Аист принёс

Лопасти крутились раз через раз. Мужчина, не переставая обмахиваться журналом, бросил усталый взгляд на несчастную машину. Вентилятор работал на полную. Кондиционер пал смертью храбрых ещё в прошлом месяце. Просто в один день загудел, затрещал и испустил дух, наполнив всё комнату едким чёрным дымом. — Гарантия ещё есть, просто вызови мастера, — бурча себе под нос, Сеймур передразнивал нерадивое начальство, паралельно агрессивно чиркая ручкой очередное на вызов мастера. Седьмое. Симмонс считал. Отложив заполненный бланк в специальную папку, бывший глава сектора семь откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Жалюзи едва заметно колыхалось, создавая приятный и ненавязчивый шум. Когда ни телевизор, ни музыку не включить, остаётся довольствоваться малым. Конечно, были свои плюсы в том, что боссам было пофиг на его технические проблемы. Например, Сеймур мог с чистой душой и вполне законно бить баклуши, ибо в его кабинете сломался не только кондиционер. Рабочий ноутбук, телефон, второй рабочий ноутбук, планшет — всё это выключились чуть ли не одним днём и отказывалось включаться, чтобы бывший агент не делал. Потом, буквально несколько дней спустя, вслед за рабочими инструментами отправилась всё остальное — телевизор, чайник, маленький холодильник и ещё куча прочей бытовой мелочи. И вот теперь ещё кондиционер пополнил ряды безвременно ушедших на металлолом. Вот так, словно по взмаху волшебной палочки, Симмонс остался без работы и со связанными руками. Как бы метафорически это не звучало, на деле всё оказалось буквально. С каждым новым письмом о просьбе вызвать мастера или выдаче нового, исправного оборудования, ответы боссов становились всё короче и пассивно-агрессивнее. Но и Сеймур был не пальцем деланный. Отправить отчёт в Пентагон? Никак не возможно, у ноутбука треснула матрица! В таком случае, нельзя ли отправить с телефона? У телефона серьезные неисправности контроллеров, тоже никак! Тогда, может попробовать отправить с компьютера, который последний раз включали при Линкольне? Вот незадача, у него мать сдохла, понимайте как хотите! Мужчина тяжело вздохнул и швырнул журнал в стену. Отдых отдыхом, но когда температура в кабинете сравнима с температурой на поверхности Солнца, отдыхать тяжело. Поначалу, мужчина думал что это всё простое совпадение. Потом, что несчастный случай. Череда несчастных случаев. Затем, Симмонс решил свалить всё на карму, что решила отыграться именно сейчас. Но сейчас, когда Сеймур чуть ли не умер от духоты и жажды, он пришёл к тому, что это месть. Очень изощрённая, продуманная и, одновременно с этим, мелочная месть. Мужчина открыл глаза и сел. — Месть, — медленно и по слогам произнёс Симмонс, будто пробовал слово на вкус. — Это вариант. Нет, даже не так. Месть — это рабочая версия! Воодушевившись, мужчина начал действовать быстро. Взял первый попавшийся под руку карандаш и лист бумаги, принял чуть более удобную позу для размышлений и принялся думать. Как там любят говорить копы в сериалах и в реальной жизни? Вспомните недавние конфликты и недоброжелателей? Вторые в этом случае отпадают сразу. Если бы хотели мстить они, то Сеймур сейчас бы здесь не сидел. А из недавнего на ум пришёл допрос автоботского медика, перед которым мужчина даже на всякий случай написал завещание. И не зря, как позже выяснилось. Ещё в самом начале сотрудничества Рэтчет в большей степени, чем остальные его собратья, положительно относился к тому, что люди задают вопросы буквально обо всём — о каждой шестерёнке, визге и лязге. Но чем больше времени автобот проводил с людьми, тем меньше ему начало нравится их общество. Окончательно терпение покинуло доктора спустя какое-то время после воскрешения Прайма, и тогда он как раз и перебрался в отдельный ангар, аргументируя переезд тем, что некоторые эксперименты требуют тишины, спокойствия и вообще, это всё опасно. Бывший агент слабо верил в это, но верхушку всё же убедил, дать Рэтчету место. Но к сожалению, даже переезд не спас доктора и его нервную, или как она у них зовётся, систему от Симмонса и его неиссякаемого научного интереса. Рэтчет был не слишком рад (и очень мягко сказано!) отвечать на тысячу и один вопрос про инопланетные «гайки» и «болты», а также про то, как происходит процесс соединения одного с другим. Сеймур ещё хотел спросить про вариации этих соединений, но вовремя решил, что некоторые вещи лучше всё же не знать. За время их диалога доктор несколько раз просил «технический перерыв», чтобы, как он выразился, остудить системы и перезагрузить процессор, дабы давать более чёткие ответы. Но всё равно, сколько бы перерывов мужчина не давал автоботу, итог был таков — на предпоследнем вопросе Рэтчет взмолился всем богам Кибертрона и попросил оставить его в покое. Симмонс так и сделал. Поблагодарил за ответы, сказал ещё пару дежурных фраз, типо «рад был поговорить» и был таков. — И так, первый подозреваемый — военврач Рэтчет, он же Доктор Смерть. Мотив — вернуть справедливость и внутренний покой после унизительного расспроса. Точка. Сеймур перечитал написанное и почесал затылок. — Предположим, — пробормотал мужчина, ритмично постукивая карандашом по столу. — Но как? Как Рэтчет смог такое провернуть? Самостоятельно точно нет. Подговорил кого? Рассуждения вслух нагло прервал громкий стук в дверь. Не успев даже открыть рот, чтобы тактично поинтересоваться, кого нелёгкая привела, как в кабинет ввалился, чертыхаясь и обливаясь потом, Эппс. — Эппс? — Нет, блин, Прайм! — мужчина поднялся и сразу направился к Симмонсу, даже не став приводить себя в порядок. — До тебя невозможно дозвониться, в курсе? — Больше чем, — Сеймур помахал перед лицом вояки техническим кирпичом, что ещё совсем недавно был телефоном. — Присаживайся. Чую я, не за тем ты пришёл, чтобы обсуждать технические проблемы. — Ну, да. Есть разговор. — Я внимательно слушаю. — Тут одна птичка напела, что ты знаешь, как наши инопланетные друзья дебит с кредитом сводят, — Роберт улыбнулся и подмигнул. — Расскажешь?

***

Закатное солнце светило не в бровь, а прямо в глаз. Сухая трава приятно шурша и неприятно кололась, как бы Сэм не пытался устроиться. Надо было брать куртку, что так настойчиво ему пыталась впихнуть мама. Сейчас бы постелил её, сел и спокойно сидел, а не ерзал, как преступник на электрическом стуле, вызывая спешки и подколки со стороны наёмников и агента. — Сэм, а ты что? — как бы между делом спросил Симмонс, потягивая прохладное, только что купленное, пиво. — Какого это, пацан, дважды спасти мир от пришельцев? — Такое себе удовольствие, — честно ответил парень. — Но признаться, думал что ништяков будет больше. — Как минимум? — Дадут место в хорошем колледже. — А как максимум? — Работу и дом в будущем, как учёбу бы закончил. — А карман у тебя широк, парень! — рассмеялся Эппс. — Ещё бы девушку попросил, для полного комплекта! — Балда, она у него и так есть, — вклинился в разговор Леннокс, открывая снеки и раскладывая их по тарелкам. — Да ещё какая! Это уже не девушка, а боевая подруга. И машину подгонит, и десептикона приручит! — Мы с Микаэлой расстались. Повисла неловкая тишина. — Она сказала, что ей адреналина при жизни с отцом хватило с головой. Поэтому, — Сэм обвёл взглядом всех и тяжело вздохнул: — Вот как-то так. Я нормально, а вот родители были расстроены и я даже не знаю кто больше. — О как, — сказал Сеймур, после чего потянулся за новой банкой пива. — Ну, отчасти их понять можно. — М-да, такая ушла, — поддержал Роберт и тоже взял себе ещё выпивки. — Ты, малец, только главное близко к искре, тьфу, к сердцу, не принимай. Ещё найдёшь себе. — Эппс, завали, пожалуйста, — шикнул на друга Леннокс, после чего повернулся к парню и предложил одну из закусок: — А учёба как? Ты ведь здесь остался? — Да, — Сэм кивнул и взял несколько крекеров. — И всё знакомое, и родителям, опять же, спокойнее, что я здесь, под боком. Да и Бамблби нельзя одного оставить ни на минуту. Он не нянька, а вторая мама, ей Богу. — Он волнуется. Ты столько пережил, столько рисковал собой ради него и автоботов. Поверь мне, с Айронхайдом у нас тоже самое. — Правда? — с искренним удивлением и интересом спросил Сэм. — Вы с ним тоже напарники? Мужчина в ответ лишь отвёл взгляд и пробормотал себе под нос нечто неразборчивое, пока Роберт всеми сила пыталася не сказать лишнего или не заржать в голос, как конь. Или и то, и то, вместе. — Кстати, — чуть подуспокоившись начал Эппс, бросая в мусорный пакет пустую банку из-под алкоголя. — Раз зашли на тему наших больших и железных друзей, Сеймур, твой выход. — Какой выход? Роберт хлопнул себя по лбу. — Мы собрались в этот погожий летний денёк для того, чтобы за жизнь перетирать? Это мы и так на базе делаем каждый день. Давай, рассказывай откуда берутся наши боты! Или нервы доктора были потрачены впустую? Теперь уже настала очередь Симмонса хлопать себя по лбу. — Да, точно. Пока заканчивать со светскими разговаривали и переходить к делу, — мужчина отставил алкоголь в сторону и потянулся, будто был спортсменом, что готовился к нелегкой игре. — С чего начнём, товарищи? С теории или с практики? — Нам говорили, что лучше начинать с теории, — робко вставил свои пять центов Уитвики, чувствуя, как щёки уже начали гореть. — А нам, в армии, говорил наоборот, — с лёгким азартом отметил Эппс. — Нет лучше теории, чем практика. — Ничья, значит? Сеймур задумался. — Леннокс, ты решаешь. Уильям чуть не подавился сухарями. «Везёт» ему на принятие решений. — Я на стороне Сэма, — ответил мужчина. — Давай теорию сначала, ибо без неё здесь никак. — Хорошо, — Симмонс улыбнулся. — Теория, так теория. Только, ответьте мне сначала на один вопрос. Все дружно переглянулись, а после хором спросили: — Какой вопрос? — В Бога верите?