Стань кем захочешь

Ким шла по ярко освещённой неоном главной улице и улыбалась, любуясь привычным городским пейзажем. Высоченные здания со стеклянными этажами освещались полуденным солнцем, и, казалось, парили над приземлёнными людьми, спешащими по своим делам. Но сама Ким сегодня никуда не торопилась, и медленно, даже словно нехотя, переставляла ноги, с удовольствием разглядывая многочисленную уличную рекламу. «Вы мечтали о тентаклях? Теперь это ваша новая реальность!» — гласил один из стендов во всю стену здания. На нём была голограмма красивого парня с игривым щупальцем, идущим от спины и завивающимся вокруг ног. «Вы можете делать со своим телом всё, что только пожелаете!» «Вы можете стать кем мечтали с детства! Найти единомышленников! Классную компанию! Свою вторую, третью и четвёртую половинку! Приведи своего ребёнка и получи татуировку в подарок!..» Это началось довольно давно, ещё в прошлом веке. Развивалась медицина, исчезли все страшные заболевания, даже СПИД и рак — бич двадцать первого века, и постепенно улучшение собственного тела стало преподноситься обществу как неотъемлемая часть жизни. Высшей целью стала возможность сделать из себя нечто особенное. Эксперименты с геномом имели оглушающий успех, за каких-то сто пятьдесят лет появились биопротезы и биотехнологии, превращающие людей в киборгов. Теперь люди могли жить где угодно — в горах, под землёй и даже в воде. Да, русалки из старинных легенд тоже стали реальностью. Технический прогресс не отставал от социального, он шагал семимильными шагами, и можно было купить себе дом-аквариум и жить припеваючи. Или устроиться работать на Мировой океан и исследовать его неизведанные глубины. Пропагандировалась активная жизненная позиция, поощрялось стремление к дальнейшему развитию общества, а лень и инертность осуждались. Всё это привело к тому, что жизнь в городах не останавливалась никогда, многообразие и количество людей позволяло работать в любое время суток и в любых условиях. Мимо Ким пробежала парочка — явно поклонники движения фурри, они выглядели как милашные котики с короткой палевой шёрсткой на мордочках. Потом её обогнал парень с несколькими суставами на руках и ногах, и девушка с роскошным лисьим хвостом. Сама Ким увлекалась татуировками, ей казалось, что природный цвет её кожи слишком бледный и невыразительный, и она покрыла объëмными разноцветными узорами почти всё тело. А недавно она сделала себе живые волосы, которые сейчас красиво струились вокруг неё и развевались во все стороны. На подобные изменения тела требовалось только базовое согласие. Негласно считалось дурным тоном жить в том же облике, в котором родились. Ким вдруг резко остановилась, чуть не столкнувшись с кем-то. Сегодня, впервые за долгое время ей не нужно было никуда торопиться. Не нужно было думать о работе и куче вещей сразу. Ей вдруг показалось, что реклама слишком уж навязчиво лезет в глаза. И слишком странно всё это — вся их жизнь — выглядит. Что за гонка улучшений? Ведь это великолепие совершенно бесплатно. Но так не бывает, не может быть, чтобы правительство тратило огромные средства просто так. Взамен всего-то нужно подписать некое «расширенное» согласие… И эта распространённая шутка — может, и не шутка вовсе? «Надо тебя в лабораторию сдать, для опытов»… По спине продрал мороз — «А вдруг и правда на нас ставят опыты? Но кому это могло бы понадобиться и зачем?..» Ким двинулась с места, задумчиво размышляя. Она направлялась в гости к своей лучшей подруге Миа, с которой из-за вечной занятости давно не виделась. Ей хотелось похвастаться живыми волосами, а Миа в недавней переписке намекнула, что у неё тоже есть хорошие новости. Ким невольно ускорила шаг, желая поскорее поделиться с подругой своими соображениями. Почему-то раньше она не задумывалась о подобном, занятая своими проблемами и собственным развитием. —«Улучшением,» — мрачно подумала она. Наконец девушка добралась до нужного места, преодолев несколько переулков и людских потоков. Миа жила в одной из высоток в престижном районе, и Ким с нетерпением ждала, пока появится свободный лифт — её смутная тревога только усиливалась. Миа оказалась совершенно не похожей на себя прежнюю. Её тело стало полупрозрачной субстанцией, оно струилось, менялось, перетекало из формы в форму, принимало любые очертания по желанию владелицы. Ким замерла на пороге. — Так ты подписала то согласие? Это и есть твоя «хорошая новость»?! — ужаснулась она. Не могли подобные «улучшения» произойти только при базовом согласии. Миа отмахнулась плавным движением длинной гибкой руки. — Круто, правда? И как красиво! Теперь я смогу жить и в космосе, ты знаешь, это тело имеет свойства антиматерии! И меня взяли на работу в Корпорацию, — сказала она с восторженным придыханием. И Миа снова повернулась к одной из зеркальных стен, любуясь собой. Ким смотрела и не узнавала её. Радикальная смена генотипа превратила её подругу во что-то иное, не имеющее человеческого облика, даже голос изменился, потеряв обычные снисходительные интонации. Миа всегда была несколько тщеславна, и работа в правящей Корпорации была её главной целью, ради которой она могла пойти на что угодно. И пошла. Но то, что сейчас видела Ким — это была не её подруга, нет, это было совсем другое существо. Незнакомое, чужеродное, и даже враждебное. Ким отступила назад, неверяще качая головой, повернулась на почему-то ослабевших ногах и выбежала вон. Она не помнила, как спускалась в лифте, в упор не замечая ни бьющей в глаза шикарной рекламы на его стенах, ни шумной компании детей, спускавшихся вместе с ней, совершенно потрясённая осознанием происходящего. Стоя на оживлённой улице, она в растерянности оглядывалась по сторонам и не видела ни одного человека. Все — химеры, как и она сама. *** — Эта биомасса нам подходит больше, чем все найденные предыдущие, — докладывал наблюдатель со своего поста в одном из кабинетов Корпорации. — Продолжаются активные эксперименты по физическому и ментальному симбиозу с местной формой жизни. Совсем скоро мы захватим эту планету целиком. До возможности нахождения большинства сущностей в открытом космосе осталось совсем немного времени, лет десять по здешнему счислению, и мы сможем проследовать дальше по простору вселенной. Сущность засмеялась странным скрежещущим смехом — киборг, которым она сейчас управляла, был послушен каждой мысли. Сущности очень нравилось выражать человеческие эмоции — это было так забавно.