Ревность

— Аль-Хайтайм, как это понимать? Почему ты опять вернулся так поздно? Я, конечно, понимаю, что работа великого мудреца занимает много времени, но уж кто, но ты, точно не трудоголик чтобы задерживаться так, я переживаю. Последнее время аль-Хайтайм возвращался домой уже после заката, когда за все то время, как Кавех его знает, тот никогда не горел желанием задерживать там дольше нужно. Да что уж говорить, он предпочитал уходить с рабочего места значительно раньше положенного времени. — Кавех, я очень устал, давай поговорим об этом позже. — Когда позже? Как всегда, никогда? На его замечание промолчали, и скрылись в своей комнате.

***

На следующий день все повторилось, и после него тоже. Так шло на протяжении двух недель. И когда Кавех вновь ждал его поздно вечером, чтобы убедиться, что он в порядке, аль-Хайтайм решил не явиться дома сегодняшней ночью. Он ждал час, два, и до того момента пока не стукнуло за полночь. — Аль-Хайтайм, ну где же тебя носит, архонты, надеюсь с тобой все хорошо,– Кавех начал разговор с самим собой, пока собирался на ночные поиски своего соседа, который в это время обычно сладко спит. Архитектор выбежал из дома и направился первым делом в академию. Сегодня было воскресенье, все развлекались в честь окончания выходных, не заботясь о том, что скоро начнется новая рабочая неделя, но вот только аль-Хайтайм не такой, он не любит шум, и не любит такие развлечения. Академия как не странно, была закрыта, но ему повезло, на её охране стоял один из его бывших студентов, который его узнал. — Господин Кавех, это вы? Свет фонарика был направлен теперь прямо на Кавеха. — Джони, это ты? Как ты тут оказался? И после недлинной истории о том что так он подрабатывает на свой новый исследовательский проект, он открыл Кавеху врата, с просьбой быть побыстрее, иначе того могут и уволить. Ночью в академии было очень тихо, он направился к кабинету аль-Хайтайма, и начал рыться в своих карманах, так как точно захватил с собой дубликат ключей его кабинета, он убьёт его как узнает. Дверь открылась, а за ней оказалась пустота и сильный аромат женских духов. Последнее время число студенток делало бо́льшие успехи, нежели студенты, поэтому этот запах Кавех проигнорировал, и осмотрев кабинет ещё раз, вышел, не забыв закрыть его обратно, он пошёл обегать другие части академии. Но это тоже успехов не принесло. Он ещё раз поблагодарил Джони, и пошёл искать по городу. Обойти весь город успехов не принесло, поэтому он решил вернуться домой, вдруг он уже пришёл. Но дома было все так же пусто. Он начал делать себе кофе, на часах было уже пол пятого утра, за окном уже были первые рассветные лучи. Кофе влилось горьким и залпом. Кавех сбежал в душ чтобы проснуться, и дожидался действия напитка. На часах было уже пол шестого утра, и он пил вторую кружку кофе. Мужчина открыл окна, чтобы утренняя прохлада не позволяла организму и подумать о сне. Архитектор начал составлять план поиска аль-Хайтайма, не забывая прикусывать конец карандаша, пока думал. — Насколько верным решением будет отправится к Тигнари в лесной дозор и начать прочесывать леса?– мужчина откинулся на спинку стула,– или как наступит утро уже нормально, отправится к бригаде тридцати? Аль-Хайтайм, где же ты... Весь план занял полтора часа, и время уже было семь утра. Бригада тридцати откроется только к десяти утра. Может быть аль-Хайтайм оставил ему записку, а он так переволновался, что не заметил? Так он начал обыскивать дом, на наличие этой самой предполагаемой записки. А в какой-то момент он не рассчитал, и кружка с который он ходил разбилась, поставившись не на стол, а мимо его, спасибо и на том что почти все её содержимое он выпил. И когда Кавех убрал осколки и остатки кофейной гущи, дверь открылась, на часах было девять утра, он ждал его гребанных двенадцать часов, а он жив, здоров и доволен. Вид у мудреца был растрёпанный, и собранный наспех, дыхание было тяжёлое, а губы красными. — Ты где был?– из Кавеха смог выйти только тихий шепот, из-за чего ему пришлось повторить,– Я спрашиваю где ты был? Я места себе не находил, а ты тут даже нигде не поцарапанный! — Кавех, прости что не сказал, но я опаздываю на работу, – на эти слова он только получил недовольного блондина, который встал на проходе,– Кавех, у меня нет сейчас времени на твои игры, пожалуйста, отойти с прохода, пока я сам тебя не отодвинул. — Ммм, вот оно как, у него времени на мои «игры» нет, а у меня оно должно было быть чтобы по всему ночному Сумеру тебя искать,– Кавех злостно тычет ему пальцем в грудь, которая тяжело вздымалась, видимо из-за недавнего бега,– Так что будь добр, объяснить мне причину, по которой наш достопочтенный великий мудрец решил не приходить этой ночью в дом? Вот даже не смей сказать что я преувеличиваю! Сам ведь если меня на час позже дома нет, бежишь искать меня, а я, мать твою, между прочим имею совесть предупредить тебя! — Я вечером тебе все объясню, так что ещё раз прости, – аль-Хайтайм отодвинул Кавеха за плечи, а тот и не сопротивлялся, у него банально не осталось сил. Мудрец пошёл в свою комнату, освежить свой внешний вид, пока Кавех сел на диван. За эту ночь, он явно себе жизнь на пару лет сократил, а ему в ответ только это? Это просто так по человечески обидно... И думая о своем, Кавех сидя уснул на диване, от сильного физического и морального состояния. Аль-Хайтайм вышел из своей комнаты, и увидел уснувшего на диване архитектора, тяжело вздохнув, он отнес его в кровать.

***

Но и этого разговора тоже не случилось. Весь тот вечер и ночь Кавех проспал, а когда проснулся дом был вновь пустой. Возможно если бы не эти внезапные пропажи аль-Хайтайма, архитектор бы успел сказать, что на некоторое время уезжает в пустыню, но судьба распорядилась иначе. Кавех начал собирать вещи, набирал воды, проверял по несколько раз чертежи со списком в руках, ещё раз осматривая их на наличие каких-либо ошибок. И к обеду вещи были уже собраны, и как бы он не хотел наказать аль-Хайтайма за вчерашнее, он не мог так с ним поступить, поэтому наспех написал ему записку, и прикрепил на холодильник магнитном с львёнком.

Уехал в командировку в пустыню, буду там около одного или двух месяцев, не теряй

Кавех

Так он и ушёл, без лишних слов.

***

В тот день когда Кавех направился в пустыню, аль-Хайтайм, впервые за последние время ушёл с работы пораньше, что бы объяснится с соседом. Он специально зашёл в Ламбаду, взял им ужин, и вино которое нравится Кавеху, но придя домой, там было слишком тихо для места где живёт светоч Кшахревата. Он положил пакет с заказом на стол, на который архитектор любил усесться во время разговора с ним. Осмотры гостиной и кабинета дали хорошо опять, что Кавех не дома. И решив подождать его, он направился на кухню, за стаканом воды, где его внимание привлек холодильник, на котором и была записка. Он уехал? Обычно он прощался с ним с глазу на глаз, а не так, видимо на этот раз он сильно оплошался. Поняв что ужин теперь лишь для него одного, он убрал его в холодильник, и ушел в свою комнату, аппетит пропал.

***

Так прошло почти два месяца как Кавех уехал, и вот, он уже начинает собираться в обратный путь. Стройка конечно ещё не закончена, но дело осталось за лёгким, главный строитель справится, особенно когда он давно его знает, не первый проект он создаёт с его командой. Выдвинулся он не в самое подходящее время, но желание оказаться дома и увидеть аль-Хайтайма было слишком сильным. Поэтому не взирая на жару, он должен будет оказаться уже в городе к закату. Он и правда пришел к вечеру в город, и понимая что аль-Хайтайм вряд-ли будет сегодня что-то готовить, а у самого Кавеха сил уже нет, он решил заглянуть в Пуспу, и заказать ужин на сегодняшний вечер там. Подходя уже к дому, он видит свет из окна кабинета, который явно шёл с гостиной, он дома в это время, прекрасно. И вот он аккуратно распахивает после бега дверь в дом, как видит то, чего он совсем не ожидал. Мало того что Аль-Хайтайм был не один в такой час, так на его коленях, спиной к двери, сидела миниатюрная для него блондинка. Кавех застыл, пакет с едой выпал из рук,а рот открылся, девушка мило смеялась до того как он вошёл. —Я дома?– он видимо не так уж и нашумел, раз этого не услышал даже аль-Хайтайм без наушников, поэтому он решил обозначить свое присутствие. Нежным движением рук он снял девушку с своих ног, и поднялся к шокированному Кавеху. — Кавех, ты вернулся, даже почти не поменялся,– в глазах видна вина, которую он не показывает, он поднимает пакет с пола, и подталкивает Кавеха шагнуть внутрь. Взглядом архитектор выразительно указывает на девушку. — Кавех это Софи́, Софи это Кавех. —Господин Кавех, я давно хотела с вами познакомиться! Так мило что вы сразу решили его навестить, это так дружелюбно с вашей стороны! Не зря ведь все говорят о вашей доброте,– девушка и впрямь рада познакомиться с ним, на вид она была ещё слишком молодой и энергичной. — Навестить?...– Кавех смотрит вновь на аль-Хайтайма, ловя его взгляд, буквально говоря им объяснить что происходит. — Софи, ты наверное не так поняла, но Кавех тут живёт, он мой сосед. — Оу, оуууу, но ты мне не говорил об этом,– девушка задумчиво прикусила губу, смотря в пол,– ну я наверное пойду, приятно было познакомиться, господин Кавех, до свидания. — Да, приятного было познакомиться, Софи, до скорой встречи, – архитектор ей улыбнулся, но в душе не понимал зачем она здесь, или же не хотел понимать. Аль-Хайтайм вызвался проводить девушку, заверив, что скоро вернётся. Он и вправду скоро вернулся, захватив с собой свежих фруктов, чтобы задобрить блондина. Трапеза шла молча, каждый думал о своем, пока временный мудрец не начал: — Софи – моя девушка, с которой я планирую создать семью. Кавех, избегающий его взгляда до этого времени, взглянул ему в глаза, не заботясь что там можно будет увидеть как по швам начал расходится его мир. — Ты её любишь?– слышно было плохо, так как Кавех, пытаясь заглушить свой голос с комом в горле, не придумал ничего лучше чем побыть немного невежей за столом. — Думаю да. Ответ который добил старшего мужчину окончательно. Сославшись на то что он наелся и очень устал, скрылся в ванной комнате. Вода в ванной набиралась, глуша звуки его плача, который он глушил закусывая ребро ладони. Отросшие волосы неприятно начали прилипать к спине из-за нарастающей влажности в комнате, глаза упирались в ели виденные колени из-за сильного пара. Вода была слишком горячей для комфортной температуры, поэтому пришлось выкручивать кран в обратную сторону. Горячая вода дала отрезвляющий эффект, что ему не стоит быть здесь долго. Стараясь опустить мысли об этой девушке как можно дальше, он начал осматривать ванную комнату. Первым бросилось в глаза зеркало во весь рост, на покупке которого некогда настоял он сам Кавех, о чем сейчас очень жалел, так как на него сейчас смотрел не он сам, а кто-то другой, с некрасиво отросшими волосами, с красными глазами которые уже опухли, рука была закусана до видимых следов. Он решил отвести взгляд от некогда полезного зеркала, как он наткнулся на то, чего бы точно не хотел видеть, только не сейчас. В стакане с зубными щетками стояла ещё одна, их было две, свою он ещё не оставил, значит та женщина уже начала тут обосноваться?... Его не было всего 7 недель, а она начала уже оккупировать их дом. В корзине для белья лежали женские вещи, в другие места он решил не смотреть, положив подбородок на колени, а руками замотавшись в свои волосы, он хотел просто кричать, но такой возможности больше не имел. Но может быть это все не серьезно?... Пора уже выходить из этой проклятой комнаты.

***

Кавех начал утопать в работе. Снова. Аль-Хайтайм теперь не задерживается на работе так часто, как делал это до командировки Кавеха. Но теперь Софи была слишком частой гостьей в их с Хайтаймом доме. Она вытеснила архитектора с кухни, и начала перенимать много хозяйственных дел по дому, это напрягало, и очень сильно. Кавех не глуп, и понимал что, так называемая «арендная плата» и выполнение домашних обязанностей, было лишь для того чтобы он не чувствовал себя обязанным, но теперь, у него забрали и это, единственное что у него теперь осталось это его работа. И он любил её всей душой, но спрятаться от реальности больше не выходило. В доме теперь слышен женский смех, возмущения и слезы, так как Софи оказалась очень неуклюжим человеком, часто получающим небольшие травмы. В один из дней, когда по неведомым Кавеху причинам, Софи вновь была в их доме, пока аль-Хайтайм находился в академии, он заметил как она готовит суп. Иронично что из всех возможных блюд, её вариант пал на то, что временный мудрец попросту не любит. Его начало разрывать от нежелания ей помогать, до более сильного нежелания портить аль-Хайтайму ужин, и он выбрал, по его мнению, меньшее из зол. — Софи, он не любит супы. — Господин Кавех, как так? Но я ведь уже почти доготовила... — Я помогу тебе, а ты просто запомни. Пока суп доготавливался на огне, Кавех достал глубокую сковороду, муку и яйца. Девушка внимательно смотрела как он лёгкими движениями замесил тесто, выложив его на сковороду, и не дожидаясь готовности основы, зачерпнул со дна кастрюли, вылил составляющую супа, на тесто, закрыв все крышкой. Возможно Кавех был предвзят, но считал, что суп который приготовила Софи будет значительно уступать его, в чём он впоследствии и убедился.

***

С того момента как Кавех узнал о существовании Софи, прошло около трёх месяцев, и архитектор ожидал, что скоро это случится, но не ожидал что сейчас. Сегодня было воскресенье, последний выходной недели, и на удивление, сегодня Софи не было в их доме, а аль-Хайтайм уже полчаса не перелистывал страницу книги, не то что бы Кавех следит, но было слишком тихо. Они сидели на противоположных диванах, секретарь был занят одной из своих книг, а блондин делал наброски аль-Хайтайма в свой блокнот, для создания в будущем полноценной картины, о которой изображаемому знать не стоит. Сначала слышался звук карандаша, но и он вскоре прекратился, и Кавех уже напрямую смотрел на другого мужчину. — Аль-Хайтайм, все нормально, или ты читать разучился, что не перелистываешь страницы последние полчаса? Секретарь отложил книгу, даже не пометив где «читал», и посмотрел на блондина. — Кавех, я бы хотел кое-что сообщить тебе,– мужчина отложил карандаш между листов, показывая, что внимательно его слушает,– не хочу чтобы ты понимал как-либо неправильно, но, помнишь я говорил, что планирую создать семью. Я планирую жениться в скором времени, и Софи переедет в этот дом. — Намекаешь на то что мне нужно в скором времени съехать?– голос ровный, внутри все бьётся, он надеялся что это был лишь интерес, и он у них погаснет, но нет,– Не беременна ли Софи случаем?– блокнот закрыт, Кавех вновь смотрит в глаза аль-Хайтайму, и на оба вопроса получает отрицание,– Это хорошо, когда планируете пожениться? — Через три недели, но не здесь, мы уедем в Ли Юэ, не хочешь с нами? — Я подумаю,– он оставляет аль-Хайтайма одного, и уходит в свою комнату. Только дверь закрылась, он прислонился к стене, блокнот выпал из рук, открывшись на странице с наброском, судьба явно над ним издевалась. Он скатился по стене, закусывая согнутый указанный палец, и в его голове одновременно было слишком пусто, и слишком много мыслей и эмоций который он не мог сейчас выразить. Возможно судьба и не настолько ненавидит его, так как он услышал хлопок входной двери, это стало отпускным рычагом. Ноги перестали держать, из-за чего он звучно ударился об пол, горло больше не сдерживало всхлипов. Он опять ушёл к той женщине, не за горами тот день когда он больше не будет занимать никакого места в его жизни. И вновь он станет никому не нужен и брошен, как когда-то было с его матерью, что бросила его из-за мужчины из Фонтейна. Нет, он ни капельки не зол на неё, он прекрасно понимает ее, что такое ничтожество как он нужно оставлять в прошлом. Но если это касалось аль-Хайтайма, он был слишком жаден, но в то же время желал ему счастье, даже если не с ним... Софи не плохая, да и ни в чем не виновата, но не ненавидеть её просто не выходит, потому что ненавидеть его он не способен. Со временем всхлипы утихли, а руки перестали тереть глаза, он слишком устал от такого выпуска эмоций. Глаза вновь зацепили аль-Хайтайма смотрящего на него с бумаги, но в этот раз он улыбнулся, и просто закрыл глаза, упав боком на пол.

***

Спустя пару дней, Кавех позвал аль-Хайтайма, к портному, не сказав ему об этом, делая из этого сюрприз. — Кавех, но у меня было что надеть, к чему это все? — Архонты, аль-Хайтайм, будто бы я тебя не знаю, надел бы тот старый костюм, а свадьба, это такое событие, которое происходит раз в жизни! Так что, меньше возмущений, стой и не двигайся. Сначала он буравил Кавеха взглядом, но после закрыл глаза и вздохнул, приняв тот факт, что ему не избежать этого этого. К тому моменту как портной снял все мерки, сделав быстрый эскиз костюма, аль-Хайтайм уже порядком устал, так как Кавех его подхватил буквально как он вышел со своей кабинета, и привёл сюда. Он внимательно смотрел в профиль Кавеха, не вслушиваясь что он обговаривает с портным. Задумавшись, он пропускает мимо глаз слишком усердные кивки портного, и шёпот Кавеха. — Ну все! Как раз к мероприятию все и успеется,– они вышли с ателье, и он замявшись продолжил,– может, зайдём в Ламбаду? — Почему бы и нет, время позднее, а еды дома нет. В Ламбаде было тише обычного, возможно в будние дни люди не стремятся поужинать вне дома, но им это на руку. Они сели в самый отдаленный угол, и Кавех в ожидании заказа, начал разговор: — А почему Софи позднее время не видно? Обычно она часто было у нас дома. — Мм, она уехала к отцу в Ли Юэ, подготавливает само мероприятие, и делиться с родными новостями. Она сама выразила желание поехать первой,– он перелестнул страницу книги, думая что на этом вопросы закончились. — А вы... Вы собираетесь планировать детей? Аль-Хайтайм поднял взгляд на Кавеха, смотря сквозь него, слишком долго думая над ответом. — Да, наверное да, по крайней мере, я бы хотел, но решение за Софи,– секретарь вновь начал смотреть на Кавеха, а не сквозь его, тепло улыбнувшись,– у тебя есть ещё вопросы, Кавех? В момент редкой улыбки аль-Хайтайма, сердце архитектора остановилось, и начало биться слишком сильно, с мыслью как он хочет сейчас нарисовать его, хоть дома его и ждёт продолжение одного из его портретов, которые он хранит глубоко спрятав в шкафу. Заказы в скором времени принесли, и они приступили к трапезе, где Кавех как раньше, принялся рассказывать о невыносимых заказчиках, которые не имеют и толики понимания в искусстве и архитектуре.

***

Сегодня день перед отправкой в чайную деревню в Ли Юэ, и Кавех подбил аль-Хайтайма устроить мальчишник, пригласив туда Тигнари и Сайно, которые были ошарены новостью что секретарь в скором времени жениться, стали инициаторами закупки алкоголя в качестве подарка, так как времени на что-то более стоящее просто не было. Поэтому вечером уже все собрались в доме аль-Хайтайма. — Кто бы мог подумать, что сердце нашего сухаря кого-либо растает и взглянет на девушку, сколько ей? — Двадцать шесть, она с Спандаманда, как и ты, Сайно. — А не молодовата ли она для тебя?– Тигнари давно знал о чувствах Кавеха к аль-Хайтайму, со стороны они выглядели вполне взаимно, но оказалось вот как... Теперь он наблюдает как Кавех отводя взгляд пытается за короткое время выкинуть в себя как можно больше спиртного,– семь лет разница не ощущаются? — Семь нет, а вот девять очень даже,– Кавех хмыкнул, сделав ещё один большой глоток,– для него может быть и нет, но для меня она ребенок ребенком,– говоря всё это он фыркнул сморщив нос. — Кавех, не тебе ведь жениться, хотя и тебе бы стоило задуматься, – Аль-Хайтайм хотел продолжить, но вовремя остановился, разбавляя свою паузу глотком из бокала. Тигнари все то время что они здесь, сочувственно смотрит на Кавеха, когда Сайно в то же время переводит на них взгляды с непониманием. — Давайте в священный призыв семерых, я могу даже свои карты предложить! Так и прошёл весь вечер, они играли в карты и пили вино за разговорами о будущем. Так и пришлю время их проводить, на что вызывался Кавех, который был не доволен тем, что он ещё в состоянии ходить. Выйдя на веранду, Тиганри поджал уши, обнял Кавеха, и сказал тихое: «Держись». После они ушли, а он вернулся в дом. Возможно сейчас за него действует выпитый алкоголь, или же высвободившиеся чувства, но Кавех завалился обнимать аль-Хайтайма, улегшись ему на колени головой. — Кавех, все нормально?,– не зная что делать, он положил руки на уже растрёпанные волосы, начиная освобождать голову от заколок. Сердце Кавеха вновь остановилось, и он сильнее уткнулся в аль-Хайтайма, делая слишком глубокий вздох, на что секретарь замер. Но через пару минут он начал ощущать влагу на своих ногах, и слышать тихие всхлипы. — Кавех, посмотри на меня, что случилось?– блондин замотал головой, обнимая его талию ещё сильнее, – Кавех, посмотри на меня пожалуйста,– он вплел пальцы в его волосы, начиная аккуратно поворачивать его голову, на что не получил никогда сопротивления, и теперь на него смотрели блестящиее от слез глаза, и немножко дрощая губа,– теперь расскажи пожалуйста, что случилось? — Нет, ты меня возненавидишь,– он попытался обратно спрятаться, но руки в его волосах не дали этого сделать, и в итоге он сначала посмотрел в глаза, потом отвёл взгляд, а после и вовсе их закрыл. — Кавех, я никогда тебя не возненавижу, ты можешь рассказать что угодно, меньше я тебя любить не стану. Кавех замер, снова смотря в зелёные глаза, и на эмоциях сказал: — Я тоже тебя люблю,– на что ему улыбнулись, и начали гладить по голове, но Кавех продолжил,– но как мужчину, аль-Хайтайм. На эти действия секретарь замер, не понимая что сказать, да, он любит Кавеха, но не как любовный интерес. — Это пройдет, не волнуйся, я тебе не ненавижу, мое отношение к тебе не изменится, Кавех,– на эти слова он ответил тихое «спасибо», и вновь спрятал свое лицо, сладко уснув. Аль-Хайтайм не переставал поглаживать голову Кавеха, но потянулся к бокалу на столе, осушив его залпом, многое встало на места в его голове, он очень надеялся что Кавех не запомнит их разговор, что бы между ними не было неловкостей.

***

Голова болит, хотя на вид аль-Хайтайму ничего, но его хмурый взгляд говорил о другом. До границы с разломом они добрались на вьючем яке, после пересели на ручную повозку. Кавех в быстром темпе делал наброски пейзажей что бы позже зарисовать их уже на полноценном холсте. Аль-Хайтайм же читал книгу, благодаря чему в повозке стояла комфортная для них тишина. К поздней ночи они приехали. К сожалению Кавеха встречать их вышла Софи, а за ней вышел мужчина, видимо её отец. — Добро пожаловать в нашу чайную деревню! Аль-Хайтайм, господин Кавех, это мой отец Чжэн Ин, он поможет вам занести вещи. Господин Чжэн поздоровался с Кавехом, но ушел намеренно вперед вместе с секретарём, поэтому архитектор остался с Софи. — Господин Кавех, вы выглядите не очень, вы не заболели в пути? – стоит отметить что у Кавеха и вправду вид был не важный после поездки. — Не волнуйся Софи, –улыбка вышла очень натянутой, как бы она ему не нравилась, он не мог ей как-либо навредить, потому что он её любит, –просто устал с дороги, послезавтра буду уже как огурчик, показывай куда идти. Дальше они шли молча, пока не увидели аль-Хайтайма и Чжэн Ина, идущих им на встречу. — Кавех?- седовласый добрался до него парой больших шагов, и приложил свою ладонь ко лбу,- Да ты весь горишь, положи это. — Аль-Хайтайм, ты преувеличиваешь, просто немного устал и все, так что пошли скорее в д... Секретарь успел поймать Кавеха, пока тот выронив все начал падать.

***

За окном было уже светло, а в комнате достаточно прохладно, где он? Открыв глаза, первым что он увидел это был кто-то спящий на стуле. Этим кто-то оказался аль-Хайтайм. — Аль-Хайтайм, что случилось? — М?- его наушники лежали рядом на прикроватной тумбе,– Кавех, ты уже проснулся? – секретарь понянулся, после чего протянул руку к его лбу, но результата это не дало, поэтому он решил проверить обычным для них способом, поцелуем в лоб, после чего облегченно выдохнул,- какое счастье, температуры больше нет. — Так что случилось, я помню только то что я встретил тебя с Чжэн Инем, после пустота,- у него был очень охрипший и першаший голос, поэтому к концу своей фразы он уже брал стакан воды из родных рук. Пока Кавех медленно пил воду, аль-Хайтайм начал рассказывать как тот свалился прям ему в руки пока тот нес вещи в дом. Он решил умолчать что этим всех поставил на уши, что бы на Кавеха не давило ещё большее чувство вины. После непродолжительного разговора секретарю уже надо было уходить, поэтому он подвинул ему ближе блокнот который он выронил с рук ночью и ушел, по звукам в соседнюю комнату. Он взял в руки свой блокнот просматривать. На последних страницах были изображены незаконченные пейзажи горных вершин и вечнозелёных деревьев. Пролистав на более ранние работы он увидел аль-Хайтайма, которого он рисовал при том разговоре о свадьбе, а она уже завтра, он даже ведь не успел написать портрет, надо будет обязательно этим заняться как вернётся домой. Листая дальше там снова секретарь, но эти работы закончены карандашом ещё давно. Открыв ближайшую чистую страницу он принялся по памяти выводить его черты лица, заранее представляя его в костюме в котором он завтра будет.

***

Вот и наступил этот день. День его свадьбы. Он соврет если скажет что не представлял когда-то на месте Софи самого себя, но все же скрытно надеялся что кого-нибудь так и будет, к сожалению сегодня разбилась ещё одна маленькая мечта. Аль-Хайтам был в соседней от него комнате, и с самого утра слышал как он ходит туда сюда в сборах. Кавех, хоть и чувавал себя достаточно не важно, тоже собирался с утра, он хотел выглядеть в этот день прекрасно, что бы он и его запомнил сегодня. Он не стриг волосы с той командировки в пустыню, и они отрасли, и сильно. Кавех думал подстричься перед свадьбой, но ему постоянно что-то мешало это сделать. Поэтому сегодня он заплел красивый не полный хвост с вплетением косичек. Сидел он над этим долго, но результат того стоил. Он выглядел великолепно, в белом костюме, единственное что портило образ – это его бледность, и на ее фоне более сильные мешки под глазами, которая косметика уже не скрывала. От разглядывания своих недостатоков его отвлёк звук в дверь. — Кавех? Он подошёл и открыл дверь, за ней стоял сегодняшний жених. В черном парном костюме с Кавехом. Аль-Хайтам на это нахмурился и тяжело вздохнул. — Пошли, мы уже должны быть там. Если тебе станет плохо, не терпи и скажи сразу, хорошо? — Хорошо. Дальше они шли в достаточно угрюмой тишине. Аль-Хайтам правда радовался этому событию, но смотря на Кавеха он видел, что это явно не то место где он должен быть в его компании.