалась, валя деревья вокруг. Поляну заполнил свист ветра от движений пустотных в панике. Сам ветер, своими порывами, сносил нас с места.
— Мерзотная палка. Больно напоминает мне она башню этих мразей. На моей территории нет места вам! — злость, копившаяся годами, высвободилась в адском пламени поляны, прогоняющем проигравших пустотных.
Километровая в высоту фигура, роскошные белые перья на поясе и груди, тонкие длинные палки вместо рук и ног, громадные ступни, что за раз могут вкопать нас в землю, тонкие длинные пальцы рук с чуть меньшими когтями. Как бы пустотные не старались выделяться, от человеческих рас их отделяет белоснежность их кожи и перьев, а также сероватая дымка, окружающая их тела вместо привычной нам одежды.
Благородность их рас отличается габаритами. Банальности хватило бы и так, но они отличились и внутривидовой внешностью. Идеальность и однотипность «божественной» расы. Все под копирку. Лишь по цветам отличить можно.
Как же тогда отличились мы? Пустотные люди похожи на родителей лишь на половину, а какая половина выбирают уже не они и не мы.
— Удивительно. — с надменным выражением лица она, думал я, опять заладила, но нет, — Ты превзошел меня.
Впервые за время как я себя помню, по телу пробежали мурашки.
Куполом, туман окружил поляну, а армия и сама королева растворились в нем, позорно сбежав.
— Я, конечно, тебе верил, но что бы так легко справиться с королевой…
— Как? — Лектор озадаченно осматривался вокруг, удивляясь масштабам.
Даже маленький огонек души Мича задрожал в панике.
— Восемьсот лет назад, на этом месте, я истратил последние 5% своей манны, грубо говоря пометив эту территорию.
— Территория темного мага. Абсолютная власть и защита. — возвращая пузырьки с ядом на пояс, вдумчиво смотрела на меня юная госпожа, — Сколько положительных эффектов на самого мага, столько же и отрицательных накладывается на других существ в пределах зоны. С учетом твоих способностей, а также того что мы только что лицезрели…
— Ваше Высочество, эта лесть вызывает у меня только отвращение. Прошу прекратите. — хоть она говорит правду, но столь не естественно, что аж колотит.
— Твое зло не бесконечно. — ехидно улыбнувшись, она стукнула меня в плечо.
— И откуда вам столько известно о темной магии, юная Принцесса?
— Я имею дело с Великим темным магом всего материка. Как могло быть иначе?
— В одних только библиотеках информацию не нарыть, мисс.
Господа умолчали, улыбаясь мне в спину.
Отвратительно.
***
Смогли бы, после увиденной рожи гиганта в метре от себя, сладко спать? Господа могут. Крепко спят, видят десятый сон, объятые адским пламенем на чужой территории. Безрассудно, но хотя бы, кроме шума огня, ничего не слышно. Нет ни галдежа, ни споров, ни расспросов.
Блаженство.
Последний раз я спал слишком давно, чтобы вспомнить. Завидую ли я эльфам? Ни капли. После свержения королевы, меня ждет мой вечный кошмар с моими девочками. С зятем и внуком. В нашем домике на утесе. После смерти которых, кошмар начнется с начала. А после вновь. И так до очередного обнуления мира.
— Почему вы хотите бросить нас? — единственный говорящий огонек, прижав обиженно свои пламенные уши, стоял за пределами безопасной части земли. В адском пламени его подавленные, черные глаза сверкали только ярче.
— Нужно ли отвечать? Неужели все во мне видят бездушный камень?
— Но вам ведь столько лет! Вы сталкивались с потерями не раз и даже не тысячу! Живой же! До сих пор прожил, переждав время до проклятья… — не зная, как удержать меня, он…разрыдался?
Во всех существах есть часть моей души, а в некоторых и других душ. Так в малюсеньком немом огонечке частичка Беатрис, в облачном огне — Сильвии, еще есть огни моих учеников, и множество душ забытого прошлого.
Ушастый со мной уже долго. По рассказам может даже с самого начала. Из всех он единственный во многих вещах, пара из которых это эмоциональность и говорливость. Думаю, даже будь он немым, можно было бы по этим круглым глазам понять все что твориться в его голове.
— Чего расхныкался? Я же не собираюсь умирать. — хотя в глубине души желаю. — Всего лишь усну до следующего мира. Великому злодею тоже нужен отдых.
— Злодею? — медленно открыв глаза, молодой император перевернулся на бок в своем лиственном спальнике, подперев рукой голову.
— С чего же тебя начали звать Великим? — перевернувшись на живот, поудобней устроилась госпожа.
— Сколько бы раз не повторял, до вас не доходит. — тяжело выдохнув, я поднял взгляд на темное грозовое небо.
Наглое вмешательство двух особ в природную стезю породило грозовую тучу, сравнимую с грозой районов Дельта. За пределами территории шквальный ветер гоняет ветки и листву, те провоцируют молнии, что испепеляют их за секунду, а уже пепел летит к нам вместо капель проливного ливня. Можно сказать — сухая гроза. Разряды выстраивались в абсолютно новые узоры… медитативно и довольно увлекательно наблюдать за этим. Гроза слегка успокоила меня.
— Таин был тем, кто начал восстание теней. — также смотря в небо, и видимо слышав слова ушастого, ответил Лектор за меня.
— Если уж говоришь, то говори правильно. Как теперь доверить тебе свою историю?
— А разве не так? Фактически вы это начали. Ваши слова подтолкнули первых теней.
— Великий злодей… Теперь становиться понятней. Ты разжег огонь в пострадавших от тирании императоров, а после наблюдал как он неконтролируемо разгорался. Что этому поспособствовало?
— Не знаю. Это то, что я, так скажем, стер из своей памяти.
— С учетом, что каждое восстание начиналось одинаково, думаю тот раз тоже был связан с близкими вам людьми. — более я не сдерживал Лектора, моя смерть близко, почему бы и не начать ослаблять поводок.
— Может было и так. Мои действия не попали в историю.
— А вот и нет! О вашем вкладе многие тени писали! В библиотеке Сатора целый стеллаж выделили под биографии и рассказы с упоминанием Сорона! Как вы могли подумать, что тени забудут о ваших подвигах.
— Сам-то веришь в это? Подвиги. Ха. К чему моя импульсивность в итоге привела? Где-нибудь заметил справедливость за которую мы воевали? Нет ее. И с каждым разом прав у теней становилось меньше, а обращение к нам стало хуже, чем к тварям. — не знаю зачем вообще боролся. Скорее за такими высокими целями скрывалась банальная месть. Великий идиот, а не злодей!
— Но что-то хорошее вы делали. Может и не собирались, все же каждый раз становились тем самым необходимым козлом отпущения. Тем самым злодеем, кто прекращал межрасовые войны, забрав все внимание на себя. — она считает это хорошей стратегией?
— Оправдываешь убийцу своего деда? Вы удивительны, Принцесса.
— Я уж точно не стану оправдывать этого аморального идиота. — опустив глаза, она проскрипела зубами, — Падаль, что выбрала путь тирана, взбирающегося по головам родственников, ради спасения своей задницы, недостойна жалости!
— Не помню, чтоб вы тогда родились.
— А нас тогда и не было. — в диалог влился молодой император, со скорбью в глазах.
— Но была наша матушка со старшей сестрой. О сестре ты тоже не слышал, верно?
— Слышал. Даже видел ее. Однажды, одним глазом.
— И когда же тебе довелось ее видеть? — заинтересовано смотрел он на меня.
— Сильвия была ее экономкой. Ее величество очень ценила мою жену. И когда во дворце запахло жареным, именно она отослала ее ко мне. Погибла в одиночестве, ничуть не хуже своей экономки. Убил-то один человек.
— И даже так ты согласился на наш контракт? — в глазах господ читалась вина, хоть их и в помине не было еще.
— Я не тот, кто будет перекидывать чужую вину по кровному родству. Виновата ли была моя дочь, за мой отказ императору в подчинении? А за все восстания? Нет. Но она мертва.
— Она ведь здесь? — неожиданным вопросом, император выбил меня из мирной медитации.
— Что? — с самого начала я неверно понял его вопрос и поселил в себя ложную надежду.
Он может читать души, а не видеть. Хватит мечтать, придурок.
— Та насыпь, у который ты сидел, это ведь ее могила? Или то жены?
— Господин, вы ходите по тонкому льду.
— Утром, я занес ей цветов, что нашел поблизости. Хотя то можно назвать сорняками, пусть она меня простит за это.
Все больше меня пугают его действия. Открытость, доверие этого юнца омерзительны. Это сочувствие… именно поэтому я ненавижу говорить о прошлом. Они делают меня жалким, убивают уверенность в себе и своих силах.
— Хватит…
Грохотом раздался удар по куполу территории. Огромная рука почти перекрыла небо над нами. Столкновение двух сильных энергий разорвало пространство, что спровоцировало сильные порывы ветра. Они почти затушили адский огонь, но он воспылал еще сильнее от поддержки моих эмоций.
Королева продолжила натиск, успешно прорывая мою оборону. Медленно, но рука продвигалась к земле.
Может у пустотных нет эмоций, но проигрывать они ненавидят.
Вместе с королевой прорываться по земле начала и миллионная армия. Пробираясь по огню, ослабевшему от отражению атаки, они стремительно приближались к нам, неся не малые потери. Не знающие страх и крик пустотные кричали от адской боли и жжения. Этот звук в многократном повторении и наслаивании резал уши.
— Готовьтесь! Через секунды они прорвутся к нам! На них действуют эффекты территории, но не забывайте, что на вас тоже! — осматривая периметр, я видел только толпы белых пятен и страдающего Лектора.
Его чувствительные уши не выдержали звуковой атаки, перепонки лопнули, а он сам старался оправиться от шока и пищания в ушах. Скоро до него дойдет оглушающая тишина, а также когти пустотных.
— Минди! Защищай Лектора! — сказал заботливый брат, и без того слабой в этой ситуации, сестре.
Манна убывала с немалой скоростью. Как бы силен я не был, а переть в лоб Королеве не собирался. Вот это и есть безумие. Хотя оно малое.
Ослабленные пустотные ложились на землю один за другим от меча императора. Огонь и отрицательные эффекты повысили шансы эльфов. Принцесса бросала яды вдаль, что стали не бесполезны от адского пламени, император рубил тех, кто выходил из огня. Командная работа и отличная слаженность повышали шансы на успех, но жаль шанс не зависел от них.
Когда процент манны опустился ниже 15, я начал ослаблять защиту, кардинально меняя облик. Зная предел использования беспрерывно магии, королева злорадно лыбилась и напирала еще сильнее, подвергая себя опасности. Предел работал и на нее. Ее сердце в любой момент готово было взорваться, как и мое, если бы не отступил назад.
В мгновение в глазах потемнело. С грохотом содрогнулась земля. В радиусе 10 километров от поляны, деревья темного леса вырвались с корнем от секундного землетрясения. Территория поляны покрылась разломами и трещинами, откуда сверкала раскаленная магма. Адское пламя потухло оставив после себя багровую землю. Вместе с туманном приближающийся королевы, кровавой пеленой они застилали глаза. А из этой пелены высунулась десятиглазая морда, аккуратно и плавно опускающаяся на наш уровень.
Подняв свою руку, она осыпала нас камнями и булыгами, и, к своему сожалению, увидела не то что хотела. Под ее рукой вбитый в землю лежал один лишь маг. В последнюю секунду, а то и меньше, я отбросил Лектора к юной госпоже.
— Кольцо… — шокированная, но целая, принцесса смотрела на выбранное у Мича колечко.
Подвеска же была на господине, и прекрасно выполнила свою роль.
Когда увидел в лавке тот шедевр, я принял его за вызов. Под конец своей жизни можно и артефактов наделать для истории. Честно не знал, что они пригодятся так рано. Сейчас артефакты покрылись трещинами от массивного удара и приняли не лучший внешний вид.
— Твое творение? — протяжно спросила королева, приглядываясь к кольцу.
— И что с того? — ответить было тяжело, пару камней зацепили горло, нехило повредив его. Голос маленького мальчика, каким я выглядел в данную секунду, был грубым и хриплым, а иногда перескакивал на столь высокий, что даже было не слышно.
— Удивительно~ Когда ты появился на свет, поглотив титана, я ожидала от тебя многого, Вороненок.
Ее слова знатно корёбили меня. Этот голос, обращение, были тем, что по реакции тела, видимо я хотел забыть. Та самая вырезанная часть истории.
— Дай угадаю, но оказался человеком. — мне не хотелось докапываться до правды, не зря же специально забывал ее. Голова начинала побаливать, уже не от внешних малых травм, а от попыток мозга вырваться из лап проклятья.
— Верно. Мое чадо стало пустотным человеком. Ты поглотил последнего, могущественного титана…
— Чье чадо…!
В ту же секунду мне хотелось стереть все услышанное из памяти насильно, но для этого требовалось большее количество манны, чем было у меня. Проклятья не детские забавы.
— О каких титанах вы говорите? — посматривая украдкой на меня, принцесса освободила свое любопытство.
Она выигрывает мне время, догадливая девчонка. Время на поглощение огня души Мича.
— Какой отважный экземпляр. Титанов не было в этом мире, да? До обнуления прошлого мира, на земле существовали многие другие расы. Такими были и титаны. По размерам они почти догоняли меня, за что и были вырезаны. — она зло улыбалась, поглядывая на принцессу. По ее глазам можно понять, что она заметила потенциал манны имперских потомков. Принцессе была уготована участь титана, она стала любимцем Ее Величества.
Оскалившись, Лектор прижал к себе принцессу, так бережно к нему относившуюся после потери слуха.
Глупый Лектор. Это жалость. Она исчезает со временем. А когда исчезнет, ранит хуже ножа в сердце.
— Твоя собачонка, Вороненок? Такой сообразительный. Но знает слишком много.
— Говори понятными им словами. Что б они испытали весь спектр гнева, когда будут носить в себе пустотных. — хотя я этого не позволю, — Он ведь слишком уродлив, да еще и химера. Куда уж вам его использовать? Не позор ли?
В глазах господ я выгораживал своего человека, спасая от участи расходника. Могло бы показаться предательством, но их вера зашла слишком далеко, а подкрепили ее артефакты.
— Ну что ты пугаешь их. Они и так зажаты.
— Кто вам Таин? — прекратив мерзкий диалог, принцесса перевела стрелки.
— Таин? Неужели вы о Вороненке? — спародировав удивление, она выпучила глаза и перевела взгляд на меня, — Он мое клеймо. Первое и последнее за все существование. Первые тысячи лет Вороненок кочевал с нами. Рос и добивался успехов во многом, но что поделать, если он человек.
— Они издевались как могли. Вспоминая уровень их жестокости, жизнь была не сладка. — отрывки памяти прояснялись по продолжению истории королевы.
— А потом Вороненок сбежал. Как только оперился сразу же сбежал к людям на другой континент. По сравнению с другими пустотными от меня, Вороненок был самым ужасным, уродливым и одаренным моим позором. Сбежал к людям. Как такое представить можно?
— После уже сами пустотные гнали всех пустотных людей, некоторых, подающих надежды, вовсе убивали.
— Зачем же нам еще одно бельмо на глазу?
— У вас их десять. Потерпеть можно.
Времени хватило впритык. Огонь поглотился и стал поглощать уже оставшихся пустотных. Один за другим они сгорали не успевая и пискнуть, стремительно подводя огонь к королеве, загоняя ее в кольцо.
Процент манны восстановлен до тридцати. Идиот Мичь.
Рост тела не смущал королеву, она была отвлечена, а может просто самоуверенна. Но в итоге самоуверенность выйдет ей боком. Пустотной армии осталось сто тысяч.
— Ваше Величество. — пятьдесят тысяч, — Вам пустотным не знакома смерть? — двадцать тысяч.
— Мне она не интересна. — надменно задрала она нос.
— А мне до жути.
Ее самоуверенность. Она слишком глупа раз недооценила своего отпрыска. Королева никак не могла ожидать взрыва манны. Или другими словами суицида.
В районе груди образовалась маленькая яркая искра. Со стремительным ростом она начинала ослеплять все вокруг и озарило всю округу.
— Таин! — господа сразу осознали что к чему, и сквозь свет наивно тянулись ко мне.
Взрыв манны — разрушительный всплеск от разрыва сосуда мага. Взрывная волна, в зависимости от количества, может задеть полпланеты. Колоссальный взрыв мне не нужен, а вот десятипроцентный, почему бы и нет.
Яркий белый шар поглотил весь темный лес, снося все на своем пути. Обжигающий жар плавил кожу и глаза. Но не жалко терять зрение после увиденной агонии надменной королевы. В белой пелене взрыва был заметен лишь ее силуэт. Пустые глазницы, черная плоть под слазящей кожей, немой крик застывшей на ее лице.
Это моя победа.
***
Яркий свет ослепил нас. В неведенье мы пробыли лишь секунды. Почувствовали уходящую из-под ног землю и на последок услышали жуткий хруст. То были кости Королевы Пустотных, упавшие на дно кратера. Также на дне лежал малый обугленный обрубок.
— Таин! — Лектор, не жалея себя, рванул на еще не остывшую землю, прямо к тому обрубку.
Это уже не человек. Его и трупом назвать сложно. Просто часть ребенка в размер с руку. Все что осталось от Таина.
Осознав это, мы побежали к нему. Мальшал с трудом смотрел на кровавое месиво, Лектор аккуратно держал в лапах, что-то похожее на руку, я же не смогла даже подойти. Даже на расстоянии мои глаза видели все, что хотелось забыть. Мне больно смотреть, что говорить о контакте с этим обрубком.
Хотя не вежливо так говорить о своем спасители. Великий злодей, могущественный темный маг спас нас, эльфов, повинных в смертях его близких. И теперь еще и в его смерти.
— Господамы… — хрипло и столь тихо, что трава бы шелестела громче, донесся детский голос.
— Еще жив. Как ты это делаешь? — на глаза навернулись слезы, радость переполняла меня лишь от простой надежды.
Простая мысль «Он будет жить!» заставила разрыдаться советника императора. Какой же стыд.
— Ты все это планировал. Как давно ты решил умереть?! — Лектор хоть и не слышал, но умудрялся читать по «губам».
— Очень…давно…лет сто. А после…мне подвернулся контракт…с эльфами… — тяжело дыша, он ели держался.
— Решил использовать контракт как оправдание?
— Никак нет…принцесса…в контракте четко прописана…моя смерть.
— О чем ты… — мы вели его на смерть. Когда подписал контракт, он добавил свою условие к остальным. Почему мы не заметили?
— Тщательней перечитывайте…контракт в следующий раз…юная принцесса.
Это обращение клеймом останется на моем сердце. Больше никому не позволено обращаться ко второму человеку в эльфийской империи, только этот старик непринужденно называл меня так. И это ему подходило, даже несмотря на внешность двадцатилетнего юнца.
— Если есть последние слова…скажи их сейчас. Мы передадим им твоим воспитанникам.
— Мне…нечего сказать…я позаботился об этом…заранее.
— Тогда последнюю волю! Не дай нам остаться в долгу!
— Если я выживу…убейте меня.
— Нам же это не по силе. — аккуратно прикоснувшись к обрубку тыльной стороной руки, Мальшал не собирался выполнять такую просьбу.
— Уверен…вы справитесь…господин. — дыхание заметно замедлилось, все меньше было заметно движение его…тела.
— Нам не понять твоего рвения. Если ты выживешь, я сотру всю твою память, создам новую личность, что будет жить под моим началом. Как тебе такой уговор? — убивать его своими руками еще больнее.
— Ваши…артефакты… — он просто перевел тему, но буду считать это согласием. Его время на исходе. — Они…полностью восстановлены. Твои уши…один огонек…пожелал остаться с тобой… Лектор, твой слух…вернется чуть позже…
И все. Это его последние слова.
Обрубок распался в пыль. А эту кучку разогнал ветер. Все что от него осталось — это пыль на шерсти Лектора.
Мы уже собирались уходить. Дела закончены, враг повержен, война выиграна. Но резкий порыв ветра отложил наши планы. На месте, где лежал Таин, образовалось ядро, собирающее вокруг себя манну, и стремительно росло.
Все сомнение ушли, как только в этом ядре образовался зародыш, а само ядро приняло форму яйца, с размером в человеческую голову.
То, о чем говорил Таин, конечно же мы не выполним. Он все еще жив!
***
Свет погас, звуки затихли, дыхание прекратилось, и лишь вдалеке я слышу тихий плачь созданий.
Мне не о чем жалеть. Я добился своего. Своего вечного кошмара.
