Однажды в Роттердаме

Амели Делапорт еще никогда ранее не доводилось увидеть Роттердам собственными глазами в живую. Ее самая близкая подруга, которая училась в этом городе, покинув еще три года назад родной Страсбург, не раз звала девушку к себе в гости, постоянно показывала город через видео-связь, пытаясь хоть как-то ее завлечь, при том, сама она не могла сказать того, что в восторге от города на юге Нидерландов, ей просто не хватало её родственной души рядом. И признаться честно, у студентки факультета управления бизнеса получилось добиться желаемого, ведь на данный момент, измерив с ног до головы нехорошим взглядом мужчину, который толкнул в плечо Амели и сказав что-то явно недоброжелательное на незнакомом ей языке, удалился, девушка выходила из центрального вокзала Роттердама. Эмма уже ждала ее с широко раскрытыми для объятий руками и как только Делапорт увидела родной силуэт высокой темноволосой девушки с оливковой кожей, так ее настроение вмиг поднялось и теперь француженка бежала навстречу к подруге, влетая в ее объятия и радуясь тому, что спустя несколько месяцев разлуки после зимних каникул, им наконец удалось встретиться. — Я так рада, что ты приехала! Обещаю, мы проведем самую крутую неделю в нашей жизни! Амели ни на минуту не сомневалась в словах Эммы. Весь день после своего приезда она решила провести в квартире, которую снимала подруга, при том находилась она в самом центре и уже вечером, девушка полностью прочувствовала всю ту атмосферу, что царит в этом городе с заходом солнца. Стоя на балконе, она с мягкой улыбкой на устах наблюдала за тем, как люди внизу веселились, танцевали под различные песни, как вели себя так, как они хотят, были по-настоящему свободными. Девушка не назвала бы себя человеком, любящим громкие тусовки с кучей незнакомых ей людей, но отчего-то, увиденное здесь, под окнами квартиры Эммы, где располагалось множество баров и ресторанов, вызвало в ней только положительные чувства. Впрочем, так она и приняла предложение подруги пойти завтрашним вечером в один из известных клубов Роттердама. Будь здесь ее родители, наверняка бы пришли в шок от такого, но должна же была бедняжка Амели почувствовать вкус свободы хотя бы один раз за всю свою двадцатилетнюю жизнь. Она всегда старалась быть прилежной дочерью для своих родителей, которые являлись немало известными адвокатами в родном Страсбурге и мечтали о том дне, когда Амели продолжит их дело. Сама же девушка мечтала о другом, ее всегда интересовало искусство и живопись, больше всего на свете ей хотелось творить и знакомить мир со своим творчеством, делиться таким образом своим внутренним миром и просто наслаждаться любимым делом. И сейчас, когда она оканчивала обучение на юридическом факультете, ей была жизненно необходимо отвлечься от этой изматывающей рутины. Вот она и приехала в Роттердам, с желанием развеяться, разобраться в себе, да и провести хорошо время с лучшей подругой. Стоя в ванной перед зеркалом и внимательно осматривая свой внешний вид, Амели улыбнулась отражению. На нее глядела красивая девушка с черными, немного вьющимися волосами средней длины, с большими раскосыми глазами цвета горького шоколада и белоснежной матовой кожей. Француженка нанесла на губы любимую, темно-алую помаду, отчего походила еще больше на неживую куклу и поправила черный топ, накидывая сверху пиджак и выходя из ванной комнаты. — Вау, будь я лесбиянкой со свободным сердцем, то отдалась бы тебе не раздумывая, — с восхищением в зеленых глазах произнесла Эмма, вызывая смешок у брюнетки. — Дура, прекращай. Лучше скажи, я не выгляжу слишком жутко? Мне кажется глаза я накрасила ярче нужного. — Ты выглядишь настолько хорошо, что я ради тебя готова поменять свою ориентацию, детка. Кстати, где ты взяла эти сережки? По дороге в тот самый клуб, где по рассказам Эммы работал барменом ее хороший знакомый, который учился с ней на одном курсе и также являлся земляком, потому и всегда делал для нее самые лучшие коктейли, девушки обсуждали одежду и украшения друг друга, что они делали постоянно, не переставая говорить друг другу комплименты. Любой человек, ненароком услышавший их разговор, наверняка подумал бы, что они влюбленная пара, что было, конечно же, неправдой. У Эммы имелся молодой человек, который кстати пообещал встретить девушек у входа в клуб, и были они вместе достаточно долго. Зеленоглазая любила этого итальянского парня, что казалось всегда странным для Амели, ведь подруга была той девушкой, которая всегда говорила о том, что не собирается встречаться с кем-то другой национальности (по непонятным причинам). Но, видимо любовь заставляет людей пересмотреть свои взгляды на жизнь. Когда девушки добрались до места назначения, то француженка резко почувствовала громкий оглушающий звук музыки в помещении, который немного доставлял ей дискомфорт. Дино, так звали молодого человека Эммы, провел девушек к столику с компанией незнакомых для брюнетки ребят, которые как оказалось, учились в одном университете с ее подругой и все они часто бывали здесь по выходным. Амели сразу нашла общий язык с некоторыми из них и почти гордилась собой, ведь строить диалоги с незнакомцами всегда было чем-то ужасно тягостным и почти невозможным для нее. Пока Эмма была увлечена разговором с короткостриженной, судя по акценту, немкой, которая расположилась на диване рядом с Амели, брюнетка перевела взгляд в сторону зала, спокойно попивая уже третий по счету мартини, внимательно осматривая его, наблюдая за танцующими людьми и когда подруга дотронулась до ее оголенного плеча, предлагая немного подвигаться с остальными, та вмиг согласилась, беря ту за руку и разрешая вести ее вперед, прямо в толпу. Если в ее голове и были какие-то мысли, терзающие душу все это время, то выйдя на танцпол и полностью отдавшись ритму музыки, все отошло на второй план. Была лишь она и этот чудесный миг свободы. Не обращая внимания ни на кого вокруг и пребывая в своей собственном мире, Амели даже не заметила того, как со стороны барной стойки за ней с восторгом наблюдала пара серо-голубых глаз. Высокий молодой человек со светлыми, почти белыми волосами явно заинтересовался француженкой с необычной для голландцев внешностью, ее плавными движениями, ее завораживающей улыбкой, украшающей белоснежное лицо. Парень решил собрать всю свою уверенность в кулак, подойти и познакомиться с очаровавшей его девушкой, но отчего-то тело не слушалось разума. Наверное, впервые за последние несколько лет он почувствовал неуверенность в себе и страх перед отказом. Но похоже судьба была более благосклонна к нему сегодня вечером, нежели он мог подумать и вот темноволосая красавица шла в направлении барной стойки, все больше и больше приближаясь к нему. — Стакан воды, пожалуйста, — на английском проговорила она, блондин расслышал легкий акцент в ее речи, и пытался теперь понять откуда она родом, — Спасибо. — Девушка, не хочу быть назойливым, но должен отметить, что вы - просто изумительны, — сказал нидерландец, после чего она наконец повернула голову в его сторону и одарила не самым доброжелательным взглядом. Высокий светловолосый парень, стоящий рядом с ней был одет в белую рубашку с укороченными рукавами и спортивные брюки, что показалось для француженки, родившейся в стране славившейся высокой модой, странным выбором одежды. Серо-голубые глаза, по которым было видно, что молодой мужчина далеко не в трезвом состоянии, без капли стеснения осматривали ее фигуру и Амели пожалела о том, что оставила пиджак на диване, чувствуя себя полностью обнаженной, но как ни странно, от столь пристального внимания к себе она не почувствовала ни капли отвращения, как это зачастую происходило с ней, находись она рядом с мужчиной. Эмма предупреждала ее о том, какими были проживающие здесь, и хоть девушки сами были родом из Франции, где народ не отличался особой любовью и любезностью к окружающим людям, то здесь, в Роттердаме, местные были вдвое хуже французов, по словам зеленоглазой, обходили их по агрессивности, резкости, наглости и холодности. И Амели понимала, если с ней кто-то вдруг решит заговорить в клубе, то единственным правильным решением в такой ситуации было послать этого мужчину далеко и надолго. — Я не желаю с кем-либо общаться, — с высоко поднятой головой ответила кареглазая, отворачиваясь от блондина, который явно не ожидал таких слов, привыкший добиваться всегда любых девушек, что ему нравились с легкостью. Но это наоборот делало всю эту ситуацию еще более любопытной. Ему были по душе дерзкие девушки, с острым языком, умеющие постоять за себя и дать отпор любому, потому он и не собирался упускать столь привлекательную француженку, что сумела разжечь в нем сильный интерес к своей персоне. Он подошел ближе к Амели, ощущая приятный персиковый и сладко-ванильный аромат ее парфюма, что сочетал в себе также и древесные нотки, располагая ладонь на ее плече, чувствуя то, насколько горячей была ее кожа. Девушка резко дернулась от этого прикосновения и вновь переведя негодующий взгляд на парня, проговорила: — Парень, отвали от меня, будь добр. Там за столиком сидит парень моей подруги, вряд ли тебе нужны лишние проблемы. Выпитый накануне алкоголь давал о себе знать, перед глазами стало немного мутно и силуэт светловолосого расплывался. И проблемы возникли не только со зрением, но похоже и с мышлением, ведь именно в этот момент, когда он стоял на такой опасной близости, когда их разделяли несколько жалких сантиметров, ей внезапно захотелось сократить их до минимума. Все внимание сосредоточилось на его необычном, совсем не типичном, как ей показалось, лице, на небесно-чистых глазах, смотрящих с некоторой хитринкой, создавая о голландце двоякое впечатление, на его аккуратных губах, на которых красовалась легкая ухмылка. — А может я люблю проблемы? — на выдохе сказал он, чуть нагнувшись к уху француженки, чтобы та расслышала фразу в шуме. От ощущения чужого мятного, в перемешку с алкоголем, дыхания на чувствительном участке шеи, по коже Амели побежали мурашки, скрыть которые она не могла, даже при огромном желании. Она прикрыла глаза, на секунду поддавшись своим чувствам, после чего взяла себя в руки и сделала шаг назад, отдаляясь от молодого человека, которому явно была по душе эта игра. — Тогда ты точно ненормальный, — Делапорт собиралась покинуть компанию незнакомца, который так неожиданно заставил ее кровь забурлить с новой силой, от присутствия которого рядом становилось тяжело дышать от волнения, но почувствовала мягкое прикосновение длинных пальцев на своем запястье, что заставило ее обернуться в его сторону и вопреки внутреннему голосу вновь рискнуть, заглядывая в его глаза. — Не могу понять, что за акцент? — неожиданно поинтересовался он, чуть наклоняя голову вбок и сводя светлые брови к переносице, — Такой интересный, будто смесь немецкого и французского. — Я из Страсбурга, — коротко ответила Амели, высвобождаясь из плена пальцев нидерландца. — Мы еще увидимся, мисс Страсбург, — произнес он вслед уходящей девушке, на что она усмехнулась и повернувшись, произнесла: — Nur im Traum, Holländer*.