Шесть, Семь, Восемь

В эти часы в зале обычно никого. Мне по душе это чувство уединения — когда никто не сверлит взглядом и не судит со стороны. Я просто отдаюсь бегу, наслаждаясь моментом. Гулкие удары по боксерской груше рикошетят от стен, и для меня в этом звуке есть своя мелодия. Он, как и я, выбирает раннее утро, чтобы потренироваться в одиночку. Тренировка окончена. Разгоряченная, я едва стаскиваю прилипшие черные легинсы и короткий топ, бросая их прямо на скамью. В душевой включаю горячую воду и замираю, подставив лицо под тугие струи... Наконец-то. Я еще не успела открыть глаза, как крепкие объятия застали меня врасплох. Его обнаженное тело, превосходящее моё силой и размерами, тесно прижалось к спине. Я замерла, кожей ощущая его желание. Тяжелая ладонь легла на шею, властно сжимая пальцы, и я невольно приоткрыла рот. Настойчивым движением он заставил меня повернуться, и в тот же миг его губы накрыли мои в жадном, собственническом поцелуе. Горячий язык ворвался внутрь, вырывая из моей груди тихий стон. Резко отстранившись, я развернулась, пытаясь поймать ртом воздух и глядя в эти знакомые голубые глаза под светлой челкой. Его стрижка с выбритыми висками сейчас выглядела совсем по-детски: намокшая челка, которую он обычно зачесывал назад, беспорядочно упала на глаза. Но этот мальчишеский вид контрастировал с его телом — настоящим изваянием из литых, сильных мышц. Я завороженно, почти не дыша, изучала взглядом рельефные руки с переплетением вен, широкую грудь и стальной пресс. Мой взор спустился ниже, туда, где его плоть красноречиво напоминала о недавней близости, когда он так дразняще прижимался ко мне сзади. Заметив мой откровенный интерес, он прищурился. В его глазах вспыхнула насмешка, будто он спрашивал: "Ну что, вдоволь налюбовалась?" С улыбкой притягиваю его к себе для поцелуя, который он завершает легким прикусыванием нижней губы. Моя рука скользит вниз, ощущая его горячий, влажный член; я сжимаю головку, чувствуя ответные толчки. От этого низу живота становится сладко, а внутри все уже горит от желания. Внезапно он забрасывает мою ногу, упираясь членом прямо во вход, и начинает дразнить, не входя внутрь. Его губы перемещаются с моих губ на шею, оставляя горячие поцелуи и легкие укусы, пока он трется обо мне. Это невыносимая пытка. Не в силах больше ждать, я обнимаю его за шею, ловя удивленный взгляд, и резко запрыгиваю сверху, обхватывая ногами. Насаживаюсь на него, вызывая громкий стон, и он подхватывает меня за ягодицы, задавая ритм. Его ритм становится быстрее, вызывая у нас обоих стоны, и я подстраиваюсь, отдаваясь этому темпу. Меня накрывает мощная, стремительная волна оргазма. — Ты можешь кончить в меня, — шепчу ему в губы. На миг он замирает, но тут же переходит на новый ритм. Его поцелуи становятся жадными, и с коротким стоном он изливается в меня. Всё еще не отстраняясь и чувствуя его изнутри, я ощущаю, как он прижимается своим лбом к моему. На его губах играет ленивая, довольная улыбка. Не спеша, он помогает мне опуститься на холодный кафель.

***

Высушив феном свои длинные темные волосы, я стянула их в высокий хвост. Застегнула молнию на олимпийке, закинула на плечо сумку и вышла из раздевалки. Думала, Бес уже ушел, но, пересекая зал, услышала голоса. У стеклянных дверей, ведущих на парковку, я увидела его в компании двух девчонок. На них была бежевая форма — отличительный знак новичков нашей лиги. Черная форма на мне и на Восьмом — наш знак отличия. Мы — элита лиги "Tangent", и каждый лоскут этой ткани пропитан нашим потом и кровью. Как только отбор останется позади, мы... Мои размышления бесцеремонно оборвал писклявый голос одной из девушек. — Надо же, чуть не помешала самому Восьмому! — девица с ярко-рыжими волосами кокетливо выпятила и без того полные губы. — Какая удача — вот так столкнуться с живой легендой нос к носу. Вторая девушка, чью короткую стрижку дополнял хаос черных вихров, ответила лишь сдавленным смешком. Восьмой оставался верен себе — ни слова, ни жеста. Однако он не спешил уходить, и это молчаливое присутствие интриговало. Я размашисто шагаю к ним. Заметив меня, троица тут же меняется в лице. Девушки смотрят настороженно — если Бесом новички открыто восхищаются, то меня, с моей репутацией угрюмой одиночки, предпочитают обходить за версту.Вдруг Бес распахивает передо мной стеклянную дверь, ведущую на парковку. Я замираю от неожиданности. В упор смотрю на него, а он с абсолютно непроницаемым видом продолжает держать эту чертову дверь, словно какой-то джентльмен из прошлого века. Девушки во все глаза таращатся на нас. Мда, более нелепую ситуацию и вообразить трудно...

***

— Говорят, ты приглянулась организатору… — Сед! Нельзя же так подкрадываться, — я перевела дорожку на шаг, пытаясь выровнять дыхание. — И как он тебя окрестил? Принцесса? — в его голосе слышалась явная усмешка. Я остановилась и в упор взглянула на Седьмого, надеясь, что мой злобный вид его проймет. Тщетно. Его серые глаза замерли на моих губах, когда я припала к бутылке. Этот плотоядный взгляд я узнала бы из тысячи. — Плевать, что он там болтает, — отрезала я, закручивая крышку. — А зря, — Сед бесцеремонно забрал воду из моих рук. — Ты его зацепила. Вот о чем тебе стоит беспокоиться. Он сделал глоток, не сводя с меня глаз. Я знала, что он прав, но решила отложить эти мысли на потом.

***

Ночью казармы взорвались звуком тревоги. Нас выгнали на плац для построения — кто в чем был: на мне лишь короткие черные шорты да свободная футболка. В такие моменты одежда не имеет значения, главное — вовремя покинуть помещение и включиться в работу.Надзиратели быстро распределили нас: новичков в одну сторону, опытных — в другую. Началась изматывающая тренировка. Сонный организм отчаянно сопротивлялся нагрузкам. С соседней площадки то и дело выбывали «зеленые», не выдержав темпа, в то время как в наших рядах строй покинули лишь единицы.На рассвете инструктор скомандовал марш-бросок в лес. Я лидировала, чувствуя, как сзади нагоняет Седьмой. Слегка сбавив темп, я позволила ему поравняться со мной. Мы бежали плечом к плечу в полном молчании, и в этом разделенном усилии было что-то странно приятное. — Осторожней! — он подхватил меня, подняв в воздух так легко, будто я была пушинкой. — Ты что творишь? Он поставил меня на землю и указал на тропинку. Прямо под ногами извивалась змея — я едва на неё не наступила. — Спасибо, Сед. Он молча кивнул. Его рука потянулась к моему лицу, но он вовремя спохватился и просто заправил мне за ухо непослушную прядь. От этого жеста по коже пробежали мурашки. — Ты в порядке? — вдруг спросил он. — А что не так? — Щеки горят, — заметил Сед. — Это от бега, — соврала я, стараясь не отводить взгляд. — Шестая… — Да? Сед резко подался вперед и поцеловал меня. Я совсем не ожидала этого. Отпрянув, я первым делом испуганно огляделась. — Тише, мы одни, — успокоил он. — Никто не бегает так быстро, как ты. — Да... только ты. Его губ коснулась улыбка.Потянувшись вверх, я мимолетно коснулась губами его щеки. — Догоняй! — и в ту же секунду я сорвалась с места.

***

После ночной тренировки я наконец-то добралась до казармы. Впереди было свободное время, так что я с удовольствием растянулась на кровати с книгой. Когда послышались голоса, я даже бровью не повела.В комнату вошли две соседки, чьи койки стояли прямо напротив моей. — Ты видела его утром? — восторженно прошептала одна. — О да! Красавчик. Черный цвет ему нереально идет. Девчонки зашлись в глупом хихиканье. Я честно пыталась вникнуть в текст, но их щебет разрушал всю концентрацию. — Как думаешь, я в его вкусе? Интересно, какие девушки ему вообще нравятся? — Трудно сказать. Здешние парни делятся на два типа: одни спят со всеми подряд, другие — живут только тренировками. Он явно из вторых. — И всё же, надо рискнуть и подойти к нему, — настаивала одна. — Скоро завтрак, просто подсядь рядом. Не выдержав, я отложила книгу и взглянула на них. Высокая блондинка и брюнетка. Последняя как раз меняла обычный топ на вариант с вызывающим декольте. — Вот теперь я во всеоружии, — заявила она. Блондинка залилась смехом, и, к моему облегчению, они наконец скрылись за дверью. Я быстро переоделась и тоже отправилась в столовую. В столовой. Завтрак в этот час был привилегией опытных, поэтому в зале было почти пусто. Взяв поднос, я пристроилась в короткую очередь и тут же замерла: впереди мелькнула знакомая спина. Сед устроился за ближайшим столом в гордом одиночестве. Странно, обычно Восьмой от него не отходил, но сегодня его не было ни на тренировке, ни здесь — наверняка возится с новобранцами. Не успела я продвинуться к раздаче, как к Седьмому подплыла та самая брюнетка с вызывающим декольте. Внутри всё похолодело. Значит, они говорили о нём? — Привет! — она сияла, бесцеремонно занимая место рядом. Лица Седа я не видела, зато отлично разглядела её торжествующую улыбку и глубокий вырез. — Ошиблась столиком? — ледяным тоном осадил её Сед. — Я... просто подумала, что тебе скучно одному, — её уверенность мгновенно испарилась. Я так и застыла с подносом в руках, не в силах отвести взгляд от этой сцены. — Вообще-то, я не один, — всё тем же ровным тоном произнёс Сед. — С кем? — девушка вытаращилась на него, не скрывая изумления. — С другом. Ты что, его не видишь? Ситуация становилась донельзя неловкой. Я совсем забыла, каким колючим бывает Седьмой, когда кто-то так бесцеремонно вторгается в его личное пространство. Почуяв неладное, я попыталась тихонько шмыгнуть в сторону, подальше от их столика. — Шестая! Черт! — его окрик заставил меня замереть. — Шестая, ты куда? Я же занял тебе место. И Сед указал прямо на стул, где сейчас сидела побледневшая, как полотно, девушка. После ситуации в столовой слухи ходили разные. А так как на людях ни он ни я не проявляли друг к другу, каких-то романтических жестов, то все вдруг решили, что мы с Седом давние друзья.

***

В лиге не приветствовалась огласка личной жизни. На первом месте всегда стояли железная дисциплина и бесконечные тренировки. Нам полагался лишь один выходной в неделю, и каждый из нас был одержим предстоящим отбором. Конечно, до меня долетали сплетни из раздевалок о чужих интрижках, но я оставалась к ним равнодушна. Мой мир сузился до жесткого графика: я жила от занятия до занятия, сосредоточившись только на своей цели. Тот первый раз стал для меня полной неожиданностью. Я задержалась в зале допоздна, уверенная, что в здании никого нет. Выйдя из душа в одном полотенце, я направилась к своему шкафчику. Я до сих пор не могу найти объяснения тому, почему в тот вечер я не оттолкнула его и позволила к себе прикоснуться...