Маска фантазма / The mask of fantasy

      Париж, 1919 год…       Ранее утро горожан протекало обыденно, многие торопились по своим делам, не обращая на окружающую их вокруг угнетенную атмосферу, заполненную суетой и равнодушием. Дороги наводнили машины знатных людей, подчеркивающие их высокий статус на улицах города, проезжая мимо обычных работяг, идущих по тротуару. Одна из таких машин, с эмблемой известной лавки, создающую скульптуры и изысканные памятники, подъезжала к полуразрушенному зданию, весьма популярного в прошлом, оперного театра. Когда автомобиль сбавил скорость, остановившись у главного входа оперы, шофер покинул свое место, чтобы открыть дверь начальнику в салоне.       - Мы на месте, месье. – сообщил, спокойным голосом шофер.       Из машины вышел статный мужчина среднего возраста, одетый в черное пальто, подчеркивающее стройную фигуру мужчины, на голове красовался цилиндр, а руки были скрыты белыми шелковыми перчатками. Его эмоции и выражение лица были крайне неоднозначными. Яркие зеленые глаза и острые черты лица демонстрировали строгость и суровое настроение мужчины, но его легкая улыбка и аккуратный, чуть вздернутый нос, создавали вид добродушного человека.       - Merci Jean, - спокойным, но грозным голосом произнес мужчина, не сводя взгляд с вывески над входом со словами «Уважаемые посетители, сегодня аукцион» - через семь часов я буду ожидать тебя у входа, а пока возвращайся в лавку.       Шофер попрощался с мужчиной и сев за руль автомобиля, покинув своего руководителя. Мужчина, в свою очередь, уверенной походкой направился в здание оперы. Внутри мужчина с любопытством осматривал помещение – перила, лестницы и скульптуры были покрыты толстыми слоями пыли и паутины, но это не помешало ему оценить изящество проделанной работы архитекторов. Услышав голоса, доносящиеся из зрительного зала оперы, мужчина незамедлительно продолжил свой путь. Очутившись в партере зала, мужчина встретил сотрудников, что расставляли вещи перед аукционом и аукциониста, проверяющего наличие лотов грядущего мероприятия. Внимание мужчины привлекало все, его глаза разбегались по концертному залу, сцене, заполненной вещами, но в последний момент его взгляд остановился на ложе номер пять, располагавшейся близко ко всему бурному действию на сцене.       - Добрый день месье… - прозвучал эхом голос аукциониста, заприметившего вошедшего в зал гостя – должен сказать вы прибыли рановато, аукцион начнется только через час.       - Прошу прощения месье, - добродушно ответил мужчина, сняв цилиндр в качестве приветствия – я опасался не успеть на столь грандиозное мероприятие, что привело меня сюда раньше…       - Не беспокойтесь месье, вы прибыли самым первым и точно ничего не пропустите. – заверил мужчину аукционист.       Мужчина поблагодарил аукциониста и, чтобы не терять времени в пустую, задал интересующий его вопрос…       - Месье, вы не возражаете, если я немного осмотрю столь превосходные чудеса архитектуры, пока аукцион не начнется?       Аукционист задумался на пару минут, ибо подобная вольность не допускалась в их договоренности с аукционаторами, но никто и не говорил о подобном запрете.       - Думаю, вы можете осмотреть ближайшие помещения театра, главное будьте осторожны, местами зданию не удалось сохранить свою практичность.       - Разумеется месье. – не скрывая своей радости сообщил мужчина, направившись в коридоры оперы.       В данный момент, получив небольшую вольность действий, мужчина уверенно шел по коридорам театра, заглядывая чуть ли не в каждую гримерную и гостиную, в поисках нужной ему вещи, однако почти все помещения были пусты, а прежде стоящая мебель и украшения комнат были сломаны или отданы в качестве дальнейшей продажи. Когда мужчина это понял, он вернулся в зрительный зал. Заметив, что аукционист завершил проверку, а к началу мероприятия прибыло еще несколько персон, аукционист пригласил гостей на сцену, чтобы они могли посмотреть грядущие лоты аукциона, надеясь, что гости найдут одну из вещиц себе по душе и приобретут её, не пожалев денег.       В надежде найти необходимую вещь, мужчина осматривал часть реквизита и инвентаря, использованного в театральных постановках оперы. Спустя десять минут поисков, внимание мужчины привлекла небольшая музыкальная шкатулка с обезьянкой на крышке.       - Неужели… - прошептал мужчина, не веря своим глазам, после чего обратился к аукционисту – А можно заглянуть в шкатулку месье!?       - Конечно месье… - ответил аукционист, взяв её в руки и открыв для мужчины шкатулку, предоставив ему обзор содержимого.       От находящегося в шкатулке, мужчина слегка приоткрыл рот и широко открыл глаза…       Это было то самое, что он так тщетно искал, до этого момента.       - Вижу вас, месье, заинтересовала эта вещица, верно? – поинтересовался аукционист, закрыв шкатулку и положив её на место, чему мужчина был не особо рад.       - Я готов заплатить за нее любые деньги прямо сейчас! – без тени сомнения произнес мужчина – Назовите лишь сумму!       - Мне нравится ваша решимость месье, но, к сожалению, я не могу вам её продать вне аукциона, однако с таким желанием в глазах, как у вас, уверен, вы сможете её заполучить без особых трудностей. – сообщил аукционист, после чего попросил всех гостей покинуть сцену и приготовится к началу аукциона.       Мужчина, с момента нахождения шкатулки, стал немного нервничать, суетливо теребя пальцами поля цилиндра. В процессе всего аукциона, часть людей, приобретя нужные им лоты, покидали мероприятие, а на их место прибывали новые посетители. За прошедшие три часа аукциона, лот, интересовавший мужчину, еще не был озвучен, что заставляло его переживать, однако он успокаивал себя тем, что смог найти нужную ему вещь и он обязательно получит её, сколько бы на это не потребовалось финансов. Из новоприбывших посетителей в зал вошла пожилая старушка, везущая в коляске своего супруга. Приблизившись к общей толпе, пожилая пара мельком взглянула на некогда популярную оперу, которую они помнили во всей красе, после чего внимание старушки привлек мужчина, суетливо перебирающий пальцами. Она внимательно рассматривала его внешность - черные, хорошо уложенные волосы, характерный разрез глаз, острые черты лица и телосложение, напомнили старушке о давнем знакомом. Единственное, что отличало их между собой – чуть вздернутый носик. Осознав, кого она встретила, старушку охватило неподдельное удивление, что заметил и супруг, вопросительно взглянув на свою возлюбленную. Направив свой взгляд на мужчину, с которого не сводила глаз супруга, старик недоуменно осматривал внешность юноши, узнав схожести с давним общим знакомым возлюбленной, не веря своим глазам. Мужчина, тем временем, внимательно слушал аукциониста, ожидая, что вот-вот объявят ту самую шкатулку.       - Лот шестьсот шестьдесят пять – Музыкальная шкатулка из папье-маше в форме шарманки! – произнес аукционист долгожданный мужчиной лот – На крышке обезьянка, в персидском одеянии, играющая на цимбалах, внутри шкатулки находится маска – предположительно реквизит последнего концерта. Эта вещица найдена в подвале театра – состояние безупречное дамы и господа!       - Вот она в действии! – добавил помощник аукциониста, активировав музыкальные способности шкатулки.       Мелодия была очень нежной и умиротворяющей, до боли в груди навивающей мужчине воспоминания из детства.       - Могу я попросить начать с двадцати франков? – поинтересовался аукционист у публики.       Встревоженный мужчина сразу же поднял руку, закрепляя за собой возможность на приобретение шкатулки.       - Двадцать, спасибо. – ответил аукционист, после чего заметил, поднятую следом, руку старушки – Да, двадцать пять мадам, благодарю вас.       Мужчина не был намерен сдаваться, подняв руку в ответ, повышая цену лота снова и снова, не уступая пожилой даме вещицу.       - Мадам Де Шаньи – сорок пять! И так сорок пять, кто даст пятьдесят? – поинтересовался аукционист.       Мужчина сразу же поднял руку.       - Пятьдесят! Пятьдесят пять? – вопросительно произнес аукционист, посмотрев в сторону старушки, на что та, окончательно убедившись в своих догадках, мотнула головой, отказываясь повышать цену и продолжать борьбу за шкатулку – И так пятьдесят франков, верно? Пятьдесят раз! Пятьдесят два!...       Прозвучал окончательный стук молотка, завершающий торги лота.       - Продано за пятьдесят франков Бефору Фурье, благодарю месье. – объявил аукционист, пока его помощник вручал шкатулку мужчине.       Когда заветная шкатулка оказалась у него в руках, мужчина с особым трепетом рассматривал обезьяну на крышке, затем, аккуратно открыв шкатулку, осматривал находящуюся внутри маску…       «Я исполню вашу просьбу, как обещал…много лет назад.       И пусть то время безвозвратно ушло – вашу любовь я не забуду никогда…» - с трепетом в сердце, мысленно произнес мужчина, закрыв шкатулку и прижав её к своей груди.       - А теперь лот шестьсот шестьдесят шесть – разбитая люстра! – озвучил аукционист, заставив всех присутствующих обратить свое внимание на люстру, прикрытую белоснежной простыней – Многие из нас помнят таинственную историю о Призраке Оперы… Эту так и не раскрытую тайну! – загадочным голосом сообщил аукционист – Нас заверили, что именно эта люстра сыграла значительную роль в знаменитой трагедии. Люстру отреставрировали и оборудовали электрическими лампами…Быть может, их яркое сияние, сможет отпугнуть Призрака из прошлого…       Последние слова аукциониста заставили лицо господина Фурье скривиться в недовольной ухмылке, понимая, что никто из присутствующих не знает подлинную историю так же хорошо, как он...       Аукционист окликнул помощников, которые, ловким движением, сдернули с люстры простыню и, предоставив подачу электроэнергии в лампы, принялись поспешно поднимать её к потолку зала. Во время этого, ничем не примечательного момента демонстрации лота, трое присутствующих - месье Фурье и супруги Де Шаньи, смотрели на данную картину иными глазами. Мадам Де Шаньи с легкой улыбкой любовалась процессом, погружаясь в воспоминания, граф Де Шаньи вспоминал былое с тревогой в душе, а месье Фурье, вспоминая рассказ всех событий из первых уст, принялся представлять в голове истинные события, произошедшие на самом деле…