Сюрприз

      — Тревога! — с этим словом отдых боевого поста закончился. Солдаты забегали с автоматами, занимая позиции, пока командир взвода лейтенант Зайят Мэдэх разглядывал в бинокль противника. А противником была пара бронеавтомобилей, двигающихся по грунтовой дороге в гору к их посту.       Недолго думая, лейтенант скомандовал:       — Уничтожить бронемашины!       Сержант Эргена Соригтой со своим отделением уже успела занять нужные окопы и в момент получения приказа напряжённо высматривала других врагов. Они уже один раз бывали в бою и там едва не попали под огонь с неожиданной стороны, и сейчас она боялась как раз этого. Впрочем, сейчас цели были с направлений на стыке её второго отделения с третьим, так что она первому из двух звеньев приказала наблюдать за сектором отделения, а другому звену и приданному пулемётчику — стрелять. Для гранатомётчика отделения, рядового Тохты Унэна, сержант уточнила:       — Тохта, фугасом попробуй подбить первую! — И сама открыла огонь из своего автомата.       Стреляя как учили, короткими очередями, и видя маленькие вспышки огня из окон машин, девушка быстро опустошила магазин и села на дно окопа перезарядиться. В этот момент пулемётчик по имени Ногрот воскликнул:       — Первый остановился и дымит! Мы его подбили!       Унэн, в ответ прокричал, целясь:       — Второй тоже остановился! Сейчас ему гранату всажу!       И выстрелил.       Через несколько секунд издалека донёсся звук взрыва. Эргена успела вставить новый магазин, встать обратно и начать целиться, но поняла, что стрелять уже незачем: около стоящих примерно в четырёх сотнях метров бронемашин не было никакого движения, вторая машина ярко горела, а первая уткнулась в придорожный камень и дымилась. Бойцы продолжали обстреливать броневики, и сержант решила, что хватит:       — Отставить огонь! — Ногрот стрелять прекратил, а Тохта убрал руку от взрывателя следующей гранаты, уже установленной в ствол. Но один боец не остановился. Девушке пришлось подбежать к нему, ударить по плечу и повторить приказ:       — Дагун, прекрати стрелять! — Сейчас ополченец наконец обратил внимание на сержанта и выполнил приказанное. Настало время следующего приказа:       — Первое звено, наблюдайте за машинами и за сектором!       Спустя некоторое время со стороны другого отделения послышались крики коллеги-сержанта, и вскоре там тоже перестали тратить боеприпасы. Наступила напряжённая тишина. Эргена переводила дух: она успела очень испугаться, а ситуация вроде бы успокоилась.       Прошло несколько минут, и Зайят, только что пережившего небольшой бой, снял тревогу и приказал вернуться к обычному распорядку, а сам пошёл к рации докладывать.       Ближайшей ночью Зайят Мэдэх отправил команду из состава первого отделения, не участвовавшего в бою, осмотреть остановленную за дневной технику. Бойцы вернулись через три четверти часа, негромко переговорили с лейтенантом, помрачневшим во время разговора и просмотра доставленных документов, и пошли опять в ночь, теперь всем отделением, а прикрывало их теперь разбуженное второе отделение сержанта Соригтой. Зайят пошёл опять к рации.       Ближе к утру к посту подъехали из тыла две бронемашины с медицинскими крестами, и туда погрузили шесть доставленных первым отделением тел… у некоторых были видны красные повязки, такие же как у всех бойцов взвода.       Тяжёлые подозрения Эргены утром оправдал сам лейтенант Мэдэх, собрав сержантов утром и сообщив горьким голосом:       — Мы вчера убили своих… Они возвращались из рекогносцировки.