input parameters

Ни один код не сможет работать без адекватно заданных входных параметров. Да только на одних входных параметрах далеко не уедешь. Чонгук это знает. Он всегда чётко знал свои переменные: как он хочет одеваться, кем он хочет работать и какие отношения хочет построить в будущем. Вся его жизнь — один сплошной программный код. Вот только проблема в том, что баги в его жизни нескончаемые. И дело не в заданных параметрах. Проблема в самом коде. Кредит на новый ноутбук для работы Чонгуку не одобряют, старый — постоянно лагает. Отец звонит ежедневно, напоминая о том, что готов пристроить его в отделение банка, где работает сам. Не даёт забыть о том, что специальность экономиста — лучшее, что с ним могло случиться. На резюме фронтэнд разработчика офферов ровно ноль. Портфолио держится лишь на мелких подработках. Чонгук зарабатывает тем, что делает курсовые и дипломные работы студентам Института компьютерных систем, сам при этом программистом не являясь. Это тоже один сплошной баг. Чонгук действительно верит в то, что он рождён быть программистом. Вынужден — экономистом. И всё это с подачи отца. Быть разработчиком он мечтал с детства, вот только его в этом практически никто не поддерживал. Даже отец до конца не верил, что у парня получится попасть в нормальную компанию. Чонгук прекрасно знает, что только-только закончившим университет студентам — по совместительству начинающим программистам-самоучкам — всё равно нужно продолжать учиться, брать различные дополнительные курсы, повышать уровень знаний и навыков, пробовать новое и, самое главное, писать как можно больше кодов, постоянно пополняя своё портфолио. Но у Чонгука нет ни нужного количества времени, ни денег на такое дорогое удовольствие. В условиях сделки с отцом четко указаны сроки: всего год, чтобы устроиться в нормальную компанию, пройти стажировку и стать настоящим разработчиком, иначе Чон будет вынужден забыть о мечте, вычеркнуть цель своей жизни, прозябая на нескончаемых переговорах в офисе отца, изучая скучные контракты, считая скучные цифры и постоянно общаясь с такими же скучными людьми. В общем, заниматься всем тем, к чему душа не лежит вовсе. Чон Субин, отец Чонгука, — управляющий банковским отделением. Мужчина, который сам построил свою карьеру и добился хотя бы чего-то в этой жизни. Чонгук помнит — когда он был ещё маленьким мальчиком, отец приводил его в свой первый, ещё тогда, небольшой кабинет. Субин давал сыну читать книги и раскрашивать незамысловатые картинки, чтобы тому не было скучно, пока отец работает. Вот только сам Чонгук тянулся к допотопному компьютеру на его рабочем столе. Он активно изучал непонятные папки и файлы, читал документы и отчёты. Но его интересовала не столько работа отца, сколько принцип, по которому все эти файлы, программы и документы создавались. Субин воспринимал же это по-своему: он искренне радовался тому, что маленький Чонгук интересуется его работой. Отец даже не подозревал о том, что уже в этом возрасте сын неосознанно выбрал программирование своей основной сферой деятельности. В двенадцать лет Чонгук окончательно решил, что он будет разработчиком. Ещё в школе Чон понял, что его тянет к точным наукам больше, чем к гуманитарным, а информатика оказалась и вовсе любимым предметом. Именно в этом возрасте его книги про роботов и технологии сменили учебники по программированию, а «Код: тайный язык информатики» и вовсе стал для него чем-то вроде альманаха. Он носился с книгой постоянно, из рук её не выпускал, а в пятнадцать уже попробовал написать свой первый сайт. Отец сыну не навязывал свою профессию, но считал программирование всего лишь увлечением, хобби, которое пройдёт с возрастом. Субин готовил мальчика к тому, что тот после выпуска из школы будет поступать на экономический факультет, чтобы в дальнейшем отец провел его по уже протоптанной дорожке и, как управляющий банковского отделения, устроил сына работать менеджером. Но когда Чонгук, поступив в университет, со всей серьёзностью заявил, что записался на бесплатные курсы программирования при высшем учебном заведении, Чон Субин понял, что детское увлечение переросло в мечту, и он уже ничего не сможет с этим поделать. После бесплатных курсов при университете появилось желание пройти платные. Отец даже дал на это денег. Вот только после одних курсов нужно было записываться на следующие, а затем ещё одни и ещё одни, и так до бесконечности. В их семье столько денег не было никогда. Чонгук учился и осваивал новые навыки с помощью бесплатных видео на Ютубе, читал различные статьи и пробовал повторить всё то, что происходит на экране. Самое главное, что у него это получалось. Парень сам видел результат, который не мог не радовать. Огромное количество чужих курсовых и дипломных работ только помогали в этом. С их помощью Чонгук пополнял своё портфолио. К слову, он это делает прямо сейчас. Чонгук включает домашний проектор звёздного неба, и комната озаряется красным и синим светом, погружаясь в полумрак. Потолочный свет парень не любит. Никогда не любил. Ему так комфортнее, потому что от яркого света ламп у него всегда начинают болеть глаза. Он снимает кргулые очки в тонкой металлической оправе, потирает уставшие глаза, снова надевает их обратно и возвращает внимание ноутбуку. На нём тоже яркость выставлена невысокая, но глаза всё равно начинают болеть. Три часа ночи. Чонгук практически весь день просидел на сайте по поиску работы. Он сегодня разослал своё резюме фронтэнд разработчика минимум двадцать раз. Парень проверяет свой профиль на сайте, обновляет страничку несколько раз, но отклики от этого, к сожалению, не появляются. Чонгук откидывается в кресле и выпускает вздох, натягивая капюшон серого худи почти до самого кончика носа и прикрывая глаза. Ни одного отклика на его резюме за эту неделю. Такими темпами он никак не успеет выполнить условия сделки с отцом, и ему придётся смириться с поражением, то есть погрузиться полностью в банковскую сферу. Нет, этому не бывать. Чонгук скидывает капюшон, поудобнее садится в кресле и ставит ноутбук на колени. Он открывает своё резюме и перечитывает его. Может, снова переписать? Может, придумать что-то? Набросить себе пару лет опыта работы? Нет, Чонгук для такого слишком честный и правильный. У него вживую-то врать не получается от слова совсем, а в резюме не выйдет тем более. Он снова открывает страничку с поиском вакансий для разработчиков и хмурит брови, изучая свежие. Снова одно и тоже: требуемый опыт работы от трёх лет, знание TypeScript и обширное портфолио. Чонгук делает глоток уже остывшего американо без сахара, сворачивает окно с открытым сайтом и открывает код, который всё так же продолжает выдавать ошибку. На фоне играет любимый трек «Massano — The Feeling». Парень над этим кодом сидит уже несколько дней, никак не может понять, что за баг мешает ему нормально работать и, исправляя найденную ошибку в виде отсутствии запятой, сталкивается с новой. Всё это похоже на замкнутый адский круг, но Чонгук соврёт, если скажет, что ему это не нравится. Он взялся написать практическую часть курсовой работы для своего друга Ли Минхо, который младше на один год и учится на последнем курсе университета. Чонгук долго не думал, прежде чем согласиться, ведь написанный сайт он так же сможет использовать и для собственного портфолио. Шли десятые сутки, как парень пишет сайт для условного интернет-магазина мебели. Практически бессонные сутки, если быть точным. Чонгук за это время уже успел выучить, кажется, все породы дерева и их оттенки. Он сидит за кодом до пяти утра. Тот всё так же продолжает выдавать ошибку, будто издеваясь над Чонгуком. Ему нужно сделать светлую и тёмную темы для сайта, но как только он проверяет код через инструменты разработчика, вместо того, чтобы темы переключались с одной на другую, тёмная пропадает в принципе. Чонгук отставляет ноутбук на рабочий стол, разминает затёкшие колени и спину, снимает очки и тянется за увлажняющими каплями для глаз. Те снова пересохли. Он не может делать перерывы, ведь уже прошло три месяца с момента заключения договора с отцом. Тот пошёл ему навстречу, позволил попробовать исполнить свою мечту, обещал не вмешиваться и не встревать. Чонгук же, в свою очередь, должен был добиться цели сам. Именно такими были условия их сделки. Чонгук допивает уже вовсе холодный американо, морщится от неприятного вкуса и идёт на кухню, чтобы сварить свежий кофе. Признаться честно, его от этого вкуса уже тошнит, но его сознание должно оставаться бодрым. Пока он не решит проблему в коде — спать не пойдёт. Пока чайник греется, Чонгук медленно погружается в раздумья. За эти месяцы он успешно сменил уже три компании. Причины были разными: где-то ему сказали, что стажёром он должен отработать минимум восемь месяцев и только потом, быть может, его рассмотрят на полноценную должность фронтэнд разработчика; где-то ему предложили поработать какое-то время тестировщиком, обещали, что поставят на должность разработчика, которая пока что занята, но по итогу выяснилось, что место не освободится ближайшие два года; где-то его уволили всего лишь за небольшую такую оплошность, совсем безобидную ошибку — он случайно проспал все созвоны на день. Чонгук не любит работать удалённо. Никогда не любил. Он прекрасно понимает, что айтишник, который не может работать из дома, и не айтишник совсем, по сути, но ничего с собой поделать не может. К сожалению, именно таких работников обычно и ищут все компании, ибо ну кому нужны программисты на офлайн. Парень надеется, что всё-таки где-то нужны. Время неумолимо поджимает, у него в запасе осталось всего девять месяцев, и с каждым днём Чонгуку всё сложнее и сложнее поверить в то, что он вообще сможет исполнить свою мечту. У него холод по спине пробегает, стоит ему только представить себя в чёрном классическом костюме и с галстуком, плотно затянутым на шее, который буквально душит. Чонгук неосознанно оттягивает ворот худи и потирает шею. Нужно приложить максимум усилий, чтобы не пришлось работать в банковском отделении. Где-то на периферии сознания слышен звук вскипевшего чайника, который вырывает Чонгука из размышлений и возвращает в реальность. Он заваривает себе свежий кофе, как и всегда, сахара не добавляет, возвращается в комнату, снова садится за стол, придвигая к себе ноутбук. Относительно свежим взглядом он пробегается по коду, делая пару глотков горячего напитка. Тёмная и светлая темы. Снова обновляет сайт. Светлая работает, тёмная пропадает. Чонгук внимательно всматривается в строки, вслух их прочитывает и от сосредоточенности даже прикусывает нижнюю губу. И лишь потом замечает. — Да ты издеваешься надо мной! — возмущается он в пустоту, наконец найдя проблему. — Серьёзно? Большая буква? — продолжает разговаривать сам с собой, попутно исправляя строчку в коде, меняя букву в нужной функции, избавляясь тем самым от бага. Снова обновляет сайт. — Неужели! — восклицает победно, понимая, что наконец всё работает, как надо. Тёмная тема сменяет светлую по нажатию одной кнопки. Можно идти спать. Но выпитый кофе уже ударил в голову, отгоняя сон в дальний уголок сознания. Чонгук решает, что от того, что он спать сейчас ляжет на час позже мало что изменится, и снова открывает сайт по поиску работы. Он обновляет страницу, чтобы появились новые вакансии и практически давится кофе, когда видит только что опубликованное объявление. Известнейшая айти-компания KimTechSolutions опубликовала две вакансии: фронтэнд разработчика и тестировщика. Чонгук отставляет чашку на стол, снова переставляет ноутбук на колени и открывает объявление. Он просматривает требования мельком, хотя сам прекрасно осознаёт, что в такую компанию его навряд ли примут. KimTechSolutions — та самая айти-компания, попасть в которую мечтает каждый уважающий себя программист. Они первые на рынке труда напрямую сотрудничают с правительством, и даже программное обеспечение банка, в котором работает его отец, разработано этой компанией. KimTechSolutions — предел его мечтаний. Иронично, что компания развивается только в направлении банковском, как раз в том, в котором Чонгуку участвовать бы не хотелось. Но всё-таки быть банкиром и быть программистом айти-компании, которая сотрудничает с банками напрямую, — разные вещи. Чонгук видит требования: всё так же опыт работы, но, как ни странно, совсем небольшой; насыщенное портфолио и знание базовых вещей. Видимо, ищут стажёра. Чонгук открывает своё портфолио в новом окне, пролистывает уже выученные наизусть кейсы и инструменты. Такое в KimTechSolutions не прокатит. Но и терять ему, собственно, нечего. Поэтому парень, недолго думая, отправляет своё резюме с прикреплённым портфолио и возвращается обратно на главную страницу сайта по поиску работы. Офферов с отправленных ранее запросов всё так же нет. Чонгук закрывает ноутбук, ставит тот на положенное место и откидывается в кресле, рассматривая космос на потолке. Он невольно эту картинку с должностью разработчика сравнивает. Та точно такая же, как и звёзды над его головой. Вроде бы вот они, совсем рядом, только руку протяни и дотянешься. С другой стороны, настоящий космос слишком далеко и до него не дотянуться. Должность фронтэнд разработчика в действительно хорошей компании для него примерно то же самое, что и космос. Кажется таким же нереальным и недоступным. Пока что ему светят лишь звёзды с проектора, которые на потолке рассыпаются, создают иллюзию чего-то волшебного. До настоящего космоса ещё расти и расти. Чонгук устало выдыхает, снова закапывает глаза и зачёсывает назад каштанового цвета отросшие волосы. Если бы кто знал, как же он устал. Но при всём этом, ему настолько страшно не исполнить свою мечту, не стать разработчиком и работать в банке, что страх становится его единственной на данный момент движимой силой. Это давящее чувство внутри ему не позволяет расслабиться. Тревога в глотке противным комком собирается, заставляет не спать ночами и писать, писать, писать. Чонгук даже не замечает, как засыпает прямо вот так, с откинутой на спинку кресла головой, с тревожными мыслями, которые будоражат сознание. Сквозь сон всё так же пробивается любимая «Massano — The Feeling». Он открывает глаза спустя несколько часов. Но не от солнечных лучей и не от звука будильника. Его будит звук уведомления, исходящий из ноутбука. Чонгук подскакивает от испуга в кресле, чуть не падает и чувствует, как ноет спина и шея. Нужно было дотащить себя до постели, а теперь ближайшие несколько дней у него будет болеть поясница и голова. Он потягивается в попытке размять затёкшее тело и пытается понять, что происходит, какой день в календаре и какое время суток. Он снова слышит звук уведомления, исходящий из ноутбука, берётся руками за столешницу и придвигается ближе к столу. Парень открывает ноутбук и заставляет всё ещё сонный взгляд сфокусироваться, надевает очки, без которых не видит почти ничего, пытается вчитаться в слова. На электронную почту пришло новое сообщение с сайта по поиску работы. Ему пришёл оффер. Первый за неделю. От KimTechSolutions. Когда Чонгук увидел, откуда ему пришёл отклик, сон как рукой сняло, как и ноющее ощущение в пояснице и шее. Его приглашают на собеседование. Впервые не по видеозвонку. У Чонгука ещё ни разу не было собеседования с личным присутствием в офисе. Он только недавно смог привыкнуть к собеседованиям в принципе, потому как Чонгуку довольно-таки сложно общаться с людьми, особенно с незнакомыми. Особенно, когда ему задают каверзные вопросы, на которые он так и не научился отвечать. Для Чонгука любое собеседование — один сплошной стресс, потому как заготовить ответы заранее на всё невозможно. Он часто ловил себя на том, что буквально зависал на несколько минут, пытаясь придумать ответ на вопросы HRа, а по итогу всё равно говорил какую-то ерунду. Просто потому что всегда придаёт этому слишком много значения, слишком сильно волнуется. Иногда это играло с ним злую шутку. Но только иногда. Во все остальные моменты это его ставило в настолько неловкое положение, что хотелось провалиться сквозь землю. Парень внимательно перечитывает оффер, где его просят подтвердить присутствие и назначают время на три часа дня. Чонгук всё ещё находится в шоке, поверить не может, что это происходит именно с ним, думает, что это шутка какая-то и сейчас HR с именем Пак Чимин просто напишет, что ошибся и попросит извинения. Но Чонгуку лишь отправляют адрес офиса, куда ему нужно подъехать. Похоже, всё это происходит взаправду.

***

— У меня начинает складываться ощущение, будто он делает это специально! — кричит Джин и складывает руки на груди, бросая грозные взгляды на главного HR, Пак Чимина. Тэхён безразлично переводит взгляд с одного своего коллеги на другого. Он устраивается в широком кожаном кресле удобнее и складывает руки в замок, опираясь локтями на белоснежный стол. Есть несколько вещей, на которые можно смотреть вечно: как горит огонь, как течёт вода и как линрук Ким Сокджин выражает своё крайнее недовольство стажёрами, которых набирает Пак Чимин. Тэхён эту картину видит практически каждое утро. Стабильность, что сказать. Ему вообще стабильность нравится абсолютно во всём. Он каждое утро просыпается в шесть, надевает свой любимый спортивный костюм Gucci чёрного цвета и выходит на пробежку. В семь он возвращается в свой пентхаус в центре Сеула, принимает душ, меняет Gucci на тёмно-серую тройку от Loro Piana и спускается в подземный паркинг. В семь тридцать Тэхён садится в Mercedes S 350d Premium и едет в офис компании KimTechSolutions, где он работает продукт оунером. В восемь он выкуривает первую сигарету прямо у себя в кабинете, пьёт принесенный секретарём американо без сахара и погружается в работу. Правда ненадолго. Ведь всего через двадцать минут в его кабинет без стука врывается Ким Сокджин, а за ним неторопливой кошачьей походкой заходит Пак Чимин. И так происходит каждое утро вот уже на протяжении целого месяца. Чимин даже не удосуживается отвлечься на то, чтобы поздороваться с Тэхёном или обратить внимание на крики Сокджина. Он заправляет за ухо выкрашенную в розовый цвет прядь, поправляет лацканы пыльно-розового пиджака Dior, который парень носит нараспашку, и продолжает активно стучать пальчиками по экрану айфона в розовом чехле. — Он снова дал мне тридцатилетнего стажёра, — продолжает распаляться Джин, — который ведёт себя так, будто одолжение всему отделу делает, что работает здесь! Я же просил, и не один раз! Не бери таких мне в стажёры! Тэхён переводит взгляд с Сокджина, который оттягивает ворот своей чёрной футболки с логотипом Balenciaga и, кажется, сейчас дыру прожжёт в Чимине. Продукт оунер молчит во время их перепалок, даёт выпустить пар Сокджину и терпеливо ждёт, когда HR допечатает сообщение. Тэхён уверен, Чимин снова ругает своих рекрутеров, и подтверждает свои догадки, когда на экране iMac всплывает уведомление в одном из общих чатов. Чимин ни много ни мало грозит своим подчиненным штрафом за то, что те снова заставляют его слушать уже надоевшую за этот месяц тираду. — Мой дорогой Джинни, — елейным голосом начинает Чимин, пряча телефон в карман белых дизайнерских брюк. — Сколько раз я говорил тебе, что не существует в мире людей с таким багажом знаний, которые подходят нашей компании, но при этом молодые? — Чимин тянет пухлые губы в улыбке, которая должна быть приятной, но Тэхён видит в ней лишь оскал готовящегося терзать жертву зверя. — Сколько раз я говорил тебе, что не существует не высокомерных айтишников, которые хотят работать в офисе, а не удалённо? Сколько раз я говорил тебе не повышать на меня голос? Тэхёна это шоу, которое каждое утро происходит, забавляет. Он практически никак не реагирует на этих двоих, что представление устраивают в его, между прочим, кабинете, потому что устал уже с ними бороться. Он даже фразы все их наизусть выучил — знает кто, что и в какой момент скажет, всё ждёт момента, когда оба сотрудника придут к тому, что: «Да вы все меня не слышите будто! Для вас тестировщики это просто низшее сословие какое-то! Отдел, в который можно всякий сброд отправлять, потому что ну кто ведь не справится с такой простой работой! Да если бы тестировщиков не существовало, у вас бы все проекты развалились к чертям собачьим! Вы меня не цените вообще, как и весь мой отдел!» В ответ прозвучит неизменное: «Джинни, мы уважаем и ценим твой отдел. Ты просто должен понять, что не самовлюблённых айтишников в мире нет попросту. И, будь добр, прекрати кричать на весь офис». Дальше они снова вернутся в свои отделы, а Тэхён наконец сможет просмотреть переданные ему с вечера контракты. — Ты снова ничего ему не скажешь? — звучит выученная наизусть фраза Джина. — Тэхён, сделай что-то, в конце концов. Иначе я просто уволюсь. — Заявление можешь написать хоть сейчас, — спокойным тоном отвечает оунер и возвращает внимание экрану компьютера. Вот и закончили. К сарказму Тэхёна все уже давно привыкли. Сейчас Сокджин должен громко фыркнуть, выйти из кабинета и вернуться к своим обязанностям. За ним вальяжной походкой последует Чимин, не забыв пожелать хорошего дня Тэхёну, и направится в свой отдел — заниматься работой. Но что-то идёт не по плану. — Нет, ты не понял. Я правда уволюсь, — настойчиво говорит Соджин, и Тэхён поднимает на него взгляд. Во взгляде мужчины читается уверенность, он не шутит совсем. — Если ты ничего с этим не сделаешь. — А что ты хочешь, чтобы я сделал? — он откидывается в кресле и поднимает взгляд на линрука. — Стажёра твоей мечты на 3D принтере напечатал? — саркастично спрашивает Тэхён. Чимин, кажется, тоже не ожидал такого поворота событий. — Джинни, ты что, серьёзно сейчас? — в голосе HR нет ни на намёка на издёвку. — Абсолютно. Меня это достало. Твои рекрутеры вообще непонятно кого нанимают и собеседуют. Нормальных они набирают только разработчиков к Юнги и аналитиков к Хосоку. Мне будто специально дают самое худшее. Я правда не выдерживаю уже. Мне нужен нормальный толковый тестировщик, который не будет придумывать отмазки лишь бы поработать удалённо. И который не будет каждые десять минут напоминать, что он на самом деле лучший разработчик, которого не оценили по достоинству. Я хочу, Ким Тэхён, чтобы ты проконтролировал процесс. А ты, Чимин, сам взялся за поиски стажёра, потому что твои рекрутеры явно не справляются, — Джин заканчивает свою речь и выжидающе смотрит на тех, к кому обращается. Тэхён в замешательстве, потому что терять такого сотрудника, как Ким Сокджин, не хочется от слова совсем, но и идти на поводу у капризов и его вечных истерик он тоже не планирует. Тимлид и так с рук спускает этим двоим ежедневный цирк в его кабинете, делает скидку на то, что оба просто знают, что Ким Тэхён — близкий друг Намджуна, руководителя компании. — Что ж, — спустя несколько минут затянувшегося молчания говорит Тэхён. — Я тебя услышал. Чимин, — обращается к застывшему парню, который стоит всё ещё с распахнутыми от удивления глазами, — просмотри сегодня резюме кандидатов сам. Всех. Собеседования проведёшь тоже сам. — Пак уже хочет возразить что-то, открывая рот, но Тэхён его перебивает. — Это не просьба. Мне нужна слаженная работа всех отделов, а вы никак не можете перестать собачиться. И на собеседованиях я сегодня тоже буду присутствовать, — оглашает окончательный вердикт. — И если ты не поговоришь со своими подчинёнными, Чимин, то с ними поговорит Намджун. — Парень бледнеет вмиг и, кажется, даже сливается со своей белой футболкой Dior, поверх которой надет пиджак. Все в компании знают, как Ким Намджун может поговорить с сотрудниками. После его разговоров обычно у рекрутеров Чимина появляется очень много работы. — Теперь ты, — он переключает своё внимание на тестировщика. — Не тебе одному нужны идеальные стажёры. Напомню тебе, что Мин Юнги вообще-то тоже недавно остался без фронтэнд разработчика и тоже нуждается в адекватном сотруднике. Но он почему-то не позволяет себе врываться каждое грёбанное утро ко мне в кабинет и закатывать истерику. — Сокджин лишь закатывает глаза, но ничего не говорит. — Если ты не прекратишь устраивать сцены, мне действительно придётся искать нового сотрудника. Ким Тэхён вообще-то строгий руководитель. По крайней мере, так все говорят. К некоторым, как например к этим двоим, может относиться снисходительно. Но всему есть предел. Он весь месяц терпел их выходки. Ждал, когда эти двое найдут компромисс самостоятельно. Тэхён прекрасно знает вспыльчивый характер Сокджина и насколько часто тот преувеличивает, утрируя ситуацию. В то же время, мужчина так же прекрасно знает и Чимина, которому палец в рот не клади — по локоть откусит, если захочет, но он просто боится замарать свои розовые костюмы. Тэхён осведомлён насколько тот жесткий руководитель, хоть и выглядит как самая настоящая дива. Ким в их конфликт не вмешивался до последнего, не первый раз с этими двумя такое, но этот случай уже из ряда вон. Сокджину нужен новый тестировщик в команду, потому что предыдущий уволился по собственному желанию, а к Чимину по поводу подбора персонала у Тэхёна, да и у всех остальных в принципе никогда вопросов не возникало. Но, судя по всему, ему пора вмешаться, пока они друг другу глотки не перегрызли. Ну или пока Сокджин и вправду не уволился. Тэхён добровольно никогда бы не отказался от такого работника, как Джин, так что его слова по большей части были лишь напускной бравадой. Но всё же такой небольшой блеф возымел нужный эффект. Оба руководителя отделов наконец перестали перебрасываться колкими фразами и задумались над своим поведением. По крайней мере, Тэхёну хочется в это верить. Становиться и вправду строгим ему не хотелось бы. Он переводит взгляд на запястье, на котором блестят Патек Филипп, и говорит: — На этом всё. Через час у меня встреча с Намджуном, а вы тратите моё время. Возвращайтесь к работе. Сокджин, тихо фыркнув под нос, покидает кабинет первым. Чимин, вернув себе прежнюю уверенность, вздёргивает подбородок и цепляет одну из стандартных улыбок. — Хорошего дня, Тэхён-и! — бросает через плечо и, покачивая бедрами, выходит вслед за тестировщиком. Ким Тэхён не отвечает, лишь кивает головой и возвращает своё внимание к монитору, чтобы изучить контракты, которые нужно согласовать в ближайшее время. Он закуривает сигарету, вчитываясь в документ. Через час к нему должен зайти Намджун, чтобы обсудить договор в очередной раз, учесть поправки и подписать его. Тэхён внимательно изучает новые правки, берёт во внимание те условия, которые были внесены в контракт на последних переговорах. Компания хочет, чтобы KimTechSolutions разработали для них новую систему переводов. Тэхён проверяет отчёты, в промежутках просит ещё один кофе у секретаря. В дверь стучат. Это точно Ким Намджун. Он, пожалуй, единственный сотрудник этой компании, который всё ещё соблюдает субординацию. Тэхён сверяется со временем. Ровно десять утра. — Как всегда, вовремя. Были бы все сотрудники столь же пунктуальны, как ты, — он встаёт с кресла и обходит стол, пожимая руку вошедшему мужчине. — Я ведь профессионал, ты же знаешь, — говорит Намджун. На нём один из костюмов, которые предпочитает управляющий. Строгие, чёрные, дорогие. — Приступим? — спрашивает он, поправляя туго завязанный галстук. — Конечно, — Тэхён просит принести им кофе и приглашает мужчину присесть в одно из кресел напротив. Они обсуждали детали контракта ровно до двенадцати, потому что Намджун спешил на следующую встречу. Сейчас час дня. У Тэхёна огромное количество новых поправок, которые нужно воплотить в реальность за месяц. Его команда, которая всё это время работала как часы, рассыпается на глазах. Нехватка сотрудников тоже играет свою роль: фронтэнд разработчика действительно не хватает, как и тестировщика. Тэхён проверяет время на наручных часах — через полчаса начнутся собеседования, а у него всё ещё контракт не разбит на задачи. — Что ж, — говорит мужчина себе под нос, — сегодня, как и всегда, впрочем, поработаю без обеда. Мужчина закуривает сигарету, ждёт пока секретарь принесёт очередной кофе, и погружается в работу, надеясь про себя, что хотя бы один из кандидатов станет их новым стажёром.

***

Чонгук в очередной раз осматривает себя в зеркале лифта. Он понятия не имеет, как нужно одеваться в офис. Даже если бы имел — весь его гардероб состоит из джинсов, худи, спортивных брюк и футболок. За такой короткий срок разыскать что-то более-менее приличное парень в любом бы случае не успел. Подниматься ему на тридцать восьмой этаж. Хоть лифт и скоростной, подъём всё равно занимает время, так что Чонгуку остаётся лишь нервно кусать губы и постукивать ногой в ритм стандартной мелодии, которая играет из динамиков. Чонгук вообще думал, что такая музыка в лифтах — миф, но уже на этом этапе все его представления об офисах крупных компаний разбиваются о реальность. Всё совсем не так, как он представлял. Он в очередной раз убеждается в этом, когда лифт останавливается на нужном этаже. Раздаётся звук, обозначающий прибытие, и двери разъезжаются. Первое, что чувствует Чонгук — это запах. Здесь определённо пахнет деньгами. Деньги — это одна из основных причин, почему он всё ещё не отказывается от мечты. Все знают, что сейчас в нашем мире действительно большие деньги зарабатывают либо в сфере программирования, либо в мошенничестве и криминале. Ко второму у Чонгука нет ни тяги, ни нужных навыков. А вот к первому — непреодолимое желание реализоваться. Двери лифта за ним закрываются бесшумно. Парень всё так же продолжает стоять и топтаться на одном месте. В горле образовывается ком из нервов и переживаний, на языке тонким слоем оседает страх. Чонгук натягивает рукава худи по самые кончики пальцев, делает глубокий вздох и направляется к ресепшену, где сидит приятная на вид девушка. Чонгук сразу же замечает золотые серьги в её ушах и широкую белозубую улыбку. Даже улыбается эта девушка дорого. Он явно попал в правильное место. — Добро пожаловать в KimTechSolutions. — Голос приятный. Не слишком высокий и не слишком наигранный. Идеальный. — Вы на собеседование? — девушка поднимается со своего рабочего места, обходит стойку регистрации и, звонко цокая каблуками по мраморному полу, подходит к Чонгуку. — Ну, — он сразу же заминается, — да? — звучит не слишком уверенно. Даме нужно отдать должное: она не морщит в пренебрежении нос, не смотрит на Чонгука свысока и даже не выставляет его из офиса. Только кивает и продолжает улыбаться, крепко держа в тонких пальцах айпад. Чон сразу понимает, что она — профи. — Меня зовут Чан Вонён, — представляется девушка. — А вы? — Чонгук, — от волнения получается хрипло. — Чон Чонгук. Вонён переключает своё внимание на айпад. Она настолько долго ищет в списках имя парня, что Чонгук уже начинает сомневаться, не произошло ли ошибки. — Да, всё верно, — восклицает девушка. — Вы немного раньше, чем нужно. — Боялся опоздать, — сразу же оправдывается Чонгук, неловко потирая шею и поджимая губы. Вонён лишь улыбается. — Ничего страшного. Может, вас даже раньше примут. Прошу за мной, — говорит девушка Чону, направляясь вглубь коридора. Каждый её шагах сопровождается стуком каблуков. Чонгук теряется, не сразу понимая смысл сказанного. Вероятно, из-за нервов. Ему приходится догонять Вонён, быстро перебирая ногами. Девушка останавливается у двери из матового стекла, снова проверяет что-то на айпаде. — Вас пригласят через пятнадцать минут. Пока можете присесть, — Вонён указывает на небольшой диванчик у стены, обтянутые чёрной кожей. — Чай или, быть может, кофе? Чонгук широко открытыми глазами смотрит на девушку и не может выдавить из себя хотя бы слово. Как через пятнадцать минут? Он же приехал специально за полчаса до собеседования, чтобы было время успокоиться и привести мысли в порядок. Чтобы не облажаться. Снова. Он закашливается, пока пытается сказать слово «нет». — Может, воды? — предлагает Вонён, смягчая тон. Чонгук лишь кивает. Он пытается вспомнить все собеседования, которые были в его жизни, воспроизводя в памяти каждое слово, каждый вопрос. Более того, Чонгук пытается вспомнить, на каких вопросах чаще всего он замолкал, словно набрав в рот воды, и не мог выдавить из себя ни единого слова. Разумеется, что всё время до прибытия в офис он готовился к собеседованию: перебирал возможные технические вопросы, репетировал ответ по поводу его личной мотивации, даже ставил таймер, чтобы подготовиться к практическому заданию. Ещё дома он чувствовал себя так, будто готов абсолютно ко всему. Сейчас же ему хочется лишь позорно сбежать. Чонгук бы именно так и поступил. Если бы именно в этот момент не открылась дверь из матового стекла. — Добрый день, — звучит доброжелательно от парня с розовыми волосами. Чонгук вскакивает с места, тут же учтиво кланяясь. — Чон Чонгук? — Я. От Чона не ускользает оценивающий взгляд работника, который осматривает его с ног до головы. Надо было всё-таки надеть белую футболку. И заменить конверсы на белые кроссовки. — Проходите, — в конце концов говорит парень, широко отворяя дверь в пригласительном жесте. Чонгук только сейчас понимает, что не поздоровался в ответ. Он ещё несколько секунд обдумывает то, насколько уместно будет сделать это сейчас. Но проблема решается сама собой. Его проводят в светлый просторный кабинет с широким белым столом посередине. Чонгуку отодвигают кресло, приглашая присесть. Парень с розовыми волосами садится напротив. И в этот момент Чонгук замечает ещё одного мужчину, который сидит в конце стола и, хмуря брови, изучая что-то на экране макбука. — Здравствуйте, — звучит слишком громко в повисшей тишине. Чонгук решает, что сейчас самый уместный момент для того, чтобы всё-таки поздороваться. Парень напротив недоумённо смотрит на него, но через секунду возвращает себе дружелюбное выражение лица. Мужчина отрывает взгляд от макбука и безразлично осматривает Чонгука. Не надо было здороваться. Надо было оставить как есть. — Меня зовут Пак Чимин, — представляется парень. — Я главный HR компании KimTechSolutions. — Чон Чонгук. Хотя вы и так уже знаете, — сразу же добавляет Чон, краснея. Ну вот, опять говорит какую-то ерунду. Чимин лишь растягивает пухлые губы в улыбке. — Ким Тэхён — продукт оунер, — представляет Чимин мужчину. Тот поднимает голову и отодвигает ноутбук от себя, переводя взгляд на Чонгука. Тот всё такой же безразличный. — Начнём? — спрашивает Пак, а у Чонгука пересыхает в горле. — Расскажите о себе. Как вы пришли к программированию? Чон стискивает челюсти и обдумывает ответ несколько долгих минут. Вот так сходу говорить у него не получалось никогда. — Мне двадцать-четыре года. В этом году закончил Сеульский национальный. По образованию экономист, — он тут же мысленно бьёт себя ладонью по лбу. Не нужно было этого говорить. — С детства мечтал стать разработчиком, — Чонгук жуёт губы, не зная, что ещё добавить. — Проходил курсы при университете. Далее обучался самостоятельно. — Почему не поступили на компьютерные системы? — интересуется HR. — Эм, — неуверенно начинает Чонгук, — так сложились обстоятельства, — рассказывать о том, что его заставил получить ненужную специальность отец парень не хочет. — Какие проекты вам наиболее интересны? Почему вы хотите работать именно в этой компании? — два вопроса подряд. Чонгук теряется сразу же. — Потому что вы прислали мне оффер, — звучит быстрее, чем он успевает подумать. Чонгук понимает, что снова сказал что-то не то, поэтому делает глубокий вдох и выпаливает на одном дыхании: — Хотя у меня еще не так много опыта работы в командах, я с энтузиазмом хочу учиться и расти. Мои основные проекты связаны с созданием простых веб-приложений, что мне дало крепкую основу в JavaScript, HTML и CSS. Я бы хотел развивать навыки в более сложных интерфейсах. Хоть что-то ему удалось вспомнить из заготовленных ответов. По тому, как Чимин одобрительно кивает головой и что-то печатает на экране айпада, Чонгук понимает, что ответил правильно. Это позволяет ему немного расслабиться. — Долго заучивал? — звучит со стороны. Чонгук сглатывает. — Нет. Всего пять минут. Снова ляпнул. Чонгук буквально ощущает, как краснеет под пристальным взглядом оунера. — Мне тяжело общаться. Это правда, — сдаётся парень и тупит взгляд, изучая поверхность стола. — По крайней мере, честно, — говорит Чимин. — Объясните, как работает замыкание в JavaScript, — Чонгук поднимает глаза на HR, пока тот ожидает ответа. Мыслительные механизмы щёлкают в голове, пока Чонгук пытается сформулировать ответ. Ему на это нужно какое-то время. Но проблема в том, что долго ждать никто не будет. — Это же базовый вопрос, — снова говорит мужчина с дальнего конца стола. — Я знаю, — отвечает Чонгук. — Замыкание позволяет функции «запомнить» свое окружение. Например, если у нас есть функция, которая возвращает другую функцию, то внутренняя функция может получить доступ к переменным из родительской, даже если та уже завершилась. Это помогает хранить состояние между вызовами функций, — он делает глубокий вдох, чтобы продолжить. — Это когда одна функция «запоминает» переменные из той части программы, где она была создана, и может использовать их, даже если всё остальное уже закончилось. Представьте, что у вас есть коробка, и вы можете в любой момент взять из неё нужные вещи. Замыкание работает так же — функция помнит, что было вокруг неё, и использует это позже, когда нужно. Чонгук дышит загнанно, словно только что бежал кросс. Он знает, что ответил верно, но от этого не легче. Парень пытается не выглядеть таким испуганным, но получается из рук вон плохо. Из-за волнения все мысли в голове путаются, превращаясь в огромный клубок. Чонгук чувствует, как часто бьётся сердце в груди. Ощущает себя так, будто он сейчас не на собеседовании, а на допросе. Парень даже не замечает, как в этот самый момент Чимин обменивается взглядами с Тэхёном и как второй утвердительно кивает, удовлетворённый ответом. — Ладно, — говорит мужчина, поднимаясь на ноги. — Если тебе тяжело общаться, то пропустим эту часть. Базу ты знаешь. Давай посмотрим, как ты работаешь, — Тэхён подходит к Чонгуку и ставит перед ним макбук. Чонгук пытается скрыть облегчённый вздох, но его всё равно слышат. Сверху раздаётся смешок. Чон снова краснеет. Неловко. Он себя таким глупым не чувствовал уже давно. Может, именно поэтому он так резко притягивает к себе ноутбук. Чонгук просто хочет показать, на что он способен. Он всматривается в задачу, хмуря брови и прикусывая нижнюю губу. — Тебе нужно сделать небольшую страницу с формой поиска, которая отображает результаты поиска в реальном времени. Когда пользователь вводит текст… — …результаты должны обновиться, — заканчивает за Тэхёна Чонгук. — Я понял. Он даже не извиняется за то, что перебил оунера. Чон слишком сосредотачивается на задаче. Он знает, как её решить. В теории. На практике пробовал всего один раз, и то у него не получилось. Всё время появлялся какой-то баг. Но Чонгуку не остаётся ничего, кроме как попробовать. И желательно не сильно облажаться. Чонгук продумывает скелет кода, начиная с простой HTML-формы. Для обновления списка хочет использовать JavaScript. В целом он может это сделать. Чонгук уже собирается начать быстро стучать по клавишам, пока не сталкивается с проблемой. И тут он начинает понимать, что перед ним — Макбук. — Я, — заикается парень. — Я только на винде писал коды. На маках никогда, — звучит слишком жалко. Ощущение собственной глупости появляется вновь. Чонгук смотрит в экран макбука, чувствуя напряжение, которое скапливается прямо под ребрами. Привыкший к своей Windows, он пытается вспомнить, как настраивать окружение на macOS. Интерфейс непривычен: меню свернуто в верхнюю панель, терминал выглядит иначе, клавиши для горячих команд абсолютно другие. Вдохнув поглубже, он решает начать с самого простого — открыть редактор кода. Он находит знакомую ему иконку Visual Studio. По крайней мере, здесь привычный ему редактор. Уже что-то. Чонгук пытается успокоиться и унять панику, зарождающуюся где-то в груди. Ему нужно собраться, он же умеет работать. Да, Чонгук самоучка. Да, он не профи. Но у него есть нужные знания для решения этой задачи. У него нет варианта сдаться. На кону мечта всей его жизни. Чонгук делает глубокий вдох, спокойно вспоминая своё задание, и понимает: это испытание, чтобы показать не только его знания, но и умение быстро адаптироваться. Чонгук обязан справиться. У него нет другого выбора. Он запускает терминал, вводит несколько базовых команд, проверяет свою рабочую среду. Что-то получается. Да, не так быстро, ведь горячие клавиши всё ещё непривычны, а интерфейс совсем другой. Но к нему возвращается самообладание. И это, пожалуй, самое важное. Кажется, он даже не дышит, пока увлечённо стучит по клавишам. Чонгука даже не напрягает нависающим над ним Ким Тэхён, который неотрывно следит за действиями парня. — В целом неплохо, — озвучивает свой вердикт мужчина. — Мне нравится, как ты подходишь к решению задачи. Возможно, стоит подумать о том, как оптимизировать производительность, если будет большой объем данных, — добавляет Тэхён. Чонгук вжимается в кресло. Об этом он точно не подумал. Парень был полностью сосредоточен на том, чтобы не допустить ошибки, учитывая непривычную ему операционную систему. Он громко сглатывает и кивает, смотря на оунера снизу вверх. И вот тогда это происходит. Момент, когда дыхание замедляется, и с каждым выдохом ты выпускаешь весь свой запас кислорода. Всё замирает. Это две секунды небытия. Возможно, на нервной почве, возможно, от чужого давления, а возможно, из-за чувства странного, первое, что проносится в голове у Чонгука: «Красивый. Очень красивый». Чонгук не знает, как это называется у обычных людей, но, будучи айтишником, он бы назвал это установкой протокола связи, в ту секунду, когда Тэхён ловит его взгляд. В фильмах, которые Чон смотрит в перерывах между написанием кода, это, кажется, называется искрой. У Чонгука ощущение, будто он тонет. И единственное, что не даёт окончательно погрузиться на дно — чужие карие глаза, которые держат его в этой реальности. Они будто и есть вся его реальность. По крайней мере, в данную секунду времени. Где-то на периферии сознания Чонгук слышит, как Чимин громко откашливается. Тэхён тут же отводит взгляд, часто моргает и быстро возвращается в кресло на дальнем конце стола, забрав макбук. Чонгук ощущает себя так, словно заново родился. Страха нет. Переживаний тоже. Он словно в пузыре оказывается, где никаких звуков не существует. Чонгук не хочет, чтобы существовали. То, что сейчас произошло, для него что-то новое, неизведанное и незнакомое. Почему-то Чонгуку не страшно познакомиться. — В целом, — громко говорит Чимин, возвращая внимание в к себе, а Чонгук только сейчас понимает, что всё это время продолжал пялиться на мужчину, который явно лет на десять старше. — Ты неплохо справился. Но я не думаю, что твоего опыта и знаний достаточно для того, чтобы работать в компании фронтэнд разработчиком. Чонгук понуро опускает плечи. Ну вот опять. На что он вообще надеялся? — Но ты хорошо мыслишь. Мне нравится твой подход, — звучит с дальнего конца стола. Тэхён не отрывается от экрана ноутбука, взглядами больше не позволяет столкнуться. Говорит почему-то холодно и чересчур строго. — У нас есть вакансия тестировщика. Пойдёшь стажёром? Стажёром. Снова. Мечта ускользает от Чона, словно песок сквозь пальцы. — Это неплохой вариант, кстати, — тут же оживляется Чимин. — Стажировка длится примерно три месяца. Оплата более чем достойная. — Но я хотел фронтэнд разработчиком, — не сдерживается от тихого комментария Чонгук. — У нас есть внутренние курсы для сотрудников, — снова говорит Ким Тэхён. — Будешь параллельно проходить. Через несколько месяцев посмотрим на твой прогресс, — мужчина переводит взгляд на Чонгука, смотрит неотрывно глаза в глаза. Чон задерживает дыхание. Снова. — Соглашайся, совёнок. И Чонгук соглашается. Он отчаянно верит в то, что дело не в продукт оунере, не в странном ощущении, которое возникло после зрительного контакта, и не в обращении, которое столь неуместно в данной ситуации и обстановке. В любом другом случае Чон бы поморщился от такого слова. Но сейчас ему этого делать не хочется. Всё, что ему хочется в данную секунду времени, — остаться. И почувствовать это снова.