My favorite schoolboy

      Чонгук задумчиво перебирает какие-то документы, не обращая внимания на тихие разговоры оставшихся коллег. Уроки в школе уже закончились, так что многие учителя успели уйти домой, из-за чего в учительской стало непривычно тихо. Чонгук бы тоже мог уйти, особо важных дел у него не осталось, а проверить работы детей можно и дома, но он упорно продолжает сидеть, вызывая недоумённые взгляды коллег.       — Господин Чон, вы ещё не уходите? — Интересуется молодая девушка, только недавно устроившаяся в их школу учителем истории.       — Нет, нужно ещё кое-что доделать, — сдержанно отвечает, даже не смотря в сторону собеседницы, что, очевидно, ту не устраивает.       — Ох, а вас разве не ждут дома? — Ненавязчиво интересуется, поправляя волосы. Это даже забавляет.       Чонгук с самого начала заметил повышенный интерес к своей персоне, но делал вид, что ничего не понимает. На просьбы о помощи отзывался только из вежливости, а от предложений выпить кофе тактично отказывался, ссылаясь на занятость. Хэ Ён, — та самая учительница, пользовалась популярностью среди старшеклассников, да и в целом она всем нравилась своим умением находить подход к любому ученику. Буквально каждый очаровывался её улыбкой, из-за чего у неё не было ни одного недоброжелателя и из-за чего она была уверена, что и приглянувшийся ей мужчина не устоит перед её чарами.       Чон тоже был довольно популярен среди старшеклассниц, каждый год, на день всех влюблённых, он получал огромное количество валентинок, которые складывал в нижний ящик стола, даже не читая. Не видел в этом смысла. Он понимал, что является молодым и симпатичным преподавателем, так что совершенно не удивительно, что Хэ Ён заинтересовалась им, однако ответить взаимностью не мог.       Она красивая и милая, Чонгук бы точно влюбился в неё год назад. Но не сейчас. Его сердце уже занято другим человеком.       — Не ждут, — кивает сам себе мужчина и девушка расплывается в яркой улыбке, довольная ответом.       — Тогда, не составите мне компанию за чашечкой кофе? Помнится, в прошлый раз вы мне отказали, — приближается чуть ближе, кладя руку на мужское плечо, и смотрит прямо в глаза, ожидая ответа.       Чонгук тяжело вздыхает. Не нравится ему каждый раз после ответа наблюдать за потухающей улыбкой на чужом лице, но по-другому никак.       — Простите, но нет, — Хэ Ён замирает, очевидно, не ожидая отказа, а Чонгук в это время аккуратно убирает со своего плеча чужую руку. — Госпожа Пак, не могли бы вы перестать приглашать меня куда-либо? Мне правда неудобно каждый раз отказывать вам.       Воцаряется тишина. Даже преподаватели, что сидели в другом конце учительской, замолчали, явно слыша их разговор.       — Но почему? В смысле, вы ведь сказали, что у вас никого нет, и я подумала, что…       — Я этого не говорил. Да, меня и правда никто не ждёт дома, но это не значит, что моё сердце свободно, — перебивает её Чонгук, желая поставить точку раз и навсегда. Ему правда уже надоело её внимание.       Девушка растерянно моргает, во все глаза глядя на него, и когда до неё доходит смысл слов, грустно усмехается.       — Хорошо, извините. Больше я вас не потревожу.       Чонгук кивает, снова обращая всё своё внимание на лежащие перед ним документы. Краем уха слышит удаляющиеся шаги и хлопок двери, но не смотрит вслед. Ему жаль, что всё так получилось, но давать ложные надежды он не собирается.       Атмосфера в учительской стала напряжённой, так что Чон решил переместиться в свой кабинет. Захватив нужные бумаги и сумку, он направился к двери, напоследок обернувшись на двух учителей в возрасте, что поспешно отвернулись, делая вид, что не разглядывали его секунду назад.       Без происшествий он доходит до кабинета и достаёт из кармана ключ, после чего заходит внутрь и кидает все вещи на стол. Перед тем как сесть потягивается, разминая шею, и, наконец, приступает за работу.

***

      Когда уравнения начинают двоиться, а то и троиться, а цифры прыгать с клетки на клетку, Чонгук понимает, что пора сделать перерыв. Откинувшись на кресле, блаженно стонет, ощущая, что болит буквально всё тело. Хочется уже пойти домой и отдохнуть после очередного тяжёлого дня, желательно с тем, кто буквально поселился в его сердце, но сначала ему нужно проверить домашнее задание выпускного класса, раз уж решил не забирать работы с собой и доделать всё здесь, чтобы уже завтра раздать обратно с поставленными оценками. С улицы слышны крики школьников, солнце ярко светит в окно, создавая волшебную атмосферу, так и манит пойти прогуляться по парку и насладиться последними тёплыми деньками перед тем, как осень полностью вступит в свои права. Давно Чонгук уже не гулял, ему будет полезно пройтись с таким образом жизни.       Тяжело вздохнув, мужчина переводит взгляд на небольшую стопку листов. Уже жалеет, что вообще задал ученикам что-то, мог бы уже давно освободиться и спокойно уехать домой. Но они выпускники, а математика не тот предмет, с которым можно расслабиться, ведь в конце года они будут сдавать экзамены.       С тихим скрипом дверь в класс открывается, пропуская кого-то внутрь. Чонгук уже было хотел выгнать непрошенного гостя, но осёкся, когда увидел, кто зашёл.       — Здравствуйте, учитель Чон, — мило улыбаясь, произнёс Тэхён. Он соврёт, если скажет, что не залип на чужих губах.       Парень понял, что отвечать ему никто не собирается, так что продолжил, подходя ближе к учительскому столу и игриво улыбаясь.       — Я принёс своё домашнее задание, — протягивает руку с листом, ожидая, пока Чон отвиснет. — Спасибо, что разрешили сдать чуть позже, — снова улыбается, осознавая, какую реакцию вызывает у мужчины, ведь ему это нравится.       Чуть тряхнув головой, Чонгук посмотрел на задание и взял его из чужих рук, положив на стол перед собой.       — Пожалуйста, Тэхён, — тоже приподнимает уголки губ, разглядывая чужое лицо. — Я знаю, как ты занят, так что нет ничего страшного в том, что ты сдал работу чуть позже. Всё-таки, нелегко быть старостой класса.       На это Тэхён склоняет голову вбок, откровенно разглядывая сидящего перед ним мужчину. В его глазах появляются озорные огоньки и он закусывает губу, приковывая к ней внимание.       — И всё-таки, учитель Чон, — медленно подходит ещё ближе, сокращая расстояние. — Я думаю, что должен отблагодарить вас. Вы делаете мне поблажки, тратите на меня своё личное время…       Ким присаживается на колени, ладонью раздвигая чужие ноги, устраиваясь между ними. Чонгук кусает щеку изнутри, внимательно следя за тем, как лицо парня приближается к его паху, и шумно выдыхает, когда чувствует губы, целующие его член сквозь ткань брюк.       — Вы хотите, чтобы я продолжил? — Медленно гладит постепенно твердеющий ствол рукой и не спешит стягивать брюки, словно издевается.       Мужчина прикрывает глаза, ничего не отвечая. Ему так хочется сказать «да» и отдаться страсти, забыв обо всём, но оставшаясь гордость не даёт этого сделать. Да, может, сейчас Тэхён и отсосёт ему, а после Чонгук трахнет его прямо на этом столе, затыкая поцелуем, чтобы никто не услышал стоны наслаждения, но что потом? Они снова разойдутся, делая вид, что ничего такого в кабинете математики не происходило, и будут лишь здороваться в коридорах, после проходя мимо, не больше. Чонгук так не хочет.       Он хочет Тэхёна любить.       Жаль только, что Тэхён этого не хочет.       — Вы слишком много думаете, учитель, — не выдерживает в итоге Ким, расстёгивая ремень и вжикая молнией.       Чон открывает глаза, когда его член вытаскивают из боксеров и мелко надрачивают, возбуждая до предела. Глухой стон разносится по кабинету, когда тот берёт в рот головку, сладко посасывая и обводя её языком, словно конфету.       Рукой зарывается в волосы, слегка надавливая, и Тэхён опускается сразу же наполовину, помогая себе рукой. Чонгук уже готов кончить только от этого сверкающего из-за слёз взгляда, которым Тэхён его награждает, и стекающих по подбородку слюней, которых становится слишком много, когда он насаживается по основание, утыкаясь носом в волосы на лобке.       — Давайте, трахните меня в рот, вы же хотите, — хриплым голосом произносит, когда ненадолго отстраняется, чтобы отдышаться. Искушает. Знает, что сдадутся.       Снова опускается на член, губами плотно обхватывая ствол, и ждёт. Чонгук наматывает его волосы на кулак, насколько это возможно, и толкается вперёд, в чужую глотку, чувствуя, как по члену проходит вибрация от чужого мычания, из-за чего и сам не может сдержать стон.       Видит, как Тэхён сам плавится на полу с его членом во рту, и срывается на бешеный ритм, запрокидывая голову. Тэхён сводит брови вместе и чувствует растекающуюся по телу волну возбуждения от происходящего. Обхватывает свой член сквозь школьные брюки, желая хотя бы так доставить себе удовольствие, и мычит. Хлюпающие звуки из-за обилия слюны кажутся невероятно грязными, но только сильнее возбуждают, подводя к грани.       — Убери руку, — требовательно произносит, и Ким недовольно подчиняется, упираясь ладонями в чужие крепкие бёдра.       Тэхёну всё это безумно нравится, он хочет хоть как-то облегчить своё возбуждение и кончить, но раз ему не разрешают… Что ж, он может быть и послушным мальчиком.       Чонгук ещё пару раз толкается в жаркий рот, и когда чувствует приближающуюся разрядку, отстраняет Тэхёна от себя, сразу же поднимая и усаживая на край стола. Тот притягивает его к себе и целует, однако сразу же отдаёт инициативу мужчине, лениво двигая губами из-за затёкшей челюсти.       Чон жадно сминает его губы, языком проникая между, и буквально вылизывает его дёсна, трахает языком. Тэхён чуть постанывает прямо в поцелуй, ногами обхватывая бёдра и прижимая к себе, чтобы ни сантиметра между не осталось. Чонгук это чувствует и толкается в чужой пах, слыша над ухом шипение.       — Не издевайтесь, — жалобно протягивает Ким, когда чувствует на своей шее мелкие поцелуи и слабые укусы. Знает, что ставить засосы не собираются, поэтому не переживает.       — Даже не начинал, — глухо звучит в ответ и Тэхён чувствует, что с него стягивают брюки вместе с нижним бельём. Чуть привстаёт, чтобы было удобнее снять мешающую одежду, и после ложится спиной на стол.       Чонгук разглядывает лежащего Тэхёна и помимо возбуждения ощущает нарастающую безысходность. Он такой красивый, и такой не его, хоть и отдаётся Чонгуку прямо сейчас, ничего не стыдясь.       Стаскивает болтающиеся штаны чуть ниже, чтобы не мешали, и оглаживает гладкие ноги, которые Ким лишь сильнее раздвигает. Из своей сумки достаёт тюбик смазки, и выдавливает немного себе на пальцы, разогревая.       — Я растянут, — тихо говорит парень.       Чонгук приставляет ко входу палец и медленно проникает им внутрь, чувствуя легко поддающиеся стенки. Почти сразу вводит и второй, размеренно двигая ими, чтобы убедиться, что тот и правда растянут, не желая причинять боль.       — Пожалуйста, — умоляет Тэхён, не имея сил терпеть, и сжимает пальцами какие-то бумаги под собой, однако это сейчас никого не волнует. То, что происходит сейчас в этом кабинете — намного важнее.       Мужчина его игнорирует и продолжает вбиваться пальцами, добавляя третий. Почти сразу нащупывает простату и Тэхён вздрагивает, громко простонав и выгнувшись дугой.       — Будь потише, ты же не хочешь, чтобы кто-то услышал нас? — Насмешливо интересуется.       Ким закрывает рот рукой, на всякий случай прикусывая тыльную сторону ладони, когда Чонгук начинает бить прямо по простате. Его выгибает от удовольствия на особо мощном ударе, да так, что слышен хруст.       Смазка громко хлюпает и пенится от быстрых движений, распаляя ещё сильнее. Мужчина наблюдает за тем, как его пальцы скрываются в Тэхёне, и ему уже не терпится заменить их своим членом, чтобы доставить удовольствие обоим.       Чонгук решает перестать мучать их обоих и вытаскивает пальцы, слыша разочарованный стон. Тэхёну становится некомфортно из-за резкой пустоты внутри, он привстаёт на локтях, но сразу же падает обратно на спину, когда чувствует, как в него одним плавным движением входят по основание.       Чон жадно разглядывает чужое выражение лица, откладывая в отдельную папочку в голове растрепавшиеся волосы, влажные глаза, покрасневшие щёки и распухшие от поцелуев и минета губы. Этот вид хочется запомнить навсегда. Кто знает, может, это их последняя такая встреча?       Когда Тэхён сам начинает подмахивать бёдрами, мужчина почти полностью выходит из него, оставляя внутри лишь головку, но сразу же толкается обратно до громкого шлепка яиц. Проделывает это ещё пару раз и срывается на бешеный ритм, буквально втрахивая Тэхёна в стол, из-за чего он опасно шатается.       Их перестаёт волновать окружающий мир — есть только они.       Тэхён весь извивается на гладкой поверхности, уже не имея сил нормально стонать, лишь сбито дышит и хрипит. Пытается насаживаться сам, чтобы довести себя до пика как можно скорее, но его попытки сразу же пресекают, фиксируя на одном месте.       Чонгук наклоняется к Киму, прижимаясь грудью к груди, и затягивает в медленный поцелуй, замерев внутри. Тэхён двигает губами в ответ, растекаясь лужицей от приятной наполненности, и руками обхватывает за шею. Чон стаскивает его со стола ещё ближе к краю и укладывает ладонь на спину, приподнимая. Второй рукой подхватывает под ягодицы и, так и не выйдя из него, отходит от стола к укатившемуся в сторону стулу, усаживаясь и располагая на себе парня.              Тэхён немного двигается, пытаясь устроиться поудобнее, и чуть привстаёт, сразу же опускаясь обратно. Закусывает губу и снова проделывает то же самое, чувствуя на ягодицах властные руки, сжимающие мягкие половинки.       — Давай, мой хороший, — произносит, после наблюдая за прекрасной картиной перед глазами.       Парень, поняв, что ему дали зелёный свет, начинает буквально скакать на Чоне. Выписывает восьмёрки бёдрами и сам же стонет от своих действий, когда член проходит особенно глубоко, надавливая на простату сильнее. Ему нравится чужая покорность, то, что Чонгук смирно сидит и позволяет использовать себя. Видно, что хочет перехватить инициативу и вытрахать из Кима всю дурь, но держится, позволяя Тэхёну наиграться.       Тэхён быстро устаёт от этой позы, поэтому он падает на Чонгука, зарываясь лицом в шею, и восстанавливает дыхание. Мужчина прижимает его к себе крепче, утыкаясь носом в макушку и вдыхая приятный запах шампуня и духов. Ему всегда нравилось, как пахнет Тэхён, было в этом аромате что-то, что сносило крышу напрочь.       — Я устал, Чонгук, помоги мне, — приглушённо произносит, вылизывая чужую потную шею.       Чон располагается поудобнее, слегка скатившись с кресла, и крепко уперев ноги в пол, начинает жёстко вбиваться в парня. Тэхён протяжно стонет, руками обхватив шею мужчины, и зарывается пальцами в волосы, сжимая их.       Бурно кончая, он вскрикивает Чонгуку на ухо и тянет за чужие чёрные пряди, из-за чего голова мужчины задирается вверх, а сам он шипит от боли и кончает следом, так и не выйдя из Кима.       — Я же просил не кончать в меня, — недовольно говорит Тэхён, когда они, отдышавшись, приводят себя в порядок.       — Прости, не сдержался, — виновато улыбается, наблюдая за тем, как Тэхён, изогнувшись в нелепой позе, салфеткой вытирает вытекающую сперму. — Ты вообще испачкал мне рубашку.       Ким поднимает голову, задумываясь на пару секунд, и обезаруживающе улыбается.       — Ну, у вас же есть запасная, так что всё отлично.       Чонгук хмыкает, ведь да, после того случая, когда Тэхён кончил на его одежду, он стал носить с собой сменные вещи. Так, на всякий случай.       Когда Тэхён натягивает на себя брюки, его телефон, лежащий в рюкзаке, начинает вибрировать. Парень ловко достаёт его из кармашка и, расплывшись в улыбке, отвечает на звонок.       — Привет, Сокхун, — Говорит Тэхён, поправляя смявшуюся одежду, и не замечает исказившееся в гримасе ревности лицо Чонгука. — Да, я помню. Скоро приду.       Мужчина грустно поджимает губы, не сводя взгляда со счастливого Тэхёна. Хотелось бы, чтобы он улыбался так именно Чонгуку, но у Кима есть парень, и у них, кажется, всё серьёзно. Какая-то его часть эгоистично хочет заявить на Тэхёна права, но умом он понимает, что не имеет на это права. Они ведь друг другу никто, чисто сексуальные партнёры, не больше.       — Я тоже люблю тебя, Сокхун-и.       Эта фраза словно режет без ножа. Как же больно слышать, что Тэхён говорит о любви не ему.       Их встречи его убивают, но отказаться от них он не в силах.       Сил вдруг не остаётся совсем. Чонгук просто хочет домой, лечь в свою пустую и холодную кровать и забыться во сне, а может быть просто сверлить взглядом стену после провальных попыток заснуть. На всё вдруг становится так пофиг.       Он точно знает, что снова пойдёт и напьётся дома у Хосока, а после будет рыдать ему в плечо из-за невзаимной любви. Утром он проснётся с жутким похмельем и кое-как соскребёт себя с постели, а после и со дна, собирая себя по кусочкам и продолжая жить, будто всё отлично. Словно он не страдает из-за чувств к своему ученику, которого периодически трахает и у которого есть парень.       Тэхён говорит ещё что-то и после завершает звонок. На его щеках лёгкий румянец, вызванный словами его возлюбленного, и сам он будто весь светится.       Парень оглядывает своего учителя, слегка хмуря брови из-за его резко осунувшегося лица. Прекрасно знает, в чём дело, но не хочет говорить это вслух, давая понять, что в курсе. Не хочет ничего менять.       — Учитель Чон, всё в порядке? Вы выглядите… — Задумывается на мгновение, подбирая подходящее слово. — Опечаленным.       Чонгук натягивает на лицо улыбку.       — Просто вспомнил кое-что, забей, — Ким кивает, оставшись удовлетворённым ответом.       Чон ни за что не скажет Тэхёну вслух, что безумно влюблён, не заставит его чувствовать вину. Не должен он страдать из-за Чонгуковых чувств, пусть и дальше продолжает светиться и улыбаться так ярко, Чонгуку этого будет достаточно.       — Ну, я пойду, — произносит, нарушая неловкую тишину. — До завтра, учитель Чон.       Чонгук наблюдает за тем, как парень неспешно уходит, и когда дверь с тихим хлопком закрывается, без сил падает на стул. Размышляет о том, что их секс нужно прекратить, дабы не травить себе душу ещё больше, о том, что, может, стоило бы уволиться из этой школы и переехать в другой город, начать жизнь с чистого листа. Это был бы отличный шанс забыть Тэхёна и, возможно, встретить свою любовь и жениться.       Но все мысли испаряются, когда в голове возникает его улыбка. Не сможет Чон добровольно Тэхёна оставить, как бы не хотел. И встречи их в его кабинете не сможет прекратить, это ведь единственная возможность быть с Тэхёном близко, телами сливаясь в одно целое.       Мужчина устало потирает глаза, невесело усмехаясь. Не этого он ожидал от жизни, когда устраивался в школу учителем.