Вопрос доверия

— I wanna be your slave, I wanna be your master, — раздался хриплый голос где-то за поттеровской спиной. Гарри вздохнул, потер виски и постарался сфокусироваться над лежащим перед ним пергаментом. Пергамент не вдохновлял — что-то о пожилой даме, которая вознамерилась явить маглам весь магический мир и не придумала ничего лучше, чем наколдовать потоп посреди Трафальгарской площади. Воду убрали, скопление китайских туристов высушили, память потерли. — I wanna make your heartbeat run like rollercoasters, — донеслось одновременно с шумом включенной воды. Слова эхом отдавались в мозгу и рисовались картинками обнаженного Драко. Малфой заявился к нему домой с бумажным пакетом из Магдоналдса, скептически посмотрел на гору бумаг и затягивающийся шрам на животе — в главу Аврората прилетело режущее на рутинной операции — и не сказал ни слова. И пошел в душ, явно не закрыв дверь. И напевал недвусмысленные строчки. Сука. — I wanna touch your body, so fucking electric. Поттер поднялся и, ощутимо прихрамывая, пошел на голос. На полу валялась сброшенная кожанка с этими невозможными цепочками. Малфой так и пришел к нему: низко сидящие джинсы, куртка на голое тело и взгляд «только попробуй мне что-то сказать». — I wanna be your sex toy, I wanna be your teacher. — Драко стоял вполоборота — по татуированному боку стекала вода. — Издеваешься? — Гарри прислонился к дверному косяку. — I wanna be your sin, I wanna be your preacher, — пропел Малфой, ловя его взгляд и медленно облизывая губы. В языке блеснул шарик пирсинга. — Издеваешься. — Мотивирую, — отрезал Драко и повернулся спиной. На бедре красовались едва заметные исчезающие синяки — аккурат в размер поттеровской ладони. Гарри скинул одежду, сдерживая болезненный вздох, и шагнул под воду — прохладную. Зажал Драко между стеной и своим телом, перехватив запястья и прижимая их к плитке. Прикусил шею. — Замотивировал, — произнес Гарри, толкаясь бедрами вперед. Шрам тут же отозвался тупой болью. — Что дальше? — А дальше, Поттер, — прошипел Малфой, пытаясь вывернуться, — мы поговорим о том, какого черта раз в месяц ты оказываешься в Мунго. Гарри перехватил запястья Драко одной рукой, а второй медленно погладил напряженный живот. Кончиками пальцев по соскам, шее, с нажимом по губам — Малфой тут же его укусил. — Это моя работа. Драко все пытался высвободиться — наивно. Аврорский захват так просто не победить. Драко извивался, и прикосновение влажной кожи и близость действовали одуряюще. Хотелось надавить на поясницу, чтобы Малфой прогнулся, и… И Гарри стиснул зубы, потому что предписание доктора однозначное: никаких физических нагрузок, если ему не хочется еще три дня лежать под заживляющими — в этот раз его исполосовало конкретно. — В таком случае можешь занять место в зрительном зале, — ответил Драко. Он перестал вырываться, а Гарри отступил, опираясь на стену. Малфой повернулся и провел татуированными пальцами по кубикам пресса, обходя розовеющий шрам. Простое прикосновение, но возбуждением пробило прямо по позвоночнику так, что Гарри ругнулся. — Отсоси, а? — попросил Поттер, сдаваясь. Драко выгнул бровь. — Тебе нельзя напрягаться, — сообщил Драко и запрокинул голову, подставляя лицо струям воды. — То есть ты шляешься по моей квартире полуголый, затем напеваешь всякое, устраиваешь почти что стриптиз, чтобы… — Чтобы в следующий раз у тебя было больше мотивации не бросаться под заклинания, — прервал Малфой, выключил воду и шагнул вперед, захватывая полотенце. Туше. Драко, конечно, не мог сказать что-нибудь в духе «будь осторожнее». Зато он мог кидать эти взгляды, пробирающие до костей, выгибать бровь и устраивать собственные шоу. Гарри нравилось. Он провел рукой по своему стояку, чувствуя, как напрягаются мышцы живота. Нельзя, сука. Малфой наблюдал с явным удовольствием, но в серых глазах мелькнуло что-то дикое. — I wanna be your slave, I wanna be your master, — пропел он, подмигнул и вышел. Гарри включил холодную воду и постарался не думать о Драко. Пять минут, вся аврорская выдержка — и его отпустило. Малфой полулежал на диване, закинув ноги в драных джинсах на столик, и крутил в руках зиппо, с щелчком открывая и закрывая крышку. Гарри прошелся взглядом по чернильным рисункам на бледной коже, по выпирающим косточкам и едва заметной дорожке светлых волос. — Это жестоко, — поделился Поттер, аккуратно присаживаясь рядом — шрам неприятно тянуло. — Это мотивация, — отрезал Малфой. — Чем реже ты попадаешь под заклинания, тем чаще я могу вставать перед тобой на колени. — Тогда не дразни. Потому что я тоже могу. — Не рискнешь. Гарри усмехнулся. Он рискнет, конечно, и, возможно, пожалеет об этом, потому что у Драко был огромный талант распалять и дразнить, у Поттера не хватало обычно терпения. С другой стороны, теперь у него появилась мотивация.