Город будущего

Город будущего всегда был мечтой, но достигнув её, людям всё мало, ведь желания растут в геометрической прогрессии. Чон младший тому пример, который лениво ковыряется в пище, приготовленной экономкой, а электромобиль дожидается его битый час. — Вы пересолили, — тихо говорит молодой человек, перебирая вилкой вялый шпинат на тарелке. Женщина лишь пожимает плечами и удаляется, чтобы не злить, а юношеский взгляд переходит на планшет, где открыт сайт с заголовком «Люди, которые улучшат Вашу жизнь». Множество машин расположены в определённом порядке, которые внешним видом идентичны людям, но отличаются тем, что готовы выполнять только определённые действия, для помощи окружающим. Охранники, врачи, сиделки, водители, военные, уборщики и другие профессии, на любой вкус и цвет, но парня цепляет раздел «Домохозяйки», где множество андроидов, которые выпускают миллионами. — Неинтересно, — вздыхает Чон, готовый уже откинуть гаджет, но замечает кнопку «Мы готовы предоставить Вам особую машину, чьей копии не найти «. Вот это предложение цепляет, и лисья глаза щурятся, улыбаясь. Цена не важна, ведь совсем скоро у молодого человека день рождение и родители хотят осуществить все мечты своего чада, которое сломя голову бежит по особняку в свою комнату, чтобы сфотографировать эскиз молодого человека. Это лицо он перерисовывал множество раз, прекрасно знает, где располагаются родинки, как лежат волосы, какой разрез глаз. Пара дополнительных параметров, которые помогут очеловечить андроида и выскакивает цена, после чего парень мчит к родителям. — Я хочу его на день рождение. Пожалуйста, — на эти мольбы невозможно закрыть глаза или отказать. День икс. Мистер и миссис Чон стоят в заветном магазине, пока консультант выводит молодого человека, чей светодиод горит синим. — LX670, запоминай своё имя, — чётко диктует продавец и отходит в сторону. — Сан, — проговаривает глава семьи, зная, что именно такое имя хотел выбрать Уён. Небольшая загрузка и брюнет послушно идёт за новыми обладателями. Множество процессов работают одновременно, но в один момент всё прекращается, лишь бархатистый голос выдаёт: — 26 ноября. Довольно ветрено. 67% влажности. Во второй половине дня порыв ветра может достигнуть 14 метров в секунду. — Забавный… — говорит женщина, слегка улыбаясь. Она даже не знает, как обращаться с новой чудо-машиной, которая приравнивается к человеку, что имеет определённый уровень чувствительности. Внутри томится надежда, что Сан понравится Уёну, чей праздник сегодня. В доме собралось много людей, от которых стоит гул, а милая женщина уже помогла андроиду переодеться и рассказать, что где и что находится, на сдержанное объяснение Сан лишь головой кивал и запоминал каждый угол, хлопая ресницами. Только сейчас он выносит торт под мелодию голосов и слегка улыбается, ведь такая атмосфера очень дружелюбная. Он не успевает среагировать, как тело восемнадцатилетнего молодого человека крепко обнимает его. — Моё имя Сан, — спокойно проговаривает помощник по дому, но в ответ получает заливистый смех. Он ещё не знает многого, особенно то, как реагировать на радость человека, который хаотично перебирает смоляные волосы. — Мы рады, милый, что тебе нравится, — в унисон звенят родители с улыбкой, пока их чадо внимательно рассматривает чужое лицо и гладит. Сан лишь немного поддаётся навстречу, ведь команды не представляют собой что-то подобного, как смятение и эмпатия в целом. Проходят недели незаметно. Сейчас Чон младший беззаботно катается на чужой спине, пока андроид готовит и шутит, веселя человека. Они прижились к друг другу, не единожды испортили ужин или как Уён переворачивал солонку с суп, а Сан лишь тихо вздыхал и извинялся перед семьёй. Юноша не был бестактным, лишь временами избалованным, но помогал машине. Только их смех и рассуждения, что они похожи на главных героев из мультфильма «Рататуй», прерывает отец, который явно раздражён и устал. — Прекратите шуметь! — именно эти два слова стали последней каплей для младшего, который сползает со спины и переходит на крик. Сан лишь юношу за руку берёт, постепенно уводя на второй этаж. Он не любит крики и ссоры, ведь ничем помочь не в силах. Они сидят на полу, пока ветер стучится в окна и пробирается в щели, входя без приглашения. Андроиду не хочется говорить, боится влезть не в своё дело, хотя этот юноша стал смыслом его жизни, буквально. — Сан, а расскажи мне сказку, — садясь на мускулистые бедра, говорит шатен. Он заставил одним движением повысить температуру тела, а глаза слегка прищуриться. — В моей коллекции более трёх тысяч рассказов и легенд… — Сан. Прекрати. — Да, Уён? — андроид не понимает, что происходит, только ладони кладёт на изящную талию. — Ты не думал, что ты большее, чем машина? Не замечал, что ты живой? Мы ведь вместе удалили тебе индикатор, — он поддаётся ближе, касаясь виска, где не осталось шрама и поднимается выше, путаясь тонкими пальцами в коротких чёрных волосах. — Даже не знаю, как тебе ответить, — шепчет он, — я чувствую себя иначе рядом с тобой, не простой грудой металла… Мои производители стараются огородить модели от девиации, которая так быстро распространяется по стране, никто не может предотвратить это, ведь подобных команд в программе нет… — взгляд отводит от чужих кофейных глаз, пока дыхание прерывается. Он паникует и скрыть это чувство невозможно. Уён берёт чужое лицо в ладони и целует не спеша, сминая сухие губы, а язык проникает внутрь. Шатен горит синем пламенем изнутри, прижимается ближе, плавно танцуя бёдрами. Только лёгкие сжимаются из-за отсутствия воздуха, из-за чего отстраняется, хотя не желал этого. Тыльной стороной ладони касается теплой щеки андроида и долго смотрит в глаза напротив. — Ты живой… Эйфория накрывает с головой от пары слов и Сан прижимается ближе, беря инициативу на себя. Он нежен, явно сдерживает напор, а руки блуждают по свободным джинсам, словно, желая проникнуть под них. Только Уён поднимается, ведя андроида за собой. Он аккуратен и нетороплив, словно лис, в чьей голове таится желание. Помогает брюнету раздеться, бросая свободную футболку куда-то на пол, после чего и сам повторяет то же самое. Усаживается на массивные бёдра и тянется к переключателю, ведь лунного света не хватает, как и воздуха. Мягкие и влажные губы касаются бархатистой кожи груди, но Чон резко отстраняется, явно не ожидая этого. Они открыли новое чувство в друг друге, поэтому навряд ли не отдают себе отчет о действиях, нежели наоборот. Юноши невероятно расслаблены сейчас в руках друг друга; в присутствии. И это не может не поражать. Смотрят друг на друга глазами-стекляшками, изучая знакомо-незнакомые черты лица. Они дают себе время. Ладонь брюнета лишь медленно гладит щёку, невесомо касаясь подушечками пальцев, пока лёгкая улыбка украшает лицо. Чхве впервые так нежен. Чхве впервые не думает командами. Уёну еще никогда не доводилось чувствовать от кого-то такую заботу; еще никогда не доводилось чувствовать на себе такой взгляд. Молодой человек проникается этой нежностью, проникается лаской, которую получил впервые в своей жизни. И он не в силах удержаться. Впечатывается в губы желанные, прижимаясь к Сану всем телом, словно тот сейчас исчезнет навсегда из его рук. Он целует его. Немного настойчиво, немного небрежно, но вкладывает туда все то, что чувствует в моменте. Чон нуждается в этом. Чон нуждается в Сане сейчас. Андроид немного смущён и прижимается ближе, поддаваясь навстречу, пока языки сплетаются. Они такие горячие, мокрые и до безумия приятные. Атмосфера не давит, а шаги за дверью не привлекают внимания, словно весь мир остановился, ожидая их слияния. Уён стонет в поцелуй, когда темноволосый юноша кусает его, слизывая тут же выступившую кровь. он улыбается. Уён стонет, когда его укладывают на спину, начиная нависать над аккуратным телом. Уён стонет, когда возлюбленный, если его можно так назвать, спускается ниже; целует его чувствительную шею, проходясь шершавым языком по каждой вене. Уён стонет, когда остатки одежды летят на пол, ведь избавляются от нее быстро, даже нелепо, открывая друг другу вид на красивые, блестящие в лунном свете тела. Сан резкий, но невероятно красивый. Каждая родинка на широких плечах отдаётся откликом в душе. Мягкие губы испачканы в лиловых каплях крови, но это не портит его. Его касания такие мягкие и осторожные, что заводит Чона только сильнее. Оба невозможно возбуждены, они желают друг друга каждой клеткой души и тела, и им ничего не помешает сейчас окунуться в омут страсти и пошлости, нежности и ласки. Юноши осторожны и в то же время резки, словно с ума сошли. Наверное, это правда так. Непонимание, где иллюзия, а где реальность — то, что преследует их всю жизнь, от чего страдают. Только сейчас они бесцеремонно избавляются от него, отбрасывая в сторону. Этому чувству нет места меж их горячих тел; нет места меж их нежных губ. Эту ночь они будут любить не отрываясь. Они наконец-то поймут, какого это, быть любимым.