Восставшие из золы

Хочешь, давай скажи, что тебе уже всё равно

Только не оставляй меня одного

      В блоке сегодня было тихо. Даже слишком. Не было слышно ни работающего телевизора у соседа за стенкой, ни грязной ругани с улицы. Эту, казалось бы, идеальную тишину нарушали только шаги Лу, ходящей взад вперёд, просто не знающей, куда себя деть и тихая вибрация телефона с определённой периодичностью. Звонил Марк, но Лу не брала. Девушка просто сама не знала, что ему ответить на его очевидный вопрос «Рид, ты куда делась? Какого чёрта ты сбежала?» И действительно, какого чёрта вообще сейчас произошло? Почему она здесь, а не в Лаграсе? Сама же сначала сбежала туда, а теперь, когда Иво очнулся... Казалось, что Лу вообще должна теперь попросту поселиться в доме Марка и не отходить от кровати Мартена ни на шаг, но она была здесь… у себя в блоке.              Сбежала. Позорно сбежала, никому ничего не сказав.              Лу опустилась на диван, запустив руки в волосы.              Она так и замерла на месте, услышав тихое «Не уходи». Замерла, боясь повернуться… Думая, что сошла с ума, что все это ей просто мерещится. Думая, что она просто уснула и ее собственное подсознание снова издевается над ней. Думая, что… но это прикосновение… тихий голос. Они были такими реальными. На пару секунд прикрыла глаза, легонько ущипнула себя за бедро. Стало больно. Значит, не спит. Значит это реально? Сердце забилось быстрее. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она повернулась. Что если все это больная игра её воображения?              Она поймала его взгляд… Такой пустой… Но одновременно с этим он смотрел на нее так, словно не верил, что это действительно происходит в реальности. Должно быть, Лу сейчас смотрела на него точно также. Девушка медленно опустилась на край кровати, а Иво поймал кончики ее пальцев своими, словно проверяя, пытаясь убедить себя, что она была не иллюзией. Что если все это больная игра его воображения?              — Лу… — совсем тихо, почти одними губами произнес Иво.              Псионичка лишь кивнула. Так много хотелось сказать ему, но слова просто застряли где-то в горле. Она просто не знала, что сказать. Лу надеялась, что если он… что когда он очнется, то нужные слова сами найдутся в ее голове. Но сейчас там царил настоящий хаос, хоть внешне она и оставалась спокойной. Ничего не могло выдать того, что творилось у нее в голове. Только если бешено колотящееся сердце, казалось, даже Иво должен был услышать его быстрый стук.              Лу наблюдала за тем, как Иво медленно обводит взглядом окружение, словно в замедленной съемке. Казалось, что даже это простое действие дается ему с большим трудом и ему приходится тратить на это слишком много сил.              «Ты в Лаграсе», «Ты дома», «У Марка» в голове крутились бесконечные варианты того, что она могла ответить на его немой вопрос о том, где он, но ни один из них, по мнению Лу, не подходил… Все было не то… Наконец, казалось через очень долгое время, хотя на деле не прошло и пары секунд, она нашла подходящий ответ.              — Ты в безопасности… — прошептала она уверенным тоном, аккуратно обхватывая его ладонь, слегка сжимая, словно это могло помочь убедить его в этом. Лу сделала глубокий вздох, нужно было хоть как-то объяснить произошедшее.              — Я не буду вдаваться пока в подробности… Просто скажу, что мы вытащили тебя сразу как узнали о том, что ты жив… Знаю только я, Кей, Даниэль, Марк и Йонас. Сейчас мы в Лаграсе, у Марка дома, — все же продолжила она, решив дать Мартену чуть больше определенности.              Иво несколько секунд молчал, переваривая полученную информацию, а затем медленно моргнул. Конечно, Лу понимала, что у него должно быть куча вопросов, но она не хотела грузить его еще большей информацией. По крайней мере, не сейчас, пока он так слаб.              — Я или Марк обязательно расскажем тебе обо всем остальном, но позже… Для начала тебе нужно восстановиться, ладно? — протянула Рид, стараясь улыбнуться ему, на что Иво снова лишь утвердительно медленно моргнул.              — Как ты себя… — Лу оборвала себя на полуслове. Это был, наверное, самый глупый вопрос, который она только могла задать. Действительно, как он может себя чувствовать после полугода пыток в подвале старого заброшенного завода? Вот только Иво успел уловить вопрос…              — Хорошо, — прошептал он слабым и хриплым голосом, и девушка замерла. Хорошо? Действительно хорошо? С его то травмами, его ранами, которые наверняка причиняли жуткую боль. С тем, что он пережил? Но внезапно до Лу дошло осознание… Он наверняка уже давно привык к боли. Если, конечно к ней вообще возможно было привыкнуть. Но… Его «хорошо» и не имело ничего общего с физической болью. Оно заключалось в таком одновременно простом и тяжелом… В том, что он наконец-то выбрался из этого подвала, из своего личного ада, который ему устроила Ирма. Лу закусила щеку, чтобы отвлечься от так не вовремя навернувшихся на глаза слез.              — Я пойду… Скажу Марку и позвоню Йонасу, — Лу провела по его руке и медленно поднялась, — тебе принести чего-нибудь? Попить, поесть… Может еще одно одеяло? — спросила Лу.              — Воды.              Она лишь кивнула и направилась к двери.              — Лу, — едва слышно позвал Мартен, когда девушка уже подошла к двери.              — М? — Лу обернулась, глядя на него.              — Не закрывай дверь… пожалуйста, — тихо попросил Иво, и Лу на секунду замерла от странной просьбы, но затем все же кивнула и вышла из комнаты, оставляя дверь чуть приоткрытой.       Телефон зазвонил снова… И снова… И еще один раз… Лу прекрасно знала, что это Марк или Йонас обрывают ей телефон. Отвечать не хотелось, точнее не хотелось объясняться. Она не знала, как объяснить свой побег самой себе, так как она может объяснить его кому-то другому? Еще один звонок. Ответила. По телефону говорить было проще, нежели бы сюда заявился бы Кей или Даниэль, которых эти двое в Лаграсе могли поставить на уши, в связи с тем, что Лу Рид сотворила очередную глупость.              — Неужели… Спасибо, что в розыск не пришлось подавать, да морги обзванивать… — послышались язвительные слова Марка, за которыми тот явно пытался скрыть облегчение от того, что девушка все же взяла трубку. На самом деле сейчас было опрометчивым то, что Марк сам звонил ей. Один лишь Единый знал, действительно ли на звонок ответила Лу, а не кто-то из приближенных к Ирме, который мог с легкостью и поймать девушку для допроса по причине… Да какой угодно. У них в руках сейчас была власть, пропавший Мартен и Лу Рид первая в списке подозреваемых. Причина была и не нужна. Вот только сейчас никто и не думал об этом. Все были на взводе.       Лу стояла у двери, оперевшись спиной о дверной косяк, наблюдая за тем, как Йонас крутится вокруг Мартена, проверяя его состояние.              Лишь на несколько секунд взгляды Лу и Иво пересеклись. И вдруг отчего-то внутри нее все сжалось от непонятного страха. Что ему сказать? Как вести себя с ним? Что вообще было между ними теперь? Тысяча вопросов в голове и ни одного ответа. Неистово хотелось остаться с ним вдвоем в этой комнате, опуститься рядом на кровать и осторожно… Так, чтобы не причинить боль, обнять. Прижать к себе. Заверить его в том, что все будет хорошо… Вот только хотел ли того же Иво? Позволил бы ей сделать это? Позволила бы сама Лу себе это сделать? А что если оттолкнет? Что если не примет? Что если обвинит ее, прямо как в том сне? Бесконечная череда вопросов, на которые Лу не знала ответа, вызывала еще больший страх.              Сбежать. Скрыться. Исчезнуть.              Чтобы не было больно, когда он первым решит оттолкнуть её. А по убеждениям Лу, это будет первым, что сделает Иво, когда окончательно придет в себя. Потому что по ее мнению он был обязан ее возненавидеть, обвинить во всем случившимся, точно так же как она это делала сама с собой.              Она выскользнула за дверь незаметно. Никто из присутствующих и не заметил этого, если только Иво, который проводил ее взглядом.                      — Рид, ты головой ударилась? Иначе я просто не знаю, как объяснить твой уход по-английски… — нарушил тишину Марк, вырывая девушку из размышлений.              Лу молчала. Просто не знала, что сказать, как объяснить этот побег.              — Классика жанра, Марк, принц очнулся, а золушка свалила на байке в закат, потеряв при этом… Нет, не туфельку… Здравый смысл. Если ей, конечно, вообще знакомо такое понятие, — раздался где-то на фоне голос Йонаса. Эти двое явно неплохо спелись вместе, объединенные очередным событием из категории «Головная боль с именем Лу Рид».              — …              — Рид, ты хоть вообще немного думаешь, что делаешь? Сначала срываешься сюда, подставляя просто всех, теперь бежишь обратно. Я уже сказал тебе и повторю еще раз, делай, что хочешь, вот только других за собой в петлю тащить не надо, — голос Марка стал резче, жестче, но если честно, то именно это и нужно было Лу Рид, чтобы кто-то хорошенько накричал на нее и вправил ей мозги или все же… — Ты думаешь, нам легко? Всем тяжело, не тебе одной, но ты вместо того, чтобы начать нести ответственность ведешь себя, как ребенок, подставляя всех и каждого, будто тебе и вовсе плевать на тех, кто согласился тебе помочь. Это просто эгоизм.              Лу снова молчала… Казалось, целую вечность, прежде чем что-то словно надломилось в ней и послышался тихий всхлип. Марк уже было хотел открыть рот, чтобы выдать очередной жесткий, но тем не менее правдивый комментарий в ее сторону, но…              — Да, ты прав, во всем прав. Я эгоистка. Я виновата во всем, что случилось. В том, что Мартен попал к ней, в том, что с переворотом ничего не удалось, в том в какой мы заднице оказались и я продолжаю тянуть вас всех за собой на самое дно. И я испугалась. Я испугалась того, что и Иво будет винить меня, будет смотреть на меня с ненавистью. Я спокойно могу принять этот взгляд от тебя, Даниэль, Кея или даже Йонаса… Единый, да я каждое утро вижу взгляд полный ненависти в зеркале, когда умываюсь. Но только не от него. Если я за полгода довела себя до такого состояния пребывая в более лучших условиях, чем он, то что… Что происходит у него в голове? Я просто боюсь...              Марк молчал несколько секунд словно старался примерить в своей голове образ обычной Лу Рид и вот такой… Полностью утонувшей в чувстве вины и ненависти к самой же себе, напуганной. Йонас рядом тоже молчал. Знал ли хоть кто-то об этом? Возможно, лишь догадывался. Знал ли кто-то, что ей плохо настолько? Определенно нет.              — И давно это у тебя? — тон был спокойный, ровный, что стало даже не по себе.              — Что?              — Твой комплекс вины.              — С того самого момента, как я увидела пистолет в руках Ирмы, направленный на Иво… — ответила Лу.       Первые два месяца закрывать глаза было попросту страшно. Каждый раз она видела одну и ту же картинку того, как Ирма стреляет в Иво, а она просто стоит. Стоит и смотрит, не в силах ничего сделать. Потом это никуда не ушло, все также осталось в ней, всплывало по ночам кошмарами, вырывалось громкими криками, когда она просыпалась, превращалось в слезы, которые Лу умело прятала от самой себя, позволяя себе плакать только в душе. Так казалось, что это просто вода стекает по ее щекам, и совсем неважно было, что эта вода была соленой, а ее глаза потом были красными и опухшими.              — Как он? — тихо спросила Лу, нарушая тишину, которая повисла между ними, от банального незнания, что сказать в таком случае. Но ей и неважно было, что они скажут… Тяжело было всем, не только ей, и она это прекрасно знала.              — В норме, относительно его состояния, конечно. Йонас вколол ему обезбол, сейчас спит…              — Это хорошо, — тихо проговорила она, утирая слезы.              — Я уверен, что он не стал бы винить тебя, Лу… Кого угодно, но только не тебя. Он, как и ты, скорее винит самого себя, — произнес Марк, уж как-то слишком по-отечески, — Тебе лучше вернуться до того, как он снова проснется, иначе... Не знаю я, что будет иначе, но уверен, что ни ему, ни тебе от этого лучше точно не станет... Возвращайся. Ты нужна ему, а он тебе.              Снова тишина. Лу молчит, обдумывая его слова в своей голове. В словах Марка будто бы была правда, вот только верилось в нее с трудом.              — Я постараюсь, — лишь ответила та и сбросила звонок, поставив телефон на беззвучный откинув его куда подальше.              Лу пролежала без сна всю ночь, чувство вины, страхи, любви... Все эти чувства, нахлынувшие одновременно просто не позволяли ей спокойно уснуть. Теперь стоило ей закрыть глаза, как перед ней появлялся образ Иво. Такого исхудавшего, лежавшего там на этой кровати, перемотанного бинтами, отвечающего, что с ним все хорошо. Возможно ли что..?              Когда солнечный свет проник в окно, оповещая Лу о том, что наступило утро, девушка поднялась с постели и начала собираться.              Иди к Гектору на ковёр было подозрительно легко. Хотя взгляда начальника девушка все равно отчего-то избегала.              — Мадемуазель Рид, вы что-то хотели? Отгул не дам, вы и так уже… Достаточно пропустили, — протянул Гектор, глядя на девушку, которая мялась в дверях, — Единый, сядьте вы уже, а то стоите тут, как неприкаянная.              — Вот я и пришла… каяться, — не удержалась от глупой шутки девушка, а затем все же медленно села на стул и сделала глубокий вздох, что не осталось без внимания Баретти.              — Рид, если вы привыкли бездельничать, то я нет. Давайте уже выкладывайте свою исповедь, — произнес тот, теперь уже точно отрываясь от важных документов.              — Я возьму больничный…              — Угу… Надолго?              — Не знаю…              — Могу узнать причину?              — Сломала ногу, — чуть задумалась девушка, а затем добавила, — в трёх местах, — добавила она следом, стараясь скрыть свою нервозность за абсолютно глупыми и неуместными шутками. Нужно было возвращаться к Иво… Марк сказал, что она нужна Мартену, и Лу хотела в это верить.              — Планируете сломать или… — протянул Гектор, потирая усы, немного заглядывая за стол, чтобы убедиться в том, что обе ноги девушки были пока что целые, словно и не сомневался, что псионичка способна реально сломать себе ногу.              — Или, — ответила она, — Йонас сделает нужные бумаги              — Тогда могу узнать реальную причину вашего… – он прокашлялся, покачав головой, — перелома.              — Не думаю, что стоит…              — А если я не разрешу?              — Я знаю, что разрешите, потому что хоть вы и любите спать крепко, но все же не слепой… видите, что что-то да происходит. Так было всегда, даже на службе у Мартена.              — А если я все же спрошу настоящую причину, вы скажете?              — Не сейчас… Позже. Это опасно, а у вас жена, дети… Вы и так ходите по грани, помогая нам с Лаграсом.              — Почему тогда не возьмете отпуск?              — Отпуск тогда придется брать за свой счет, а не будем же мы с вами отрицать мою финансовую заинтересованность, — улыбнулась девушка, на что Баретти недовольно закатил глаза.              — Конечно.              — Я буду в Лаграсе… По возможности помогать с…              — Я уже понял, Рид. Не знаю, что там у вас случилось, но в те редкие дни, что вы тут появлялись, я успел заметить, что с вами тремя явно что-то происходит. Я не слепой, как вы сами заметили. Надеюсь, что вы единственная из вашего золотого трио, решили ногу сломать? — ответил он, а затем откинулся на спинку стула, дожидаясь кивка девушки, — Хорошо, езжайте. И надеюсь, вы действительно будете в Лаграсе полезнее, чем, если будете бездельничать здесь. Идите уже, что б глаза мои вас не видели, а то выглядите как…              — Спасибо, — не дала договорить Лу, улыбаясь, быстро поднимаясь с места.              Она уже почти вышла за дверь, когда ее настиг голос Гектора.              — И не пропадайте, Рид.              Лу лишь кивнула и вышла за дверь.