Неожиданный друг

– Ты, должно быть, по-настоящему счастлива, – Крессида остановилась рядом с Элоизой. Это был первый бал сезона, леди Дэнбери была повсюду, разговаривала со всеми, а Элоиза наслаждалась лимонадом, стоя у стены. – Что ты имеешь в виду? – спросила она, слегка поворачиваясь к Крессиде. – У тебя есть сестра, и, насколько я слышала, сама королева улыбалась, когда представляли Франческу, – охотно пояснила Крессида. – Говоря, что ты слышала, ты имеешь в виду, что читала последнюю статью Уислдаун, – поправила Элоиза. Она сама прочитала газету сегодня три раза и была совершенно уверена, что прочтет ее еще раз, прежде чем ляжет спать. Элоиза пыталась понять Пенелопу, ее желание продолжать все это. Она также искала ошибку, помарку, что угодно, что она могла бы использовать, чтобы убедить Пенелопу уйти. В прошлом сезоне она сказала, что не хочет иметь с ней ничего общего, но быть одной было почти так же плохо. – Что ж, важно то, что Франческа теперь с твоей мамой, так что ты, похоже, свободна от ее пристального внимания, – наконец смогла произнести Крессида. –В отличие от меня. – В отличие от тебя? – Элоиза улыбнулась. – Ты действительно хочешь, чтобы я поверила, что ты завидуешь кому-то из Бриджертонов? – Это мой третий сезон, понимаешь? – пожала она плечами. – Я старая дева, хотя никогда не думала, что у меня будет такая судьба. За мной ухаживали принц и красивый богатый лорд, только для того, чтобы закончить так же, как эта несчастная Фезерингтон. Даже у тебя больше шансов, чем у меня. – Поверь мне, Крессида, я не собираюсь выходить замуж. И теперь, когда Энтони занят своей женой, а мать – Франческой, я сомневаюсь, что в этом сезоне буду танцевать или разговаривать с хотя бы одним джентльменом. – Хотела бы я, чтобы у меня была такая же привилегия, – нахмурилась Крессида. – Что ж, я совершенно уверена, что в этом сезоне тебя тоже нечасто будут приглашать на танцы, – сказала Элоиза, наблюдая, как какой-то мужчина приглашает Франческу. – Почему так? – Крессида посмотрела на Бриджертон. – Я богата и все еще достаточно красива. – Да, и все знают, что у тебя неприятный характер, – добавила Элоиза. – Ни один мужчина в здравом уме не женился бы на такой леди, как ты. – Ну, по крайней мере, я не думаю, что смена всего моего гардероба помогла бы мне найти мужа, как считает эта жалкая Пенелопа Физеренгтон. – Разве? – Элоиза приподняла бровь, глядя на рукава Крессиды. – В любом случае, ты была бы лучшей женой, чем Пенелопа. – Почему? – Крессида нахмурилась. – Мне казалось, что вы двое лучшие подруги, не так ли? И ты скорее умрешь, чем предашь ее и вашу дружбу. Элоиза была удивлена, что Крессида запомнила эти слова, сказанные ею в прошлом сезоне. – Тогда можешь считать, что я мертва, – сказала она. – И, отвечая на твой вопрос, я хочу сказать, что, по крайней мере, у тебя хватает смелости говорить людям все, что ты о них думаешь, в то время как другие предпочитают быть змеями, которых ты лелеешь у себя на груди. – По крайней мере, у этих змей есть мужья или, по крайней мере, какие-то шансы их найти, – вздохнула Крессида. – А такие честные и благородные дамы, как я и особенно ты, поскольку ты еще более прямолинейна, чем я, страдают у стен. – Крессида, подойди, – из ниоткуда появилась леди Каупер, – я хочу познакомить тебя с графом Килмартином. Постарайся быть милой. – Удивлен, что вижу вас вместе, – Колин остановился рядом с ней, как только Крессида ушла. – После всего, что она сделала за эти годы нашей семьи и Пенелопе. – Знаешь, Крессида не такая уж плохая, – заметила Элоиза. – И Пенелопа заслужила все, что с ней случилось. Хорошие люди редко попадают в подобные неприятности. А ужасные люди получают по заслугам. – Элоиза? – Она слышала, что он был потрясен. – Ты же не можешь говорить это серьезно, правда? Что сделала Пенелопа? – Я не хочу об этом говорить, – сказала она. – И мне нужно идти, помочь маме. Она наверняка захочет представить Франческу графу Килмартину, и по сравнению со мной она покажется ему ангелочком.