Разорву за тебя и тебя на куски.

С момента после первого мирного разговора Сту и Рико прошло всего ничего — меньше одного дня. Оба уже каждый в своём доме, и должны были бы заниматься обычной рутинной работой, но нет. Сту задумчиво намывает тарелки после завтрака, даже не заметив, как один из его закатанных рукавов спустился и начал намокать под проточной водой. Уходя в школу, Бонни прокричала прощание отцу и сестре, закрыв дверь. У Джанет сегодня выходной от работы и тренировок, так что та предпочла остаться дома, и видимо, это был знак судьбы. Зайдя на кухню, та заметила, что Сту замер над посудой в раковине, явно чем-то обеспокоенный. — Ой, пап, давай помогу! Ты же можешь просить меня о таких мелочах! Хочешь, чтобы тебя, не дай Бог, шибануло током? Или вообще... Пап? Ау, папа! — Джанет легонько пихнула робота в плечо, что вернуло отца на землю. Ойкнув, Сту растерялся, но быстро сообразил и откатился в сторону, позволив Джанет домыть оставшиеся тарелки. — Д-д-доброе утро, солнышко! Прости, не заметил тебя... Бонни уже поб-б-бежала в школу? Она так торопилась, не пойму, почему... — вытирая руки об полотенце, что висело рядом, неспокойным тоном тараторил каскадёр. — Твой завтрак, кстати, уже почти остыл... Я м-м-могу подогреть, если хочешь! Или сделать чего-то горячего попить, ну там, кофе или какао, или... — Пап, а ну, притормози! — улыбаясь, сказала Джанет, смывая мыльное средство с последней тарелки. Повернувшись к отцу, та хихикнула, обпираясь рукой об край столешницы. Несколько капель воды с её пальцев тихо упали на пол. — Я же вижу, что ты о чём-то думаешь. И это что-то, а может даже кто-то, не даёт твоей бедной головушке спокойно начать день. Колись, это связано с тем Рико? — Сту резко изменился в лице, когда услышал это имя не в своих бесконтрольных мыслях, а из уст дочери. Сложив руки на груди в замок, тот тяжело вздохнул. — А я вижу, что кто-то д-д-должен вытереть рук-руки, на сухо. Смотри, пол... Он же мокрый! — взяв тоже полотенце, тот заботливо вытер руки девушки, тихо бурча что-то неразборчивое. — Папа, ты не умеешь врать. Да и от парочки капель никто не растает! А мне, вообще-то, не всё равно на тебя, по этому я переживаю, когда ты не можешь найти с кем-то общий язык... — Ох, Джанет... — Сту медленно откатился на пару метров дальше от дочери, с добротой посмотрев на неё. — Не всё долж-должно беспокоить тебя в моей жизни, ведь я т-т-твой опекун, а не ты мой, это первое. У меня всё х-х-хорошо с ним, пот-пот-потому что мы – роботы! Робот робота поймёт, как собака собаку, человек человека... — Люди не всегда понимают друг друга, раз уж на то пошло... — Не перебивай м-м-меня. — робот очень нервничал и переживал, особенно когда видел настойчивость в поступках и словах Джанет. Она очень гордая и местами непробиваемая, за что он её уважал, но и эта же черта характера не давала ему совладать с ней. — А я буду, потому что ты уходишь от ответа! Пап, я имею право знать, кто с тобой плохо обходится, чтобы помочь. Так поступает семья, помогая друг другу и поддерживая! — Но мы правда всё реш-решили там, в гараже Джанкеров! Мы спокойно поговорили, поняли всё и мир-мир-мирно разошлись. — Ты бы не витал в облаках, будь это так, папа! — вот уже Джанет перешла на крик, что сама же заметила и присекла, прикрыв рот. Заметив это, Сту устало выдохнул. — Джан, я не буду ругать за повыш-повышение т-т-тона. Ты, как никак, и в правду уже дост-достаточно взрослая, но я... Устал после всего этого. Да, устал! — частичная правда среди лжи было послежней надеждой на то, что Сту сможет уйти от этой щепетильной темы. Нервно посмеиваясь, тот взялся рукой за голову. — Работа, краш-тесты и этот... Робот. В последнее время, я пр-пр-правда начал уст-уставать. Прости, что мне хватает так мало, чт-чт-чтобы быть не собранным... Это, хех, просто так... — Ох, папа... Конечно же ты устал! И это ты меня прости, что не сразу догадалась! Не извиняйся, пожалуйста, это больно слушать. — Сту улыбнулся на это, не сдержав смех. — Ты лучшая дочка на свете, Джанет... — сложив лодошки на месте, где у людей было бы сердце, его радушка глаза медленно пожелтела. — А ты – лучший отец на свете, пап! Но вопрос с усталостью надо решать. Потому что людям без сил очень тяжело, а ты представь, какого это роботу! — старшая крепко обняла отца, а тот её в ответ. — Давай думать, что бы могло тебя подбадрить и расслабить? Может, какое-то место, куда ты редко ходишь, но хотел бы быть там чаще... — потирая подбородок, девушка задумчиво посмотрела в окно, Сту же хмыкнул, а после задумчиво сказал: — Бар Барли...

***

— Рико, вставай. — ответа нет. Темнокожий уже сколько минут пытается достучаться до соседа по комнате, чтобы тот, наконец-то, вышел из своей берлоги. — Заебал, Рико! Ты вставать собираешься?! — стуча в дверь активнее, уже было слышно не мелодичный ритм, а звуки "стрельбы" средь белого дня. Резко, дверь открывается, и робот проявился во всей своей красе, и как бонус, в плохом настроении. Пылающий красным, глаз смотрел на Брока, что так же резко притих. — Я и не спал. — Блеск. Кайф. Шикарно! А почему ты тогда молчал и скипнул завтрак, просидев у себя в комнате?! Мы же вроде договаривались сегодня- — Я не в настроении. — даже не дослушав, робот хлопнул дверью, скрывшись от ошарашенных глаз товарища. — Рико, у меня уже жопа горит от твоих... Твоих девчачьих выходок! Ты ноешь, как мелкая девчонка! — удивительно, но это не сработало, как это обычно бывает. Терпение парня было на пределе. — Значит вот так мы, да? Устраиваем эти тупые концерты с самого утра, потом жалуемся, что про нас забывают, а дальше что?! Будешь трещать о своём парнишке-каскадёре, который задел твоё хрупкое эго?! Здаёшь позиции, друг. — Брок уже собирался уходить, но только тот отошёл от двери на несколько метров, как та накрыла его и впечатала в стену напротив. Весьма неприятно и больно. — Ох, Брок, это было лишним. ЭТО. БЫЛО. БЛЯТЬ. ЛИШНИМ. — попадание прямо в яблочко! Пусть и было бы более приятно найти это больное место робота, чтобы действовать на него, если бы в результате он не был в таком гневе... Выползая из под двери, парень судорожно искал предмет защиты, стараясь попутно наладить неудавшийся разговор. — Рико, Рико, Рикушка, дружище! Прости, сказанул с горяча! Но сейчас ты успокаиваешься, мы говорим о том, что тебя волнует, а потом... — Я разорву тебя на немецкий крест, урод. — механическим и безжалостным голосом закончил Рико, направляя свой автомат на Брока. — ЭЙ! ПРАВИЛО ДОМА: НЕ СТРЕЛЯТЬ В ЛЮДЕЙ!!! — выскочив из под двери, тот начал убегать в сторону от пластиковых шаров. Они не убьют его, но больно уж точно будет. — Не помню такого правила. — хладнокровно ответил Рико, продолжая стрелять. Пули отскакивали от стены и с грохотом разлетались по комнате кто куда. — Ну чего ты! Неужели Сту так сильно тебя задел?! — Не упоминай его имя при мне! — отбросив свой автомат, тот рванул к Броку, выставив руки вперёд. Парня пробрало холодом по всему телу, когда эта машина начала гнаться за ним. Выбежав из помещения, тот было, хотел где-то спрятаться, но Рико был у него прям на хвосте. Прийдётся бегать, и так как оба приятеля достаточно выносливые, бегать придётся долго. — Успокойся же ты! Я то тебе что сделал, что ты меня убить хочешь?! — Прсто бесишь меня. С самого утра покоя не даёшь с этим Сту! Вы что, вместе меня решили довести?! — эта фраза удивила Брока. Конечно, он знал, что отношения его приятеля с этим каскадёром достаточно пылкие, но из сообщений Джанет, Сту на него зла не держит, так что же происходит между этими двумя? Догонялки могли длиться вечно, но эти мысли притормозили Брока, по этому Рико смог его догнать и повалить на землю. Железные руки потянулись к шее, начав душить парня. — Это уже не дело, Рик-кха... Мне трудно дышать, блять... — из последних сил кричал Брок, но робот будто бы не слышал его. Затуманенный яростью разум отключил здравое мышление, но как только Рико увидел, что глаза темнокожего начинали закатываться куда-то прочь, тот, как ошпаренный, убрал руки от шеи парня. — Ох, чёрт... Что я делаю?! — поднимая ослабшего приятеля с земли за подмышки, тот обеспокоенно смотрел на него. — Брат, прости! Я без понятия, что на меня нашло! Я не хотел, правда... Ты в порядке, Брок..? — громкий кашель был пока единсвенным звуком, который издавал парень. Но он шевелился, а значит не умер. — Всё норм... Кха... Вообще не очень, ты меня чуть не грохнул, но... Хух... — хватаясь за лоб, с которого капало несколько капель холодного пота, тот осмотрелся вокруг. Они достаточно далеко отбежали от их дома, чтобы он казался совсем крошечным пятнышком на горизонте. — Ух ты... Вот это мы позанимались утренней пробежкой... — Бро, тысячу раз прости. Я... Я сам не понял, как это произошло. Я просто... — глаз горел голубым, как сегодняшнее безоблачное небо. Робота слегка трусило от наростающей тревоги и непонимания своих поступков, проделанных за сегодня. Но рука приятеля, что легла на плечо Рико, немного приглушила наростающую панику. — Все норм, бро. Я не умер и хорошо. А с твоей проблемой нам надо обязательно разобраться. Не хочу, чтобы мой железный друг так беспокоился о ком-то, кроме меня с Битом, ха-ха! — приобняв Рико, подбадривал его Брок. — Хех, я такого друга никогда в жизни не заслуживал... Спасибо тебе. — Да чё ты. Не переживай! Хотя нет. Переживай. Ты дверь нахуй выбил... — Ой, хе-хе... Я починю, обязательно. — Уж я надеюсь, бро.

***

Вечер подкрался незаметно. Целый день Сту провёл в продумывании, чем бы тот занимался в баре, о чём бы говорил с Барли, ведь это его давний приятель и чуть-ли не главный фанат! Весьма приятно иметь такого товарища. Плохо, что совсем не хватает времени на то, чтобы навещать его, ведь он то находит минутку, чтобы попасть к нему на концерт и передать подарки... — Джанет, как я выг-выгляжу? Нормально? — тот всё крутился перед зеркалом, поправляя несчастний воротник чёрной кожаной куртки. К нему подошла дочка, посмеиваясь. — Конечно же всё круто! Вылядишь отпадно, пап! Этот твой друг-фанат упадёт на месте, когда тебя увидет. От красоты, конечно же! — Джанет, я уже говорил, чт-что я иду просто пообщаться с другом. Никаких таких... Штучек! — Сту смущённо отвёл взгляд в сторону, сложив руки на груди. — Ой, да ладно тебе! Я что, думаешь, не вижу и не понимаю, к чему это всё? Ты очень. О~очень заинтересован в нём, раз проговорил со мной час о том, почему он такой классный. Без повторений, перерывов и... — Джанет! Х-хватит м-м-меня смущать! Да, он симпатичен мне, но у меня так с каждым, кт-кто проявит ко мне ответной доброты! — тот катался по комнате с места на место, пока говорил это. Каскадёр явно нервничал, и уже никуда не мог деться. — Так, а теперь стой. Не двигайся, успокойся... Глубоко вдохни и выдохни. — Джан, я робот. Я не могу дышать. — Ах, точно... А как тебя тогда успокоить? — Я... Не знаю. Всё это было до безумия неловко. Видя то, как волнуется перед встречей робот, Джанет и не знала чем помочь, ведь такой неуверенной она давно не была. Но всё же, есть один действенный вариант. Почти простой, но гарантирующий успех. Стоит попытаться просто... — Поговорть об этом не хочешь? — Хах, тебе недос-недостаточно моего часового трепета о Барли? — Я о тебе хочу поговорить. — улыбнулась она, чтобы робот точно понял, к чему она клонит. Удивительно, но после этих слов его глаза медленно поразовел, а пальцы сложились в замочек. — А что м-мне то говорить? — А что ты чувствуешь? По поводу Барли, по поводу твоих с ним отношений? По поводу встречи? Чего ты ожидаешь? — присев с отцом на диван, та стала ждать, пока Сту будет готов поделиться своим сокровенным. Чувствуствами. — Ну, знаешь... — начал тот. Уже что-то хорошее, ведь это знак, что продолжить он не против. — Барли, он... Весьма симпатичен мне. У вас, людей, эт-эт-это называется «влюблённостью»? Так глупо, ха-ха... В смылсе, ах... Я чувствую себя дураком, когда думаю о том, как бы нам было весело вм-вместе, и не обязательно где-то в конкретном месте. Где угодно, лишь бы он был рядом, тогда я чувствую себя... Таким лёгким и уверенным! — удивительно, но пока тот не нервничал, его голос даже стал менее лаганным, а запинок было в разы меньше. Тот улыбался, но явно не знал, куда деть руки. Джанет дала ему подушку, которую тот, не заметив, схватил и крепко сжал. — Не подумайте, я люблю вас, ты и Бонни дороги мне как никто другой, но это чувство... Оно не описуемое... И самое неприятное из этого, что я понимаю, что я начинаю вести себя, как полный идиот! П-п-представь, как я могу наложать-жать и испортить всё! — руки вжимались в диванную подушку всё сильнее, а глаз снова начал гореть синим. Джанет же умилённо смотрела на отца. — Ах, папа, я так рада за тебя! Уже боялась, что ты никогда не влюбишься. Это ведь такое счастье, испытать это чувство, хотя бы разок в жизни! — Джанет, не сдерживая радости, подбрыгнула на месте, широко улыбаясь. — А с чувством тревоги ты справишься. Не думай о том, что может пойти не так, а просто делай. Если эти чувства взаимны, то он точно не будет думать, что ты «идиот». — старшая выделила последнее слово, показывая жестами кавычки, что немного позабавило Сту. — Ха... Ха-ха-ха, милая моя, ты такая хорошая дочка! — жёлтый от радости глаз смотрел на девушку, что была такой же счастливой. И ей для этого не нужно было светиться каким-либо цветом. Крепко обняв дочку, Сту услышал шорох за ними. Дверь в его комнату слегка приоткрылась, и оттуда выглянула Бонни. — Я знаю, подслушивать не хорошо, но... Эй, пап, а я для тебя кое-что нашла! Смотри... Тада~а! — младшая достала из-за спины старый, давно потерянный шлем Сту, который тот очень любил. — Мой первый шлем! Ох, Бонни, иди сюда, кроха моя! — радостный отец подхватил дочку, начав кружится с ней по среди комнаты. Джанет теперь умилённо смотрела на них двоих. — Я как раз д-думал, чего же мне не хватает на голове! Спасибо, Бонни! — Всегда пожалуйста, папа Сту! Но... Можно мне тоже расказать, как сильно тебе нравится этот «Барли»? Не знаю, кто это, но раз он так тебе нравится, я уже хочу с ним дружить! — всё это было очень милым зрелищем, что и сам Сту не мог больше сдерживать смех. Комната стала громче и будто бы светлее, когда вся семья каскадёров были тут, поддерживали друг друга и общались...

***

Трио любителей аркадных игр сидели дома, проводя время за очередной игрой. Для Рико это было «наградой» за починку своей же двери и уборки их жилища после его же вспышек гнева, и тот был вроде бы рад, но игра не шла. Робот был мастером почти в любой игре, и чтобы его победить, вам нужны были бы стальные нервы, потому что Рико бы весь процесс игры отвлекал и подстёбывал вас за провалы. Сейчас же тот молчит как рыба, вяло шевеля джойстиком. — Давай, давай, давай... И... Есть! Рико, здаёшь позиции! Тебя сегодня прям слишком легко выиграть... — Брок обеспокоенно посмотрел на робота, когда же 8-Бит добавил: — Мне нравится твоя спокойность эти последние пару часов, но это уже перебор. Ты как амёба! Это тебе вообще не свойственно. — хмыкнув на переживания друзей, тот увёл взгляд в пол, положив джойстик рядом с собой. — Я наигрался. Наверное. Не знаю... Ощущение пустоты, которую не получается ничем заполнить. — так же пусто ответил Рико. — Отлично, ты уже хоть что-то сказал. New score! — шутка вроде бы удалась, но реакции от робота было никакой. Это снова огорчило игровго автомата. — М-да, всё весьма запущенно... Поговорить об этом не хочешь? Всё равно без нашего Рико игры никакущие! — парень изо всех сил пытался подбадрить железного приятеля, но пока что получалось не очень. — Не знаю, поможет ли это. Каждый раз, когда я начинаю говорить, я только всё порчу. Особенно со Сту... Он... Грх. Я не понимаю, за что его так любят? Он же не делает ничего сверх естественного! В смысле, нет, его трюки и в прямь опасные и крутые... — Ох, да тут вообще какая-то жесть. Не хочу тебя пугать, бро, но может это не зависть или ненависть, как я думал до этого. Ты сам не знаешь, что чучствовать к нему, а знаешь почему? — Брок ехидно улыбнулся, двигая бровями вверх-вниз, всем видом намекая Рико о том, что ему точно не понравится услышать. 8-Бит же «навострил уши», внимательно слушая и не перебивая. — Я не влюблён в него. Ну... Может не конкретно в него... — вот тут уже робот стал совсем не похож на себя. Его глаз горел розовым цветом, а ноги слегка поджались к корпусу. Смущённо опустив голову в пол, тот зажмурился, понимая, какие вопросы его ждут дальше. — Опа! А вот это ещё интереснее! — восторженно сказал Брок. — Да ну нахуй, Рико! Can't believe it! — не удержался и вскрикнул 8-Бит. — Ой, да ну вас нахуй! Я всё равно не скажу, кто это! — сложив руки в боки, тот постарался собраться и перестать думать о том, о ком думает. — Да я и так знаю уже. Ну ты и проказник! — очевидный блеф от Брока, но заметив, как Рико заволновался ещё сильнее, тот понял, что это может сработать. — Только не говори Барли! Я не знаю, как он... Стоп. Ты же не знал наверняка? Но я только что... Блять. — приятели залились звонким смехом от того, насколько тупо и просто получилось выведать у их робо-друга, кто покорил его сердце. — Ничего смешного не вижу. Вы мне пока не помогли даже. — Ох, прости, просто... Щас, погоди. ПХА-ХА! — ребята не унемались. Смех стал громче, и оба уже катались по полу, хватаясь за животы. — Заебали уже, ну хватит... — Ладно, прости... Всё, сейчас я точно спокоен. Фух... — выдохнув, Брок вытер слезинки после смеха со своих глаз. Выровнив своё дыхание, тот сел по ближе к Рико, продолжив начатое. — И так, я правильно понимаю, что тут Сту особой роли не играет? — Наверное...? Я не уверен! Просто понимаешь... — сорвавшись с дивана, тот начал расхаживать по комнате, активно жестикулируя. — Барли без ума от него! Постоянно говорит о нём, и в целом я с ним согласен! Он достаточно крутой парень, но его стало слишком много в последнее время... Я... Я боюсь, что я перестану быть ему интересен, и наша дружба будет ничем. А о каких чувствах я могу ему говорить, когда он френдзонит меня сейчас, а потом может и вовсе бросить, променяв на этого... Этого... — из неоткуда вернулась старая злоба, но на сей раз ребята понимали, что злился Рико на себя по большей части, а не на кого-то конкретного. — Воу-воу, остынь! Ты же не виноват, что твоему Барли так понравился этот каскадёр? Он, как никак, звезда, и тут скорее идёт речь не о любви к нему, а о фанатизме. Фанатеть от кого-то – не плохо! И это вовсе не значит, что он бросит тебя, и ты должен заставлять себя ненавидеть его. — легонько постучав по плечу товарища, Брок повёл его обратно к дивану. Когда оба сели, парень продолжил: — И в коне концов, ты можешь поговорить об этом с самим Барли! Без любовных признаний и романтических подконтекстов, конечно же. Просто как друг, сказать: я ревную тебя и не уверен в том, что тебе дорог. — Это звучит жалко и глупо. — безнадёжно ответил Рико. — Но попробовать стоит! Ты можешь и перефразировать, как ты это умеешь. Рико, я знаю, что ты понял, о чём я. А ещё я знаю, что ты понимаешь, что я – прямолинейный. Это моя особенность. Ты мега хорош собой, иначе бы этот бармен бы с тобой не дружил столь долгое время. — в глазах робота промелькнула искра радости. Тот повернулся к парню и посмотрел тому в лицо. — Ты правда так в этом уверен..? — На все сто процентов! Ещё один сверху, для уверенности, хе-хе! — слегка вструсив робота за плечи, чтобы подбадрить, ответил Брок. — Я, это... Хоть и редко такое говорю, но он прав. Ты просто суперский робот! Иначе бы я тебя не терпел тут. — специфический комплимент 8-Бита был отличным завершением, потому что на лице Рико было видно, как тот рад сейчас. — Ох, ребята... Вы просто ахуенные! Я рад, что вы меня поддерживаете даже тогда, когда я веду себя, как полный мудак! — На то друзья и нужны! Но не забудь о своём друге-возлюбленном. С ним ты ещё не разобрался, хех! — потрепав по голове Рико, 8-Бит красиво напомнил о том, с чего это всё началось. — А знаете что? Я прямо сегодня его и навещу. Прямо сейчас! Да! Скажу всё, что думаю о нём! И признаюсь во всём! — уверенно молвил Рико. — Ну, ты это, по спокойнее чутка! Вдруг он не выдержит столько информации за раз! — игровой автомат подмигнул роботу, на что тот ойкнул. — И правда. Я буду спокойнее в своих выражениях чувств. Но я обязательно выскажу ему всё! Ух, меня прям разрывает от уверенности! — Тогда вперёд и с песней, бро! — Брок показал большие пальцы вверх, одобряя интузиазм их приятеля. Но... Что выйдет из этого в итоге...?