Ты мне нравишься

      Мы стояли в метро. Слева пронесся уезжающий поезд, он обнял меня на прощание. Я сказала тихо, что не хочу расходиться. Я думала, что он не услышит из-за поезда и людей вокруг.       Поехали ко мне, посмотрим фильм.       Он жил в одном из этих человейников. Мы поднялись на этаж, он открыл дверь и вежливо пропустил меня первой. Я сняла куртку, он повесил ее на крючок.       Я переоденусь и вернусь. И включив для меня свет в ванной, скрылся за дверью комнаты.       Когда он вышел, я проверяла новые сообщения, но пришлось оторвать взгляд от телефона, потому что он был без футболки.       Ничего, если я так буду? Жарко, и у меня, если честно, все футболки грязные.       В ответ я сняла худи, оставшись в футболке и фиолетовых спортивных штанах. Он был худощавый, ключицы торчали. Немного сутулился, поэтому казался еще более костлявым.       Что хочешь посмотреть? Я бы предложил что-то свое, но боюсь будет слишком скучно.       Ты смотрел Иллюзию обмана?       Про фокусников? Нет.       После сцены, где рыжая девушка почти утонула в аквариуме с пираньями, я взяла с краю небольшую диванную подушку.       Можно я лягу к тебе на колени? Устала от прогулки.       Да, конечно.       Я положила ему на ноги подушку и легла. Он не знал куда деть руки и положил их себе под голову.       Все нормально, можешь положить их на меня, если так удобно.       Правая рука легла поверх моего плеча, а левой он слегла поглаживал мои волосы. Я видела фильм уже раз пять, потому что он был моим любимым. Ногтями я вырисовывала узорчики на его коленях.       Ты мне нравишься, вдруг сказала я, даже сама до конца не осознавая этот факт.       Что?       Ты мне нравишься. Я продолжала чертить ногтями клеточки.       Он остановил фильм и немного поднялся и выпрямился. Что?       Ты что, оглох? Я говорю, ты мне нравишься. Во мне играла импульсивность и желание победить его и в этом споре.       Я услышал. Просто не понял, что ты имеешь в виду.       То и имею в виду.       Мы встретились в первый раз, ты поехала ко мне домой в ебеня, чтобы посмотреть фильм, а теперь признаешься в любви. У тебя нет инстинкта самосохранения?       Я не признавалась тебе в любви. Просто нравишься.       Хорошо, тогда ты тоже мне нравишься.       Я перевернулась на спину, и смотрела на него снизу вверх. Его нос был забавной формы, как будто скульптор не отшлифовал кончик до конца, и он так и остался слегка грубоватым.       Будем досматривать? Теперь одна его рука лежала у меня на животе и приятно грела.       Мне хотелось, чтобы он поднял ее выше.       Не знаю, а ты хочешь? Я положила свою руку на его и слегка погладила.       Да вроде интересно. Он потянулся к пульту, чтобы снять фильм с паузы.       Поцелуй меня.       Он резко отдернулся и посмотрел мне в глаза. У тебя нет инстинкта самосохранения, повторил он уже утвердительно.       Да ладно, лучше умереть так, чем от передозировки лекарствами.       Что?       В его глазах было что-то вроде ужаса. Я все еще не рассказала ему об этой части себя, потому что мне хотелось, что бы хоть для кого-то я была «нормальной».       Ничего. Так поцелуешь?       Он осторожно опустился и поцеловал меня в лоб. Внутри все затрепетало.       Достаточно?       Очень приятно. Но я имела в виду в губы.       Я поднялась и села лицом к нему, поджав под себя колени. Он смотрел мне в глаза. Он утверждал, что они зеленые, потому что зеленые более редкие, чем голубые. Но мне казалось, что они немного серые, но в целом очень красивые. Наши лица были на одном уровне, он придвинулся ближе и на мгновение замер в миллиметрах от меня с полузакрытыми глазами. Я чувствовала его дыхание, почти касалась его кожи. Мне пришлось самой сделать первый шаг и поцеловать его. У него были сухие губы и немного отдавали химозным арбузным энергетиком, который он выпил по дороге. Его смешной нос касался моей щеки, а мой касался его. Мне перестало хватать воздуха и я нехотя отдалилась. Он открыл глаза и было видно, как его зрачки расширились, оставив небольшую каемку из серой радужки.       Неплохо для первого раза. Он улыбался.       Мне понравилось. Можно ещё?       Он сам поцеловал меня, более настойчиво и требовательно. Руками я начала касаться его тела, оно было немного прохладным и под моими горячими пальцами покрывалось мурашками.       Ты весь в моей помаде.       Ничего страшного. Она приятная на вкус. Можно мне к тебе прикоснуться? Он протянул руку к краю моей футболки.       Да, пожалуйста.       Его прохладные пальцы тоже заставили меня покрыться мурашками, хотя возможно мне просто было приятно, что он дотрагивается до меня. Мы продолжали целоваться, иногда немного смазано, потому что дыхание то и дело сбивалось. Он осторожно стал двигаться поцелуями по моей щеке, шее.       Укуси меня за мочку уха. Мне нравится такое.       Его зубы слегка прикусили мое ухо и я немного впилась в его спину ногтями. Он продолжал спускаться ниже, к яремной впадине.       Можно мне снять с тебя футболку?       Я кивнула и подняла руки вверх, пока он стягивал ее. Его шершавые губы немного щекотали меня, поэтому я улыбалась и пыталась ближе подвинуться к нему. Дойдя до края моего топа, он слегка отодвинул его и медленно поцеловал, оставляя мокрый след на коже. Мне было так приятно от того, что он был внимательным и никуда не торопился, изучая губами каждый миллиметр моего тела. Я подняла пальцем его лицо и поцеловала, снова возвращаясь к нему на колени. Он уверенно положил руки мне на ягодицы и несильно сжал. Мне тоже хотелось сделать ему приятно и начала спускаться поцелуями по его шее и выступающим ключицам. Оставались розовые следы моей помады, что мне очень нравилось, как будто оставляю на нем метки.       Между поцелуями, которые длились может быть минуты две или полчаса, я спросила: ты меня хочешь?       Он открыл глаза и я ощутила, как серьезно он смотрит на меня. Мы видимся в первый раз. У меня даже нет презерватива.       У меня есть.       Ты готовилась?       Да нет, случайно в аптеке купила. Он недовольно посмотрел на улыбающуюся меня, и мне было приятно, что он серьезно относится к этому. Я сходила до своего рюкзака и принесла презерватив в серебряной упаковке. Он встал и заправил за ухо выбившуюся прядку моих волос.       Это же твой первый раз?       Да.       Ты правда хочешь этого со мной? Конечно, ты мне нравишься, но мы даже не знаем насколько это серьезно. Я не могу обещать, что что-то получится.       Хорошо, спасибо за честность. Я не думаю, что первый раз должен быть с кем-то особенным. Точнее, конечно, ты лучше, чем все остальные, кого я видела в том приложении, но я не переживаю о том, получится ли у нас что-то серьезное. Я хочу этого с тобой.       Скажи это полностью, чтобы я точно знал, что ты понимаешь, к чему это идет.       Он даже знает про активное согласие, посмотрите на него, — я издевательски улыбнулась. Он тоже улыбнулся и немного сильнее сжал мою талию руками.       Будешь издеваться — я вызову тебе такси и отправлю домой. Я знала, что он несерьезно, но все равно сделала расстроенное лицо, подыгрывая.       Я хочу заняться с тобой сексом. Мой голос прозвучал необычайно твердо и уверенно, я смотрела ему прямо в глаза и, если честно, внутри меня что-то дрожало.       Хорошо, я тоже хочу заняться с тобой сексом. Он притянул меня поближе и поцеловал, на этот раз с языком. Мне понравилось, что он был у меня во рту.       Раздевайся. Он звучал так настойчиво, что у меня внутри снова все затрепетало. Оставшись только в трусах, мы снова начали целоваться и он потянул меня к дивану. Я считала каждое выступающее ребро и позвонок, а он гладил руками мою талию, грудь, пощипывал сосок. Мне было уже ужасно жарко и хотелось перейти к действию, поэтому я начала осторожно касаться пальцами его паха, залезая за резинку трусов. Он тоже спустился ниже и начал стягивать с меня белье, не нарочно касаясь внутренней стороны бедра. Я негромко простонала, и он довольно улыбнулся. Его пальцы остановились на клиторе и стали поглаживать его с большим напором. Мне впервые было так приятно, я представляла его руки с венами, худыми пальцами и постанывала от удовольствия.       Это приятнее, чем самой, вырвалось почти шепотом между стонами.       Ты мне нравишься.       Ты мне тоже.       Ты точно не передумала?       Ты спрашиваешь это, пока мастурбируешь мне?       Может тебе не хочется, чтобы я входил. Это нормально, я пойму.       Я пришла с презервативом в сумке, пожалуйста, перестань задавать глупые вопросы. Он немного смутился, было заметно, что это первый раз, когда девушка так настойчиво предлагала ему секс.       Слушай, чего ты так осторожничаешь? Как будто ты не спал с кучей девушек до меня.       Я такого не говорил. Ты — больше, чем тело, которое мне нравится. Мне нравится с тобой разговаривать и слушать. Я не хочу, чтобы тебе больно или плохо от того, что я делаю.       Мне приятно, что ты так говоришь. Ты для меня тоже больше, чем просто тело, которое мне нравится. Хотя конкретно сейчас, меня интересует оно.       Он шутливо укусил меня за нос и потянулся за презервативом. Одной рукой он упирался в диван, второй помогал себе войти. Я держала руки у него на плечах, готовая в любой момент вжаться в них ногтями. От первых движений мне стало невыносимо жарко, казалось, что это лихорадка, щеки горели и мне не хватало воздуха. Сердце билось как бешеное, и я давила ногтями все сильнее. Он касался телом моих сосков, от чего было еще приятнее. Его стоны прямо мне в ухо, казались такими искренними, как будто он рассказывал мне тайну. На секунду я подумала, что для него это значит что-то особенное, но потом разум затуманился от его шепота.       Ты красивая. У тебя прекрасные длинные волосы. Мне нравится держать твою руку в моей, потому что она совсем маленькая, как у Дюймовочки. Он замолкал каждый раз, когда входил глубже, и у меня в ушах начинало сильнее звенеть. Ты постоянно споришь со мной, но мне никогда не хочется оказаться правым. Я люблю твою улыбку. Его дыхание совсем сбилось, но он не переставал говорить. Я бы очень хотел, чтобы у нас что-то получилось. Я…       Внезапно я поняла, что он хочет дальше сказать и поцеловала его, чтобы он не мог продолжить фразу. Мне было тяжело думать, но эта мысль была яснее ясного.       Пожалуйста, не говори того, что не можешь обещать. Не надо торопиться.       Хорошо. Ты мне нравишься.       Он улыбался и мне не оставалось ничего, кроме как сказать, ты мне тоже нравишься.       Я поцеловала его. Его губы все еще были на вкус как моя помада. Мы оторвались, чтобы подышать.       Ты близко?       Он лишь кивнул.       Ты мне нравишься. Мне нравится спорить с тобой, потому что ты всегда соглашаешься. Мне нравится, как ты обращаешься ко мне на вы, как будто мы в какой-то исторической драме. Я люблю твои глаза. Мне совсем неважно, какого они цвета, потому что они такие единственные. Мне нравится с тобой молчать. Я в восторге от того, что ты всегда инициируешь общение.       Я была в нескольких миллиметрах от его уха и он дышал мне в шею. Его дыхание стало совсем частым, да и у меня уже не было сил говорить. Последние толчки были глубокими и он мгновенно обмяк. Мне вдруг стало ужасно хорошо, по всему телу разливалось тепло. Я не знаю, был ли это оргазм, но этого было более чем достаточно. Он привстал, снял презерватив и завязал его, бросая на пол. Я тоже поднялась. Вернувшись в реальный мир, я стала слышать, как машины проезжают за окном.       Он сел ко мне поближе и погладил по щеке. Ты красивая, сказал он перед тем, как поцеловать. Я послушно отзывалась на каждое его действие, доверяя абсолютно всему. Он держал меня за талию, я положила руку ему на спину и поглаживала все места, которые я проткнула ногтями.       Я улыбнулась и сказала: ну вот, теперь твоя девушка поймет, что ты ей изменил.       Он поменялся в лице и строго ответил: у меня нет девушки. Не говори так.       Извини. Я до сих пор не могу поверить, что мой первый раз был с самым красивым парнем из всех, что мне нравились.       Он улыбнулся. Ты так всем говоришь?       Я слегка ударила его в грудь. Что значит всегда? Ты первый, кто увидел меня без одежды.       Я шучу. Но я бы не поверил, что ты первый раз делала это, судя по тому, как ты целуешься.       Так хорошо?       Потрясающе.       Мы продолжали сидеть на диване, смотреть на друг друга и рассказывать, что нам понравилось. Казалось, что это прекрасный бесконечный момент времени.