Расскажи мне о своих фантазиях~.

Фëдор — такая мечтательная душа. Настолько мечтательная, что это переросло в что-то настолько масштабное, что он сам пугается своих мыслей. Водя дружбу с Гоголем, юноша был дико влюблëн в него, вот только наш дурачок-шут даже явных и понятных намëков не понимал. Брюнет не понимал чужих чувств. Он знал, что его возлюбленный ко всем относится одинаково, будь то друг, семья или враг. Не то, чтобы он скрывал свою настоящую личность, но он.. просто слишком добр и позитивен. Фëдор же полная противоположность ему. Спокойный, тихий, суровый и мрачный, но.. с этим человеком он всегда нежен и мягок. Даже к родителям он так не относится. Видя, как Федя часто ревнует Колю ко всем подряд, весь колледж, а особенно однокурсники стали их шипперить, а некоторые близкие друзья вообще пишут про них фанфики. А, может, и не только друзья.. Вот только знает про это всë только Достоевский. Гоголь слышал мельком, но не придавал этому значения, принимая за угарную шутку. Кстати о мечтах.. Фëдор ужасно стыдился их, но при этом обожал, когда фантазии накрывали его волной, заставляя погрузиться в них, как в отдельный мир, загруженный снизу до верху фантазиями, которые носили самый настоящий.. эротический характер. Его воображение каждый раз рисовало восхитительную картину возбуждающе одетого или вовсе обнажëнного Гоголя. Они каждый раз менялись ролями, то один сверху, то другой, и наоборот снизу. Они оба тяжело дышат, стонут. Фëдор особенно любил представлять в мыслях звучание чужих стонов. Интересно. Когда Николай сверху — его стоны словно шелковистая текстура, обволакивающая всë тело брюнета. Он возбуждает, он желает юношу под собой, хочет взять его, грубо, силой. Но Достоевский по любому отдастся ему. Снизу же его стоны — слова о желании как можно больше ощутить всего Фëдора. На своей коже, в себе, где угодно. Он высовывает язычок, горячо и тяжело дышит от чужих касаний и толчков. Беловласый буквально умоляет парня сверху затрахать его до смерти. О Боги, и он это делает.. Это так постыдно, Фëдор знает. Но он уже давно понял, что.. ему нравится его фантазии. Он всегда ищет время, чтобы остаться с ними наедине. _________________________________ Очередная пара того самого скучнейшего преподавателя, который строго-настрого запрещает телефоны на своëм предмете и при это ужасно нудно рассказывает тему. Боже, дайте Фëдору выжить. Хотя бы Коля по-соседству развевает обстановку, рассказывая анекдоты, шутки и истории из жизни, которые произошли с ним недавно, потому что всë, что было раньше, он уже рассказал другу. Это было что-то вроде: — .. вот, а я ему такой: «чë ты зыришь, глаза напузыришь». ПХА-ХА-ХАХ! Препод постоянно ругался на белобрысого за громкий смех, мол, «только тебя и слышно, может тебе пару вести стоит тогда?». Гоголь сначала успокаивался, но затем снова продолжал гоготать. Фëдор совсем не получал поджопников от преподавателя, так как просто спокойно сидел и конспектировал, молча слушая и мужчину, и соседа по парте. Где-то на середине пары блондин замолк и стал пинать балду, рисуя в тетрадке хуи и факи для "любимого" препода. Фëдор тоже как-то заскучал, поняв, что дальше конспектировать и нечего — мужчина просто общался со всеми по поводу рассказанной им только что темы. Он сложил руки на парте и положил на них голову, прикрыв глаза. Снова. Снова он краснеет и погружается в эти грязные фантазии. Он представляет, как толкает возлюбленного на эту самую парту, заставляя сесть туда. Грубо берëт его за талию, прижимая к себе. Коля непонимающе смотрит на него, смущается. Вопросительно называет его имя, не понимая, что тот творит. А брюнет срывает с него эту ненужную рубашку. Пуговицы слетают с ниток и рассыпаются по полу. Гоголь негодует, говорит, что это его единственная чистая рубашка сейчас, но Федя затыкает его, грубо целуя в засос и толкает его уже всем телом на стол, заставляя лечь. Стягивает с него оставшуюся одежду, задирает ноги на парту и раздвигает их. О Боже, как он горяч.. Федя уже видел его голый торс или ноги, но всего.. никогда.. Юноша сжимает его зад, с силой шлëпает его и сжимает пухлые ляжки, оставляя красные следы. Коля томно дышит и в смущении смотрит по сторонам, боясь взглянуть на Достоевского. В классе никого, они одни, на самой последней парте. Господи, Федя безумно возбуждëн. Как можно быть таким сексуальным, Коля? Он поднимает его и заставляет согнуть ноги в коленях на своих плечах. Поднимая его таз чуть выше, брюнет смотрит на анальное отверстие парня и касается его языком. Начинает вылизывать, не проходит внутрь. Гоголь томно мычит и выгибается, еле держась на столешнице. Юноша начинает скользить языком внутрь, смачивает стеночки и слышит снизу стоны, изредка даже своë имя. Он гладит парня по спинке, по ногам и— — Фëдор, разве я разрешал спать на своих лекциях? — слышится строгий голос учителя. Федя тут же выпрямился и с непониманием посмотрел на мужчину перед собой. — Ох.. простите.. — Ты чего весь красный такой? И в поту.. Сходи лучше в мед. кабинет, мне кажется, тебе не здоровится. Николай, отведи своего дружка, не дай Бог упадëт где.. — вздыхает преподаватель, после чего отходит обратно к своему столу. Фëдору даже сказать нечего. Он знает, что иначе его краснота будет выглядеть только так, как было бы по правде. Ну и что, что он слегка возбуждëн? Ничего ж не скажут, просто пошлют с "простудой" домой и всë. Гоголь, обеспокоившись, помог другу подняться, что тот позволил сделать, после чего повëл прочь из кабинета. — Ты плохо себя чувствуешь? — спросил он, с переживанием осматривая горячее, красное и вспотевшее личико. — М-м.. есть такое.. — соврал Достоевский. Боже, вроде никто бы и не узнал, но.. его чуть не спалили. Просто он уже чувствовал, будто сейчас возбудится до конца и со стояком уже точно ничего поделать не сможет, тем более в классе. Действительно, медсестра просто выписала ему справку и сказала бежать домой лечится. Что за медицина в школе, что не могут отличить возбуждение от болезни.. Гоголь предложил помочь ему дойти до дома, на что брюнет вскинул брови. — А учится кто будет? — Ну Федь, ты же сам знаешь, что у него скучно. Я хочу прогулять хотя бы две пары у тебя.. Ну пли-из.. — Мх.. А с сумками что делать? — Да этот старикашка про нас уже забудет скоро, а сумки я попрошу.. Сигму занести к тебе. — То есть, ты уже все пары прогулять хочешь? — хмыкнул брюнет. — Ну а что-о? — Пф.. оболтус.. Ладно, пошли ко мне домой. Если донесëшь меня, то, так и быть, разрешу у себя ураган под названием "пары" переждать. — ФЕДЯ, ТЫ ЛУЧШИЙ! — крепко заобнимав друга воскликнул Гоголь. — Да тих ты, не ори так.. — Ой, хорошо.. _________________________________ Пол часа, и они уже дома у Феди. Его жар спал из-за прохладной осенней температуры на улице, чему он был рад. Предложив ему помыть руки в ванной, сам хозяин квартиры прошëл в свою комнату. Встав посреди комнаты, он опустил голову и прикрыл глаза. Господи, вот бы он сейчас подошëл сзади и обнял его, прижимая к себе. А в его зад упирается чужой член, прямо меж ягодиц, заставляя Федю смущëнно и горячо вздыхать. Чтобы он спустил руки к его паху, где красовался стояк, и стал лапать его сквозь одежду, подхватывая каждый стон брюнета. — К-Коля, не медли.. И он слушается, нагинает его над кроватью, снимает брюки и начинает надрачивать ему. Достоевский громко стонет и еле стоит на дрожащих ножках. — Сломай мной эту чëртову кровать.. — просит аметистоглазый, чувствуя укусы на шее. Стоп.. реально чувствует.. то есть.. в смысле, это не его фантазия. Оборачиваясь, он видит пред собой возлюбленного и его сердце падает в пятки от ужаса. — Если хочешь, то могу и сломать~. Блять, он ещë и слышал всë.. — К-Коля.. Я.. Позорище.. Боже, какой стыд.. Гоголь всë понял.. — Так вот о чëм ты вечно думаешь~. Было так забавно смотреть, как ты бесишься из-за того, что я не понимал твоих намëков~. Пхе-хе.. — Боже, Коля.. — прикрыв рот рукой, юноша рвано выдохнул. — Я.. Прости пожалуйста.. — За что? Мне нравится твоë поведение. Как ты ревнуешь меня, как краснеешь при каждом моëм "незначительном" касании. Ты так мил, Божечки-и~. Мх.. Мне нравишься ты. Достоевский замер, побледнев. То есть.. как это, «нравится»? В смысле, прямо реально всë взаимно? Но как? — Пф-ф.. — приулыбнулся Коля, словно сейчас заржëт в голосину. — Что.. такое..? — Просто ты с таким лицом и со стояком очень забавно смотришься. Распахнув рот, юноша посмотрел вниз и моментально весь загорелся смущением и ещë большим стыдом. — О чëрт! Брюнет уже хотел убежать в ванну, как его остановил возлюбленный, толкнув к кровати, а после и опрокинув на неë. — Чш-ш, чш-чш.. Я.. сам помогу тебе. И с этим, — указав на его штаны, произнëс гетерохромик, — и с девственностью~. Какая-то слишком реальная фантазия.. Или это и правда происходит? Божечки, блондин уже расстëгивает чужие брюки, уже явно желает дотронуться его, а Федя до сих пор в ступоре и совсем не знает, как ему даже реагировать на это всë. Поцеловав его в шею, Коля прошептал: — Расскажи мне о каждой твоей фантазии, и мы обязательно воплотим их в жизнь~.