Два хозяина

      Когда обстановка чуть-чуть успокоилась и все спокойно расселись, Серафима начала объяснения: — Когда мне было шестнадцать лет, я чувствовала себя очень плохо. У меня не было друзей и была куча проблем с самооценкой и прочим. В тот момент жизни я случайно нашла у своей бабушки очень интересную колоду. Я тогда очень интересовалась разными старинными вещами и меня привлекли их внешний вид и иллюстрации. Бабушка, заметив мою заинтересованность, рассказала, что эта магическая колода, позволяющая призывать своих клонов. Я ей, конечно, не поверила. — Здесь Серафима усмехнулась. — Моя бабушка всегда была странным человеком. По крайней мере, мне так казалось. — Погоди, а твоя бабушка не была случайно гадалкой? — уточнил Фёдор. — Да, именно ей она и была. — Кивнула Серафима. — Любила собирать разные эзотерические вещи. Цыганская кровь своё дело сделала, видимо. — Так, значит, это она вручила мне колоду? — удивлённо спросил Фёдор. — Я-то думаю, почему ты мне кажешься знакомой? — Да, это была она, но об этом чуть позже. Так, на чём я остановилась? А, колода. — Серафима продолжила рассказ: — Бабушка показала мне, как она работает. Я считала, что это слишком даже для неё. Но, как обычно бывает в подростковом возрасте, — Серафима пожала плечами. — нужно всё поставить под сомнение. И вот, одним вечером, когда я была у бабушки, мои руки добрались-таки до заветной колоды. Зачитала заклинание и стала ждать. Я в тот момент думала, что страдаю фигнёй, но задней мыслью надеялась, что всё сработает. Так появилась Тереза.       Тереза вскинула голову и ухмыльнулась. Они с Пиком обменялись недовольными взглядами. Серафима же говорила: — Бабушка, когда узнала, отнеслась спокойно. Сказала только, что на один рот больше придётся кормить. А я, тупой подросток, продолжила экспериментировать с колодой. Можно воды, пожалуйста? — здесь она прервалась. — Да, конечно. — Куромаку, находившийся ближе остальных к кухне, встал налил стакан и принёс его девушке. — Прошу. — Благодарю. — Так что же было дальше? — нетерпеливо спросил Феликс. Серафима не успела допить, как Амели ответила: — Влюбилась она. — Серафима поперхнулась. Амели с силой хлопнула её по спине. Нита недовольно посмотрела на блондинку. Амели сказала: — Сейчас моя история, так что хочу сама её рассказать. — Давай потом, а? — закатила глаза Тереза. — У тебя слишком много эпитетов. — Во-первых, уж точно не больше, чем в обычном монологе Весны; — уточнила Амели, город подняв голову. — во-вторых, это всё-таки моё появление. Здесь в диалог вмешалась бубновая двойка: — Во-первых, спасибо за комплимент; — она прищурилась. — во-вторых, всем же плевать друг на друга. — Так, и ты тоже обобщаешь? — Тереза развернулась и вскинула бровь. — К тебе также это относится — не греби всех под одну гребёнку. — По сути своей все люди одинаковые, и ни Амели, ни Серафима, ни даже ты, не можете не согласиться, что вы больше думаете о себе, чем о других. Я тоже сейчас, пока строила эту речевую конструкцию, думаю, начерта вообще я вам это говорю? — Слушай, Веснушка… — начала Тереза. — Прошу, не называй меня так, никогда. — Весна недовольно махнула рукой. — Найди парня себе, такого же душного, и обсасывайте ваши речевые обороты, сколько душе угодно. Не грузи. — Тереза, дома выясните свои отношения. — Прервала спор Серафима. Все клоны, за исключением недовольного Пика, переводили взгляд с одной спорящей стороны на другую. Весна закрыла лицо ладонями и сделала шумный глубокий вдох. — Сейчас, как Мочалка, разревётся. — ехидно прокомментировал Вару, указывая на сидящего в углу Зонтика. — Нет, зачем? — Весна пришла в себя спустя пару секунд. — Ещё я из-за Терезиных подколов не рыдала. — Раньше рыдала. — насмешливо сказала Тереза. — И ещё обижалась. — Ах ты ж коза! — Весна легонько толкнула Терезу в плечо. — Что вы там про парней говорили? — возник Ромео. — Я о том, что Весна никого найти не может. Так и сидит одна, ни разу не целовалась. — Тереза, это уже подло. — С опасением сказала Амели, бросив взгляд на Весну. Но та, на удивление, лишь пожала плечами: — Я и не скрываю. — Вот видишь. — Тереза указала ладонью в сторону Весны. — Мило, конечно, но давайте уже продолжим. — Немного недовольно оборвала Серафима. — На чём я остановилась? — Появление Амели. — Ответила Весна. — Я пойду, мне, честно говоря, не особо интересна эта история; меня всё равно не было рядом, когда я появилась. И оставив на лицах большинства недоумение, она отошла в сторону. — И так, как уже прервала меня Амели, я влюбилась. — Продолжила Серафима. — Причём, как обычно это бывает, сильно влюбилась. — А теперь уже становится интересно. — сказал Ромео. — В тот момент я призвала Амели. Затем забрала колоду домой. У меня были любящие, но строгие родители. И однажды, когда их не было дома, я снова достала карты и призвала третьего клона. Так появилась Нита. — А про отношения не будет что ли больше? Фу, скучно. — Ромео закатил глаза. Феликс кинул на него раздражённый взгляд. — Как раз дошла. — сказала Серафима. — Мы встречались три месяца и он меня бросил. — Просто взял и бросил? — спросил Феликс. — Изменил и бросил. — Сказала Серафима. — На фоне этого я завалила экзамены в один очень престижный университет: родители хотели, чтобы у меня было хорошее образование. И вот, пришла очередь Весны, — Серафима печально посмотрела туда, где стояла её последняя копия. — А на следующий год я всё сдала и уехала в другой город. — Так, до этого мы всё знали. — сказала Тереза.- А теперь события пусть идут поконкретнее, с момента твоего отъезда. — Перед отъездом ты сказала, — добавила Амели. — что выпустишь нас сразу же, как приедешь. Вопрос закономерен — почему мы всё ещё здесь? На этом моменте Серафима запнулась и нервно спросила: — Сколько времени вы были в карточном мире? — Нита, вроде, пыталась считать. — сказала Тереза. Нита отрицательно помотала головой и руками показала набор жестов. — В смысле не получилось? — удивлённо проговорила Тереза. — Значит, мы не считали. — подытожила Амели. — Я считала. — внезапно снова подошла Весна. Затем она приподняла подол юбки. Её голени были, словно тетрадный лист, расписаны множеством линий. — Это что? — озадаченно спросила Серафима. — Видимо, календарь. — ответила Весна. — Почему именно в таком месте? — Я в темноте чувствовала только свои ноги. Чужих рядом не было. — Да нет, почему именно на ногах? Ты могла отмечать на любом листочке… — Я так и делала первые несколько дней. — сказала Весна. — Но потом на нём закончилось место и я его потеряла. — Ну что с тобой не так… — Серафима положила ладонь на лоб. — Что мне с тобой делать? Нита где-то нашла бумагу для заметок и написала фразу «в данном случае похвалить». — Спасибо, Нита. — Весна кивнула головой и начала считать полоски. Через пару минут она сказала: — 37 дней мы там были. — Ты вот здесь ещё две забыла. — Тереза ткнула пальцем Весне под колено. Ту от неожиданности передёрнуло. Весна взяла Терезину ладонь и резко отодвинула от себя: — Боже, не надо меня трогать, прошу. — Хочу поинтересоваться, как именно ты посчитала количество суток, проведённых в Карточном Мире? — спросил Куромаку. — Там отсутствуют гравитация, свет и само понятие времени, что исключает всякую возможность узнать число прошедших дней. — Времени нет, а режим есть. — ответила Весна. — Прошу пояснить. — попросил Куромаку. — Хорошо, сейчас. — Весна размяла шею и сказала: — Нита — существо само по себе очень пунктуальное. И её режим не может быть нарушен ни при каких условиях. За то время, пока мы находились в реальном мире, этот режим настолько прочно закрепился в сознании Ниты, что он работает без каких-либо внешних факторов, таких как будильник или солнце. Каждый раз, когда она просыпалась и трясла меня за плечо, я рисовала у себя на ноге новую полосу. Тут вмешался Пик: — Вы устроили здесь балаган! Зачем мы вообще слушаем, как она, — Он с пренебрежением бросил взгляд на Серафиму. — кого-то там призвала? — Колоду нельзя надолго разделять. — вздохнув, ответила Серафима. — Боюсь, так или иначе мы все будем пересекаться. — Тогда почему ты забрала всего три карты? — спросил Фёдор. — Я… Не знаю что ответить. — Серафима подняла руки вверх. Тереза и Амели странно переглянулись. — Хочешь сказать, что ты кого-то из нас забыла? — уточнила Амели. — Или оставила специально…- задумалась Тереза. Куромаку протёр очки и сказал: — Насколько я помню, в колоде отсутствовали двойки треф, червей и пик. — Значит… — Тереза посмотрела на Весну. Все остальные сделали то же самое.       Двойка бубен тряслась, еле сдерживая слёзы. Атмосфера в комнате стала неуютной, повисло неловкое молчание. Весна, заметив всеобщее внимание, отвернулась и запрокинула голову вверх. Амели подошла к ней и положила руку Весне на плечо: — Это просто случайность, не переживай. Серафима торопилась и схватила то, что нашла.       Весна тряхнула плечом, сбросив руку блондинки. Проведя ладонью по щеке, она повернулась обратно и сказала: — Давайте просто поедем домой. — У тебя очки в разводах. — сказала Серафима. Весна проигнорировала её слова. — Думаю, нам пора. — Тереза встала с дивана. — Я всё так же голодна. Не есть целый месяц — это слишком, я считаю.

***

— Так, и что вы все об этом думаете? — спросил Фёдор.       Серафима со её клонами ушла, оставив после себя смешанные чувства у всех присутствующих, кроме бубновых. — Как по мне, это здорово! — сказал Феликс. — Теперь нам хоть с кем-то в разговоре не надо скрывать своё происхождение! — Я лично считаю эту ситуацию крайне подозрительной. — задумчиво проговорил Куромаку. — Серафима так и не сказала, как она нашла наше местоположение. К тому же, почему мы не знали о существовании других клонов? И как работает время в Карточном Мире? Слишком много неизвестных. — Кстати, да. — согласился Фёдор. — Вам не показалось, что клоны выглядят моложе Серафимы? — Я лишь заметил, что все эти дамы абсолютно прекрасны! — воскликнул Ромео. — Будет великолепно увидеть их снова! — Этого ещё не хватало. — недовольно сказал Пик. — А вы двое что думаете? — спросил Фёдор у Данте и Зонтика. — Ничто в мире не остаётся прежним. — проговорил Данте с одухотворённым выражением лица. — Ладно… А ты, Зонтик? — Ну, как мне кажется… — начал было Зонтик, но его перебил громкий голос Вару: — Делить колоду с компанией каких-то идиотов? Нет уж, увольте! А хотя… — здесь он задумался. — Уже! — Пожалуйста, прекрати. — Устало сказал Фёдор. — Карты пока всё равно пока остались у меня. — А если она захочет присвоить их себе? — Предположил Пик. — Если будет угроза жизни, разрешаю тебе применять грубую силу. — ответил Создатель. — Не то что бы тебе нужно было моё разрешение… Но всё же.

***

      Серафима вызвала такси и пятеро человек расселись в машине. Обсуждать что-либо сейчас не стоило-с ними был водитель. Да и настроение на обсуждения пропало абсолютно — Весна печально смотрела на улицу сквозь тонированное окно машины. Нита сидела рядом, держа её за руку — своеобразный знак поддержки. Речь была абсолютно неуместна, да и Нита не смогла бы произнести ни слова. Молчаливое сочувствие — всё, на что она сейчас была способна. Амели и Тереза щебетали о всяком, старательно делая вид, что ничего не произошло. Серафима же достала телефон и с кем-то переписывалась.       Спустя полтора часа машина, благодаря пробкам, остановилась у двухэтажного дома, находившегося за чертой города. Это был старый дом Серафиминой бабушки — той самой гадалки, которая отдала Фёдору магические карты. Клоны знали это место — они жили здесь и прежде. Не могла же Серафима держать их всех у себя дома? Когда водитель уехал, все, за исключением Весны, выдохнули. — Наконец-то дома! — довольно сказала Амели. — Не терпится снова увидеть бабушку Агату. — Девочки…- Серафима замялась. — Понимаете ли… — Что случилось? — Амели испуганно вздохнула. — Её не стало? — Тереза насторожилась. — Тереза, не смей шутить с таким! — Я не шучу, а предполагаю. — Нет, девочки, всё хорошо. — Серафима улыбнулась. — Она уехала путешествовать.       Все четверо, даже Весна, радостно засияли. — Как здорово! — Воскликнула Амели. — Она исполнила свою мечту. — Весна восхищённо закрыла глаза. — Да, она решила начать новую жизнь. — пояснила Серафима. — Как она сказала, цитирую: «У меня в дополнению к третьему глазу открылось второе дыхание!» Оставила нам дом, села в фургон и уехала, практически сразу после того, как вы вернулись в Карточный Мир. Сейчас она, если не ошибаюсь, где-то в Турции.       Серафима достала ключи от двухметрового забора и открыла калитку. Всё осталось прежним — за исключением того, что больше на территории не было палаток с путешественниками, которых бабушка Агата располагала у себя. Пожилая женщина всей душой любила каучсёрферов, особенно из других стран.       Затем Создательница отперла дверь, и пятеро человек зашли внутрь. Внутри всё тоже было по-прежнему — за исключением, конечно, самой Агаты. На первом этаже всё те же стены, часть из которых была раскрашена разными узорами. Там располагались: ванная с туалетом, небольшая комната, принадлежавшая Ните, зал, лестница на второй этаж и кухня, которая была соединена с залом; при желании пространство можно было разгородить плотной терракотовой шторой. На втором этаже был туалет и две комнаты, одна побольше, другая поменьше. Ту, что побольше, делили Тереза и Амели. Комната поменьше раньше принадлежала Агате; сейчас же её заняла Серафима. Винтовая лестница в углу коридора вела в небольшую мансарду, где обитала Весна. В доме спустя некоторое время после появления двоек провели ремонт; и когда Серафима приезжала к бабушке с ночёвками, она размещалась под крышей. Но бубновая двойка порой была не самым простым соседом, так что пришлось перебираться либо в зал на первый этаж, либо к Терезе с Амели. Когда Сима была младше, её безумно раздражала подобная несправедливость. Родная бабушка не может выделить ей отдельную комнату! Но сейчас, уже отучившись и закончив университет, она понимала, что несмотря на пламенную любовь к единственной внучке, Агата взяла на себя содержание аж четырёх человек. У Серафимы же были родители, и несмотря на непростые отношения с ними, она не была одна. — Да, за месяц можно соскучится по дому. — Тереза встала посреди зала. — Особенно, когда находишься в полной темноте!       Нита же, наоборот, была недовольна и критическим взглядом оглядывала помещение. — Что случилось? — заметив это, спросила Амели.       Нита покрутила руками. Это значило «беспорядок». А ещё это означало, что в ближайшее время в доме будет, как говорит Весна, «энергетика туда-сюда перемещаться», ведь Нита будет генералить. Благо, наведение порядка было для неё не обременительной обязанностью, а одним из любимых занятий. Ещё когда клоны жили с Агатой, все пришли к выводу, что лучше доверить большую часть уборки трефовой двойке. Её щепетильность, порядочность и некоторая дотошность прекрасно ей помогали. — Давайте, кто первый в душ? — спросила Серафима. — Я! — вызвалась Тереза. — Нет, ты слишком долгая! — возразила Амели.       Нита указала на Весну. Она знала, что обычно после душа бубновая двойка чувствовала себя спокойнее. — Почему это? — спросила Тереза.       Нита кинула выразитльный взгляд, который был понятен и без всяких жестов. — Хорошо, Веснушка, иди первой. — Тереза легонько толкнула Весну в спину. — Только сильно не засиживайся там!

***

      Поздно вечером компания из пяти человек села ужинать. Готовить ни у кого не было ни сил, ни желания, так что в дело вступила старая добрая пицца. Заказали три больших — одна с пепперони, другая с мясом, а третья — с морепродуктами. Вполне можно догадаться, какую съели последней. Тереза поместила в себя больше всех, а Весна, наоборот — съела всего два куска. И то, потому что Нита настояла. — Как же я соскучилась по еде за этот месяц! — с удовольствием сказала Тереза. — Вина бы сюда… — Тереза, может хватит все разговоры сводить к алкоголю? — спросила Амели. — Ну почему же, я ещё и на другие темы поговорить могу. — Тереза игриво улыбнулась. — Я не хочу опять слушать подробности о том, с кем ты спала. — Амели недовольно скривилась. Но тут же усмехнулась. — По крайней мере, не за едой.       Нита скривилась и недовольно замахала руками. Значило это что-то в роде «Не за столом же!» — Девочки… — начала Серафима. — Мне нужно сказать вам кое-что важное. — Что, бабушка Агата сейчас спуститься со второго этажа? — усмехнулась Тереза. — Нет. — Серафима глубоко вдохнула. — Пока вы были в Карточном Мире, прошёл далеко не месяц. Прошло пять лет.       Повисло молчание. Амели проговорила: — Значит… Ты уже… — Да, я уже отучилась. — кивнула головой Серафима. — И уже несколько месяцев работаю. — То есть, ты хочешь сказать, — уточнила Тереза. — что для всех наших знакомых и друзей, для наших коллег и работодателей, мы просто исчезли? — Не совсем. — ответила Серафима. — Мы с бабушкой постарались представить всё так, что вы уехали в другой город. — Да уж…- протянула Тереза. — Будем делать вид, что мы хорошо сохранились. — сказала Амели. — За пять лет обычно лица забываются. Как же хорошо, что я рассталась с тем программистом до того, как мы вернулись в Карточный Мир! — Весне, на самом деле, сейчас будет проще всего. — задумалась Тереза. — Друзей у неё нет, работать — она не работала. Отношений романтических тем более не было. Притворятся даже не придётся! — Пойду-ка я спать. — бубновая двойка встала из-за стола. — Сейчас же только десять вечера. — удивилась Тереза. — А ты обычно раньше двенадцати не ложишься.       Нита потянула Серафиму за плечо и слегка мотнула головой. — Ну ладно, спокойной! — сказала Создательница. — Мы ещё посидим немного. Чистая постель у тебя в шкафу. — Хорошо. — не поворачиваясь, ответила Весна.       Она помыла руки, почистила зубы и поднялась по лестнице на второй этаж. Затем аккуратно поднялась к себе в мансарду. Ненадолго закрыла глаза, привыкая к родной атмосфере, затем расправила постель и сразу туда легла. Заправлять что-либо желания абсолютно не было. В комнате, конечно, было пыльно, но сейчас Весна хотела лишь спать. Как только она закрыла глаза, сразу же нахлынули мысли. Она снова была сама, наедине с собой. Подколы Терезы — не стоят обид, это её стиль общения. Когда надо было, она могла отложить их в сторону. А вот Серафима — это уже другое дело. Почему же её карту оставили? Неужели она, Весна, настолько невыносима? Её саму раздражал свой характер. Эти чувствительность и эмоциональность никогда ни к чему хорошему не приводили. Зачем она вообще существует? Она вообще нужна в этом мире, в мире с кучей недостатков? Она сама — большой недостаток.       От этих мыслей у девушки на глаза навернулись слёзы. Но сейчас она даст себе время, чтобы вышли лишние эмоции. Немного успокоившись, Весна наконец провалилась в сон, в обнимку с тяжёлым одеялом.

***

      На следующий день, как и предполагалось, началась уборка. Нита включила особый плейлист, который помогал ей сосредоточиться. Серафима ушла на работу, Тереза и Амели, как истинные социальные бабочки, улетели в город-восстанавливать связи с людьми. Дома были только Нита и Весна. Это даже лучше — чем меньше компания, тем проще взаимодействовать. К тому же, из всех клонов, с Нитой у Весны сложились наиболее тёплые отношения. Нита-она как заботливая старшая сестра; казалось, она слышит мысли и желания окружающих. Ещё и реагирует быстро, в отличие от Весны.       Спустившись по лестнице под шум пылесоса, бубновая двойка проскользнула в ванную. Умывшись, она наконец-то посмотрела на себя в зеркало. Всё те же рыжие волосы, россыпь веснушек на щеках и плечах и глубокие тёмно-серые глаза. Весна сняла очки и помыла их с мылом. Всё, теперь она готова покинуть этот уголок тишины.       Пылесос затих и Нита помахала Весне рукой. — И тебе «привет»! — ответила Весна. — Что у нас есть на завтрак?       Нита показала на холодильник. Там, пришпиленная на магнит, висела записка, написанная аккуратным мелким почерком: «Что найдёте в холодильнике, всё ваше.» Весна открыла холодильник и нашла там ничего впечатляющего. К тому же, продуктов было немного, так что выбор был не особенно большой. — Лапшичку хочу. — задумчиво сказала двойка. — Интересно, есть она у нас?       Нита отложила тряпку, которой она вытирала пыль на подоконнике, достала стремянку, и забравшись к верхним полкам, вытащила пакет с лапшой. — Ну зачем ты туда полезла? — растерянно спросила Весна. Нита лишь отмахнулась и продолжила генералить.       Девушка набрала воды в электрочайник и поставила температуру в сотню градусов. Затем высыпала содержимое пакета в глубокую тарелку, залила водой и накрыла другой тарелкой, плоской. Пока лапша запаривалась, она налила себе чёрный чай-здорово, что её любимая кружка сохранилась.       Весна любила есть в одиночестве, размышляя о самых разных вещах. Может, тоже стоит убраться? Уборка помогает навести порядок в мыслях. Надо, но нет настроения. А может, пойти затариться всякими рукодельными материалами? Тоже не вариант, сначала надо всё перебрать. Значит, остаётся прогулка в лес. Давно она не гуляла на свежем воздухе.       Позавтракав, бубновая двойка налила себе чай в термос, взяла завалявшиеся где-то сухофрукты с орехами и сложила их в свою любимую тканевую сумку. Это была непростая сумка — это был целый мир, как, собственно, любое пространство, которым распоряжалась Весна. В ней было множество предметов, зачастую непонятных, но очень интересных. Перед тем, как отправиться в Карточный Мир, Серафима настояла на том, что сумку надо постирать; для того, чтобы это сделать, пришлось отдельно раскладывать кусок ткани на полу, чтобы ничего не разлетелось. Когда всё содержимое было вытряхнуто, на ткани лежала кучка, состоящая из камней, палок, листьев, таблеток, монеток, мятных конфеток, орехов, изюма, бумажек и ниток. Сейчас же сумка была постирана и непривычно пуста. Девушка сбегала к себе наверх и принесла несколько брелков — все они классно разместились в районах замков и ручек. Затем она положила внутрь термос, перекус, пряжу и один из своих крючков для вязания.       Погода была тёплая, так что самое время было носить свои любимые зелёные клёши, цветастую майку и родные удобные босоножки. Конечно, надо будет потом провериться на клещей. Но ведь босоножки — это так удобно! Ноги не потеют и можно сразу, не разуваясь, наступать прямо в воду!       Весна очень надеялась, что с её любимым кусочком природы за пять лет ничего не произошло. Вообще, почему народ всегда стремится всё разрушить и думает лишь о собственном комфорте? Почему хотя бы время от времени нельзя оставить после себя что-то хорошее? Убрать мусор, например. С этими мыслями Весна шла вдоль дороги, наслаждаясь тёплым утренним солнцем.       Через пятнадцать минут она была на окраине леса. Люди нередко ездили сюда отдыхать, потому на земле стихийно образовались тропинки. Двойка бубен заметила вереницу муравьёв, переходящих через одну из троп, и аккуратно её перешагнула. Затем она подняла голову вверх — кроны деревьев частично закрывали небо. На подставленной солнцу ладони играли солнечные блики, которые перемешивались с тенями листьев. Весна наконец-то расслабилась и вдохнула полной грудью. Затем она, словно в трансе, начала танцевать. Никто не смотрит, так что можно двигаться свободно и не переживать, что кого-то заденешь. Спустя пару минут её прервал камень — она споткнулась и чуть не упала. Впрочем, ничего удивительного. У бубновой двойки всегда были некоторые проблемы с координацией и пространством. Отчасти поэтому она считалась непростым соседом. Раньше с ней наверху жила Тереза, но даже она, при всей своей неорганизованности и своенравности, не смогла выдержать режим жизни творческой Весны, которая любила работать всплесками энергии и по ночам. В итоге так всё переиграли, что Тереза переехала к Амели, а Нита поселилась на первом этаже. Отгородили часть зала, построили стену во время ремонта — и теперь все живут комфортно.       Весна услышала шуршание — по стволу сосны пробежала рыжая белка. Двойка бубен считала, что встретить белку в лесу — это очень хороший знак.       Девушка была рада, что захватила с собой орехи. Достав один, Весна подошла к дереву. Белка, заметив её, сначала запрыгнула на ветку повыше. Но увидев орех, стала медленно спускаться по стволу; двойка в это время не шевелилась. Осторожно обнюхав фундук, белка коснулась лапой пальцев, а другой подвинула орех к себе. Вернувшись на ветку, белка стала разгрызать скорлупу. Девушка наблюдала за белкой и слушала приятный треск. Через пару минут белка посмотрела на Весну и запрыгнула ей на плечо. Когти были острые, но бубновая двойка постаралась переключить внимание. Чувствовалось лишь лёгкое покалывание и мягкость шерсти. — У меня, к сожалению, нет больше. — Весна протянула руку в сторону дерева и белка обратно вернулась на ветку. Затем животное взобралось выше и двойка, обладающая плохим зрением, потеряла её из виду. — Ну что же, продолжим путь. — вслух сказала себе Весна и зашагал дальше по тропинке.       Она чувствовала, как пыль от дорожки оседает на пальцах ног, но это мало волновало. Куда важней было то, что её сумка после стирки была девственно-пуста. Ни камушков, ни ниток, ни таблеток. Девушка тут же решила исправить эту ситуацию и осмотрела землю в поисках чего-то привлекательного. Первым ей на глаза попался серый булыжник — интересно, но не настолько. Затем ещё один, только чуть розоватый — это уже лучше, но всё же недостаточно, чтобы носить его с собой всё лето. Кусочек коры дерева — слишком маленький, с ним ничего особенного не придумаешь. Внезапно на глаза попалась старая раковина улитки. — А вот это уже неплохо. — сказала Весна. — Ты ещё и целая. Вот только грязная немного. — она наклонилась и подняла раковину. — Ну, мы тебя почистим, если не забудем. — Раковина оказалась в сумке.       Следующие часа два девушка просто бродила по лесу и изредка останавливалась, чтобы полюбоваться корой деревьев, паутиной и папоротниками. Вообще папоротники всегда казались растениями из другого мира. Они такие красивые и необычные. Было бы невероятно здорово, если бы в городе чаще сажали папоротники. Их же столько видов, абсолютно на любой вкус.       Потом Весна услышала карканье вороны. Другая птица каркнула в ответ. В этот момент бубновая двойка захотела очень хороший микрофон, чтобы можно было записывать звуки природы. Ведь так мало людей обращают на них внимание! А с народными инструментами было бы ещё интереснее.       Задумавшись, двойка начала тихонько напевать какую-то мелодию. Конечно, певец из неё был так себе, но лёгкую песню она, наверное, смогла бы спеть. Тереза с Амели прекрасно пели. Симпатичный спевшийся дуэт, стремящийся к любви. Они такие разные, но так хорошо взаимодействуют друг с другом. А она, Весна, ни к кому особо не привязывается. Привязываться к людям — в принципе плохая привычка.       По правде говоря, двойке бубен всегда казалось, что в мире не найдётся человека, который поймёт её в полной мере. Да, это звучало высокомерно, но без понимания и отсутствия осуждения она не могла никому доверять. Вообще лучше полагаться на себя, свои опыт и интуицию — благо, последняя была хорошо развита. Серафима не могла это принять, но в большинстве случаев слова и суждения Весны сбывались или оказывались правдой. Весна знала характеры абсолютно всех клонов Серафимы — анализ был одним из процессов, работающих у неё практически без остановки. Она знала их слабости и сильные стороны, знала некоторые их привычки и предпочтения, режимы жизни и любимые блюда. И на каждую у неё был «накидан» предполагаемый сценарий развития событий.       По этой причине ей невольно хотелось встретиться ещё раз с другим Создателем и его клонами, ведь новые личности — это новый материал. Целых девять новых персонажей; и кажется, что у всех них разные характеры. Пока она практически ни с кем не взаимодействовала, лишь с тремя людьми — с жёлтым блондином, с серым в очках и с тем, у которого длинные бирюзовые волосы.       Первый и правда был экстраверт, очень непростой и эмоциональный — за это его Весна не могла осуждать, ибо тоже страдала от эмоциональности. Второй показался ей прагматичным и рациональным — его выдавали речевые обороты, словно зачитанные из энциклопедий или сводок новостей.       А вот третий экземпляр вызвал у неё больший интерес — не только потому, что произошёл тактильный контакт. То, как он с ней взаимодействовал, вызвало у Весны некоторое умиление. Но вместе с этим она почувствовала некую печаль — он был очень зажатым. У парня с бирюзовыми волосами была очень скомканная, пессимистичная и неуверенная энергетика — Весна почувствовала это сквозь прикосновение. Да это и не удивительно — в их квартире живёт девять человек. В подобной жизненной ситуации двойка чувствовала бы себя точно также. Ему бы съехать от них ненадолго… Так, а почему какой-то левый мальчик у неё вызывает такой отклик? — Опять ты собираешь всех непонятых, непростых и странных? — Весна усмехнулась. — Зачем помогать другим, когда себе помочь не можешь?       Эгоистично, но девушка любила помогать другим чувствовать себя лучше, потому что она сама чувствовала себя лучше после этого. Ей нравилось видеть улыбку и радость прохожих, благодарность уличных музыкантов и озарение, когда человек осознавал свои возможности. Это была одна из тех вещей, когда Весна чувствовала свет в своей душе, который помогал ей пробираться сквозь темноту несовершенного мира.       В размышлениях двойка бубен провела практически всю прогулку — до вязания дело так и не дошло. Уже была вторая половина дня и термос был практически пуст. Пора возвращаться домой.       Она села на поваленное дерево и попыталась подвести итоги своей прогулки:       Во-первых, свежий воздух и деревья — то, что ей сейчас было нужно; во-вторых, сумку надо заполнить; в-третьих, ей хочется ещё раз навестить другого Создателя и его клонов. Вообще, слово «клон» Весне казалось абсолютно неуместным по отношению к творениям обоих Создателей. Обычно слово «клон» — это полностью идентичная копия. А они четверо очень отличались от Серафимы, как внешне, так и внутреннее. Скорее, это были определённые грани личности, каждая со своим характером и «загонами». Да, все эти качества были когда-то и у самой Серафимы, но всё же… Хотя, какое «были» — «есть».       Девушка улыбнулась своим мыслям: они были подтверждением тому, что конкретика, как бы бубновая двойка к ней ни стремилась, всё равно не её конёк. Весна порой могла говорить прямо и, что называется, «рубить с плеча», но пользовалась этим навыком крайне редко. Всё равно в большинстве случаев её не поймут. А если и поймут, то скорее всего, даже не прислушаются. Ну и ладно.