Это всё лишь только для тебя.

Приютив у себя под крышей «ненавистного» напарника, так как Чуя не мог и дальше терпеть нытья Дазая о том, что его любимый контейнер сравняли с землёй, и того факта, что Дазай прописался в их общем кабинете в штабе, альфа ещё не знал, на какое приключение он подписался. Приключение длиною в жизнь… Дазай в качестве соквартиранта, в целом, не создавал никаких хлопот. Разве что изредка творил вещи, в которых потом не признавался: таскал одежду Чуи из корзины с бельём, чтобы использовать её для построения своего гнезда; ночами периодически звал Чую из своей комнаты, но когда тот сонный брёл к его двери, то никогда ему не отпирал. Чуя скидывал все эти странности на то, что это просто Дазай. Того всегда было сложно понять. К сожалению. Однако ни Чуя, ни сам Дазай не осознавали, что оба столкнулись ни с чем иным, как с более явным и сильным проявлением омеги в Дазае. Но рано или поздно всё должно было проясниться. Так одной ночью альфа вновь проснулся от чужого громкого скулежа за стенкой и, чертыхнувшись, вскочил со своей кровати, намеренный в этот раз любым способом устранить этот шум. В конце концов, его тренировки в шесть утра ещё никто не отменял. — Дазай, ой, Дазай! Перестань… что бы ты там ни делал, перестань или я зайду! Возня за дверью не прекратилась, и Чуя, сделав глубокий вдох, повернул дверную ручку. В спальне Дазая было темно и душно, кислорода совсем словно не осталось, а сама комната утопала в насыщенном запахе омеги, услышать который до этого Чуе не удавалось, так как Дазай затыкал щель под дверью полотенцем, когда снимал с себя блокаторы запаха. Чуя выставил руку вперед, по памяти приближаясь к кровати напарника, другой рукой закрывая свой нос. Не успели его глаза привыкнуть к темноте комнаты, освещённой лишь бледным светом ночного неба из окна, как появившаяся из ниоткуда рука сильно схватила его за запястье и потянула на себя. Чуя повалился на кровать, заставляя ту трещать под собой. — Какого хрена, Даз- Тут альфа встретился с тёмными глазами напарника в сантиметре от своего лица, буквально на мгновение, перед тем как Дазай повалил его на лопатки окончательно и быстро уселся сверху. — Чууя… как хорошо, что ты здесь… Чууя… Резко наклонившись, Дазай уткнулся носом в точку пульса на шее альфы, потираясь о неё, словно кот. — Чт… Альфа оборвал себя на полуслове, так как спрашивать, что делал омега, уже смысла не было: Дазай, разгорячённый и потный, всем телом об него потирался, жадно ища аромат альфы, услышать который возможности не было из-за всех блокаторов, которые носил Чуя, даже когда спал. Дазай, на котором была надета лишь растянутая футболка, вновь выпрямился, ёрзая теперь на чужом паху и вынуждая тело альфы откликаться. Чуя не мог понять, какого хрена его член подёргивается, неизбежно возбуждаясь, ведь перед ним Дазай. Дазай, чёрт… Но он не был в гоне, и последствий этой ночи они всё ещё могут избежать. По крайней мере, так думал ошарашенный и явно очень загипнотизированный альфа, пока смотрел прямо в тёмные глаза восседающего на нём парня. «Ты знаешь, что делать, Чуя, это ни к чему тебя не обязывает, обещаю». То ли Дазай это сказал вслух, то ли Чуя ненароком научился читать чужие мысли, но фраза прозвучала в самом мозгу альфы слишком отчётливо, однако он не успел ничего толком осмыслить, поскольку Дазай, уже ловко схватив его всё за то же запястье, направил пальцы напарника прямо в свой рот. Тело Чуи словно окаменело, а в одном месте оно окаменело буквально… Мыслей в голове альфы было столько, что не мог ухватиться ни за одну из них, пока Дазай, прикрыв глаза, пошло и жадно облизывал его указательный и средний пальцы. «Дазай хочет, чтобы я…» — наконец пришёл в себя Чуя и, прокашлявшись, сам вынул свои пальцы из чужого рта и уже дрожащими руками взял напарника за его худые плечи: — Дазай, ты в течке, кхм, ты… ты сам этого не хочешь. Это всё твои гормоны… — По-жалуйста, — резко подавшись вперёд, омега коснулся кончиком носа тёплой щеки Чуи. — Помоги мне… Чууя.. Альфа потряс головой, Дазай же вновь зарылся носом в его шею, потираясь и снова издавая тот скулёж, который до этого Чуе удавалось услышать лишь через стенку. И какой чёрт его дёрнул сунуться к Дазаю в спальню… Омега сейчас стоял на четвереньках над своим напарником, не опускаясь на него всем весом, и принялся плавно раскачиваться взад и вперёд, жалобно хныча и вынуждая Чую переосмыслить всю его жизнь. В конечном итоге… Дазаю, наверное, сейчас не очень хорошо, и Чуя может сделать… доброе дело. Альфа не ощутил, как дрожало его дыхание, когда он неуверенно опустился ладонью на мокрую футболку на спине Дазая. Тот сразу же замер, перестав раскачиваться, и вновь уткнулся носом в шею Накахары, теперь оставляя на ней небольшие укусы своими маленькими клыками. «Ладно, всё, просто помогу ему», — Чуя внушал себе уверенности мысленно, пока вёл ладонью к пояснице Дазая, а затем и к его ягодицам. Дазай подался вперёд, шире расставляя свои колени по обе стороны от талии альфы, и выгнул спину. Альфа, как ни странно, быстро сориентировался, добравшись пальцами до влажного кольца мышц, из которого вытекала прозрачная и сладкая естественная смазка омеги. «Он такой мокрый», — лучше бы Чуя этого не думал, так как сразу же ощутил пульсацию в своих домашних штанах. «Тц», — на своё тело Чуя может позлиться и потом, сейчас перед ним стояла задача посерьёзнее. И такого он ещё ни разу не делал, но протолкнуть один палец внутрь Дазая не составило никакого труда, и Чуя сразу же нервно сглотнул, так как омега над ним, запрокинув голову, издал тихий стон. «Хорошо, понятно», — Чуя решил, что если будет относиться к происходящему как к акту милосердия, то будет «проще», поэтому, стараясь не думать о стонах напарника, сосредоточился на своём пальце, который легко скользил между податливыми мышцами. Теперь нужно было добавить второй палец, Дазай, вроде бы, был готов, поэтому Чуя рискнул. А вообще, Дазай был настолько узкий и влажный, что, будь Чуя в гоне, он бы не сдержался… Он бы не смог противостоять рвению своего тела обладать. Дазай принял в себя два пальца и вновь принялся раскачиваться, теперь уже садясь на пальцы альфы и полностью отдаваясь погоне за оргазмом. Картина перед Чуей была, чёрт возьми, такая горячая, что он закусил губу: его напарник, весь промокший, стонет в ритм своим движениям и принимает его пальцы с таким желанием, словно от этого зависит его жизнь. Альфа не собирался лежать бревном, ведь всё же он сам сюда пришёл (и не ушёл, когда ещё была такая возможность), поэтому, пока Дазай хныкал из-за невозможности никак кончить, Чуя добавил третий палец, делая растяжку сильной и даря наконец больше заполненности. — Да- Чуя, — сразу же сорвалось благодарное с чужих уст. — Тише, тебе не нужно ничего делать. Иди сюда. Мгновенно повинуясь, Дазай наклонился, нависая теперь грудью над чужим лицом и оставляя свою спину выгнутой, тем самым облегчая Чуе доступ. — А ты хороший, когда послушный, — прошептал альфа, поддаваясь полностью этой игре и резче двигая своей кистью, стараясь вернуть тот ритм, который задал сам Дазай. — Я и не знал, что ты такой чувствительный, Дазай. Дазай едва ли был сейчас в себе, так как уже давно превратился в стонущее месиво, тем не менее он ответно издал более громкий стон и сжался на чужих пальцах, стараясь не выпускать их из себя. — Сейчас всё будет, дикая штучка, — Чуя сам не осознавал, что он сейчас шептал и как сам весь промок из-за жара в своём и чужом телах, так как был слишком занят, пытаясь понять, насколько близко сейчас Дазай. А омеге нужно было ещё совсем немного, и он не стесняясь (и не та ситуация была, чтобы стесняться чего-либо уже) принялся выстанывать имя напарника, и прося, и моля, и требуя сразу. Чуе ещё никогда не приходилось доводить до оргазма кого-то, кроме себя, и он не знал, чего не хватает, лишь продолжал проникать в Дазая так отчаянно, словно делал ему CPR. — Дазай… когда ты стонешь моё имя… — ответный вздох, что сорвался с уст Дазая, говорил альфе, что тот на очень правильном пути. — Ты п… ты прекрасен. А теперь… кончи для меня. Словно и ожидал этой команды, омега сжался в очередной раз на чужих пальцах, замирая и мелко содрогаясь всем телом. Чуя дождался терпеливо, пока Дазай вернётся на орбиту, с которой слетел, и вывел свои истекающие смазкой пальцы, позволяя наконец омеге рухнуть на него всем своим весом. Дазай лежал не шевелясь и не говоря, возможно, даже начал засыпать. Чуя не понимал, воспользовались ли им нагло этой ночью или это просто новый уровень выходок его напарника. Но сегодня демонический Дазай кончил на его пальцах, и это делало Чую немного счастливее…? Да что уж там, это ощущалось, как настоящая победа. — Отдыхай, — прошептал в темноту Чуя, сразу же ощущая, как парень на нём сильнее в него вжался. Может, их отношения и не сразу изменятся после этой ночи, и вообще это ещё только самое начало их пути как истинных, но об этом можно подумать и потом. Ведь сейчас Дазай, вибрируя грудью, принялся очень тихо мурчать, посылая тепло по телу альфы, и Чуя просто не мог не прижать его к себе ещё крепче.