Свидание за донат

      Дилан понимает, что совсем не может уснуть. Ни за час, ни за два.       Время около двух часов ночи. Лололошка на этот раз спит не у стены, и стример понимает, что выбраться из объятий Ло очень проблематично, но возможно. Дилан мягко убирает руки парня с себя и встает с кровати. Проходит в свой кабинет и берет портсигар со стола, закуривая какую-то сигарету, которая отдает то ли вишней, то ли шоколадом. Геймер совершенно не понимает этого, он тупит и смотрит на дату в углу экрана незаблокированного компьютера. Двадцать восьмое июня. Самый ненавистный для него день.       Сегодня ему исполняется двадцать. Дилан никогда не упоминал этот день ни в медиапространстве, ни лично в диалоге с Лоло. Стример надеется, что Лололошка просто не знает об этом.       Потому что двадцать восьмое июня — самый обычный день, не отличающийся ничем, что стоило хоть какой-нибудь доли внимания. Дилан закрывает сегодняшнее число тлеющей сигаретой коричневой сигаретой, не обращая внимания на дрожь в руках. И на жжение в уголках глаз.       Не стоит внимания.       Дилан понимает, что он не сделал ни одной затяжки, а сигарета дотлела до фильтра. Он открывает Пейджер на компьютере и видит лишь два непрочитанных сообщения, одно от Ричарда, второе было каким-то новостным пабликом о ситуации в мире. Блогер кликает на диалог с Труманом, зная, что он там увидит. с днем рождения, бро       Дилан не отвечает. Сворачивает диалог и закатывает глаза.       Внутри нарастает какая-то неизвестная пустота, царапающая все пространство изнутри. Парень схватывает футболку в области горла и оттягивает ее, потому что ему душно в комнате, где на всю работает кондиционер. Жарко. Горло душит. Пальцы дрожат.       Наверное, Дилану стоило бы уже отпустить все происходящее. Но тяжело отпустить то, что в этот же день умерли его родители и в этот же день на его коже появилась первая отметина, как напоминание о злосчастном дне. В этот же день он решил со всем завязать и вместо нанесения увечий перейти к курению, как бы это не губило организм.       Рука опускается. Стример склоняется над столом, тяжело дыша. Страшно. В горле пересыхает, пульс отдает куда-то в пятки, четкий, как метроном.       «Я схожу с ума?» — проносится мысль. За ней следует вторая, третья, и Дилан совершенно не может зацепиться ни за одну из них. Геймер смотрит на то, как минуты на часах меняются, но он не ощущает этого. Все растягивается на часы, дни, недели, года. Рука движется куда-то к розетке, и экран затухает. Геймер больше не слышит тихого сопения системного блока, лишь свое сердце.       Паническая атака.       Блогер садится, но совершенно не чувствует себя в безопасности. Он отталкивается немеющими ногами от пола и отъезжает к стене, впивается в ручки кресла пока один из ногтей не ломается где-то с краю, и стример ослабляет хватку. Начинает считать ритм дыхания, но ничего не помогает.       Все повторяется раз за разом. Из года в год, каждое двадцать восьмое июня. Дилан ненавидит этот день всей своей душой. Если бы это было возможно, то стример бы точно стер его из памяти.       — Дилан? — Ло стоит в дверях. На его лице четко отражается понимание происходящего, когда он видит мелкую дрожь в плечах стримера. — Черт-черт-черт…       Лололошка быстрым шагом подходит к геймеру, садится на колени и схватывает его напряженные руки за запястья. Касается губами пальцев, очерчивает фаланги; хватает руками слишком панически. Дилан понимает, что старается сделать Лоло, но тяжело переключить фокус с бесконечного потока мыслей на чужие губы.       — Послушай, все хорошо, я рядом. Все будет хорошо, Дилан, просто верь мне, — Ло уверен в том, что говорит. Он поднимается и берет лицо блогера в ладони, старается смотреть прямо в глаза. — Ты же мне веришь?       Стример коротко кивает. Языком увлажняет пересохшие соленые губы, и только сейчас понимает, что он плачет. Осознание реальности происходящего сваливается на него тяжелым грузом, напряжением в теле. Дилан делает первый расслабленный вдох, тот обжигает грудь, но становится определенно легче. Ло действует слишком успокаивающе, несмотря на то, что эколог выглядит слишком напуганным. Лололошка большим пальцем гладит щеки геймера, и это действует намного лучше, чем стакан воды при похмелье.       — Спасибо, — Дилан мягко улыбается, но получается криво. — Блять, это было очень неожиданно.       На самом деле, очень ожидаемо. Потому что такое происходит каждый год.       — Пошли спать? Завтра рано вставать, — Лоло целует стримера в макушку и тянет его за руку, ведя за собой. — Абилка совсем распереживалась.       И, как в подтверждение слов Ло, кошка мяукнула где-то в коридоре. Дилан лишь посмеялся, но ему было правда приятно. Как внимание, так и то, насколько неожиданным было появление Лололошки.       — Ты полный придурок, Ло, — стример закатывает глаза, но позволяет быть ведомым. Потому что ему сейчас надо отвлечься. Потому что он знал, что сейчас его не достигнет ничего, что называется праздником.

♡♡♡

      Утром (что называет Дилан что-то между двенадцатью и часом дня) Лололошка буквально потащил геймера в волонтерский центр. Причиной было: «Дженна хочет, чтобы ты мне помог с чем-то». Максимально тупо, чтобы это было правдой. Стример не разбирается в чем-то, что не касается прямых эфиров, гейминга, программирования и математики. А волонтерство… постоянная физическая нагрузка, которую блогер на дух не переносит (хотя, если это как-то касается Лоло, то он готов и пожертвовать своими принципами…).       Ему нравилось то, что происходит здесь и сейчас. Лололошка, который неловко сжимает его руку в автобусе, пусть они и могут позволить себе ездить как на каршеринге, так и на такси. То, что его возлюбленный, кажется, совершенно не в курсе, что именно сегодня родился такой шикарный и неповторимый Дилан, и, конечно же, это была скромная оценка самого стримера. В сердцах хотелось, чтобы этот момент не заканчивался. Ощущать на своем виске теплое дыхание Ло было почти единственным, что ему нравилось в этом дне.       И когда пришлось сойти на остановке перед огромным зданием, Дилан начал чувствовать неладное. Как будто на подкорке сознания ощущал, как Лоло волнуется, как будто услышал, как его сердцебиение участилось, и будто увидел, как он нервно приоткрывает рот в попытках сказать что-то важное, но у него не выходило.              И тогда Дилан понял, что происходит. Что за помощь нужна была от стримера.       Помощь в вечеринке по случаю его дня рождения.       Все внутри парня сжалось, пока он шел к заветной двери, за которой уже видел улыбающуюся надоедливую рыжую голову с тортом в руках. Совсем маленький шоколадный торт, на котором были свечи с числом двадцать.       — Кажется, что я спалился раньше, — Ло неловко посмеялся. Он увидел резкую перемену в настроении Дилана и сам стал серьезнее. — Все нормально?       — Типа того. Только я не праздную дни рождения, Ло. И эта традиция сохранилась не просто так, — геймер нацепил мягкую улыбку на лицо и открыл дверь, за которой уже ждала Дженна.       — С юбилеем! — голоса донеслись с нескольких сторон. В них он различил Ричи, забавную писательницу и Лололошку. Еще пара незнакомых волонтеров, которые пришли сюда ради того, чтобы поесть.       — Прости-и, что это было сюрпризом! Это полностью моя идея, Лололошка совсем ни при чем, он просто упомянул, что у тебя скоро день рождения, и ты ни слова об этом не говоришь, а это значило, что… — трель Дженны прервал Ричард, который подошел к ней со спины и обнял ее за плечо, чуть приподнявшись на носочках.       — Я сразу говорил, что это хуйня идея, но мне не поверили, — Труман закатил глаза, но улыбнулся.       Придурок. Лучше бы ему поверили. Дилан чувствует, как где-то в груди заводится моторчик, и появляется стойкое желание кому-то врезать, но геймер тяжело выдыхает и кивает, наигранно улыбнувшись.       — Ну и жаль. Так приятно, что меня поздравляют таки-ие люди! — стример сжимает руку Ло в своей до того момента, пока тот не ойкает. Ох, как же ему сейчас хочется сделать что-то, что не одобрит одна миролюбивая пташка. — Так когда свечи задувать?       — Сейчас, конечно же! — Лололошка перехватывает торт у Дженны и подставляет к лицу блогера. — Загадывай желание и задувай свечи.       «Хочу, чтобы это было последнее празднование», — Дилан набирает воздух в легкие и дует на огонь. Свечи сразу же затухают, а люди вокруг начинают хлопать в ладоши. Как же это все надоедает.       — Где тут туалет? — сразу же после узнает стример, и как только ему указывают направление, он поднимается на лестнице и запирается в ванной комнате.       Дилан сползает по двери комнаты и обхватывает руками колени. Нет, это не может быть правдой, да? Снизу не ждут люди, которые действительно хотят поздравить его с днем рождения, а сегодня не произойдет ничего плохого. Стример утыкается носом в свои предплечья и задумчиво смотрит в стену напротив. К горлу подкатывает какая-то желчь, которую он сразу же выплевывает в унитаз поблизости, и она обжигает горло. На языке остается неприятный вкус чего-то тухлого и склизкого. Если бы сегодня блогер завтракал, то его еда бы сейчас оказалась в канализации. Геймер дотягивается рукой до слива, но его схватывает еще один приступ, и изо рта вновь выходит что-то, похожее на кислоту по ощущениям. Дилана сразу же схватывает приступ кашля, и он его не подавляет, а позволяет вырваться. Звук был похож на плач, нежели на кашель, но стримера это только забавляет. Интересно, насколько удивится Ло, когда узнает, по какой причине никто кроме Ричи не знает, почему блогер не празднует этот ебучий день?              В дверь следует пару тихих стуков. «Вспомнишь солнце, вот и лучик», — думает геймер, но за препятствием слышится лишь голос Шэрон. О, как же она вовремя!       — Дилан, у тебя все нормально? — короткое согласие в ответ. — Я, возможно, невовремя, но я хотела извиниться за то, какое у меня было отношение к тебе. Знаешь, Ло рядом с тобой начал светиться… Просто спасибо за то, что у вас такая странная история… любви?       — Можешь позвать его? — стример только сейчас отрывается от унитаза и встает, а после смотрит в зеркало. Волосы растрепаны, а глаза чертовски красные. — Пожалуйста.       Шэрон сразу же уходит, и через пару минут слышатся пару стуков в дверь, которые точно принадлежат Ло. Дилан открывает дверь и пропускает Лоло в тесную комнату, в которой вряд ли есть место для двух взрослых людей. Стример обхватывает двумя руками парня и практически вжимает его в раковину, дыша ему куда-то в грудь.       Никто не хотел прерывать молчание. Если бы сейчас Лололошка сказал какую-нибудь чушь, как и обычно, Дилан бы точно вырвался из его неуверенных объятий и врезал ему по лицу. Геймеру сейчас нужна разгрузка, и как же это, мать твою, тяжело. Парень не понимает, куда девать тот неприятный ком где-то снизу живота, который тянет его вниз, заставляет осесть на колени, но руки Ло держат сильнее, чем это неведомая сила внутри. Стример слишком рад тому, что Лоло рядом всегда, даже в моменты, когда блогер уязвим, примерно так же, как сейчас.       — Можно я тебе отсосу сейчас? — геймер нервно смеется, но слышит, как дыхание эколога участилось. Тот медленно кивает, и Дилан ползет руками ниже, к резинке штанов.       Возможно, это то, что ему сейчас нужно. Странный способ снять стресс, но хоть кто-то должен получать удовольствие в этой ситуации. Стримеру никогда не было стыдно сделать приятно кому-то, кроме себя во время полового акта, но как-то не приходилось. Ло был тем, кто часто стеснялся, закрывал лицо руками, жутко краснел, прикусывал пальцы, отворачивался, да делал все, лишь бы его не было видно в процессе. И Дилана это жутко забавляло, просто… до невозможности. Он всегда брал Лололошку за подбородок, куда-то целовал и не останавливался, просто заставлял смотреть себе в глаза. Но сейчас, наверное, блогер бы не хотел, чтобы Ло резко проявил храбрость в этом плане, ведь с членом во рту вряд ли кто-то будет выглядеть чересчур привлекательным.       Дилан делает лишь то, что умеет. Проводит языком по всей длине, чувствует каждую мурашку на чужом теле, каждое вздрагивание от чужого дыхания на своем пенисе. Ло слишком чувствителен, когда дело доходит до любой стимуляции, и стримеру это всегда нравилось. Он забывает о том, где находится, и в его голове лишь то, что они в данный момент, в, мать твою, туалете в ебучем волонтерском центре, а снизу их ждут человек пять точно. Забавно, что это не заботит никого из этих двоих. Ни в моменте, как геймер наконец-то берет в рот член, дополнительно проходясь по нему языком, ни в моменте, когда он расслабляет горло, чтобы взять глубже, ни в моменте, когда отрывается и кашляет из-за нехватки дыхания, и уж точно ни в том моменте, когда Дилан видит, как стыдливо отводит взгляд Лололошка и не знает, куда деть руки. Лишь один румянец на его ушах и щеках говорит о том, что все правильно. Возможно, секс — не то, в чем стоит растворятся, но Дилану слишком нравится то, как прерывисто дышит его возлюбленный, и как он стыдливо закусывает губу. Стример еще раз повторяет трюк с глоткой, и как же хорошо, что рвотный рефлекс у парня отсутствует.       — Дилан, подожди, я… — блогер сжимает бедро Лоло пальцами, и Лололошка понимает, что это и есть молчаливое согласие. Он схватывает плечо Дилана, дрожа как-то слишком непристойно для человека, который занимается подобным в туалете, и геймер чувствует, как в него проталкивается горькая на вкус вязкая жидкость. От вкуса было отчасти противно, но тот лишь молча сглатывает и поднимается с колен. — Прости, господи… Все нормально, да?       — Все совершенно в порядке, — блогер набирает в рот воды из-под крана и споласкивает горло, а после выплевывает. Противный привкус чужого семени никуда не девается, но становится более терпимым, чем раньше. Дилан лишь сейчас замечает, что ему куда лучше, чем минут пять назад. — Пойдем?       — Стой… — Ло перехватывает парня за запястье, когда тот отвернулся. — Это же, типа, твой день рождения… почему это делал ты?       — Потому что этот день такой же, как и триста шестьдесят четыре остальных. Лишь отличается тем, что пять лет назад в этот день умерли мои родители. Знаешь, именно поэтому я предпочитаю не праздновать, — стример оборачивается через плечо и мягко улыбается. Наверное, сейчас это выглядело слишком неуместным, и тот сразу же чувствует болезненный укол вины за то, что проявляет пассивную агрессию к человеку, который этого не заслуживает. — Прости.       — Нет, это ты прости, я просто хотел как лучше, правда… — Лололошка виновато опускает взгляд, и Дилан начинает себя ненавидеть за это. За то, что заставляет любимого человека чувствовать себя так.       — Ты… ты не зря это затеял, правда. Или Дженна, я не знаю. Просто для меня так раньше никто не старался, правда, — стример закусывает губу. — Думаю, мне нужно пересмотреть свои взгляды, особенно в тех моментах, когда они касаются тебя. Теперь пойдем?       — Теперь пойдем.

♡♡♡

      Возможно, это было не такой уж плохой идеей. Дилан вспоминал прошедший день, сидя на диване в гостиной Ло.       Торт был действительно вкусным. Дженна, пусть и была надоедливой дурочкой, оказалась достаточно милой и обходительной девушкой (но блогер этого не признает), Ричард, оказывается, умеет вливаться в компанию, а Шэрон… она просто кидала какие-то странные взгляды на Ло и геймера, пока второй шептал на ухо Лололошке о том, как же он ненавидит людей и вечеринки. Вряд ли она слышала это, но другой причины таким взглядам стример найти не мог, слишком уж… нативным тот был. Да и остальные волонтеры были там как будто не ради еды (веганской, к сожалению), а действительно ради атмосферы праздника. Это было слишком странным для понимания парня, не привыкшему к такому отношению. Возможно, это было отличным юбилеем, но в следующий раз он бы не хотел видеть кого-то, кроме Лоло. Ну, возможно, Труман тоже был бы неплохой идеей, но это уж точно все. Интересно, а желания, которые загадываются в момент, когда ты задуваешь свечи, всегда сбываются?       — Знаешь, я тебя просто безумно люблю, — Ло оглаживал и целовал почти каждый шрам Дилана, который только можно было заметить. Стример всегда чувствовал теплоту, когда происходило что-то подобное. — Ты же помнишь это?       — Ты мне об этом говорил десятки раз, придурок, я это не забуду, — Дилан лишь закатывает глаза, но ему чертовски приятно.